Plantago

Кёнсу понимает, что трус. Он просто струсил, проснувшись утром в квартире своего друга. Это первый раз и он не был готов. Утром всегда следует разговор и этот разговор был бы лишним. Кёнсу бы не смог объяснить, а Бэкхён бы не понял. Потому, утром Кёнсу сбегает. Он уходит очень рано, пока парень еще спит. Так правильно. Так он считает. Кёнсу, однако, жалеет. Он правда жалеет, что ушел. Совесть отчего-то начинает грызть его уже спустя несколько часов. Она кричит, что До должен был остаться там, с Бэком, царапается и бьет. Кёнсу растерян от этого. Он теряется и совсем себя не понимает. Однако мысли крутятся вокруг одного человека. И на удивление это не Чанёль. Возможно, будь Бэкхён был чуточку смелее тогда, Кёнсу бы не влюбился в другого. Возможно, будь Кёнсу внимательнее, он бы увидел эту любовь. Любовь, которая все это время его спасала. А кто спасал Бэкхёна? Он был один, Кёнсу только сейчас понимает это. Утром маленькая квартирка выглядела не так, как прошлой ночью. А светлая комната на самом деле была холодной, пустой. Совсем не такой, каким был ее хозяин. Хотя какой сейчас Бэкхён? До уже не мог быть уверен, что знает. Он вообще ни в чем не был уверен. Его лучший друг уже не был тем человеком, которого он знал. И за это стыдно. Кёнсу морально был слаб. Намного слабее Бэкхёна. Он искал любовь, лелея свои чувства. Он искал тепло, не получая его от любимого. Он пользовался другим человеком, желая сохранить себя. Но что получил Бэкхён? Кёнсу понимает, Бэкхён никогда еще ему не отказал. Каждый раз он открывал перед До дверь. Открывал дверь в свое сердце, грел в своих руках. Целовал так, что думать уже не хотелось. С Чанёлем так не было. Кёнсу не чувствовал с ним любви. Было ли хорошо? Безусловно, но это была страсть. Эта была только похоть. И это вполне устраивало Кёнсу, ему было достаточно. Было. А сейчас он вдруг осознает, как много времени потрачено впустую. Осознает, что на самом деле просто все просрал, только вот не стоила эта любовь таких жертв. Не стоила эта любовь потери себя, потери лучшего друга. Внутри душа выворачивается наизнанку, внутри рой мыслей не дает покоя. Кёнсу пытается петь, но все время запинается, чем вызывает чуть ли не истерику у своего преподавателя. Бедная женщина и без того была на нервах из-за предстоящего концерта, а тут еще и ее вокалист никак не хотел нормально спеть. Кёнсу даже стыдно. На него подавали надежды, а он тратил время на свои душевные страдания. Как глупо. Где-то рядом смеется Чондэ. Он всегда такой громкий? Кёнсу и забыл, что друг всегда смеялся так, что слышали его все. Возмущался он так же громко, чем вызывал смех Бэкхёна. Бэкхён. До скучал по громкому и такому приятному смеху Бэкхёна. Он скучал по лучистой улыбке, от которой самому хотелось улыбнуться. А ведь вчера он смеялся. Смеялся, да только не так. Не так ярко, как раньше. Перегорел? Возможно. И Кёнсу действительно стыдно. Он не углядел, не заметил раньше. Не заметил, как сам же стал уничтожать человека. Любовь губит, Кёнсу это знал. Он и сам признавал, что ненавидит Чанёля точно так же сильно, как и любит. Но ненавидел ли его самого Бён? Кёнсу хотелось верить, что это не так. Его отпускают, терпеть у преподавателя не было сил. Кёнсу стыдно, но ничего он поделать не может. Только обещает, что завтра он споет как надо, завтра он не подведет. И обещает он это больше самому себе, чем кому-то. А видеть Чанёля все еще не хотелось. Но куда деться, если вы учитесь на одном факультете? Никуда. Встреча неизбежна, как ты не пытайся ее избежать. Хотя Кёнсу удавалось весь день избегать этого человека, но в конечном итоге он столкнулся с ним уже на выходе. Забавно. Чанёль, на удивление, сегодня без своей любимой. Он смотрит на Кёнсу и хмурится. — Где ты был? — Звучит обиженно, немного раздраженно. Звучит так, будто ему есть дело. - Я звонил тебе. Зачем отключил телефон? Кёнсу и забыл. Вчера он забыл обо всем, стоило только зайти в квартиру Бэка и попасть в его объятия. — Батарея села, — ложь, но какая, собственно, разница? Кёнсу поднимает взгляд на парня перед собой и на удивление не чувствует привычных эмоций. Он не чувствует по сути дела ничего особенного, — а что? Чанёль, кажется, удивлен. Кёнсу даже немного смешно. Хотя вся ситуация сама по себе смешная. Кёнсу понять и сам не может, с чего это так поменялось его поведение. Еще буквально вчера он готов был на все ради этого человека, а сегодня даже видеть его не хочет. — Я ждал тебя. — Ну конечно. Это ждал слишком уж условное обозначение. Он не ждёт Кёнсу, он ждет секс с Кёнсу. А это разное. И по сути ему даже не важно с кем, просто так удобно. Удобно, когда у тебя есть ручной зверек, который раздвинет перед тобой ножки в любой момент. Удобно, когда тебя любят. Но разве Кёнсу не такой? Разве он не пользовался любовью Бэкхёна? Чем он лучше? Ничем. Кёнсу выдыхает слишком тяжело и уходит, ничего не отвечая. Он пишет Бёну, потому что им точно нужно встретиться. До не знает зачем, просто хочет увидеть парня вновь. Он хочет исправить то, что сам же натворил. Хочет попытаться сделать хоть что-то правильно. Хотя, что вообще можно понимать под правильно? Что правильно? А вдруг на самом деле он сделает только хуже? Вдруг правильнее уйти, оставить в покое? Кёнсу не знает. Он вообще не знает, что к чему. Но он хочет хотя бы постараться, а что будет потом - дело времени. Именно так До думает, пока идет к Бэкхёну. Однако у дверей квартиры он теряется. Страшно. Кёнсу не такой смелый, он боится сейчас постучать и войти. А вдруг он не сможет? Вдруг уже поздно что-то менять? Хочется бросить свою затею, уйти, не делать ничего. Но тело не слушается и парень все же зажимает дверной звонок. Дверь открывается слишком резко, Кёнсу даже не успевает подумать, как видит Бэкхёна. — Привет. — Выходит зажато. Кёнсу неловко улыбается и опускает взгляд. Он боится смотреть в глаза парню. После его побега утром было стыдно. Но это ведь Бэкхён. Он пропускает в дом и помогает снять куртку. Как всегда заботливо интересуется, все ли хорошо, не хочет ли Кёнсу поесть. Он как всегда заботлив и это слишком приятно. Кёнсу хочет многое сказать, но все вылетает из головы. Пустота, впервые за весь день. Кёнсу открывает рот, но ни слова не может из себя выдавить. А нужны ли слова? Нужно ли что-то говорить? Сейчас он уже не был в этом уверен. До тянется к парню и касается его губ. Сам, просто потому что хочет. Он хочет поцеловать Бэкхёна. Не забыться, не отомстить. Он хочет просто поцелуя. Губы Бэка теплые и мягкие, а руки как всегда слишком нежно обнимают. Так невесомо, будто Бэкхён боится, что сделает больно. Они слишком незаметно для До оказываются на кровати. Бэкхён раздевает его и целует кожу. Касается всюду, бережно оглаживает тело. Это так нежно, так желанно для Кёнсу. Он тянет парня на себя, прижимается к нему и просит сильнее, просит большего. Ему мало. Мало сейчас этих ласк, мало самого парня. Хочется почувствовать всем телом. Бэкхён всегда умело находил самые чувствительные места. Он целует бедра, ласкает ягодицы руками и Кёнсу просто плавится. До выгибается, стонет громко и жмурится до боли. Ему хорошо. Рядом с Бэкхёном ему всегда слишком хорошо. Кёнсу жмется к телу парня и расслабляется, позволяя войти. Ему не больно, совсем нет. Ему слишком хорошо. Он чувствует внутри себя горячую плоть и просто с ума сходит. Тянется к Бэку, целует его, царапает широкие плечи короткими ногтями. Он стонет в губы парня и выгибается, чувствуя, как скользит член внутри. Слишком. Бэкхён заполняет собой полностью, до самого конца. Это идеально. На столько идеально, что слезы выступают в уголках, а сам Кёнсу цепляется сильнее, двигается навстречу и не может прекратить стонать. Он кончает первым. Громко стонет имя парня и прижимается к нему всем телом. Его трясет в оргазменной неге, а перед глазами взрываются фейерверки. Это слишком. Кёнсу скрещивает ноги за спиной парня, не дает отстранится. Впервые просит кончить в себя, желая почувствовать Бэкхёна полностью Бэкхён кончает вскоре после Кёнсу. Прижимает к себе тонкое тело, утыкается в нежную шею и гулко стонет, изливаясь в горячее нутро парня под собой. И это тоже впервые для них. Кёнсу не позволял такого даже Чанёлю, но Бэкхён не он, Бэкхёну можно. Они оба дышат тяжело, но Кёнсу не прекращает обнимать парня. Слишком уж хорошо ему было вот так. Он впервые пришел к Бэку не для того, чтобы забыть о Чанёле, а чтобы просто быть с ним. Просто почувствовать всю ту любовь и дать в ответ хотя бы что-то. Кёнсу не уверен, что может дать в ответ ту же любовь, это не так уж легко, чувства так легко не возникают. Но быть может все еще не поздно. Во всяком случае Кёнсу в это верит. Он не курит сразу же после секса, как делал это обычно. Лежит рядом с Бэкхёном, проводит по его груди пальцами и задумчиво прикусывает губу. Телефон начинает звонить где-то там, в кармане джинсов, что валялись на полу, но это не важно. — Ты не будешь отвечать? — немного хрипло выдыхает Бэк, на что Кёнсу отрицательно качает головой и жмется ближе. Плевать ему на всех, сейчас он занят другим. Бэкхён обнимает в ответ и целует в кончик носа, и это в действительности отдает теплом, таким приятным, родным. Кёнсу улыбается, наконец понимая, что только это и спасало его так долго. Бэкхён спасал его. — Ты придешь на концерт? — тихо спрашивает До. Конечно Бэк давно не приходил в универ, но почему-то хотелось, чтобы именно он увидел выступление. — Мы с Чондэ будем петь дуэтом. — Кёнсу не знает, зачем это говорит. Но он боится, что Бэк откажет. Он вполне имеет права не приходить и вообще, у него могут быть дела. Кёнсу прикусывает губу и ожидает, затаив дыхание. — Конечно приду. — Кёнсу выдыхает с облегчением, чувствуя, как бешено бьется сердце. Он тянется к парню и целует его в уголок губ, давя в себе улыбку. Впереди еще много времени, До уверен, у них еще есть возможность быть счастливыми. Бэкхён будет счастлив, Кёнсу сделает все, чтобы так было. Они потеряли время, пока один был слишком слеп. Но это уже не важно. Бэкхён готов на самом деле ждать еще. Кёнсу знает. Эта нежная улыбка и тёплые объятия дают ему надежду, что он не опоздал. А полюбить он еще успеет. Может не так сильно, не так отчаянно, но по-своему. Кёнсу полюбит этого парня, что готов был отдать всего себя ради него. Обязательно полюбит.