Будет моей.

-Ёбаный же, блять, насвай! -громко выругалась Женя, запихивая в квартиру содержимое порвавшегося пакета. -Не связывайся, хуйня.-показался в коридоре Слава и подошел к девушке, дабы оставить легкий поцелуй, но та отстранилась и пихнула ему покупки. -Разберешь? -по-детски кокетливо замурлыкала она. -Без хэ. Чувство тревоги и того, что Женя вот уже неделю находится не в своей тарелке, не покидают её ни на миг. Проклиная Голубина и молясь, чтобы всё это был сон и вот-вот проснется в объятиях Михайлова, она перестала сначала улыбаться, выходить на улицу, а потом начала спать на диване, дабы лишний раз не ловить нежные прикосновения Славы, которые она так любила и так боялась. Каждое новое касание лишь подтверждало её страшнейшие опасения. -ПРОСНИСЬ И ПОЙ, ЕВГЕША! -влетел с громкими воплями Шатохин и раскрыл занавески, впуская золотистый солнечный свет в комнату, где, свернувшись калачиком, спала его сестра. -Терпеть не могу, когда ты меня так называешь! -выползла из-под пухового укрытия она, забавно щурясь от света. - "Домовёнок Кузя" устроит тебя больше? -Да иди ты! -Мне тут Славик пожаловался. На улицу не выходишь, к телу не подпускаешь. -Его ебёт только то, что я ему не даю? -язвительно поинтересовалась девушка. -Он волнуется. -Я знаю.-поубавив пыл, прошептала она.- И ты волнуешься. -И я волнуюсь. -Мне нужно время. -В чём дело, ты мне, конечно же, не скажешь. -Ты слишком хорошо меня знаешь. Три дня. -Два.-Шатохин поплёлся к выходу. Ничем не обрадовав Славу, стоящего у входа в спальню, тот лишь обреченно кивнул головой и покинул квартиру. Не успел Михайлов опомниться, как из комнаты вылетела Женя, страстно целуя парня и уже стягивая с него футболку. -Я соскучилась.-куда-то в губы пролепетала она. Остаток дня провели они в помятой постели. Уставший парень лежал у девушки на животе, а та легко покручивала в руке его дредик. -Прости.-прошептала она. Михайлов поднял голову. -За что? -Я… сомневалась. В… неважно. Прости за то, что мы неделю не трахались. Морт лишь улыбнулся и поцеловал шатенку в живот.-Самая охуенная у меня. Так они и заснули. -Ю СОУ ФАКИНГ ПРЕШЕС ВЭН Ю СМААААЙЛ.-Раздавалось в будке. -Ну у тебя и вокал, систер.-прожигал Депо Женю взглядом через стекло. -Иди в пизду! Другого нет! -обиженно  выкатила губу та. -Слышь, Морт, а нам обязательно тут телку на бэке пихать? -Звучать будет органичнее, чем с мужиком. А без бэка пусто будет. -Так, давай, поднажми, сис! Еще раз! АЙ ЛАВ Ю ЛАЙК Э ЛАВ СОНГ БЭЙБИ! Работаем! Ребята пыхтели до утра, постоянно перезаписывая Женю и корректируя голос программой. Шатенка уже сто раз пожалела, что согласилась. Лишь периодические ободряющие слова Морта и его обътия позволяли ей держаться. (ну, эспрессо еще) Девушка спала до ночи, а, проснувшись, не обнаружила рядом Славы. И лишь записка сигнализировала о том, что парня не украли инопланетяне, клюнув на его антенны на голове. «На студии. Буду рано. Люблю.» Остаток ночи она планировала скоротать за просмотром сериала и поеданием её любимого шоколадного. Она уже полезла за лакомством в холодильник, когда раздался звонок в дверь. -Если я никого не заливаю, то я откручу башку тому, кто звонит в дверь в 4 утра. Гопники ссаные. Но на пороге стоял совсем не гопник. -Глеб? Взрослый, отчужденный. С пустыми и абсолютно разъяренными глазами. Неделю назад он был другим. Он пахнул по-другому. А месяц назад, он был тем самым Глебом с дебильным, но таким родным чувством юмора и постоянными намеками на секс. На то, какой он пиздатый и обаятельный. Но перед Женей стоял не Глеб. Перед ней стояла та самая тварь из его треков. Хладнокровная и жестокая. Перед ней стоял Сименс. Холодный Сименс. Подняв с лица капюшон, он ворвался в квартиру, затыкая Жене рот и хватая её за волосы. -Тихо, тварь! Ты сейчас отдаешь мне все свои блестяшки, а потом сидишь и молчишь, как будто хуй сосёшь, поняла?! -Что, на дозу не хватает? -прошипела она. Но Голубин достал нож и приложил к ее горлу. -Ой, куда пропала смелость и гордость, сука? Что, ножичка испугалась? -орал он над ухом.-Тащи! По-настоящему испуганная Женя схватила все, что есть. Дрожащими руками протянула грабителю, но не смогла сдержать слез. Не страшно совсем. Обидно. Обидно, что эта дрянь еще одну жизнь погубила. Голубин посмотрел на испуганную девушку и убрал нож, складывая украшения в карман. -Все могло быть иначе.-немного успокоился он. -Если бы ты слез? -Если бы ты выбрала меня! Он развернулся и направился к выходу, напоследок окидывая девушку взглядом. Удлиненная футболка почти не прикрывает ноги, а пропитанная слезами ткань еле заметно демонстрирует упругую грудь и соски. В штанах стало тесно. Парень подлетел и разорвал мешаюший кусок ткани. -Глеб? Ты чего? Глеб! Бери все и уходи! — вопила Женя и била его кулаками по спине. Но Глеб не слышал. Потому, что не было Глеба. Был Сименс. Холодный. Резким движением он вошел в трясущееся от ужаса хрупкое тело девушки. Толчок. И еще один. Вдалбливаясь в задний проход все глубже, он дергал девушку за волосы все сильнее, по мере приближения к развязке. По бедру её потекла кровь, слезы и крики смешались с отчаянием и разочарованием. Но ему было похуй. Вытерев кровь с члена остатками футболки, он небрежно перевернул полумертвую девушку на спину и прошептал. -Я ведь сказал, что ты будешь моей. Ушел. Оставил истекать кровью. Ждать помощи. И тихо ненавидеть. На большее девушка способна не была.