Через тернии к звёздам.

      Утро. Солнечные лучи резво пробираются сквозь жалюзи на окнах больницы. На часах где-то шесть или семь часов, рассвет давно уже прошёл, осталось только яркое солнышко, которое так и поноравило поторапливать скелетов.       Все присутствующие собрались уже идти на поиски Фреша, и предположительно знали, где тот может находится. Но к сожалению, Дриму пришлось отойти по важным делам, а Киллер и вовсе позабыл о том, что попросил о встрече с Оутером, которая должна была состоятся сегодня. И вот, теперь только Рипер и Гено, Кросс и Найтмер, Эррор и Инк, Даст и БлуБеррри, идут за Свежим.       На улице стоял сегодня погожий денёк; ярко светившиеся солнце, которое слепит глаза, чистое и голубое небо, по которому медленно и деловито плыли белые и пушистые облачка. Свежий воздух потихоньку распространялся по всем даже самым маленьким улочкам и улицам, забираясь под одежду скелетов, мягко щекотя их косточки.       Вот скелеты идут снова через лес, который при свете оказался не таким уж и устрашающим, но всё равно очень густым. Идя вновь по тропинкам аллей, Эррора охватило чувство грусти и вины, которое всё росло и росло в душе юного скелета, переливая и превращая все остальные чувства в ноль. Он винил себя в том, что Фреш стал таким, что яркий и весёлый брат поник, закрылся в себе, воспроизвёл вторую себе личность, и в том, что теперь его любимый брат хочет покончить с собой. Оши ведь думает, что это всё из-за него, бедняжка. В этом глючном скелете практически исчезла надежда и вера в лучшее, в хороший для них всех конец. Но хоть это чувство было очень мало, оно росло, становилось сильнее, возвращалось к жизни. Он и вправду маленький ребёнок.       Скелеты пробрались сквозь все густые заросли деревьев, миновав любое потенциальное препятствие. Посреди леса, как и говорил Глюк, стоял на дереве маленький домик. С виду такой маленький и неприметный, но внутри очень удобный.       Скелеты поднялись по лестнице, которая была прикреплена прямо к дереву. Лестница жутко скрипела, создавая неприятный шум и помехи. Дверь медленно открыли, просто потянув на себя, та с неприятным для слуха лязгом отворилась, показывая внутренности дома. Но дом был пуст. В этот момент ещё одна частичка надежды была разрушена глупыми, несбывшемся мечтами. Чувство всё гасло и помирало, при этом принося непоправимый вред хозяину. Интересно, насколько же ещё хватит этой маленькой частички?       На улице быстро переменялась погода; пушистые, словно овечки, облачка, потемнели, будто потеряли всю свою радость, солнце скрылось за тучами, красивое светлое небо стало тёмным, подул сильный холодный ветер, начал медленно капать дождь. Капли, словно мечты Ошибки, мгновенно разрушались о преграды: камни, земля, листок травы и много чего ещё. Хм, что же случится, если вся надежда иссякнет? Что же тогда будет с Эррором? Он станет как Фреш? Или ещё что-то более ужасное, чем диссоциативное расстройство личности?       Глюк резко рванул к церкви, той самой заброшенной церкви, как будто бы зная, что именно тут Свежий и находится, и так и вправду было.       Все побежали за Оши, не понимая, что тут вообще происходит. Надежда снова вспыхнула в глазах глючного скелета, как бы напоминая ему о том, что всё можно пережить, даже не смотря на то, какие трудности тебя могут ожидать, ведь главное — верить. Вот почему Фреш стал таким, его надежду и веру погасили, а он даже не попытался всё наладить, а лишь вновь и вновь винил себя во всех бедах, думая лишь о том, что он обуза, и его ненавидят его братья, которые были для него превыше всего и ценнее всего. Бедный.       Эррор просто бурей влетает в здание, вместе с ним толпа скелетов. Оши посмотрел вперёд и едва ли не упал в обморок; около органа стоит Фреш, из его глаз потоком текли слёзы, украшающие его лицо и мокрую до ниточки одежду. Похоже, что у скелета в яркой одежде закончилась последняя капля надежды, вместо этого чувства, которое играет не последнюю роль, а практически самую важную, приходит отчаяние. Это чувство сводит людей с ума, заставляет их идти на непоправимые ошибки. Например сейчас, Фреш держит нож, и уже готов снова было протаранить своё сердце вновь, как на него с объятиями влетает Оши и Геннадий; которые пытаются успокоить Свежего, и похоже, что у них это получается. Вдруг что-то в сердце Свежего ёкнуло, нет, это не надежда и вовсе не вера, это наслаждение. Его нож резко меняет курс направления и проходится прямо по грудным клеткам двух скелетов, которые просто хотели помочь. Они оба отшатнулись и чуть было не упали, как их схватили их вторые половинки после помогшие им привстать. На это весёлое по его мнению представление, Свежий расхохотался мерзким смехом во весь голос, а после выпрыгнул в окно, убегая.