Штормовой Предел
30 сентября 2018 г., 22:00
Лайт покинул город через Грязные, они же Речные, ворота. После штурма их вновь отремонтировали. Городская беднота под присмотром золотых плащей расчищала русло Черноводной от остатков кораблей Станниса. Повсюду сновали рыбацкие лодчонки. На берегу успело вырасти несколько хижин. Жизнь в столице кипела, богатые гости съезжались на королевскую свадьбу, бордели были переполнены. Тирион пропадал в них с вечера до утра, а с утра до вечера работал, выстраивая новую шпионскую сеть взамен паучьей. Оставалось загадкой, когда же он спит?
Всё шло по плану. С разрешения дяди Лайт взял с собой сира Джаселина (на Черноводной он был легко ранен и провёл пару недель у Станниса в плену) и пятьсот бывших золотых плащей, им отобранных. Взамен ушедших новый командир городской стражи, сир Аддам Марбранд, набрал людей из Хайгардена и Утёса. Небольшое войско Лайта везло с собой десять пушек, запас пороха и Галлина-пироманта. Верный Подрик держался рядом.
Переправа через реку отняла полдня. Если построить через Черноводную мост, это не только облегчило бы передвижение войск, но и способствовало бы торговле. Лайт сделал себе заметку на будущее.
Бейлиш отбыл из столицы ещё вчера, Серсея — неделю назад. На прощание королева подарила Лайту медальон со своим изображением и взяла с него слово, что он будет носить его, «пока наше дитя не появится на свет». Беременность пройдёт легче, если я буду знать, что мой милый Лансель помнит обо мне каждый день, сказала она, целуя его в губы. После родов Серсея планировала овдоветь. Став единственной хозяйкой Риверрана, она будет править на Трезубце долгие годы, пока её ребёнок не достигнет совершеннолетия.
В течение двух недель после гибели Станниса все речные лорды склонили колено. Лорд Фрей, уклонившийся от участия в войне и сохранивший армию в целости, тянул дольше всех, но и он в конце концов прислал в столицу ворона с изъявлением покорности, заодно сообщая, что войско Старков прошло мимо Близнецов и продолжило путь на север. Джейме тем временем добрался до Запада и нанёс островитянам ряд поражений, правда, всё это были мелкие стычки. Крупных боёв Грейджои старались избегать. Железнорожденные по-прежнему удерживали Светлый остров, но ничего больше им захватить не удалось, а организованные Джейме патрули сделали побережье относительно безопасным.
Дорога к Штормовому Пределу шла через Королевский Лес. Огромная чаща служила единственной цели — быть охотничьими угодьями королевской семьи. Какая бессмысленная трата ресурсов! Если хотя бы часть занятой лесом земли превратить в поля, они смогут прокормить десятки тысяч людей. Не говоря уж о том, что леса часто становятся пристанищем разбойников, вроде Братства Королевского Леса, обитавшего здесь во времена Безумного Короля.
Вечером в палатке Лайт расстелил перед собой карту. Подрик принёс ужин, но Лайт проглотил еду, не чувствуя вкуса — так он увлёкся своими планами. Правление Серсеи в Риверране приведёт к тому, что люди из Речных земель побегут. Часть уйдёт в Простор, часть на Запад, но некоторые доберутся до его владений. Лайт найдёт им работу. Строить литейные заводы по берегам многочисленных речек (водяные колёса дадут необходимую энергию), рубить лес, прокладывать новые дороги и расширять существующие. До зимы ещё есть время. Можно снять один или даже два урожая. Построив школы и наняв учителей из септонов, можно обучить грамоте несколько тысяч человек и создать из них административный аппарат. Добавим к этому армию нового образца, прообразом которой послужат люди сира Джаселина, и получим силу, которая позволит Лайту не считаться с мнением своенравных вассалов.
Вряд ли Штормовые земли когда-нибудь сравняются по богатству с Простором или Западом, но у них определённо есть потенциал. Климат здесь отчасти напоминал Японию: изнуряющая жара летом и ураганы с ливнями осенью. Обширные леса и скалистые побережья облегчают оборону, но они же затрудняют рост экономики. Штормовые земли относительно редко заселены. Крупных городов во владениях Лайта нет, и это следует исправить. Плачущий Городок, названный так потому, что туда доставили тело погибшего в Дорне короля Дейрона Первого, может стать морскими воротами Штормовых земель, если провести туда дорогу. Дорнийское море гораздо безопаснее залива Разбитых Кораблей, так что скоро через Дождливый Лес потянутся караваны, развозящие товары из дальних стран по всем штормовым землям и даже дальше.
Лайт подумал о Мирцелле. Посланный за принцессой корабль отбыл из столицы пару недель назад и, наверное, уже достиг Браавоса. Ещё через пару недель Мирцелла будет в Королевской Гавани, а оттуда до Штормового Предела три дня верхом. Успеет ли Лайт взять замок до прибытия невесты? Должен успеть.
Продолжая изучать карту своих новых владений, Лайт обратил внимание на Летний Замок. Сорок лет назад там произошла трагедия: в пожаре погиб король Эйгон, его старший сын и лорд-командующий гвардии. Сейчас замок представлял собой заброшенные руины.
Эйгон Пятый, дед Безумного Короля, был Лайту в чём-то симпатичен. Проведя детство среди простых людей, он недолюбливал аристократов и стремился урезать их привилегии, но опору искал не в горожанах и не в септонах, а в магии. Как и многие Таргариены до него, Эйгон Невероятный мечтал о драконах. Возможно, именно неудачная попытка их возродить и привела к катастрофе?
Красная комета по-прежнему висела в небесах, указывая на восток. Что если архимейстер Марвин прав? Что если драконы действительно вернулись?
Перед самым отбытием Лайта в столицу пришла весть о гибели Визериса Таргариена, известного как король-попрошайка. Дом Таргариенов сократился до одного человека — Дейнерис. Последняя из рода драконьих владык… если драконы и впрямь возродились, это могло быть её рук делом. Но как? Вряд ли четырнадцатилетняя девчонка что-то знает о колдовстве. Или всё получилось случайно?
Впрочем, всё это пустые домыслы. Скорее всего, никаких драконов нет, а комета ничего не значит. Но если всё-таки… если всё-таки это не так, волшебные чудовища могут стать самой серьёзной угрозой его планам, опаснее Бейлиша и Вариса вместе взятых. Лайт решил, что должен обязательно посетить Цитадель и поговорить с архимейстером Марвином.
***
Когда отряд Лайта миновал Королевский Лес и переправился через ещё одну реку, Путеводную, к ним начали присоединяться штормовые лорды. Все они относились к Лайту холодно, за одним исключением. Сир Роннет Коннингтон постоянно стремился оказаться поблизости и всячески подлизывался к Лайту, пытаясь развлечь его несмешными шутками. Причина была очевидна. До восстания Баратеона род Коннингтонов был богат и влиятелен, но служба лорда Джона Коннингтона Безумному Королю дорого им обошлась. После победы Роберт отнял девять десятых их земель. Которые сир Роннет наверняка рассчитывал вернуть, поддерживая новую власть в лице Лайта. На вторую ночь после Путеводной отряд Лайта остановился в замке Бронзовые Врата, принадлежавшем дому Баклеров. Вокруг замка раскинулся палаточный городок. Здесь находилась точка сбора для лордов северной части Штормовых земель — Феллов, Грандисонов, Пенрозов, Эрролов, ну и самих Баклеров. Отсюда двухтысячное войско двинется к Штормовому Пределу. Лорды южной части Штормовых земель и островов Узкого моря — Сванны, Эстермонты, Уайлды, Мертинсы, Тарты — уже ждали их там. Кроме Коннингтона, сделавшего крюк на север, чтобы встретить Лайта пораньше. Именно в Бронзовых Вратах Лайт впервые услышал о Бриенне Тарт. — Здоровенная бабища, и уродина вдобавок, — сказал сир Роннет. — Отец хотел женить меня на ней из-за денег её отца, но, хвала Семерым, обошлось. Один из людей лорда Грандисона, старый сир Хамфри, также отозвался о Бриенне неодобрительно. По его мнению, девушка вела себя неподобающе — обучалась воинскому искусству и грубила старшим. Лайт нисколько не удивился, когда узнал, что сир Хамфри тоже сватался к Бриенне, тоже из-за денег, и тоже безуспешно. Три дня спустя Лайт увидел своенравную невесту лично. Для осады Штормового Предела будущие вассалы Лайта собрали почти пять тысяч мечей. Кастелян замка, сир Гилберт Фарринг, имел лишь двести человек, но мощные стены высотой в тридцать метров и толщиной более десяти делали их столь же опасными, как две тысячи. Победить-то Лайт победит, но как скоро и какой ценой? Бриенну Тарт Лайт заметил ещё издалека. Её массивная фигура, не уступавшая Псу, возвышалась над окружающими как… примерно как бог смерти над людьми. Лайт подумал, что Бриенна чем-то смахивает на Рэм. — Леди Бриенна, — обратился Лайт. Великанша покраснела. Она думает, что я буду над ней смеяться, как наверняка смеялись остальные. — Лорд Лансель. — Приветствую вас в своём лагере. Надеюсь, вы не откажетесь со мной прогуляться? Бриенна настороженно кивнула. Всё будет даже проще, чем я думал. Спустя час Лайт покинул Бриенну, оставив девушку совершенно очарованной. Она призналась, что до сих пор с ней обходился как с леди один лишь лорд Ренли. Назвав это имя, Бриенна вздохнула так красноречиво, что Лайт понял: она его любила. Посмеявшись про себя над этой нелепой парочкой (один извращенец, другая уродина), Лайт вернулся в свой шатёр. По легенде, Штормовой Предел построил Дюрран Богоборец, завоевавший любовь Эленеи, дочери бога моря и богини ветра. Шесть раз разгневанный отец невесты насылал бурю, и шесть замков рухнули, но Дюрран не сдавался. Во что бы то ни стало он хотел построить замок именно здесь, над выступающим в море утёсом, который позже назовут мысом Дюррана. На седьмой раз у Дюррана получилось. Стены, зачарованные магией Детей Леса, выдержали все бури, а сам Дюрран основал династию Штормовых Королей, чья держава в период максимального расцвета простиралась от Трезубца на севере до мыса Гнева на юге. Правдива легенда или нет, ясно одно: стены такой толщины ни пушками, ни тем более требушетами не пробить. Конечно, есть и другие пути. Можно стрелять из пушек по воротам (стальным, многослойным). Можно наплевать на потери и отдать приказ лезть на стены. Можно начать осаду и потратить много месяцев, а то и лет. Но самый простой и верный способ — уговорить защитников сдаться. К воротам Штормового Предела Лайт подъехал один. В правой руке он держал радужное знамя, символ мирных намерений (на Земле оно символизирует совсем другое, подумал Лайт с усмешкой). В пятидесяти шагах от ворот Лайт остановился. Вскоре железная решётка поползла вверх, и навстречу Лайту выехал рыцарь с точно таким же знаменем. — Сир Гилберт Фарринг. — Лорд Лансель Ланнистер. Крупный, высокий рыцарь одарил Лайта презрительным взглядом. — Лорд Тайвин, должно быть, выжил из ума, если присылает сюда своего молокососа-племянника. Или тебя прислала его дочь, которую ты трахал? — Посмотрите вон туда, сир Гилберт. Видите эти трубки из бронзы? Их называют огненными жерлами. Они разнесут ваши ворота так же, как разнесли корабли Станниса на Черноводной. Сир Гилберт посмотрел. — Да, я слыхал об этом. И о диком огне, и о том, как карлик взял Риверран обманом. Вы, Ланнистеры, горазды на выдумки. Но против моих стен ваши хитрости не помогут. Штормовой Предел выдержит любую осаду. — Осады не будет. Вас в двадцать раз меньше, а у нас есть лестницы. Если мои люди взберутся на ваши стены со всех сторон одновременно, вы не сможете удержать периметр, и замок падёт через пару часов. — Может и так, но половина ваших людей погибнет. — А у вас погибнут все. Но если вы сдадите замок, все ваши люди уцелеют. Я не заберу у вас ни оружия, ни знамён, и вы сможете уйти, куда захотите. Мои люди не станут вам мешать. — Надо же, какая щедрость. Вот только идти нам некуда. Все земли вокруг принадлежат Ланнистерским прихвостням. Даже если вы нас пропустите, на враждебной территории мы недолго протянем. Придётся или сдаваться в плен, или идти в разбойники. Лучше умереть здесь. — Вы можете отплыть на Драконий Камень. Если у вас нет кораблей, я попрошу лорда Тарта дать вам один. Сир Гилберт явно удивился. — Не слишком ли ты добр для Ланнистера? Разве твоя семейка не убивает всех, кто стоит на вашем пути? — Лично я никого не убивал. Я не кровожаден, сир Гилберт, и я хочу решить дело миром. Но если вы меня вынудите, я буду драться. Сир Гилберт молчал. Лайт догадывался, что в нём происходит внутренняя борьба. Разум рыцаря убеждал его принять предложение Лайта, но гордость и нежелание выглядеть трусом убеждали его в обратном. Будь у него возможность сдаться, сохранив при этом лицо, он бы охотно ей воспользовался. Нужна видимость борьбы, нечто красивое и рыцарственное, тогда ни окружающие, ни собственная совесть сира Гилберта ни в чём не смогут его упрекнуть. — Есть ещё один вариант, — сказал Лайт. — Поединок. Мой человек против вашего. Победитель получит Штормовой Предел. Проигравший свободно уйдёт восвояси. Сир Гилберт просветлел лицом. — На это я готов пойти. Вы будете драться со мной сами, лорд Лансель, или выставите защитника? — Выставлю защитника. Надеюсь, вы не боитесь проиграть женщине? — Женщине?! — Её зовут Бриенна. Леди Бриенна Тарт. Если эта дурында проиграет, получится нехорошо. Придётся мне нарушить слово и всё-таки идти на штурм. Но она не проиграет. Не должна! Она влюбилась в меня и ради меня готова на всё.***
Бриенна не проиграла. Своё слово Лайт сдержал. Сиру Гилберту предоставили корабль, на котором он и половина его людей отправились к Драконьему Камню — последнему замку, ещё удерживаемому сторонниками Станниса. Вторая половина предпочла присягнуть Лайту. От них Лайт узнал, что бастард Роберта Эдрик Шторм вывезен на Драконий Камень, но узаконить сына своего брата Станнис то ли не успел, то ли не захотел. Скорее последнее, учитывая, что мальчик был зачат на брачном ложе самого Станниса, которое Роберт опозорил, трахнув там двоюродную сестру его жены. В главном зале замка Лайт принял присягу своих новых вассалов. Не питая к Ланнистерам любви, они всё же склонились перед силой, а скорая свадьба Лайта и Мирцеллы должна окончательно их утихомирить. Именно так триста лет назад возник дом Баратеонов: Орис Баратеон взял в жёны Аргеллу Дюррандон, дочь последнего штормового короля, погибшего в бою с Эйгоном Завоевателем, и бывшие вассалы Дюррандонов признали Ориса свои лордом. Мирцелла, правда, Роберту не дочь. Но если у лордов и были сомнения насчёт происхождения принцессы, они предпочли оставить их при себе. Мирцелла приехала через неделю, когда войско штормовых лордов уже разошлось по домам. Но сами лорды остались. Под их взглядами Лайт снял с невесты жёлтый плащ с чёрным оленем и укутал её в красный плащ с золотыми львами. Нагнувшись, он быстро поцеловал Мирцеллу в губы, и септон провозгласил их мужем и женой. Одна плоть, одно сердце, одна душа. Мирцелла доверчиво вложила свою ладошку в руку Лайта. Он провёл её к выходу: о постели речи быть не может ещё лет пять. Отправив жену вышивать под присмотром септы, Лайт направился в свои покои. Бриенна, его телохранительница, шла на шаг позади. У дверей она остановилась. Миновав внутренний коридор, Лайт вошёл в кабинет. В его кресле сидел человек. На столе перед ним лежал заряженный арбалет, нацеленный прямо на Лайта. — Лорд Лансель Ланнистер, — сладко улыбнулся Варис. — Какая приятная встреча.
