Настоящий принц

Прим. Автора: Насчёт имен. Видите ли, я не знаю никаких имен из этой области мира, и я не знаю, где их искать, поэтому я просто взяла имена из мультфильма и немного переделала их. Например, для одного из «советников» Аладдина я взяла имя Джафара и сделала его Зафом. Действие происходит в альтернативном фэнтезийном мире, свободно основанном на Ближнем Востоке.

* * *

      В оазисе посреди пустыни что-то магическое, что могло бы изменить саму реальность, разостлалось вокруг четверых существ, находившихся здесь, — подростка, джинна, обезьяны и волшебного ковра. — Я хочу, чтобы ты сделал меня принцем, Джинни, — темноволосый парень усмехнулся, осматривая синее существо. — Как пожелаешь, Ал! — Джинн закатал рукава и принялся за работу. Он создал подобающий для будущего принца наряд, планируя также создать подданных и богатство как доказательства его происхождения. Сейчас, в другом мире, Джинни будет удовлетворен только внешним видом благородного человека, и компания отправится в Аграбу. Он не будет думать, что ему нужно сделать что-нибудь ещё. Здесь это не так. Видите ли, Джинн существует уже несколько тысячелетий и встретил достаточно принцев, чтобы знать, что принц — это больше, чем статус, богатства, внешность и мироощущение. Он понимает: чтобы быть хорошим принцем, нужно быть образованным, иметь манеры, заботиться о своих подданных и, конечно же, знать, как управлять государством. В том, другом мире, Джинн мог игнорировать эти знания — нет нужды идти на такие сложности ради последней персоны в длинном списке «хозяев». Здесь Джинни обнимает его, гордясь тем, что хочет исполнить желание хозяина и превзойти все надежды и ожидания Аладдина. И поэтому он начинает работу по изгибу самой реальности — изменяет обстоятельства, наследие и память. Мир, каков он был сейчас, изменился навсегда. * * * «Ваше Высочество! Ваше Высочество, вы в порядке?!» Услышав безумный голос, Аладдин со стоном просыпается. Он трясёт головой и смущённо смотрит на себя. Где он? Его внимание переключается на благородного мужчину, стоящего на коленях рядом с ним. — Заф? Что…? — он изумленно спрашивает, затем в шоке моргает. Что это было? Он не знает этого мужчину, что приводит его в замешательство, воспоминания мелькают в его голове. На прошлой неделе я обманом заставил Зафа дать мне целую дополнительную порцию пищи, чтобы отдать ее Абу. Что? «Не сутультесь! Это не подобает вашему статусу. И не смотрите вниз!» Инстинктивно парень расправляет плечи и поднимает подбородок. «Ваше Высочество, Аладдин. Я знаю, вы будете шокированы и огорчены этим откровением, но знайте, что ваши настоящие родители очень любили вас. Королевство воевало во время вашего рождения, так что они тайно отдали вас паре доверенных подданных, чтобы вы выросли в безопасности. Они трагически умерли до того, как рассказали кому-либо о том, что с вами произошло. Мы только недавно обнаружили доказательства случившегося. Мы рады найти вас, мой Принц, после тринадцати долгих лет поисков». Что? Что это за ерунда? Он не принц! Его родители были крестьянами-простолюдинами! «Ал, я только что слышал, что твои родители умерли! Ты в порядке?» — «…Всё хорошо, Абу. Правда» «Аладдин, дорогой, можешь подойти на минутку? Нам надо кое-что тебе рассказать.» . . . «Что? Что значит — я приёмный?! Этого не может…» «Аладдин, вернись! Милый, дай нам объяснить!» Он недоверчиво трясет головой. Ничто из этого не имеет смысла! Он никогда не знал своих родителей, они умерли до того, как он остался один, так что не могли рассказать ему, что он приёмный! (И в глубине души он думает: «Это несправедливо, несправедливо вообще, что я наконец узнал, какой моя жизнь могла бы быть, если бы родители были живы и увидели мое взросление; и какое это было бы счастье, даже если бы они были бедными, а оказывается, что они не были моими родителями, как это вообще может быть справедливо?») — Ваше Высочество? Вы в порядке? Вы выглядите совсем больным, — Аладдин переводит взгляд на незнакомца, — Заф, самый молодой мой советник, самый милый и наивный, — качает головой и пытается подняться. Двое мужчин мчатся вперёд, чтобы помочь, — охранники, защищающие меня от тех угроз, с которыми я не смогу справиться, — и он поддается. Обычно он отталкивает любую помощь («Я могу позаботиться о себе сам и буду делать это всю жизнь»), но сейчас он слишком смущен, чтобы что-либо сделать. Они осторожно выводят его из комнаты, в которой он проснулся — тронный зал, где я получаю просьбы и слушаю жалобы людей три раза в неделю, где я учусь действовать как Султан великой нации Диаус Биараа, где я вынужден проводить большую часть времени, когда я не могу скрыться («но Диаус Биараа был уничтожен годы назад…»), — и ведут дальше по коридору. Пока они идут, Аладдин рассматривает картины, украшения и все вокруг него, и воспоминания пролетают через его разум. Я ободрал колено, когда бежал здесь впервые. («Я никогда не был здесь раньше») В этой комнате проходят занятия по чтению и письму. Мои учителя говорят, что я быстро совершенствуюсь. («Я никогда не учился читать или писать») Это происходит снова и снова, пока они идут в тишине, два набора воспоминаний, противоречащих друг другу, и вскоре Аладдин просто закрывает глаза и опускает голову, чтобы попытаться избежать натиска памяти. («Они не мои-они просто не могут быть-ничто из этого не имеет смысла!») Вскоре Аладдин и спутники достигают большой, богато украшенной двери, которую открывают с такой же поспешностью, как и вертятся вокруг их запутавшегося принца. Тот протирает рукой глаза и рассматривает экстравагантную комнату — она ​​моя; Я сплю на той большой кровати (Она должна быть самой удобной вещью в мире! Все, о чем я мечтал как бедный ребенок),, а Абу спит в маленькой кровати рядом с моей (но иногда, когда я скучаю по родине и по людям, которые меня воспитывали, и сумасбродство всего разъедает меня, он поднимается в мою кровать и прижимается ко мне, как мы это делали, когда были детьми), и я использовал тот балкон, чтобы убегать из замка, поэтому они закрыли его, ведь не может быть, чтобы будущий правитель королевства ходил без охранников, после всего, что случилось («Что это за Абу — обезьяна? Я никогда не спал в настоящей постели, в лучшем случае, я использую кучу сена с изношенной тканью сверху-я не понимаю-что происходит»), — а затем садится и просто тает в мягком матраце. Он начинает дремать, а все вокруг него беспокойно бормочут. — Что с ним случилось?! — хотя он и не полностью, но беспокойный крик будит Аладдина. Он склоняет голову в сторону голоса и смотрит на худого мальчика, который торопится к нему. Абу, это Абу, он мой лучший друг, мы знаем друг друга с тех пор, как мне было семь лет, а ему четыре; когда мои усыновители умерли, мы сблизились, как братья; когда царский суд вызвал меня, я сказал, что не поеду с ними и не буду сотрудничать, если он не поедет со мной; официально он мой слуга, но неофициально — мой брат. (Абу — обезьяна, странная обезьяна, что происходит). Абу тощий, низкий, со светло-каштановыми волосами, с очень обеспокоенным выражением лица. — Хахаха, перестань беспокоиться, Абу! Ты такой тревожный! Все будет хорошо! — Может быть, я бы не стал так беспокоиться, если бы ты не был таким безрассудным, Ал! Его серые взволнованные глаза выглядят такими же смущенными, как и у Аладдина, и он несколько раз бросает взгляд на знакомую золотую лампу, пока допрашивает всех о том, что случилось с принцем. Путаница и воспоминания складываются, и голова Аладдина сотрясается бешеным импульсом. Зажмурившись, он скручивается колечком на кровати («что это-это не может быть реально-это слишком прекрасно») и пытается изо всех сил уснуть. («Может быть, когда я проснусь, мир обретет смысл»).