Металл

       Тёплая вода успокаивает боль. Я устало закрываю глаза и слушаю звуки вокруг: песню ветра, всплески воды... Однако сознания надолго не хватает – оно всё же рисует золотые глаза отца, полные беспокойства. Увидев этот взгляд, я вздрагиваю всем телом. Я вижу отца вместе с дядей... Они, кажется, меня зовут: "Кинзоки... Кин.."; голоса внезапно прерываются, когда я широко раскрываю глаза. "Хватит, – хлопаю себя по щекам. – Хватит..."       Тщательно отмывшись, я неохотно покинула воду и вышла на берег. Но на том месте, где оставила свою одежду, обнаружила вещи, явно мне не принадлежащие.       Что это значит?.. Я подхожу ещё ближе. На аккуратной стопке одежды лежит моё нижнее бельё. "Неужели Сульфус.. создал эту одежду?" – прошептала я, словно кто-то, кроме самого парня, если бы я задала вопрос ему, мог мне ответить. Что же делать?.. Я не знаю, что этот демон сделал с моими рваными вещами, а потому мне нечего больше надеть. Но я же не могу настолько полагаться на него! Ох... Какой позор..! Я хлопаю ладонью себя по лбу.       Хотя... Чистые и не рваные вещи – это, в самом деле, то, что мне не помешало бы. Полагаю: мне придётся смириться и просто сказать спасибо.       Я беру в руки сложенное рядом с одеждой полотенце. <Автор>       Вытеревшись, первородная собирается пока положить полотенце на место. Но, как только Кинзоки это делает, оно бесследно растворяется в воздухе.       Нервно вздрогнув, Цукинами спрашивает себя: "Как бы мне привыкнуть ко всем этим необычным вещам поскорее?.." Что ж, это, неверное, не получится сделать осознанно.       Переодевшись, бессмертная возвращается к Сульфусу. Демон сидит на траве молча и смотрит на небо. Со стороны кажется, что это его успокаивает. А на самом деле, никто не знает, что делается в голове у этого парня. Да он и сам, похоже, не в курсе (по крайней мере, не всегда). Отчего-то Кинзоки замирает в нерешительности, прежде чем присесть рядом. Ну... Не совсем рядом: девушка садится примерно в двух метрах от брюнета. Это может выглядеть так, будто первородной неловко, но она лишь не хочет вторгаться в личное пространство Сульфуса. – Спасибо тебе за чистку ран, воду, одежду... За помощь, – благодарность девушки ветер разносит над озером. – Не за что. Снова наступает тишина, пусть и ненадолго: в следующую минуту её вновь прерывает голос Кин: – У тебя уже был опыт в создании одежды? – Только мужской, – демон неуловимо усмехнулся. – Как же ты так точно угадал размер?.. Порванные вещи мне были свободны. – Я знаю. Я учёл, что ты похудела от нервной жизни в доме Сакамаки, – он говорит это так спокойно, будто это простая вещь, известная чуть ли не всему свету, как, например, таблица умножения или что-то подобное. – Откуда ты это знаешь? – она старается не выдать своего удивления. – Демонам обычно интересно и забавно наблюдать за миром людей: это как смотреть сериал. И, как ты можешь понять, такие, как Сакамаки, привлекают особое внимание. – Как сериал, значит... – темноволосая отвела взгляд: ей стало противно. – Думаю, что никто не знает, как выглядит новая жертвенная невеста братьев Сакамаки, но многие демоны знают, что может произойти в этом доме. – Как ты оказался около особняка?.. – неуверенно спросила бессмертная. – Гулял. Мне иногда хочется прогуляться по миру людей. – Хочется прогуляться по этому паршивому сериалу? – с долей горечи усмехнулась первородная. – Что-то вроде того. Оба тихо засмеялись. – Многие жители ада не прочь не только понаблюдать, но и повлиять на происходящее в мире людей. – Так ты, значит, участник? – В некотором роде, – брюнет ухмыльнулся, посмотрев Цукинами в глаза. – А что, не похож? Кинзоки лишь ухмыльнулась в ответ. – Так ты поэтому меня спас? Потому что не наблюдатель, а действующий персонаж?.. – Это вмешательство довольно крупное, не находишь? – демон хитро сверкнул кроваво-красными глазами. – Нахожу, что оно относительно крупное. Неозвученный вопрос застыл где-то в опустившихся уголках губ парня, но первородная его поняла. – Относительно моей жизни, вмешательство весьма велико. °°°°°°°°°°°°°°°°°°°°° <POV Карла>       Я не понимаю... В этой комнате её запах ярче всего, он буквально повис в воздухе, пропитал помещение!.. Но где же сама Кинзоки?.. °°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°       Перед нами стоят пятеро вампиров. Мы с братом и парнишкой из школы собрали всех, кроме одного. Хотя... Меня не особо волнует, где он.       Эти юнцы – настоящие поехавшие садисты... Впрочем, я такой же безумец. – Где Кинзоки? – я не без страха, который, конечно, не смею показать этим паршивцам, задаю столь волнующий вопрос.       Тишина. Все, кроме пепельноволосого юноши в очках, как-то сникли (?). Сакамаки с глазами малиново-пурпурного цвета без колебаний произносит то, что я так боялся услышать: – Она мертва.       Такое ощущение, будто всё внутри перевернулось, кости поломались, кровь застыла в жилах...       Нет... Нет. Этого не может быть! <Автор>       Сгорая от ярости, братья Цукинами одновременно направляют дула пистолетов на Рейджи, но на лице того ни один мускул даже не дрогнул. – Не смей лгать, сволочь! – Шин срывается на крик, подходит к Сакамаки и, приставив дуло пистолета к груди бессмертного, цедит сквозь зубы: "Где она?" – Выстрелишь мне в сердце? – спокойствие Рейджи поражает... – А дальше что? Реальность от этого не изменится.       Парень смотрит в золотые глаза прародителя. – Она мертва... – полушёпотом повторяют Шу и Субару, почти ненавидя себя за сказанное.       Разуру, стоявший молча до этого момента, не выдерживает и процеживает сквозь зубы: "Как..?" °°°°°°°°°°°°°°°°°°°       Младший Сакамаки отвёл троицу бессмертных к могиле Кин и испарился, оставив тех. – Как же так..? – Карла на секунду обнажил свои эмоции и слабость, упав на колени около букета белых роз. – Чёрт подери!.. Ей через три дня должно было исполниться семнадцать. Всего лишь семнадцать... – Шин дышит рвано и необычно громко. <POV Разуру>       Она... Мертва.       Я ничего не смог сделать, не защитил её, мою маленькую Льдинку.       Слеза, полная боли и горечи утраты, быстро бежит по щеке, шее, теряется в вороте рубашки. Мокрая дорожка от неё словно обжигает кожу. Ноги становятся ватными; я опускаюсь на колени и припадаю корпусом к земле. Пальцы впиваются в мягкую почву, закрываю глаза и молча кричу.       Я должен был забрать её!.. Должен был вырвать из этого проклятого поместья... Я должен был её защитить! Должен! Должен! Должен!       От боли хочется выть.       Тихо шепчу одними губами: "Прости меня..." <Автор>       Гримаса боли, скорби и отчаяния искажает лицо Камийо.       Потерянные взгляды Карлы и Шина в один момент сталкиваются; нет, они больше не могут оставаться здесь... "Моя девочка... Я так хотел вновь быть рядом... Я должен был раньше тебя забрать!.. И ты осталась бы жива..." Беловолосый склоняет голову, пряча глаза, полные грусти, ужаса: "Я не защитил тебя".       "Я должен был привести тебя домой, лишь найдя. Я обязан был..! – кулаки рыжеволосого неистово сжимаются. – Я... Не защитил тебя". <POV Субару>       Зачем прародителям Кинзоки?.. Как они связаны? Почему эта троица... Так себя ведёт?       О, чёрт!.. Одни вопросы!       Она же смертная. Так в чём же дело?.. Что это всё значит?!