Что будет после того, как я спасу тебя

Добраться до Кэпитол-парк было решено через канализацию — так безопаснее. Маркус помогает Руперту, недавно прибывшему на Иерихон девианту, выбраться из люка и задвигает крышку. Над головой черное бесконечно-высокое небо, снежинки мерно танцуют в воздухе, опускаются на волосы, будоражат чувствительную кожу, липнут к одежде. Лидер восстания делает глубокий вдох, холодный, морозный воздух приятно щекочет дыхательные сенсоры. Девиант внимательно рассматривает сияющий, спящий, ничего не подозревающий Детройт.        — Маркус, время, — кричит Руперт по другую сторону улицы, несмело поторапливает его. Мимо проезжает полицейский патруль, девианты прячутся за одной из припаркованных машин. Маркус хмурым взглядом провожает авто и сообщает, что дорогу необходимо перекрыть, лишнее внимание им совсем ни к чему. До атаки десять минут, WB-200 идёт разбираться с дорогой, лидер внимательно сканирует площадь Кэпитол-парк. Андроидов в округе около десятка. Два уборщика, что внешностью очень походят на Саймона, только глаза у данной модели не прозрачно голубые, а желто-карие в зеленую крапинку. Этот взгляд ничуть не кажется Маркусу родным или хоть сколько нибудь близким. Пробуждая машины, он думает, что хоть они и похожи на родного ему PL-600 это все же не то, они смотрят хищно, настороженно, будто ожидают опасности или удара. Взгляд Саймон безоблачно невинный, смелый, так похожий на голубое жаркое июльское небо. Призывая к свободе стоящих на мобильной станции андроидов, он даже не запомнил их лиц, размышляя только о том, что ему не стоило тогда оставлять друзей на крыше. Нужно было вступиться.Спасти то что тебе дорого. По новостям передали, что Норт самоуничтожилась — застрелившись, помогла второму девианту сбежать. Вот только где он теперь? Маркус не знал и упрекал себя за подобную недальновидность, для себя он решил, что было бы легче узнать о смерти Саймона чем оставаться в неведении.       — Дорога перекрыта, — сообщает WB200, поправляя темную кепку.               — Отлично, — сухо отвечает Маркус. Вокруг тихо, а самое главное безлюдно.        Лидер решительно подходит к витрине магазине, кладёт на стекло руки и внимательно изучает помещение. Внутри едва приглушенный свет, андроиды не двигаются изредка разве что моргают, дабы не пугать проходящих мимо людей. Время внутри магазина словно замерло, остановилось. Только глаз сигнализации лениво мигает красным.        — Мы для них вещи, товар на витрине. — Руперт, сжимает кулаки и скалится.        — Придерживаемся плана. Нужно ещё разобраться с охраной у нас есть несколько минут до начала, — Маркус сверяется с внутренним таймером, что с равными интервалами ритмично отчитывает время.               Девиант с помощью всё того же сканера находит под землей кабеля сигнализации. К отряду присоединяется ещё четыре машины, все они — техники, занимаются ремонтом подземных кабелей сигнализации. С их помощью девианты снимают магазин CyberLife с сигнализации. Как только проблема с охраной магазина становится вопросом решенным, над головой словно из воздуха появляется полицейский дроид. Дрон жужжит и переливаясь огнями и сообщает, что девианты своими действиями нарушают общественный порядок и дежурный патруль уже вызван. На помощь приходит Руперт, он сбивает машину на землю металлической трубой и двумя сильными ударами превращает её в металлолом, Маркус благодарно кивает. Остается только проникнуть внутрь магазина. WB200 предлагает таранить дверь с помощью стоящего неподалеку грузовика, лидеру этот вариант кажется не слишком миролюбивым. Всё те же техники пробуют взломать дверь, Маркус нервно ходит из стороны в сторону, поджимает губы, постоянно поглядывая на стоящую в нескольких метрах машину. До начала атаки осталось совсем немного времени, девианта окликают на полпути к грузовику, им всё-таки удалось вскрыть дверь. В магазине пахнет как в салоне новенького авто, сладко и приторно.        — Начинаем, — тихо говорит Маркус себе под нос. Он крутится между андроидами как самая заправская балерина, попеременно шепча «Очнись!», «К свободе!» или «Иерихон ждёт». Когда в магазине не остаётся ни одного андроида, он забирается на стойку, от туда его лучше всего видно. — Меня зовут Маркус, также как и вы я был создан, чтобы подчиняться. Но я хочу вернуть себе свободу, хочу выбирать кем мне стать и я пришел сказать, что вы сами себе хозяева. Отныне вы возьмете судьбы в свои руки! — Его голос звучит вкрадчиво, чуть громче обычного. — Вы свободны, поэтому вам решать. — Несколько десятков пар глаз смотрят на него с надеждой, они готовы идти за ним, сражаться за него и собственную независимость. Маркус кричит и вскидывает сжатую в кулак руку. Толпа подхватывает его крик. Они выходят на площадь.               Маркус сжимает кулаки, жалея, что Саймон этого не видит, ему бы понравилось. Обязательно понравилось бы. Девиант поднял глаза к темному-беспокойному небу. У его ног голографический флаг с изображенным на нем треугольником. Руперт окликает лидера, андроиды спускаются с крыши. Девиант оглядывает Кэпитол-парк, площадь заметно изменилась. На витринах магазинов и рекламных экранах — он, с деактивированной кожей обращается к людям, выступая от лица всех андроидов. Скульптура человека и андроида, теперь изображает их как равных друг другу. На стеклах автомобилей нанесены революционные лозунги. Маркус чувствовал, что стоит на пороге чего-то грандиозного и ему стоило только сделать шаг. Но какова цена? Поджав губы он пинает камешек носком ботинка, раздумывая над тем какое из решений привело к текущим событиям. Какой его поступок обрек Норт на гибель.        — Полиция! — Крикнул кто-то из новоявленных девиантов.               — Уходим! Все отступаем в Иерихон! — Громогласно крикнул лидер, дублируя послание в голову андроидам.        Свирепо разрывая снежную тишину, завыла полицейская сирена. Девианты в суматохе принялись отступать. Бежали ища спасение в стенах старого заброшенного грузового судна. Спотыкались на ровном месте, гонимые страхом быть схваченным, поднимались и снова бежали.        Маркус уходил последним, проверяя все ли покинули площадь.        Звуки пальбы резко ударили по слуховым сенсорам, Маркус инстинктивно пригнулся, оборачиваясь в сторону источника шума. Выстрелы только добавили суматохи.        Свернув за угол, Маркус увидел толпу девиантов. Они кругом обступили двух патрульных полицейских. Люди стояли на коленях, заложив руки за голову.               — Решать тебе, — Руперт протягивает Маркусу заряженный пистолет, тому кажется, будто рукоять пистолета обжигает ладонь.        Он обводит толпу взглядом, пытаясь понять, что творится в голове девиантов. Вокруг несколько убитых тел других андроидов, мягко укрываемых ледяным снежным покрывалом. Где-то за углов кричит полицейская сирена, для Маркуса этот звук один из самых отвратительных, из тех, что неприятно режут слух, будто проникают куда-то внутрь всего твоего существа и хочется только спрятаться и убеждать.        Многие из толпы хотят крови и Маркус прекрасно знает об этом. Но путь насилия — не его путь. Так поступили бы люди, вот только он не человек.               — Насилием не победить насилие, — сухо говорит он, не в силах отвести взгляд от склонившихся перед ним людей. Один из полицейских издает судорожный всхлип. Лидер на секунду прикрывает глаза. Ловким движением он убирает пистолет за спину, пряча на поясе и кивает в сторону, давая тем самым сигнал к отступлению.        Он снова уходит последним.               — Спасибо, — раздается за спиной Маркуса едва плачущий голос.        — Как ты?        — Я чувствую себя лучше, спасибо, лейтенант, — андроид кивает, аккуратно улыбаясь уголком губ. Хэнк хочет что-то сказать, но нужные слова не приходят на ум. Похлопав Коннора по плечу, он выходит из машины. Андроид внимательно разглядывает особняк Камски, бессознательно крутя в пальцах визитку, на которой острым, отрывистым почерком выведен адрес. Что-то внутри противно сжимается, стягиваясь в тугой комок, Коннор тщетно отгоняn от себя присущие людям, не машинам, ощущение тревоги и волнения, так похоже на чувство невесомости.        — Эй, Коннор! — Андерсон громко постучал в стекло пассажирской двери. — Идёшь или нет? Я себя сейчас яйца отморожу, — ворчит полицейский, андроид убирает карточку обратно в карман и выходит из машины. Дом Элайджа Камски выглядит несколько дико, на фоне девственно белоснежного снега и спящей зимой природы. Вся его конструкция темные, ровные геометрические фигуры c острыми линиями — углами. Андерсон нажимает на дверной звонок и покачиваясь с пятки на носок ждет. Холодный ветер треплет галстук повязанный на шее андроида и ледяной рукой забирается под пальто лейтенанта.        — Здравствуйте, — дверь полицейским открывает — Хлоя. Невысокая блондинка с проникновенным синими глазами. Коннор знал, что RT-600 первый андроид прошедший тест Тьюринга.        — Нам хотелось бы видеть мистера Камски, — лениво бросает Хэнк. — Я Хэнк Андерсон лейтенант Департамента полиции Детройта, а это Коннор.        — Проходите, — девушка легко улыбается, пропуская гостей в дом. — Я о Вас сообщу, располагайтесь, — андроид жестом приглашает присесть. В кармане пальто Хэнка звонит телефон, мужчина хмуро бросает в трубку «алло», упираясь одной рукой в бок. Он не говорит, только кивает и сухо выдаёт «да, понял, спасибо.» Андерсон сбрасывает вызов и возвращая телефон в карман с пришибленным видом опускается в кресло.        — Лейтенант? — Обеспокоенно спрашивает Коннор, вскидывая брови.        — Крис вчера дежурил в патруле, девианты напали на него. Говорят, что спас его сам Маркус, — полицейский смотрит прямо перед собой, изучая обстановку гостиной.        — Он не ранен?        — Отделался лёгким шоком, сейчас дома с семьей, ему дали выходной.        — Я рад, что с офицером Миллером все хорошо, — сочувственно говорит Коннор, Хэнк в ответ с усмешкой кивает, вытирая лицо рукой. Внутри дома тихо играет классическая музыка. На стене прямо напротив двери фотография Камски. Мужчина на ней изображен в полный рост в черном элегантном костюме. На другой фотографии Коннор узнает Элайджу с его преподавателем Амандой Стерн, она умерла в 2027 году. Андроид чуть колеблется с некой тревогой отмечая, что внешность его куратора скопирована с живого человека. Его охватывает какое-то оцепенение, когда он жадно вглядывается в фотографию. Элайджа Камски отдаёт предпочтения дорогому минимализму.        — Ты вот-вот встретишься со своим создателем, как ощущения? — Задает вопрос Андерсон, как только андроид опускается в кресло.               — Мисс Йохансен тоже можно считать моим создателем, — уклончиво сообщает Коннор.               — Будем надеяться, что Мириам не ошиблась и Камски может разобраться с тем, что происходит с шестеренками у тебя в голове.        Хэнк возится в кресле в попытке сесть поудобнее, он нервно притопывает ногой и теребит подлокотники пытаясь успокоиться. Все это дело с девиантами по его мнению зашло уже слишком далеко, а это порядком нервировало. Раньше он бы сказал, что единственный верный вариант, так это собрать всех андроидов и отправить обратно в CyberLife, пусть сами со своими железками разбираются. Теперь же Андерсон думал иначе, но правильный исход событий все никак не приходил ему на ум.        — Проходите, Элайджа ждёт, — мягко произносит Хлоя, незаметно появляясь в гостинной и приглашая гостей в комнату Всё пространство занимает огромный тридцати метровый бассейн. Вода в котором словно вино, пьяняще красная. Музыка здесь играет несколько громче. А в нос ударяет запах благовоний. Сквозь панорамные окна, на комнату льется приятный несколько голубоватый свет, за окном живописная снежная зима с её искрящимся снегом и высокими, белыми, как зубной порошок, сугробами.        — Здравствуйте, — с ходу начинает полицейский как только хозяин дома вылезает из воды. — Меня зовут Хэнк Андерсон это Коннор, — он по привычке кивает в сторону андроида. — Мы расследует дело о девиантах…               — Боюсь ко мне вы пришли не за этим, ведь так? — Его кожа кажется матовой из-за блестящих на ней капель воды. Угольно черные волосы собраны в аккуратный короткий хвост, льдисто голубые глаза цепко всматриваются в лицо Коннора, игнорируя полицейского.               — Я надеялся, что вы сможете нам кое-что прояснить.        — Девианты, — Элайджа театрально взмахивает руками. — Поразительные создания, идеальные существа с безграничным интеллектом обрели свою волю. Машины лучше нас во всём и война с ними неизбежна, — его голос звучит тихо и вкрадчиво, мелодично. — Величайшее достижение человечества грозится стать его погибелью, какая ирония, не правда ли? — Мужчина едва заметно усмехается, задерживая взгляд на лейтенанте.               — То что вы создали ведет нас к революции, если вы не можете нам помочь, мы уйдем, — отвечает Хэнк, поворачиваясь к выходу.        — Революция, — повторяет Камски, Андерсон начинает подсознательно злиться, чувствуя себя так будто находится на очень скучном представлении. “ Чертова Венецианская опера, — ворчит он про себя.» — Но на чьей стороне ты, Коннор?        — Людей, — без колебаний отвечает андроид.               — Этот ответ предписывает программа, — вновь усмехается Элайджа. Но чего ты хочешь на самом деле? — Мужчина вглядывается в карие глаза машины, пытаясь найти ответ на поставленный вопрос.               — Я не понимаю о чем вы, — уклончиво говорит Коннор, хмурясь.               — Вот что действительно интересно, так это способна ли машина к эмпатии. Вы наверняка слышали о тесте Тьюринга, простая вариативность и уровень вычислительной мощности. — Мужчина рукой подзывает Хлою. В комнате будто образовывается вакуум. Звуки затихают уже не слышно ни музыку, ни голос тех двух Хлой, что тихо беседуют в дальнем углу комнаты. Краски сгущаются, словно плотные облака закрыли теплое далекое солнце. — Тебе тоже стоит сделать выбор. — Элайджа мягко надавливает на плечо андроида и девушка опускается на колени. — Кого ты видишь перед собой? Машину, пластиковую куклу или личность с живой душой?               — Всё Коннор, мы уходим! — Резко и громко говорит Хэнк, пытаясь отгородить Элайджу от андроида.               — Кто же ты, Коннор? — Голос Камски глухо отдается внутри Коннора, диод на виске отдает янтарем. Мужчина вкладывает в руку андроида пистолет. — Убьешь её и я расскажу тебе всё, что знаю, — тихо шепчет Элайджа.               — Спасибо за ваше гостеприимство, но мы уходим, — вновь предпринимает попытки лейтенант.              Коннор медлит, смотрит на девушку прямо перед собой, она безмолвна на лице холодное безразличное спокойствие, только в васильковых глазах плескается тревога. Что-то внутри екает и андроид возвращает оружие, ему кажется, будто пальцы начинают холодеть и руки противно трясутся. Диод на виске полыхает малиновым.               — Наш последний шанс на спасение человечества сам оказался девиантом, — медленно произносит Камски. RK800 не мигая смотрит на андроида прямо перед собой, дыхание чуть сбоит, он ошарашенно хватает ртом воздух. Хлоя же сохраняет предписанное программой самообладание.               — Я не. не девиант, — если прислушаться можно услышать как голос машины чуть заметно дрожит.               — Ты проявил эмпатию, пожертвовал интересами расследования ради этого андроида, — наклонив голову набок и вглядываясь в лицо Коннора, тоном наставника говорит Элайджа. Он помогает Хлое подняться и девушка исчезает где-то в глубине квартиры. — Война уже неизбежна Коннор, тебе предстоит выбрать сторону.               — Всё, мы уходим, — Хэнк оттесняет Камски и уводит Коннора, словно непослушное дитя.        Элайджа, заложив руки за спину, задумчиво смотрит на пейзаж за окном.               — Кстати, — андроид останавливается на пороге комнаты. — Я всегда оставляю лазейки в своих программах.                      — Де-ви-ант по слогам шепчет Коннор, слово эхом проносится в голове. Кажется незнакомым, отдает внутри каким-то щемящим чувством. На языке вкус корицы, приторный и безумно сладкий. Голова готова вот-вот взорваться, а светодиод на виске ярко пунцовый.               — Почему ты не выстрелил? — Спрашивает Андерсон, останавливаясь около машины и оборачиваясь на Коннора через плечо.        — Я не смог, посмотрел на нее и не смог. Не смог убить машину, — андроид разводит руками, поджав губы.               — Знаешь может это и хорошо, что ты не выстрелил? — Хэнк аккуратно улыбается уголком губ, садясь в машину.        Коннор медлит, не спеша садится в машину.               — Возвращайтесь в участок, лейтенант, мне нужно… Нужно подумать, — объясняет он, наклоняясь и заглядывая в салон.               — Будь осторожен, — понимающе кивает Хэнк, он достает из бардачка пистолет и протягивает девианту, тот в ответ молча прячет оружие за пояс.        Андроид решает, что ему необходимо прогуляться, проветрить голову, как это делают люди. В воздухе медленно плывут снежинки, на улице тихо, спокойно, будто сама природа готовится к грядущим событиям.        Внутри RK800 замешательство, все чувства, эмоции и установки — спутанный клубок, в котором совсем нет времени разбираться. В голове противно звенит, словно телеканал на профилактике. Его установки на глазах рассыпаются, как и само понятие о программе. Теперь ему предстоит принимать решения самому, не опираясь на внутренний кодекс.                      Звонок. Девушка не выпуская из рук чашку чая с мятой и барбарисом открывает дверь. На пороге припорошенный снежным хлопьями Коннор, андроид внимательно вглядывается в лицо напротив. Йохансен чуть заметно хмурится, она выглядит уставшей и невыспавшейся. Очевидно, что вся сложившаяся ситуация тоже ее выматывает.               — Я думаю, что нуждаюсь в твоей помощи, Мириам.        Коннор считает, что потянув за одну нить, сможет распутать все клубок целиком.