подростки не умирают

Я задумчиво смотрела в куда-то в пол. «Через минуту ты уйдёшь, и в переходах растворишься…» — в наушниках на повторе играет припев моей любимой песни. Мы едем среди засохших из-за знойного солнца кустов, по дороге, на которой изредка под колёса попадают камни. Порывами ветра в машину заносит запах воды. Финн сидел рядом на заднем сидении, уставившись в окно с недовольным лицом. В салоне автомобиля стояла неприятная тишина. Скорее бы доехать до этого места. ~спустя час~ Машина свернула с привычной дороги в сторону каких-то кустов. Чем дольше мы ехали, тем громче были слышны разговоры и смех, а запах воды усиливался. Прошло всего несколько минут, и автомобиль остановился. Джош недовольным голосом пробурчал: «Ну все, приехали», и я открыла дверь. Несколько человек обернулось, и сразу взглянуло на нас. — Здарова, Финн! — крикнул один из них, указывая на меня, — а это кто? Финн ничего не ответил. Мне было неловко. Я вообще в последнее время не понимаю, что происходит. Вдруг раздался телефонный звонок. Звонил мой телефон. Взглянув на экран, я увидела имя моей злосчастной подружки. — Алло, — максимально равнодушным голосом ответила я. — Да-да, привет, слушай… Ну, погуляла — и хватит, давай возвращайся, где ты? — С какого перепугу я должна это делать? Другую «уборщицу» себе найми. — мне было сложно подбирать слова. — Боже, ты все ещё обижаешься? Я просто пошутила, типа, все дела. — Так ты пошутила? Если ты не знаешь, то я открою тебе маленький секрет: шутка — это когда смешно.  — Короче, ты не хочешь по-хорошему, я так понимаю? Моя мать заплатила за твой билет, который немалых денег стоит, а ты тут ещё ёрничать вздумала? Так знай: она приезжает завтра, и очень бы хотела тебя видеть. — ее голос чуть ли не срывался, и последние слова она произнесла сквозь зубы. — Я не вернусь! — крикнула я, и сбросила звонок. Джош и все его друзья были в шоке. Они не знали, что я говорю по-русски. — Вы всегда так по телефону разговариваете? — удивлённо протянула какая-то девушка из их компании. — Поверь, нет. Просто у нас небольшие проблемы в общении. — Ага, «небольшие»… — передразнил меня Джош. Я слегка закатила глаза. Не знаю, почему они лезут не в свои дела. Отвратительно. Если честно, в последнее время я все чаще задумываюсь: почему в жизни никогда не бывает так, как в фильмах или книгах? Будь моя жизнь какой-нибудь мелодрамой, все было бы совсем иначе, я бы не оказалась в чужой стране, по сути, без гроша в кармане и без места жительства. Хотя я сама в этом виновата, наверное. Идиотка. Финн был сам не свой: меня он как-то избегал, а друзей игнорировал, лишь изредка односложно отвечая на их вопросы. Я чувствовала себя белой вороной, третьей лишней, кем угодно, кроме нормального человека. Был разгар дня, который медленно близился к вечеру. Одна из этой компании, девушка по имени Хлоя, весь вечер крутилась вокруг Финна, что выглядело крайне нелепо. За то, она неплохо готовила какое-то мясо на мангале, который стоял недалёко от меня. Я ничего не ела. На часах было пять вечера, и именно сейчас Джош предложил всем пойти купаться на эту самую дамбу. Я отказалась. Хлоя нарекла меня «хранительницей», и заставила следить за их вещами, дабы никто ничего не украл. Поначалу я действительно «охраняла» все их шмотки, но потом мне это надоело, и я просто ушла. Бродя по песчаным дорожкам, я стала все реже оглядываться назад, на дамбу, где купалась эта «компашка» и Финн. Ну, и самая остроумная на свете барышня — Хлоя. Было скучно настолько, что мне хотелось позвонить кому-нибудь, даже подруге. Тётя сейчас на работе, наверное. Хотя… Сколько там времени, в Москве? ~ Пройдя около километра от самой дамбы, я наткнулась на огромный мост, взгромоздившийся над водой. Он был вполне обычный: серый, бетонный, и по нему изредка ездили машины. Подходить ближе мне было лень, поэтому я решила вернуться обратно. Солнце уже не казалось таким слепящим. Оно было будто равнодушным ко всему, и просто хотело побыстрее зайти за горизонт. Его лучики скакали по засохшим веткам кустов, и срываясь, пропадали во тьме. Я была солидарна с солнцем, так как это место мне не нравилось, и я просто мечтала попасть хотя бы в город. Когда я пришла обратно, вся компания уже расселась на стульях, и мне не хватило места. — Хранительница, — ехидно обратилась ко мне Хлоя, — знаешь, ты наверное забыла, но я же попросила тебя последить за вещами, не так ли? — она вопросительно взглянула на Финна. Он проигнорировал этот жест, и просто повернулся ко мне. «Ты неправильно поступаешь» — прошептал он. Я опешила. Да какого черта? Ещё вчера этот человек чуть ли в любви мне не признавался, а сегодня его будто подменили. Нехорошо так «переобуваться». Я схватила его за шиворот и наклонилась. «Пойдём поговорим» — прошипела я, почувствовав на себе странные взгляды, и услышав смешки. Мы прошли несколько шагов, и я остановила Финна за кустами. — Что, чёрт возьми, происходит? Ты можешь мне объяснить? — Да, знаешь, я целый день думал, как тебе об этом сообщить, — он избегал взгляда в глаза, — понимаешь, мы — не пара, я просто хотел помочь тебе, не более… Из жалости, так сказать. Вчера ночью я не мог уснуть из-за этих мыслей, и… Он не успел договорить. Я просто не могла слушать это. Из жалости? Из жалости, чёрт возьми?! Это просто невыносимо. Я была настолько обессилена, что даже слёзы не могли потечь из моих глаз. Зачем надо было это так долго откладывать? Зачем ехать куда-то с человеком, от которого ты хочешь избавиться? Вопросов больше, чем ответов. Оставив Вулфарда там, в кустах, я вернулась к «компашке». — Я вижу, вы удачно поговорили, — слегка улыбнувшись, произнесла Хлоя. — Как мило с твоей стороны. Переживаешь за наши отношения? — я слегка прислонилась к машине. — Конечно переживаю, Хранительница! Кажется, кроме вещей, ничего ты сохранить не можешь… — протянула она, — знаешь, что мы сюда с ночёвкой? Ты, наверное, приготовила тёплые вещи, да? Около воды ночью холодно… Я ничего не ответила. Ненавижу эти слащавые разговорчики, в которых читается пассивная агрессия. Мерзость. Повернувшись к Джошу, я спросила: «У вас есть, где ночевать, палатка, или что-то такое?» Он настойчиво надеялся на то, что я обратилась не к нему. Но нет. — У нас есть палатка, — Джош даже не взглянул в мою сторону. — Да что происходит?! — вырвалось у меня, — что я сделала не так? Почему я заслуживаю такого отношения?! — Потому что ты не должна быть здесь, — ворвалась в диалог Хлоя. Иногда мне казалось, что только она может разговаривать со мной из этой компании. К этому времени уже стемнело. Свинцовые тучи затянули небо, и все поспешили собирать палатки. Все, кроме меня. Тем временем, я сидела около чёрной воды, которая все больше и больше напоминала мне цвет глаз человека, который меня оставил. Не было сил. Холод пронизывал меня до костей, и я, чтобы согреться, решила все-таки дойти до моста, посмотреть, что за ним. Где-то вдали грянул гром, молния осветила всю округу, а на мой телефон пришло сообщение от тёти: «Привет, путешественница! Как дела?» Я ничего не ответила. Казалось, что в голове было пусто, и ни одна мысль не выживала среди боли из-за утраты человека, который казался мне первой любовью. Было совсем холодно, ветер усиливался, я чувствовала, что начал моросить дождь. Я практически дошла до моста…