Жгучая-невезучая

***

       Сложив руки на уровне груди, я отвернулась к окну, дабы насладиться пейзажем пролетающих мимо нас деревьев. А если честно, то я просто напросто не хочу видеть человека, что сидит рядом со мной. И если я думала, что на мою выходку шатен встревожится спросить у меня хоть что-нибудь, ну или извинится за столь наглое внедрение в моё личное пространство, то я очень сильно ошибалась. Единственное, что сделал этот ублюдок — это громкий смешок в мою сторону и закуривание сигареты. Он ещё и курит, отлично. Мне, конечно, плевать, если в ближайшие десять лет он превратиться в заядлого курягу с заболеванием лёгких и минимальной отдышкой, но рядом с ним сижу я, а моё здоровье не должно подвергаться каким-либо угрозам, между прочим. — Что-то ты слишком тихая. Я ожидал громких криков и ругани, и то только первые пять минут, остальное время должен был занять непрекращающийся ор, — я крепко сжала рукава кофты, услышав насмешливый голос сбоку от себя. Не буду даже поворачиваться к нему лицом, а то боюсь не сдержусь и плюну прямо ему в лоб. — Не хочу тратить на тебя свою хорошую ауру, — гаркнула я, поворачивая голову ещё сильнее, что свидетельствовало характерным хрустом в шее. Чёрт, ещё пару таких реплик, и моя шея будет похожа на поломанный шланг. — Ты погляди-ка, какие мы злые, — поломанный детский голос Криса взбесил меня не на шутку, вот прям таки вывел из себя. Мало того, что он заявился в мою скудную жизнь настолько неожиданно, что от этого она стала не только скудной, но и стрёмной, лишил меня девственности, купил меня, хотя это ещё не доказано, так он меня из моей собственной квартиры выволок вдобавок. А теперь сидит и потешается надо мной, шут гороховый. — Захлопнись, — о да, Эва, конечно же, он сию минуту выполнит твою просьбу без каких-либо возражений.        Взамен на это Шистад перевёл удивлённый взгляд на меня и сжал губы в тонкую линию. Готова поспорить, что я своими глазами видела, как скрипнул руль под напором его крепкой хватки. Ого, парень, да ты монстр. Я даже успела пожалеть на минуту о содеянном, но вспомнив, что этот человек не хило так испоганил мне жизнь и продолжает это делать до сих пор, я лишь гордо подняла подбородок, всё так же всматриваясь в окно. — Тебе безумно повезло, что я сейчас добрый, иначе бы ты сейчас уже не была такой смелой, — безумный голос говорил чётко и внятно, не давая даже и на секунду усомниться в честности его слов. Но я ведь человек, не понимающий всё с первого раза, поэтому не грех повторить попытку вывести его из себя. — Да ты что? В угол меня поставишь или сладкого лишишь? Мальчик, мне уже 16 годиков, расслабься и едь дальше молча, — бывают в моей жизни такие моменты, когда инстинкт самосохранения отключён полностью. Я тогда могу нести всё что думаю, при этом меня мало волнуют последствия такого поведения. Вот именно сейчас такой момент.        Громко выругавшись, я не успеваю схватиться за хоть какую-то опору и от резкого толчка, ударяюсь о тонированное стекло. Мне хватает несколько секунд, чтобы понять намерения шатена съехать на обочину. До этого мы ехали пусть и не по центральной трассе, но достаточно оживлённой, поэтому резкий порыв Криса не остался без критики, и несколько соседних машин громко засигналили, открывая окна и крича ругательства. Но достаточно было лишь выглянуть в окно и прошептать непонятные для меня угрозы, и Кристофер уже без каких-либо затруднений паркует машину около трассы.        Потирая ушибленный лоб, я наконец поворачиваю голову и встречаюсь взглядом с парой темных глаз. Внимательно всматриваюсь в них, пытаясь разглядеть какого они точно цвета, но получается у меня не очень. Просветы зелёного и оттенки карего смешались воедино, что позволяло мне лишь предполагать какой цвет преобладает. Но когда он злится, а злится он прямо сейчас, цвет глаз темнеет на несколько тонов, позволяя двум краскам смешаться в одну — чёрную. Именно такого Шистада я и боюсь. Я мало знакома с этим человеком и ничего о нём даже не знаю, исключая имя и фамилию, но уже понимаю, что ничего хорошего от него ожидать не стоит. — Значит, ты у нас взрослая девочка, да? — протягивает Крис, смотря на меня. Не сразу понимаю смысл его слов, но после, когда до меня, наконец таки, но доходит, то я положительно киваю. Ну не говорить же ему, что в свои шестнадцать меня до сих пор считают ребёнком, а сама я без ума от мультиков и конфет в качестве рождественского подарка? Нет, конечно, поэтому пусть считает, что я уж взрослая девушка и не боюсь всяких нелепых угроз.        Он внимательно всматривается в моё лицо, заставляя щёки пылать красным цветом. Я сама по себе человек стеснительный, а тут на меня парень смотрит, да тем более какой парень, ого-го. Успеваю лишь тихо ойкнуть, в тот момент пока сильные руки отрывают меня от кожаного сидения и перетаскивают на соседнее. С широко распахнутыми глазами я пытаюсь понять, как пассажирское сиденье сменилось на грубую ткань мужских джинс. Я оказалась в импровизированном квадрате, состоящим из рук парня и руля, упирающегося меня прямо в спину. От такого слишком тесного контакта я потеряла дар речи и способность двигаться, да мне и двигаться то некуда, если так подумать.        Решив не сдаваться вот так вот, я принялась искать любой выход из данной ситуации. Изначально это была мысль о том, чтобы скинуть руку шатена и освободить прямую дорогу на свободу, но она испарилась также быстро, как и появилась. Сколько бы я не старалась её сдвинуть, в ответ получала лишь короткие смешки и ещё крепкую хватку. Оставив в покое покусанную мной руку парня, я решила найти другой способ, более лёгкий, но не менее выгодный. И мне, конечно же, не пришло на ум ничего лучше, как начать крутиться в руках парня, дыба он раскрыл свои цепи и выпустил меня. Обдумав всё хорошенечко, я пришла к выводу, что этот вариант подходит мне просто идеально. Наверное, поэтому в эту же секунду я принялась крутиться в руках парня как ошпаренная, едва ли не сшибая всё, что попадается под руку. — Рванёшь ещё раз, и будешь оттрахана прямо здесь, — властный голос заставил меня не просто остановиться, а замереть на месте и сидеть настолько тихо, что я слышала собственный стук сердца.       Я засела на месте, немного качнув бёдрами, и распахнула глаза, как только почувствовала под собой не очень приличную выпуклость в области паха у парня. Девочка я уже не маленькая, и прекрасно понимаю, что это за бугорок. Поднимаю ошарашенный взгляд на Шистада и ловлю на себе его усмешку, вот ведь гад. Он специально это делает, заставляет меня смущаться. Чёрт, для него ведь нет разницы, он уже привык к этому извращённому миру. Но попрошу не травмировать мою детскую психику. — Это что? — открывая рот, чтобы захватить побольше воздуха, я решаюсь задать вопрос, на который в принципе знаю ответ. Но всё же мне хочется узнать его ответ и я надеюсь на хоть какой-то признак смущения и отнекивания. — Это возбуждённый член, детка, — заливистый смех разносится по салону автомобиля, заставляя меня покраснеть. Нет, всё-таки этот человек уже полностью испорчен. — А что он делает подо мной? — краснея ещё больше, я спрашиваю его из-под опущенных ресниц. Я и так сижу на этом парне, поправочка, на этом возбуждённом парне, казалось, куда ещё краснеть то. Но у меня получается с каждой секундой становится всё больше красной. — Он? — Крис тихо шепчет, а затем наклоняет лицо ближе к моему и шепчет, опаляя кожу горячим дыханием, — он сейчас будет в тебе, малышка Эва.        Если сейчас мой рот был бы наполнен водой, то несомненно эта воды оказалась бы на наглой физиономии Шистада. Сказать такой бред, мог только он. А самое главное, так самонадеянно. Он что, считает, что сможет управлять всем, что захочет? Ну нет, мальчик, я тоже не из робкого десятка, посоперничать с тобой тоже могу. — Оу, Шистад, а ты уверен, что он уже отошёл от нашего первого раза? Он всё-таки у тебя чувствительный, ему такие нагрузки не стоит давать, мало ли, не выдержит ещё. Пусть подрастёт чуть чуть, а то ведь малыш ещё совсем не привык к такому быстрому темпу, — когда-то я слышала от старших девочек в детдоме, что для мужчины обиднее всего, когда задевают его мужское достоинство. Тем более, если этот мужчина Шистад, тем более, если это касается его достоинства, тем более, если я нагло вру.        Хищное рычание вырвалось из уст Кристофера, пока сам хищник с нескрываемой яростью отталкивает меня назад, заставляя больно столкнуться спиной с кожаным рулём. Я не успею даже выдать и каплю своего возмущения, как футболка на моём теле рвётся по швам, оставляя меня абсолютно нагой, ведь бюстгальтер я так и не удосужилась надеть. В попытке прикрыть открывшуюся грудь руками, я резко изворачиваюсь под пристальным взглядом Криса, потянув освободившиеся руки к цели. — А вот этого делать не стоит, — одним взмахом Шистад отталкивает обе мои руки, заключая в свою одну, удерживая в положении над головой.        В ужасе бегаю глазами от его лица, до своего оголённого тела, пытаясь найти хоть один выход из этой ситуации. Но всё что у меня получается, это лишь покорно сидеть на бёдрах шатена и ждать своей участи. В прочем то участь меня ждать не заставляет, коли мой, так сказать друг, видимо, не любит тянуть резину. И хоть мужчина скорострел — это не то, что я бы хотела, но в этом случае я предпочту, чтобы закончилось всё как можно скорее. А лучше бы и не начиналось.  — А давай проверим, выдержит ли он такую нагрузку, мм? — сладко шепчет шатен, водя влажными губами по моей шее.        Я ловлю губами воздух, лишь бы сдержаться и не произнести то, что так ласкает уши шатена. Но, чёрт возьми, его губы и язык творят то, что сносит мне крышу окончательно и бесповоротно. Когда его язык обводит выступающую косточку на ушке, а затем слегка прикусывает мочку, я закатываю глаза, сжимая руки в кулаки настолько крепко, что собственные ногти практически впивались мне в ладони. Мне безумно тяжело сдерживать себя при напоре таких ласк, тем более делает он это так уверенно, что ещё раз доказывает его опытность. А я могу похвастаться лишь одним, и то, Крис им и является.        Как в тумане, я наблюдала, как ловкий язык Шистада спускается с каждым разом всё ниже и ниже, останавливаясь на местах, где ещё не было видно красных отметин. Ключицам он отвёл значительно большее место, обводя их языком и кусая косточки, словно шкодливый щенок, хотя я бы назвала его волком. А я всё так же сдерживала порывы своего блаженства, заставляя лицу Шистада придать более задумчивый вид. Сейчас мы словно играем, что ещё сильнее разгорается огонь между нами. Его ласки становятся настойчивее с каждой секундой, показывая, что он даже и не думает отступать. Напротив, Кристоферу даже доставляет удовольствие, что я пытаюсь сопротивляться своему же телу и ощущению. И пусть, если бы я не пыталась сдержаться, то ещё с первых касаний выгнулась бы дугой. Сейчас главное не это, а лишь то, сколько я смогу удерживать себя.  — Сопротивляешься, — никак не вопрос, а утверждение. Крис произносит его с таким тоном, что мне становится абсолютно понятно, в этой игре победитель лишь он. Он ведь даже и не думал, что победа будет даваться ему с каким-либо трудом. Наоборот, он полностью уверен в своих действиях и в том, что они способны сотворить с женским телом. Вот ведь дьявол, для него это было даже не игрой, больше походило на какой-то увлечение. Ну ничего, Эва, ещё рано сдаваться.        На его гадкое замечание я лишь промолчала, то ли от того, что не хотела говорить, то ли от страха, что вместе с едким подколом из рта вылетит протяжный стон. Скорее всего от второго, ведь это бы означало мой проигрыш и слабость перед ним. Поэтому я лишь склонила голову в бок, не желая больше встречаться с его насмешливым взглядом.        Мокрая дорожка постепенно опускалась вниз, останавливаясь на груди. Я лишь сильнее зажмурила глаза, понимая, что именно сейчас я могу сорваться. Вспоминая предыдущие ласки, которые просто сносили мне крышу, на душе становилось ещё хуже. Конечно, я могла бы надеяться на то, что шатен захочет побыстрее приступить к главному занятию и попросту пропустит столь выпуклую часть моего тела, но что-то мне подсказывает. что мои надежды не имеют никакого шанса осуществиться. Тем более, похоже моя грудь слишком по душе Кристоферу, раз в прошлый раз он решил уделить внимание именно ей. — Какой у тебя размер? — наконец оторвав взгляд от женской прелести, Шистад поднял его на меня. Даже сквозь лёгкий туман в своих глазах я могла разглядеть похоть в его глазах. Её было настолько чётко видно, что казалось она просто плескалась в этих чёрных омутах.        Смутивший меня вопрос всё так же требовал ответа, которого давать я не спешила. Всегда стеснялась своего тела. Моя мама всегда была обладательницей пышных форм, хотя полной женщиной её назвать просто не поворачивался язык. И по всей видимости, моя фигура передалась от неё частично. Я всегда смущалась своей даже крупной груди, для моего возраста это было как-то стремновато. Смотрясь в зеркало, я до изнеможение ненавидела слишком большой зад, который просто кошмарно оттопыривался, стоило мне одеть обтягивающую вещь. К тому практически все мои одноклассницы были тощими девочками, с ногами, больше напоминающими, кукольные ножки, настолько они были тоненькими. А мне достались увесистые ноги с широкими бёдрами, ну как широкими, скажем так, крупными. И при всём этом мой рост был ужасно мал, что создавало впечатления не сильно приятное. Хотя мой вес составлял ничтожные цифры, да и жирной меня никогда не называли, но я не могла понять, почему такая странная фигура. Лишь потом, попав в детский дом, я выслушала гневную тираду от Натали, девушки из старшей группы.  — Ну ты и идиотка, мелочь. Да о такой фигуре мечтать могут. Тут в семнадцать некоторые досками ходят, а ты в свои пятнадцать уже такой размер имеешь. Ты что, хочешь быть дрыщом и всю жизнь подкладывать в лифчик поролон? Вот ведь дура. Да ты лучше погляди, как половина пацанов здесь на тебя слюнки пускают, а ты всё нос воротишь. Пользовалась бы лучше, а не сопли распускала. Тебе после выпуска в проститутки податься, небось денег срубишь мама не горюй и заживёшь нормально.       Тогда меня обидели её слова, ведь в моей наивной головушке до сих пор хранился образ порядочной жены и матери детей, которая зарабатывает на жизнь, как и все нормальные люди. Но никак дешёвой проституткой я себя не представляла, ведь всегда считала, что этим занимаются лишь опущенные девушки, не ставящие себя ни во что. А что теперь? А теперь я выступаю полуголой перед пьяными мужиками, сплю за деньги, а в данный момент сижу на бёдрах самого ненавистного человека, который меня купил. Вот судьба угарает надо мной. — Тебе то какое дело? — громко фыркаю, пытаясь дёрнуть руки, чтобы освободить их, как никак затекли уже в таком положении. На моё действие шатен лишь зашипел, сжимая пальцы на моих запястьях ещё сильнее и заставляя тех буквально ныть от накатившей боли. Чёрт, а поаккуратнее нельзя было? — Я спросил — ты ответила, — он задолбал уже своими приказами раскидываться, я ему что, рабыня? Я лишь отвернула голову ещё сильнее, показывая, что разговаривать с ним я не собираюсь, слишком много просишь, холоп.        Минутное молчание повисло в салоне автомобиля и я, уже было, подумала, что у Криса включился мозг, и он решил прекратить свои пытки, как все мои мысли обрушились вмиг. Грубой хваткой он сжал одну из грудей, заставляя меня вскрикнуть от боли. Сжимая и разжимая ту, Шистад задумчиво уставился на меня, пока мял рукой мягкую плоть.  — Третий? — выгнув бровь дугой, вопросительно уставился Крис. Он сжимал мою грудь, словно какое-то вымя у коровы, лишь для того, чтобы узнать размер? Ну не дебил ли? — я спрашиваю, третий?        Его рука сместилась на другую грудь и проделала все те же процедуры с ней, что свидетельствовало моими громкими криками. Ну больно ведь, адски больно. А ему, по всей видимости, в кайф наблюдать, как я корчусь от боли. Сидит с довольной ухмылкой на лице, смотря на меня. Он явно не привык, когда ему не подчиняются. Тоже мне, командир великого полка. — Да, третий, третий, — шиплю от боли, грозно смотря на него. Моська Шистада кривится в насмешке, а сам он лучезарно улыбается, словно ребёнок, которому дали конфетку.        В шоке наблюдаю, как парень наклоняется к моей груди и, подхватывая одну из них, вбирает в рот уже затвердевший сосок. Чёрт, если порывы стонов я сдерживать могу, то реакцию моего тела на его ласки нет. Это меня жутко бесит и выводит из себя, так и хочется врезать по этой тёмной головушке. Кристофер кончиком языка ласкает мягкую плоть, изредка выпуская зубы и прикусывая кожу в некоторых местах. Те места, в которых боль от укуса была особо ощутима, сильно пылали, иногда пощипывая. Горячее дыхание опаляло кожу, что позволяло ярко чувствовать контраст между жарким пылом и холодом кожаной обивки руля, в которого упёрлась моя спина.       Вдоволь наигравшись моими грудями, Шистад повёл дорожку мокрых поцелуев чуть ниже, насколько позволяло моё положение. Когда его язык едва ли коснулся пупка, то сильные руки подхватили меня под ягодицы и приподняли, держа в воздухе. Это позволило шатены бесстыдно исследовать языком нижнюю часть живота, проводя им по самой кромке шорт. Мои отёкшие руки, наконец, были опущены вниз, что позволило мне выдохнуть с облегчением. И если вы думаете, что сейчас я смогу просто сбежать, ведь теперь шансов на свободу у меня гораздо усилились, но не тут то было. — Если ты дёрнешься, то я обещаю, тебе будет больно, — констатирует факт Крис, завидя, как мои руки тянутся к соседнему сиденью.        Останавливаюсь на месте, чтобы хорошенько взвесить все мои возможности. С одной стороны, если я сейчас останусь на месте и буду послушно ждать своей участи, то, возможно, Крис будет со мной нежен. Если же я всё-таки ослушаюсь, то сомневаюсь, что дальнейшие действия парня принесут мне удовольствие. В любом случае, секса с ним мне не избежать, поэтому, конечно, разумнее будет сейчас остаться на месте и получать то удовольствие, которое принесут мне ласки парня.        Именно так бы рассуждал разумный человек на моём месте, но я ведь не он. Поэтому в следующую секунду я ловлю удобный момент и пытаюсь вскочить с колен парня, дабы пересесть на пассажирское место, а там, если повезёт, то выбежать из машины и позвать на помощь. Я не могу нарадоваться, когда первая часть моего плана удачно осуществляется, и я оказываюсь на том месте, где сидела не так давно. Ловлю ошарашенный взгляд Шистада и опускаю руку на дверную рукоятку, молясь, чтобы двери были не закрыты. О да, детка, сегодня явно твой день.        Резко открываю двери, выбегая из автомобиля. Ловлю себя на том, что моё оголённую грудь стоит прикрыть, поэтому быстро прикрываю её руками и бегу к трассе. Сзади слышу оглушающие крики шатена о том, что если я не остановлюсь, то он мне убьёт, и всё это сопровождается громкими матами. Но победа так близка, что я просто не могу остановиться и признать его подчинение над собой. Резко выбегаю на трассу, останавливая перед собой чёрный джип, который с скрипом режет асфальт. — Совсем что ли ебанутая, жить надоело? — тонированное стекло опускается, и я вижу лицо статного мужчины. Он ошарашенно осматривает моё тело и тяжело сглатывает. — Помогите, пожалуйста, — быстро шепчу, надеясь, что этот человек, несмотря на свой вид, окажет мне помощь. И похоже, что судьба на моей стороне.        Мужчина коротко кивает и, открывая дверь, выходит из машины. Только он собирается протянуть мне руку в знак помощи, как моё тело резко отталкивают назад, заставляя громко плюхнуться на асфальт. Зажмурив глаза, понимаю, что передо мной стоит тот, кого лучше не стоило злить. Молюсь, чтобы мужчина смог мне помочь, а не испугается Шистада. — Мистер Шистад? — голос, искажённый страхом и горечью, обламывает все мои надежды разом. Этот человек знает Кристофера, даже более, он его боится. А значит не поможет мне, ведь своя задница всегда дороже, чем чужая жизнь. — Она ваша? Нет, блять, не ваша Маша. — Свали отсюда, пока нахрен не убил, — чёрт, он зол. Он как никогда зол. Сжимаю глаза ещё сильнее, начиная беззвучно всхлипывать, прекрасно понимая, что я не отделаюсь ничем хорошим. Слышу скрип шин и то, как машина быстро отъезжает от нас, будто здесь происходит что-то страшное. Хотя скоро произойдёт. — Набегалась, тварь, — чувствую, как меня хватают за руку, резко поднимая с холодного асфальта. Моё бесчувственное тело тащат туда, откуда я пыталась сбежать несколько мгновений назад. И у меня почти получилось.

Кристофер.

      Как я жестоко оплошал, забыв поставить блокировку дверей. Но кто же знал, что девочка не так проста, как кажется. А ведь в её клоповнике о ней отзывались, как о милой и невинной крошке. А на деле оказалась непослушная сука, не знающая своего места. До сих пор считает, что я играю с ней, как мило. Открыть что ли своё настоящее лицо малышке Эве?        С звериным рыком кидаю её хрупкое тельце на капот машины, благо положение автомобиля позволяет. Да даже если бы и нет, то не думаю, что кто-то решится пойти против меня, особенно, когда я занят. А сейчас я очень занят малюткой Мун. Её наивные глазки блестят от слёз, и при очередном взмахе пушистых ресниц прозрачная капля падает на мраморную кожу девочки. Ну что ж ты плачешь, сама ведь виновата.       Сдираю с неё остаток вещей, а именно хлопковые шорты, оставляя рыжую полностью голой. На капоте моей крошки она смотрится шикарно, стоит попробовать её на других машинах. Не желая стягивать с себя всё, приспускаю штаны с боксерами до колен. Паховая зона гудит до боли, заставляя меня кривиться от этой агонии. Хватаю эту сучку за ноги, притягивая к себе, и резко вхожу до конца. — О да, — никогда не думал, что буду испытывать такой кайф от того, что трахаю очередную женщину. Но в Эве настолько хорошо, что мои глаза сами по себе закатываются от блаженства. Такая тугая и узкая. Интересно, сколько мне придётся её натягивать на себя, чтобы растянуть?        Малышка Эва кричит, пытаясь вырваться из моей крепкой хватки. Бледное тельце перекатывается по капоту ровно настолько, насколько позволяю ей я. Её глаза красные от переизбытка слёз, а губы дрожат в ничтожной попытке произнести хоть слово. Мне абсолютно плевать, что она хочет мне сказать, хотя догадываюсь, что это будут мольбы остановиться. Нет, слишком поздно.        Переворачиваю её одной рукой, ставя на колени, и опять погружаюсь в неё с ещё большей силой. Мун корчится от боли, еле удерживаясь в таком положение, но моя рука слишком крепко обхватывает её талию, не позволяя упасть. Прикусываю губу, чувствуя, как тугой узел схватывает низ живота. Делаю пару резких толчков на всю длину, отталкивая девчонку и изливаясь ей на ягодицы, не забывая шлёпнуть по ним пару раз. Им, однозначно, лучше иметь красный оттенок, думаю, что за её поведение стоит пару раз отшлёпать по заднице. — Жаль, что кончил не на грудь, — протяжно тяну я, наблюдая, как по округлым ягодицам стекает густой поток моей собственной спермы. Не стоит разочаровываться, Шистад, эта малышка полностью твоя, так что её тело полностью в твоём распоряжении. — Ублюдок, — утю тю, какие мы злые, посмотрите-ка. А я ведь предупреждал.        Закатываю глаза, наблюдая за жалкими попытками Эвы спуститься. Её ноги трясутся, словно тело пробило током. Плечи до сих пор вздрагивают от рыданий. Потеряв равновесие, девчонка обессиленно соскальзывает с машины прямо мне под ноги, с грохотом столкнувшись с землёй. — Эй, вставай, — слегка пихаю её ногой, заставляя хоть как-то пошевелиться.Но Эва так и продолжает лежать, свернувшись в комочек и не шевелясь. Прислушиваюсь к звукам, но не замечаю даже тихих всхлипов. Чёрт.        Переворачиваю её на спину, откидывая пряди рыжих волос назад. Моему взору предстаёт бледное лицо девушки, глаза плотно закрыты, а губы сошлись в тонкую линию. Грудь изредка вздымается, сообщая о тяжёлом дыхании. Подхватываю малышку на руки и несу в машину. Видать, этот ребёнок слишком плохо за собой следит, поэтому и потеряла сознание. Думаю, ей стоит поспать. — Отдыхай, лялька, — в удивление самому себе, чмокаю её в лоб и укрываю пледом, который на всякий случай всегда валяется в багажнике, по самые уши.        До моего дома ехать чуть больше сорока минут, поэтому у неё будет время для небольшого отдыха. Мне стоит серьёзно заняться вопросами о её здоровье, слишком бледная она, да и с момента нашей первой встречи слегка исхудала. Одной рукой провожу пальцем по экрану телефона и среди списка контактов нахожу нужный. — Слушаю тебя, Кристофер, — на том конце трубки слышится ровный мужской голос. Мистер Морис — мой личный доктор и по совместительству тот человек, который может прочитать мне гневную тираду. Конечно, любому другому я бы выпустил пулю в лоб, но этот человек слишком много для меня сделал, а я такого не забывай. — Мистер Морис, рад вас слышать, — на том конце слышу протяжный смех. — Что случилось, Крис, опять очередная стрелка? — он мало, что знает о моих подвигах, но всё же суть понимает. Ведь не раз собственноручно доставал из меня пули и зашивал порезы. — Нет, со мной всё в порядке. Завтра я подвезу к вам одну девушку, её нужно осмотреть, — потираю пальцем переносицу. — Хм, девушку, удивлён. Буду ждать тебя к шести, мой дорогой, — скидываю вызов, откидывая телефон в бардачок.        Не удивительно, что Мистер Морис был в замешательстве, услышав о моём беспокойстве, тем более о девушке. Меня отлично знают, как заядлого бабника, трахающего всё, что захочу. Уж в этом весь я, не любитель отношений, тем более с этими безмозглыми курицами. Но Мун не просто девушка, которую я трахаю, она моя собственность. А то что моё, не должно быть хоть как-то испорчено.        Поворачиваю голову назад, где расположилась девушка. Она сладко посапывает во сне, смешно причмокивая губами. Плед спал до бёдер, открывая мне вид на округлые груди девушки. С ума сойти, в ней столько вещей, которые в реальности просто не могут быть вместе. Такая невинная, но с такой фигуркой. Прямо прелесть досталась мне. Овечка в лапах льва. От такого представления в штанах становится тесно, и я вжимаю полностью педаль газа, прикусывая губу. Чертовка, я хочу её даже, когда она спит.