Что будет после того, как я спасу тебя

Небо темно-синее, насыщенного сливового цвета. Облаков не видно, только мелкие далекие и холодные звезды, что держатся высоко над головой, да яркие неоновые вывески магазинов, что виднеются почти на каждой улице Дейтройта. Падающий мелкий снег больше походил на мелкие искрящиеся блестяшки, нежели на узорные снежинки. Машина тормозит около парка. Пыхтя себе под нос, Андерсон, как ошпаренный, вылетает из салона, громко хлопая дверцей. Он садится на скамейку около набережной и вынимает из внутреннего кармана куртки флягу, делает большой глоток, затем вытирает рот рукавом. Коннор вздыхает, качая головой, и следом выходит из машины. — Красиво тут, а? Я любил этот парк, — вдруг, совершенно неожиданно, произносит до того молчавший лейтенант. — Любили? До чего? — Детектив аккуратно интересуется, недовольно наблюдая за тем, как мужчина делает ещё один глоток. — Это. Это не важно, — Он отмахивается, переворачивает флягу донышком вверх, энергично тряся ей; фляжка пуста — на снег падает всего несколько одиноких капель. — В вашем доме, на кухне, я видел фотографию маленького мальчика, это ваш сын? — Андроид задает вопрос, даже не надеясь получить на него ответ, очевидно, что данная тема вызывает у Хэнка болезненные воспоминания, и детективу лишний раз не хочется травмировать напарника. Коннор, не моргая, смотрит на темную недвижимую водную гладь. Изредка ветер нервирует реку, оставляя на её поверхности полоски-складки ряби. Синее нависающие небо настолько чистое, что среди темноты легко различаются звезды, при должном знании астрономии можно даже отыскать созвездия. Небо ровно с зеркальной точностью и кропотливостью отражается в воде. — Коул, — после долго молчания произносит лейтенант. — Ты бы ему понравился, — добавляет он, горько усмехнувшись. — Малец всегда хотел, чтобы я был хорошим копом... Андроид рассматривал танцующие в воздухе снежинки. В глубоких карих глазах, причудливо искрясь, отражается свет уличных фонарей. Машина молчала, не зная, что и ответить на такое вдруг вроде бы и совсем неуместное откровения напарника. — Расследование застряло в мертвой точке. У девиантов ничего общего, это разные модели, произведены в разное время, в разных местах, — отрываясь от созерцания природы, говорит Коннор, бессильно разводя руками. — Ну должна же быть связь, — Хэнк локтями упирается о собственные колени, чуть наклоняясь вперед, сцепляя пальцы рук вместе. — Мы знаем, что все девианты пережили эмоциональный шок, — Андроид складывает на груди руки, как бы пытаясь защититься от холода. Подобный жест не останется без внимания Андерсона, про себя лейтенант отмечает, насколько же в CyberLife постарались над «очеловечиванием» машин. — Эти девчонки просто хотели быть вместе, — качая головой, говорит мужчина, а в его глазах отражается горечь и боль. — Они прямо были... влюблены, — Он произносит это так, будто спрашивая у себя самого. Смириться с мыслью, что машина тоже может быть живой, испытывать чувства и эмоции, для Хэнка непросто, но что-то внутри него говорит, что подобный исход правильный, истинно верный. — Этот инцидент тронул вас? — спрашивает андроид, внимательно наблюдая и анализируя меняющиеся эмоции на лице лейтенанта. — Они могут симулировать эмоции. Они машины. А машины ничего не чувствуют, — Коннор повышает голос, взмахивая руками, злясь и чувствуя себя так, словно объясняет непутевому ребенку прописные истины, которые тот ну никак не желает принимать. — Ну, а сам-то ты, Коннор? — Мужчина замечает, как на лице напарника проскальзывает смущение, но всё равно продолжает. — Почему ты не выстрелил в тех двух девчонок? Почему дал им уйти? — Лейтенант Андерсон резко поднимается со скамейки, замечая, как собеседник делает аккуратный шаг назад, видимо, подсознательно желая оставить для себя пространство для маневра. — Я не знаю... Не знаю, — Андроид растерянно качает головой. Хэнку кажется, что он перегибает палку, но отступать явно не собирается. — Видимо, это какой-то программный сбой или... — бормочет в ответ машина, словно отчитываясь, его взгляд блуждает где-то внизу, рассматривая сухие пожухлые листья, что покрываются тонким слоем белого снега. — Но ты же боишься смерти? — Андроид поднимает глаза, сталкиваясь с дулом пистолета. — Что будет, если я спущу курок, а? Пустота? Ничего? Рай для андроидов? — Хэнк решителен, вот только мужчина не знает, кого в первую очередь он проверяет: себя самого или машину напротив. — Вряд ли у андроидов есть рай, — уклончиво замечает Коннор, чуть качая головой и вскидывая брови. Где-то под ухом уныло скрипит качеля, еле заметно раскачиваясь. Ветер срывает последние листья с совсем голого клена рядом и несет их к реке. Куртка лейтенанта Андерсона полностью облеплена снегом, поэтому от каждого неверного, неосторожного движения в воздух срывается облако морозных хлопьев. Из-за того же снега отметки о принадлежности CyberLife почти не видны на пиджаке андроида, ветер порывами уныло треплет его галстук. — Экзистенциальные сомнения, Коннор? — замечая замешательство на лице напарника, спрашивает Хэнк, продолжая держать пистолет у его головы. — Ты сам-то часом не девиант? — Он чуть заметно качает дулом, подначивая андроида. Машина делает шаг, и оружие окончательно упирается ей в лоб. — Я регулярно себя тестирую и точно знаю, кто я такой, — диод кричит и захлёбывается янтарным цветом. Хэнк и Коннор оба понимают, что последний неприкрытым образом врет, но первого подобный ответ устраивает, и пистолет возвращается обратно в кобуру. — Куда вы? — Кричит андроид, делая несколько торопливых шагов и наблюдая за тем, как лейтенант собирается уходить. — Пить дальше, — взмахивая рукой, отвечает Хэнк. — И ночевать под одной крышей с жестянкой я не намерен, — Мужчина хлопает водительской дверью, тут же уезжая. Шины срывают с асфальта осевший снег, поднимая в воздух легкое белоснежное облако. Время давно перевалило за полночь, а Мириам только недавно вернулась домой, в связи с участившимися случаями нападения девиантов работы у девушки заметно прибавилось. CyberLife давили, пытаясь понять причину инцидентов и поскорее найти хоть какое-то решение. Наскоро поужинав и приняв душ, девушка тут же отправилась спать, надеясь хотя бы так отдохнуть. Требовательный звонок в дверь заставил её всё-таки подняться с кровати, выбираясь из-под теплого пушистого одеяла. Сняв с крючка белый халат, девушка прямо на ходу укуталась в него, направляясь в гостиную. — Кто это может быть? — шлёпая босыми ногами по тёплому полу, недовольно ворчит девушка. Она подходит к сенсорной панели и, прикладывая руку, внимательно всматривается в изображение с камеры видеонаблюдения. — Коннор? — Девушка отключает систему безопасности и открывает дверь. — Коннор? — Переспрашивает Мириам, пропуская машину внутрь дома. — Простите, я кажется не во время? — наивно спрашивает андроид, внимательно вглядываясь в лицо Йохансен, чуть склонив голову набок. Он полностью отдаёт себе отчёт, что поздно и люди в такое время обычно спят, но признавать этого упорно не хочет. — Что-то произошло? — Мириам щурится из-за света, недовольно передергивая плечами. Она проходит на кухню, заглядывает в холодильник и наливает себе стакан апельсинового сока. — Лейтенант Андерсон меня выгнал, сказал, что не будет ночевать с жестянкой под одной крышей, — Андроид пожимает плечами, как бы усмехаясь. — Я, кажется, разбудил вас. — Коннор виновато вскидывает брови и поджимает губы. — Нет, нет, это не страшно, — Йохансен отмахивается, ополаскивая стакан и возвращая тот обратно на полку. Она взъерошивает и так находившиеся в беспорядке русые волосы. — Оставайся, вот только мне нужно хотя бы немного поспать, если ты конечно не против, — Девушка выглядит усталой, она широко зевает, прикрывая ладонью рот. — Конечно, — машина учтиво кивает, осматриваясь. Девушка кисло бурчит «отлично» и исчезает в направлении спальни. Андроид опускается на диван в гостиной. Спина напряжена, руки ровно лежат на коленях, взгляд прямо перед собой. Коннор закрывает глаза, пытаясь проанализировать случившийся с Хэнком разговор. Диод срывается с небесного синего в аварийно красный, машине хочется закричать. Детектив резко сжимает кулаки, это длится несколько тяжелых, долгих минут. Прилагая какие-то совершенно невозможные усилия, Коннор наконец стабилизируется, открывая глаза. Он тянется и берет в руки пульт, включает телевизор, быстро листает каналы и, не находя ничего интересного, тут же выключает. Поднимаясь, Коннор сканирует пространство, дабы окончательно успокоиться и прийти в себя. Рядом на столе стоит небольшая лейка; андроид проходит по всей комнате, поливая цветы. Набрав на кухне воды, он возвращает её обратно. Рядом с диваном стоит высокий книжный стеллаж, Хэнк явно ошибался, говоря, что только он читает старые бумажные книги. Встречаются издания на немецком и норвежском, классика, также несколько томов о биологии, инженерии и искусственном интеллекте. Коннор берет одну из книг, бездумно перелистывает страницы и тут же возвращает на место. Справа в рамке под стеклом висит диплом биоинженера, выданный Мириам Сатре Йохансен университетом Осло в 2032 году, чуть левее диплом Кембриджского университета, факультета искусственного интеллекта, выданный девушке на год позже. Открывая дверь холодильника, андроид внимательно осматривает содержимое. На полках много фруктов, овощей и разного рода соусов. На одной из полок — убранная в контейнер вчерашняя запеканка. Коннор проходит по коридору уже во второй раз, рассматривая картины Карла Манфреда. На секунду андроид замирает у двери спальни девушки, затем аккуратно бесшумно нажимает на ручку и заходит внутрь. В комнате темно, только тусклый свет торшера в углу позволяет разглядеть обстановку вокруг. Половину комнаты занимает широкая двуспальная кровать, сделанная из светлого кедра. Одну из стен занимает такой же по цвету платяной шкаф. Напротив кровати комод, над которым висит телевизор, справа от комода — открытый стеллаж, рядом с ним одинокое мягкое кресло персикового цвета. На поверхности комода разбросаны всякие мелочи. Несколько центов, заколки с резинками, несколько склянок с кремами. Коннор подходит к стеллажу и берет в руки одну из фотографий. На ней изображена вся семья Йохансен. Чертами лица девушка пошла в отца, такие же выразительные скулы с круглым, немного пухлым носом и губами, а русые волосы и яркие голубые глаза явно в мать. На снимке рядом с девушкой так же её младшие брат и сестра. Рядом снимок выпускников университета в Осло, девушка одета в белую сорочку и пышную красную юбку, она стоит рядом с другими выпускниками, но на камеру не смотрит, с легкой улыбкой на губах машет кому-то за пределами кадра. Соседнее фото так же с выпуска. Кембридж, рядом с Мириам стоит Элайджа, на обоих красная с золотым мантия, девушка держит в руках академическую шапочку с кистью, Камски что-то шепчет ей на ухо, Йохансен смеется, прикрывая ладонью рот. Последнее фото, будто выполненное совсем недавно, это один из Детройтских баров, Мириам сидит на бильярдом столе, рядом с ней кисло улыбается Хэнк, держа в руках кий. Диод на виске на мгновение загорается желтым, Коннор оборачивается, внимательно рассматривая спящего человека. Мириам тихонько сопит, полностью укутавшись в одеяло, густые волосы беспокойно разметались по подушке. Андроид примечает на полке издание Альберта Камю «Бунтующий человек». С книгой в руках машина опускается в кресло.