Как это было давно...

Когда вы были в последний раз в театре? Ходили на всем известную оперу, с замиранием сердца смотрели на танцы в балете, на самих балерин, что так изящно порхали на сцене. Их движения.. Почему они были столь изящными? Вы хоть раз задумывались? Сколько лет, эти девушки потратили на то, чтобы пробиться наверх? Каких сил им это стоило? Амели Гийяр прекрасно знала это. Все ее детство прошло в том, что она танцевала, каждый день после школы в любимом зале для танцев. Но, знаете, в отличие от многих своих знакомых ванильных девочек, что жаловались от усталости и вечно ныли, что ничего не хотят- она действительно работала, буквально не покладая рук. Не жалея ног и своих сил на это дело. Она не имела права опозорить свою семью. Она не имела права опозорить себя. С каждым годом Амели становилась взрослее. У нее появлялись фанаты, ведь мало кто может устоять перед столь красивой юной леди. Манеры, богатство и слава… Ничто из этого не могло вскружить ей голову. Родители с детства хорошо ее воспитали. Когда же она начала танцевать на большой сцене- поклонников было и вовсе не отбиться. Но, чаще всего это были взрослые мужчины, что смотрели на нее жадным и похотливым взглядом, те явно восхищались в первую очередь ее телом, нежели талантом или тем, какой она человек. Кто-то даже караулил после выступления или в парке. Но, даже среди тех людей.. она заметила особенного. Он всегда наблюдал за ней издалека. Не рвался к сцене, а тихонько наблюдал с балкона, просил передавать цветы в ее гримёрку, а не шел лично. Его добрый и мягкий взгляд, что Амели всегда могла почувствовать, делая очередное движение вперед. Так легко, словно касание летнего ветерка… Но вот, прошло столько лет и они женаты. Он так неловко сделал предложение Амели. Она просто ждала его в своей гримёрке после выступления, он как обычно принес цветы и доставая ту самую заветную коробочку.. так неловко поскользнулся, однако упал прямо к ее ногам. Ну, и как же тут было отказать? Они уже повенчались, она сменила фамилию и отныне и по сей день- она Лакруа.. Даже после его смерти.. Это как напоминание о прошлой жизни. Амели помнит, как ступала по этой самой сцене каждый день. Как легко она отдавалась музыке, слыша ее в очередной раз, но снова находя нечто новое и особенное, от чего сердце билось быстрее. Шаги были уверенными, танец столь активным и быстрым, как языки пламени- неуправляемый, обжигающий, он поглощает все внимание зрителя... А в какие-то моменты.. Она словно пушинка, замирала над сценой.. ты желаешь ее поймать, но она ускользает сквозь пальцы. Ветер старательно забирает ее из рук людей, не позволяя коснуться и сломать. А как теперь? Она не была более мягкой и нежной. Ее нельзя обидеть первому проходимцу. Ее волю нельзя сломать. Однако, знаете, у Амели все еще есть душа.. -Тело- лишь хрупкая физическая оболочка, которую можно ранить и легко залатать. А вот душу, как ты думаешь? Можно ли ее исцелить amigo?- в ухе через маленький передатчик послышался противный, задорный голос мексиканки , что так назойливо тараторил о некой философии жизни. – Ну же, Амели, не молчи ты, мы же не на задании и тем более говорим по личному каналу связи. Разумеется, спасибо мне за такую настройку. Лакруа позвала ее сюда лишь по той причине, что никто иной не сможет помочь ей взломать надежную защиту театра, как Сомбра. Сделать это тихо и без каких либо следов. Надежно, верно? Разумеется, первым вопросом хакерши на такую просьбу, было : «А что я получу с этого?». -Сомбра, если ты и правда желаешь увидеть то, зачем пришла, то будь добра, помолчи и включи музыку, что я тебе указала на компьютере. – проговорила Вдова, опуская взгляд янтарных глаз в пол. Изначально, она не желала , чтобы Коломар присутствовала на ее тайном выступлении , чтобы та постояла где-то на страже, а Амели спокойно отдалась старому чувству ностальгии. Но как и ожидалось- ее желанием было увидеть Вдову на сцене.. Лакруа даже как-то задумалась о том, а поможет ли танец ей вспомнить что-либо? Работа работой, успешная миссия, новое убийство- это все ясно, а вот то, что ранее было для нее счастьем всей жизни? И вот, Амели услышала первые нотки знакомого ей с детства произведения. Лебединое озеро. Столь красивое, романтичное и одновременно трагичное.. Оно всегда интересовало девушку, с ранних лет она мечтала выступить как главная прима, сыграть роль Одетты , показать то, как прекрасна эта героиня именно в ее исполнение.. Но увы, она не успела этого сделать. Почему-то именно сейчас она надела не белоснежный костюм королевы лебедей, а черный. Точно такой же, как у другого персонажа- Одилии. Она та, кто разрушила все счастье принца и его возлюбленной. Не по своей воли, увы, по велению отца.. Что-то напоминает, верно? Шагнув вперед под свет софитов, что благополучно подключила Сомбра благодаря своим силам, Амели на секунду задержала дыхание. Она слышит, как тихо и слабо стучит ее сердце, однако, почему-то прекрасно сочетается с музыкой. Такой плавный и манящий звук, что заставляет ее спокойно шагать вперед. Плавные, но твердые, забытые ею шаги нежного танца. Она не чувствует боль в ступнях. Она не знает, как вернее всего показать другим забытые чувства, ведь, что есть танец? Язык тела. Порой не каждый способен что-то высказать словами, делом, однако способен передать это даже одним движением рук. Для французов эти самые жесты неотъемлемая часть жизни. А представьте себе человека, что овладел ими в совершенстве, да еще способен показать их под музыку, неважно какую, не важно где и как. Лакруа плавно встает на мыски, делает мелкие шажки вперед. Помнится, когда-то их только учили вставать на пальцы. Было так больно и неприятно… плавный поворот влево и легкий наклон. «Не смей упасть Амели, на тебя пришли посмотреть сотни людей..»- твердила наставница юной балерине. Какие странные воспоминания нахлынули. Девушка вновь выпрямляется и отводит в сторону руку, короткими шажками переходя в другую часть сцены. Снова резкий музыкальный удар и она останавливается на месте. Когда музыка успела так круто поменяться? Она и не заметила. «Правая нога вперед, левую на мысок. Тянись, Лакруа, ты сможешь это». Спина прямая, рука наверх и вниз. Больше грации и изящества. На пару секунд она замирает. Еще один удар. Она срывается вперед, делая короткую перебежку и прыжок, останавливается на краю сцены. Она выросла и сцена стала ей мала, или все же ошиблась? А может просто не помнит? Ее движения были столь отточенными и идеальными, что великий критик этого мира не смог бы сказать ей и слова. Какие ошибки, если она без устали ходила на занятия, желая стать лучшей в своем деле. На сцене в первых рядах. Не самая почетная роль, но даже так, кто может быть лучше? Сколько так она пробыла на сцене, пока ее танец не прервал противный писк коммуникатора. Минута, две? А может и дольше? -Закругляемся, подруга. Нас обнаружил охранник. Далеко он не ушел, но по твоему желанию- остался жив. –проговорила мексиканка, выглядывая из кабинки с аппаратурой . Амели не видела ее лица, но что-то подсказывало ей, что она была мягко говоря.. удивлена? Такой неуверенный голос, что явно не желал тревожить то самое редкое наслаждение Амели, когда она очутилась в своей родной стихии.- и да, fue increíble.. -Спасибо. Отключай все и уходим. Амели стояла на краю сцены. Далее- идут кресла. Далее должны быть зрители. Когда-то она все потеряла. Все эти овации, выкрики ее имени и славу. Она не приобрела ничего нового, если только хладнокровие и вечную жажду убивать… Однако, где-то глубоко в душе все еще жила та самая маленькая Амели, что мечтала сыграть Одетту и показать, что она на многое способна. Вдова снимает передатчик с уха и глубоко вздыхает. Первая позиция, вторая, третья, четвёртая.. Поклон. Снова овации, цветы, выкрики имени.. Как это было давно..