Новогоднее застолье

Подчиненные давно разъехались по домам, праздничные салюты отгремели, свет в окнах домов постепенно гас – праздничная ночь подходила к концу, скоро начнет светать. Но в одном окне свет никак не хотел погаснуть. А полковник Бенкендорф никак не мог заставить себя завести автомобиль, нажать на педаль газа и поехать домой – так и сидел в замерзшем автомобиле, задумчиво опершись на руль и глядя на это окно. Наконец, что-то оторвало его от раздумий, и полковник решился. В конце концов, это праздничная ночь. Сейчас, или никогда. Наташа давно прикорнула на диванчике в гостиной, устав от переживаний ночи, но и в дреме прислушиваясь к шагам в коридоре – должен был приехать Михаил. Ольга стояла все у того же подоконника. Ложиться спать смысла не было, в голове было слишком много мыслей. Сказанное полковником не стало неожиданностью, давно было известно, что родители Романова противятся их отношениям, и пытаются любой ценой отвлечь сына. Но и сам Александр в последний месяц был не так уж внимателен и заботлив. Впрочем, Ольга склонна была списывать это на романтическую натуру молодого человека, склонного быстро отвлекаться и загораться новым, забывая про все остальное. Но если он принял какое-то решение, или родители приняли решение за него, он должен, обязан был, по крайней мере, поговорить с ней. Предупредить. Объяснить. Сделать что-нибудь! Но не молчать… Но хотел же он приехать в новогоднюю ночь? А хотел ли? Если бы хотел, - давно был бы здесь, и никакие фсбшники ему бы не помешали. А где он сейчас? Что теперь думать? Запищал мобильный телефон. Это Александр, он позвонил сказать, что с ним все в порядке, он едет! - Саша? - Олли, мне неудобно сейчас говорить. Я… не смогу сегодня приехать. Так получилось. Прости, пожалуйста, я потом все объясню. Гудки. С громким треском мобильный телефон улетел в стену, разлетевшись на составные части и разбудив Наташу в соседней комнате. Теперь уже ничто не мешало Ольге заплакать. Звонок в дверь. Михаил? Наскоро вытерев влажные глаза салфеткой, Ольга пошла открывать дверь. - О Боже, это опять вы? Очевидно, Ольга Адамовна не выдержала нервных потрясений этой ночи, и теперь у нее галлюцинации. Потому что стоявший на пороге Бенкендорф держал в руке букет роз. Взгляд полковника, впрочем, был мрачен, ибо никаких новогодних чудес он не ждал. Перед глазами отчетливо стояла картина, как Ольга в порыве эмоций выхватывает букет, прикладывает им по голове и закрывает дверь. Ольга подняла взгляд покрасневших глаз на Александра Христофоровича. Сейчас даже ненавистный Бенкендорф, стоявший на пороге с цветами, был милее Саши, находящегося неизвестно где. - Полковник, увезите меня куда-нибудь, хотя бы в ваше управление. Только подальше отсюда. Мужчина пару секунд оценивал ситуацию, удивленно подняв правую бровь, после чего отложил букет и быстрым движением снял с вешалки пальто, подавая его девушке. - Поедемте, Ольга Адамовна. У вас была тяжелая ночь, вам нужно отдохнуть. В отличие от Ольги Калиновской, полковник Бенкендорф и в пылу служебного рвения не забыл в новогоднюю полночь загадать желание.