Металл

      Прошло всего минут пятнадцать, а для прародительницы они ощущаются, как часы, такие долгие и мучительные. Первородная с трудом держит глаза открытыми, от боли, пронзающей тело насквозь; она может в любой момент потерять сознание. Но Юмэ не останавливается ни на секунду. В один момент он разорвал куртку девушки и перевернул Цукинами на живот. Отодвинув край кофты, вампир медленно провёл подушечками пальцев вдоль девичьего позвоночника и ухмыльнулся, ощутив через прикосновения то, как содрогается всё тело старшеклассницы. "Наконец-то я могу это чувствовать... Её дрожь" – промелькнуло в мыслях садиста. <POV Кинзоки>       Моему телу совсем не холодно, но я дрожу... Это, должно быть, от страха. Почему я опять позволяю кому-либо видеть себя настолько слабой?.. <Автор> ~Flashback~ [Шесть лет назад]       Маленькая хорошенькая девочка сидит на сером прохладном полу, поджав ноги под себя. Хоть сейчас и осень, одежда на малышке лёгкая: посветлевшая от многочисленных стирок чёрная футболка большого размера и свободные серые шорты, чуть выше колен. "Я так хочу, чтобы у меня были друзья... Но никто не считает меня нормальной". Со стороны входной двери раздался противный смешок. Девочка хорошо знает, кто это, – сероглазый мальчик двенадцати лет, на лицо которого спадает несколько рыжих прядей, выбивающихся из общей непослушной причёски. На его губах злая усмешка. "А ты, как всегда, одна. Знаешь, забавно наблюдать за тем, как ты жаждешь обрести друзей... – он закрыл за собой дверь. – Но ведь ни черта у тебя не получается. И ты сидишь в маленькой коморке, чтобы никто не видел, как ты грустишь". Он на секунду замолчал. – А знаешь, почему никто не дружит с тобой? – П-почему?.. – хмыкнув, нерешительно спрашивает Кинзоки. – Потому что ты выглядишь как ведьма! Потому что у тебя зелёные глаза! – он громко рассмеялся.       Не сдержав порыва эмоций, тёмноволосая заплакала, закрыв яркие глазёнки. Внезапно что-то больно ударило по руке девчушку и она уже знала, что это, как и всегда, был камень, специально принесённый с улицы и брошенный в неё рыжеволосым. Дверь скрипнула и Кинзоки снова осталась одна. В звенящей тишине она слышит только свои мысли, которые опутывают с ног до головы, будто паутина. ~End flashback~       Она снова почувствовала боль, ту, которую никогда не забывала, ту, которая никогда не пропадала, а лишь таилась в сердце, в глубине души. Сейчас спрятать своё состояние Кинзоки была не в силах, поэтому нещадно кусала свои мягкие губы, ощущая порывы истерики. Брюнетке что-то обожгло нежную кожу на шее и первородная с ужасом осознала: это серебряная цепь! "С тобой будет очень весело играть" – он ухмыляется. Сероглазый взялся за середину цепи и слегка потянул её на себя, заставляя девушку безвольно двигаться следом. Но неожиданно бессмертный отстранился от своей жертвы, такой желанной и манящей своим ароматом: "Как жаль, что мой час уже закончился... Мне придётся покинуть тебя, ангелочек". Юмэ встал, развернулся спиной к девушке, уже еле терпевшей, чтобы не зарыдать, и ушёл, бросив короткое "Ещё увидимся".       Цукинами ударяет ногой об пол с глухим стуком и руками ощупывает свой ошейник. "Снова это происходит со мной!". Бессмертная чувствует себя паршиво, когда по щеке скатывается первая слеза.       Прародительница, опираясь на руки и дёргая плечами, становится на колени и вскидывает голову. Через небольшое окно в потолке, какое обычно бывает на чердаках, проливается лунный свет, отдающий голубым. Вот оно!.. С минуту подумав, Кинзоки, умело разбежавшись, прыгнула на одну из стен и, оттолкнувшись от неё же ногами, находясь в воздухе, почти дотянулась до оконной рамы. Падение не отрезвило, а лишь заставило сильнее желать свободы. В зелёных глазах мимолётным огоньком появляется надежда. ...       Выйдя с чердака, Юмэ спустился на второй этаж дома. В конце коридора за столом перед открытым окном сидел Кай. – О чём думаешь? – брюнет похлопал парня по плечу, возвращая на землю. – Хочешь знать? – странная эмоция пробежала по его лицу. Вампир лишь коротко кивнул. – Думаю, что странная эта Камиширо... Слишком. Тёмноволосый прищурил серые глаза и усмехнулся. – Ну так, иди наверх... Пообщайся с этой девчонкой. [Чердак]       На полу сидит бессмертная и нервно дрожит, она много раз пробовала, но энергии не хватает, чтобы оттолкнуться посильнее.       Дверь открылась, и вошёл Джу. Вот уж чего девушке не хотелось бы, так это появления нового мучителя. Тёмноволосая обречённо вздыхает, не поднимая глаз на парня. "Посмотри на меня" – это прозвучало так спокойно, что всем своим естеством Цукинами насторожилась. "Посмотри..." – повторил вампир. Первородная не послушалась красноволосого. Тогда тот молча подошёл к Кинзоки и опустился на колени напротив неё. Взор красных глаз был направлен на девичью шею, после – переместился на руки. "Цепь и раны... Запёкшаяся кровь" – эхом отозвалось в каждом уголке сознания вампира. – Это он сделал?.. – указывая взглядом на раны, тихо вопрошает юноша. – Сам как думаешь? – фыркнула прародительница, не медля ни секунды.       Но тут же мысленно приготовилась к наказанию за свои слова и тон. Девушка зажмурилась и ожидала чего угодно: укуса, удара... Но никак не этого. Резко раздался скрежет металла и жалобный хруст. Разомкнув веки, Кинзоки с удивлением осознала, что шее стало легче, а перед ней на полу лежит разорванная цепь. Немой вопрос застыл на губах Цукинами и вампир ответил: – Ты мне напоминаешь.. одну девочку. – Но это ведь... Невозможно... – сомневаясь в собственных словах, прошептала брюнетка. – Я не помню своих родителей... – начал Кай тихо. – Всё детство провёл в детском доме. Друзей-то у меня там, ясное дело, не было... – горько усмехнулся бессмертный. – Только помню одну девчонку, которую постоянно задирали дети постарше. Били, шпыняли...       Летом это случилось. За нами на улице никто не следил. Шёл, услышал плач и побежал, сам не понимая, зачем. Она лежала на земле вся в синяках, а мальчишки пинали мелкую и громко смеялись... До сих пор не пойму, откуда столько сил во мне нашлось, чтобы их всех пораскидать. – Он остановился на мгновение. – А когда подошёл к ней, то просто сказал правду: "Жалко стало"... На глазах первородной застыли слёзы, синяки, которых давно уж нет, как будто снова появились, покрывая всё тело. – У той мелкой тоже зелёные глаза были и.. – И все говорили, что она ведьма... – прошептала Цукинами и чувства высвободились, потекли по щекам.       Лицо её искривилось от боли, что разлилась внутри. – Ты не знал её имени... Она никогда не говорила его. Никому... Пряталась в тёмной комнатке, чтобы не нашли, и рисовала. – Ты..? – договорить парень то ли не решился, то ли просто не смог, по вине эмоций, захлестнувших его в один момент.       Он лишь внимательно посмотрел на Кинзоки и понял: "Это она...".       Дверь открылась и наступила тишина.