Will you be my soulmate?...

Занзас просыпается от того, что женский голос зовёт его завтракать и просит поторапливаться, пока всё не остыло. Он моментально подрывается с кровати, не понимая, что вообще происходит, но потом приходит понимание. Скуало, сука, как же он ненавидит, когда тот оказывается прав. Потому что есть только одна причина того, что Это случилось так поздно: его соулмэйт только несколько дней назад достиг своего совершеннолетия, и это пиздец как не смешно. Радовало лишь то, что это оказался не ебанутый Потрошитель, которому сейчас лет шестнадцать, если он правильно помнит. Потому что в одночасье потерять и соулмэйта и одного из офицеров — то ещё удовольствие. Мужчина, заточенный в девичьем теле, критично осматривает всё, до чего может досмотреться: невысокая, но с длинными прямыми ногами, бледнокожая. Бесстыдно кладет ладони на задницу, потом проводит ими по талии и останавливается на груди. Что же, не густо, но и не смертельно. Грудь можно было бы и побольше, но талия есть и задница подтянутая, аппетитная. Ещё бы зеркало найти… Он инстинктивно находит ванную и застывает, потому что на него смотрела симпатичная азиатка с длинными волосами, заплетенными в две косы, большими карими глазами и пухлыми губами. Серьёзно? Да этими губами только минеты делать, они же чертовски сексуальные. Да и не часто у азиатов встречаются такие губы: может, она не чистокровная? Хотя, радует уже то, что это — Она, а не Он, как у его Солнца, который, вообще-то, был натуралом, пока не поменялся со своим соулмэйтом. — Тсу-чан, — вновь позвала женщина где-то снизу. Тсу-чан? Чан? Отлично, нелегкая занесла его в Японию, и спасибо Деве-Марии, что при переносе сохраняется владение привычным для хозяина тела языком, потому что в японском он — полный ноль. Ещё раз посмотрев на своего соулмэйта в зеркале, Занзас вышел из ванной и пошел к выходу из комнаты, так и не удосужившись переодеться из спального комплекта в домашние вещи. Дом был большим и уютным. А ещё светлым. И пахло здесь до одури вкусной едой, до которой он ещё даже не дошел, а слюнки во рту уже не помещались. — Тсу-чан, мальчики уже приходили и согласились отвезти Ламбо-сана в садик, так что они сказали, что подождут тебя у школы. К нему повернулась невероятно красивая женщина с солнечной улыбкой, к которой хотелось дотронуться, чтобы убедиться, что ему не мерещится. От неё веяло теплотой и нежностью, а в глазах искрились смешинки на пару с любовью. Чёрт, вот стоит ещё одна причина того, почему он не может быть чьим-то соулмэйтом. Эта девушка выросла в семье, где её любят и заботятся, ну, а какой из Занзаса любящий и заботящийся парень? Он — грёбанный кактус! Как Судьба вообще допустила его появление в этом доме? — Простите, но Вы ошиблись, — говорит он, наблюдая за тем, как эмоции быстро меняются на лице женщины. — Меня зовут Скайрини Зансас, и я… Как бы, соулмэйт Вашей дочери.

***

Тсунаёши просыпается от того, что её кровать не хило тряхануло, а снизу послышался страшный грохот. Конечно, в Японии землетрясение не такая уж и редкость, но этот толчок был реально сильным. Обеспокоенно подорвавшись с кровати, девушка хотела уже бежать к матери, чтобы убедиться, что с ней всё в порядке, но… Из груди вырвался дичайший визг восторга. Вот только очень противный, грубый и громкий. Она уперлась взглядом в мужские ладони и начала ими крутить. На руках местами проступали шрамы, но это совершенно не портило их сильный и мускулистый, с проступающими венами, вид. Божечки, эти руки грозили стать её первым фетишем. Нет, брехня… Скорую, пожалуйста. В неотложку, звоните в неотложку! Потому что этот Аполлон, который спит в одних лишь пижамных штанах, определенно не может быть её соулмэйтом. Этот пресс, эти кубики, а косые мышцы, а грудь?! — Спасибо, Господи, — подняла глаза в потолок девушка. — Это лучший подарок на мой день рождения за все мои восемнадцать! Осталось найти только зеркало. И оно появляется будто по щелчку. Прямо за спиной. И, честное слово, ноги подкашивает от того, какое у этого молодого мужчины фантастическое лицо. На нём красуется ещё несколько шрамов, но это выглядело чертовски горячо. А глаза?! У кого вообще бывают такие бордово-алые глаза? Она даже провела по ним, надеясь подцепить пальцами линзы, но ни-че-го. Это действительно его натуральный цвет. И, да, он абсолютно точно не японец, и им очень повезет, если он владеет японским, корейским, английским или итальянским языками, потому что она — не грёбанный полиглот, чтобы знать все языки мира. — Может, ты не Бог, а Дьявол, а?! — усмехнулась Савада, глядя в глаза из зеркала; и эта улыбка настолько естественно и привлекательно легла на лицо, будто его хозяин делает так по сотне раз на дню. За своими мыслями, она забыла о землетрясении, а в то время случился ещё один толчок. Ещё более сильный. Неожиданно, в комнату залетает обозленный пепельноволосый мужчина, крича что-то в рацию, и вытирая об форму кровь со своего меча. А потом он переводит взгляд на Тсуну, что застряла в теле брюнета. — Чёртов Босс, ещё одно нападение на резиденцию, а ты умудряешься спокойно дрыхнуть?! Или ты сейчас же мобилизируешься и берешь под контроль ситуацию, или я самолично сделаю из твоих внутренностей кебаб! «Ну охуеть теперь, могу уже больше не париться о том, как подготовить своего соулмэйта к тому, что я — мафиози. И как я только могла подумать, что такой красавчик может достаться мне без единого подвоха?» А пока, нужно намотать соплёшки на мандошке, и притвориться «Чёртовым Боссом», пока есть угроза безопасности Семьи. Потому что в любом теле Савада Тсунаёши остается собой, а фантом дражайшего киллера, видимо, будет преследовать её всю жизнь со своим: «Ты должна всегда быть готовой защитить свою Семью, Никчёмная Тсуна. В какой бы ситуации ни оказалась, они будут ждать от тебя решений и приказов, пойдут на смерть во имя своей Босс и будут рады этому. Не вздумай продать их жизни дёшево: поторгуйся настолько хорошо, чтобы даже Вайпер, этот меркантильный сноб вселенского масштаба, был готов отдать тебе свои последние трусы». В общем, кто такой Вайпер — она так и не узнала, поленилась, а вот наставление запомнила. Так что, сегодня она тоже не продаст жизни подопечных своего соулмэйта за гроши. И плевать, что он может быть Боссом вражеской Семьи. На эти три дня его люди — её люди, и она будет защищать их так же, как и свою Семью. — Заткнись, Патлатый придурок, — рычит девушка и благодаря Интуиции достает пистолет из-под подушки. — Ты ждал приказа? Так вот, зачистить всю резиденцию, оставить только двоих для допроса. А теперь, пора за дело. Ублюдки совсем уж охуели. И она выпрыгивает в закрытое окно, разбивая его и почти приземляясь на осколки. Пламя хорошо ощущается, но поддается очень неохотно. И вскоре становится ясно почему: у её соулмэйта грёбанная Ярость, о которой она слышала только из уст Реборна и понятия не имела, какие техники возможны с этим типом Пламени. Ну пиздец, погеройствовала, называется…