Как приручить рыцаря

      Постель была мягкой и воздушной, а простыни пахли мылом и чистотой. За окном громко чирикали птицы.       Кас попытался двинуть рукой, но тело тут же отозвалось острой болью, поэтому он замер и осторожно открыл глаза. Он лежал в спальне в доме Бальтазара, и солнечный свет заливал комнату. Пылинки медленно кружились в лучах, и Кас несколько минут бездумно наблюдал за их танцем.       Взгляд наткнулся на стакан с водой, стоящий на столике у окна, и Кас едва заметно шевельнул пальцами, призывая его к себе.       И ничего не произошло.       Кас нахмурился и, преодолевая боль, щелкнул пальцами, но стакан остался стоять на месте. Паника накатила внезапно, и Кас раз за разом щелкал пальцами, прожигая взглядом стакан, но тот никак не реагировал.       - Почему…       - Кас!       Дин влетел вихрем и в мгновение ока оказался рядом. Кас поморщился от его громкого звука его голоса.       - Ты как? – взволнованно спросил его Дин. – Ты проспал четыре дня.       - Четыре… - сознание помутилось, но Кас закрыл глаза, мысленно посчитал до десяти и обратно и снова взглянул на Дина. – Как ты?       - Я отлично. Просто превосходно, - быстро ответил он. – Честно говоря, никогда не чувствовал себя лучше. Ты снял проклятье, Кас! Представляешь? У тебя получилось. Я отходил так далеко, как мог, чтобы проверить, и ничего не произошло.       - Отлично, - Кас перевел взгляд на стакан. Очередной щелчок пальцами ни к чему не привел.       Дин проследил направление его взгляда, побледнел и принес стакан, помог Касу напиться и утер лишние капли с его подбородка.       - Почему? – после долгой паузы спросил Кас. Дин отвел взгляд.       - Подожди.       Дин вышел из комнаты, и буквально через минуту показался Бальтазар. Он сел на край кровати Каса и покачал головой.       - Ты наиглупейший маг, которого я встречал, - искренне сказал. – Ты хоть понимаешь, что наделал?       - Что случилось?       - Ты справился просто отлично. Нашел проклятье, избавился от него. Но потом что-то пошло не так, и я надеюсь, ты расскажешь мне, что именно, потому что Дин вдруг оказался умирающим, а ты, глупая твоя волшебная голова, исцелил его.       - Но почему…       - Потому что ты отдал всю свою магию ради его исцеления.       Кас замолчал, потом неуверенно и недоверчиво улыбнулся.       - Это невозможно, - нервно рассмеялся он. – Невозможно лишиться магии. Ослабнуть - да, но не лишиться.       Однако Бальтазар выглядел крайне серьезным, усталым и сочувствующим.       - И я думал, что это невозможно. Я пытался тебя остановить, но ты меня не слышал. Последняя вспышка лишила тебя сил, Кастиэль. Вся твоя магия ушла в нашего славного рыцаря.       Кас тяжело уронил голову на подушку. Мысли в голове метались с бешеной скоростью и не хотели принимать новую информацию. Кас медленно, скривившись от боли, вытянул в потолку руку и щелкнул пальцами. И еще раз, и еще, пока Бальтазар мягко не перехватил его за запястье и не прижал руку к одеялу.       - Отдохни, Кастиэль, - посоветовал Бальтазар. – Ты еще слишком слаб.       Это был дельный совет, и Кас послушно закрыл глаза.       Когда он проснулся в следующий раз, тело уже не отзывалось такой болью, было лишь безумно уставшим, словно и не было долгих часов отдыха.       Дин спал в придвинутом к кровати кресле, широко раскинув ноги. Его подбородок покоился на груди, а в пальцах был зажат оберег. Кас подтянул одеяло выше, и Дин тут же распахнул глаза и вскочил на ноги.       - Как ты себя чувствуешь? – спросил Дин, усаживаясь рядом.       - Человеком.       Дин ярко вспыхнул и опустил взгляд. Кас долго молча смотрел на него, пока не протянул руку и не коснулся его лба двумя пальцами. И снова ничего не произошло.       - Я больше не чувствую твоих эмоций, - пусто сказал Кас. – Скажи мне, что ты чувствуешь?       Дин вскинул горящий злобой и виной взгляд.       - Что я чувствую? – он резко встал и прошелся по комнате, потом остановился и сжал кулаки. – Я чувствую, что я хочу убить тебя, Кас! Ты хоть понимаешь, что наделал? Ты лишился магии, чтобы меня спасти! Ты зачем-то отдал всю свою энергию ради этого, и я, мать твою, хочу убить тебя, потому что ты последний идиот!       Кас прикрыл глаза.       - Кас.       Голос Дина стал мягким и ненастойчивым.       Кас посмотрел на него. Дин выглядел так, словно по нему проехала телега несколько раз. Кас отметил отросшую щетину, и темные круги под глазами, и сухие потрескавшиеся губы, и всклокоченные волосы, и покрасневшие глаза, и залегшие глубокие морщины у рта.       - Кас, ты идиот, - сказал Дин и аккуратно сжал его руку. – Ты не должен был.       - Ты умирал, - возразил Кас.       - И что? – беспечно улыбнулся Дин. – Тебе нужно было позволить мне умереть. Тебе…       - Никогда, - резко перебил его Кас.       - Что?       - Я бы никогда не позволил тебе умереть.       - Твоя магия ценнее моей жизни.       - Ничто не ценнее твоей жизни, Дин. Даже моя магия.       Дин покачал головой, но спорить не стал. Он только поправил одеяло Каса.       - Отдыхай.       В следующий раз Кас проснулся один. Желудок требовал пищи, и Кас аккуратно сел и спустил ноги на пол. Деревянные доски холодили ступни. Кас на пробу щелкнул пальцами и горько усмехнулся. Сейчас он бы был рад даже украденному с чужого стола куску хлеба. Магия не отозвалась. Кас больше не ощущал ее в себе. Больше не было ликующих потоков тепла под кожей и не требовали выхода чудеса.       Кас встал и вышел в главную комнату. Мышцы ныли, но было терпимо, и Кас нашел на столе маленький кусок холодного и несвежего пирога, но даже эта пища показалась ему наслаждением. Дом отзывался непривычной пустотой, и Кас вышел на улицу.       Небо было усеяно большими белыми облаками, и солнце с трудом пробивалось через эту завесу. На поляне на расстоянии от дома Дин один за одним метал ножи в Бальтазара, который отбивал их защитной стеной и бросал в ответ легкие оглушающие заклинания, от которых Дин ловко уворачивался. Магия потрескивала и вспыхивала в руках Бальтазара, и Кас зачарованно смотрел на нее, чужую и непривычную, и в душе разливалась тоска по этому ощущению.       Дин заметил его первым и опустил нож.       - Эй, Кас! – он тут же подбежал ближе, мокрый от пота, испачканный в земле и траве, с горящими глазами. – Ты как? Ты зачем встал? Тебе нужен отдых!       Кас не испытывал его эмоций. Кас не мог понять, что творится в голове Дина. Но Дин смотрел с такой заботой, что и магия не была нужна. Кас вспомнил зеленоглазого мальчишку, уверенно воткнувшего кинжал в ногу Абаддон, и сердце сжалось от накатившей нежности.       - Я в порядке, – кивнул он, и Дин радостно улыбнулся ему.       - Тебе понадобится еще несколько дней, чтобы прийти в себя, - заметил подошедший Бальтазар. – И, скорее всего, несколько месяцев, чтобы научиться жить без магии.       Яркая улыбка Дина тут же погасла, сменяясь виноватым тяжелым взглядом. Но Кас только качнул головой.       - Я справлюсь.       Наверное, он лгал. Он привык к магии, она была с ним почти с самого рождения, она помогала в трудные минуты, спасала жизнь, давала надежду, защищала от смерти и опасности, показывала, где найти пищу и кров, исцеляла людей и творила чудеса. Но Дин стоял прямо перед ним и пылал эмоциями, явственной виной и лучистой любовью, и Касу на мгновение показалось, что он действительно справится.       

***

      Ночи становились все длиннее и холоднее. Бальтазар дал им теплые жилетки, принесенные из деревни, и Кас часто сидел на улице до темноты и смотрел в небо или на реку и горы, снежные шапки которых росли и ползли ниже с каждым днем. Он все еще по привычке щелкал пальцами и шевелил руками, когда хотел добавить огня или высушить разлитую на рубаху воду, но каждый раз сознание запоздало напоминало: магии больше нет. Дин, видя такие жесты, неизменно становился мрачным и неразговорчивым и уходил подальше в глубокой задумчивости.       В одну из ночей Кас сидел у кромки леса за защитной завесой и думал, глядя в небо. Теперь ему ничего не угрожало. В нем не было магии, а значит, не были страшны облавы, рыцари и поисковые амулеты. Теперь он мог без страха войти в любую деревню и даже город и не быть схваченным и казненным.       - Опять разглядываешь звезды? – Дин незаметно оказался рядом и сел на расстоянии.       - Да. Их свет древнее всего мира, и это дарит мне покой.       - Ты странный, ты знаешь?       - Мне говорили.       Дин тихо засмеялся и запрокинул голову. Они долго молчали, прежде чем Дин заговорил снова.       - Знаешь, - хрипловато начал он, откашлялся и снова продолжил: - Я так и не сказал тебе спасибо. За свою жизнь и за снятое проклятье. За то, что я себя чувствовал, когда очнулся, так спокойно и хорошо, как не чувствовал никогда в жизни. Но ты поступил очень глупо и необдуманно, Кас. Я никогда не хотел, чтобы стольким жертвовал ради меня. Мне жаль.       - Не жалей, - Кас посмотрел на него, раскаивающегося и сожалеющего. – Потому что я не жалею. Я не стану скрывать, что я скучаю по магии и что мне не хватает ее, но то решение, возможно, было одним из самых правильных в моей жизни. Ты достоин жить, Дин.       - Я достоин жить меньше, чем кто-либо на свете, - грустно усмехнулся Дин. – Ты же видел все, Кас, ты был в моей голове. Ты видел все, что я натворил, все те смерти, ты видел… Девочку в снегу?       - Да.       - После нее я не чувствовал почти ничего. Что может быть хуже убийства ребенка? Пусть и обладающего силами.       - Замолчи, - прервал его Кас. – Я видел все. И видел, что ты делал это с чистыми помыслами. Дин, если бы я пустил тебя в свою голову, там ты увидел бы вещи куда ужаснее, чем те, что ты творил. Поэтому я понимаю тебя. И принимаю полностью.       Дин смотрел на него с неверием и коротко утер слезу со щеки.       - И за что ты мне достался? – спросил он, шмыгнув носом. – Слишком понимающий для этого мира.       - За то же, за что и ты мне. Слишком ненавидящий себя, но все еще чистый душой.       Дин рассмеялся, и Кас привлек его к себе. Дин уткнулся лицом в его шею и глубоко вдохнул.       - Что ты будешь делать дальше? – спросил он тихо через время. – Теперь, без магии, ты волен идти куда угодно. Никто не станет преследовать тебя.       - Я думал, ты, может быть, все еще не откажешься от идеи увидеть Южное море.       Дин поднял голову и недоверчиво усмехнулся.       - Ты серьезно?       - Если только ты согласен. Без моей магии я… Я не умею жить без нее. Я не готов осесть в деревне и жить жизнью простого человека. Пока не готов. И если ты захочешь, то мы могли бы совершить еще одно путешествие.       - Ага. Я понял, - Дин почесал бровь. – Это прозвучало куда серьезнее, чем просто предложение вместе путешествовать.       - Так и есть.       Дин улыбнулся. И кивнул.       - Ну что ж, я согласен на твое предложение. Только заскочим по пути к Сэму и проведаем Бенни. А там уж куда угодно. А знаешь, чем мы займемся потом? – ухмыльнулся Дин. – После того, как увидим море?       - Чем?       - Свергнем Повелителя.       Кас недоуменно распахнул глаза. Видя его удивление, Дин рассмеялся и толкнул его в плечо.       - Обожаю твое изумленное лицо, - отсмеявшись, Дин продолжил: - Кас, кому как не тебе знать, что магия не всегда чинит смерть. И как не мне знать, что маги, погибающие от рук рыцарей, в большинстве невинны, неопытны и просто не умеют обращаться с силой.       - Ты думаешь, мы вдвоем сможем изменить целый мир?       - Ну, позовем Сэма. Он тоже ратует за единение магов и людей. Начитался древних книг, где маги и люди жили бок о бок.       - Мы не сможем свергнуть Повелителя, Дин. Это даже звучит нелепо.       - Если бы мне кто-то сказал недавно, что я буду предлагать потерявшему силы магу устроить революцию, я бы тоже не поверил. Но я предлагаю.       - Бунтарь.       Дин снова рассмеялся и поцеловал Каса.       А Кас… Что же, может, то теплое чувство, что вызывала в нем близость Дина, его смех, его улыбка, его прикосновения и жажда жизни, вполне могли заменить магию. И может, надежда, которую дарил Дин, могла заменить чудеса.       И может быть, совсем скоро они изменят мир к лучшему.