Will you be my soulmate?...

Ещё никогда Занзас не чувствовал себя таким дураком: эта женщина была непробиваемой. Она мало того, что не начала метаться в панике, причитая, что с её кровиночкой может что-то случиться, так вообще усадила его за стол и приказала ждать завтрак. Такое чувство, что достань он сейчас пистолет и ткни его ей между глаз, она бы пожурила его аки маленького сопляка, и сказала бы, что за такие шутки в следующий раз она его хорошенько оприходует ремнем по предприимчивой заднице. — Моя Тсу-чан ещё с десяти лет ждала, когда она поменяется со своим соулмэйтом и часто разыгрывала ситуации, если бы они уже действительно поменялись, — улыбнулась Нана. — То есть, Вы мне не верите? — спросил мужчина в теле девушки, раздумывая, какая ебанутая вообще могла париться над этой хренью восемь лет подряд?! — Я Вас правильно понял? — Нет-нет, Зан-кун, — мило рассмеялась женщина. — Моя Тсу-чан на редкость неуклюжая особа: обязательно обо что-то запнется и вся конспирация сходит на «нет». Хотя, в последнее время, она начала намного крепче стоять на ногах. Ох, совсем выросла, моя малышка… Ну вот, он опять ожидал соплей и материнских слёз, но эта нестандартная женщина лишь грустно улыбнулась и предложила ему лазанью. Честно, он очень удивился тому, что в этом доме ему подали итальянское блюдо. Обычно, японцы очень консервативны по поводу домашней еды, но… — Кушай быстрее, Зан-кун, — заговорщически подмигнула ему Нана. — Тсу-чан очень любит вкусно покушать, но никогда не успевает попробовать свой завтрак. И она звонко рассмеялась, поглощенная в сторонние мысли, которые были настоящим болотом для мужчины. Потому что как понимать её слова? И что такого смешного в том, что твой ребенок голодный идет в школу? Кажется, ебанутая дочь в точно такую же ебанутую мать, прости Господи! Наверху что-то знатно бабахнуло и Нана подобралась, буквально запихивая несчастную лазанью ему-дочери в рот. Чертовски вкусную лазанью, кстати, но он как-то не привык есть подобным образом: лучше поголодать, чем так неуважительно относиться к пище. — Если увидишь малыша в чёрной шляпе, мой тебе совет, Зан-кун, — беги, — мило улыбнулась мать его соулмэйта, сунула в руки учебники и выставила за дверь в пижаме и не прожеванным куском одного из любимых блюд. — И, да, — дверь открылась ещё раз, пока ошарашенный Скайрини тупо хлопал глазами, — не нарывайся на Кё-куна, избегай пепельноволосого итальянца, от которого пахнет табаком, и постарайся не разговаривать с брюнетом, который вечно таскает с собой бейсбольную биту. Они немного неадекватные и вечно достают Тсу-чан. И дверь хлопнула ещё раз. Кажется, он уже больше не хочет находиться здесь и лишней секунды. Занзас вообще больше не хочет связываться с этой «Тсу-чан», её мамашей и чокнутыми сталкерами, ему и своего стада с головой хватает. Теперь мысли о том, что у него никогда не будет второй половины не кажутся такими уж и тягостными, потому что у него было чувство, что судьба будто в насмешку подложила ему в пары подобное отребье. Ну заебись везуха с соулмэйтом! Он в этом теле всего полчаса, а ему уже хочется сбросить её с какой-то высотки, если в этом захолустье они есть. Потому что отгонять ненормальных фанатов от своей, в перспективе, девушки — очень муторно, а терпеть их стоит просто титанических усилий. Поверьте, у него уже есть один…

***

— Босс! «Пресвятая Дева-Мария, это что ещё за бесплатное шоу уродцев?» Тсунаёши вполне успешно использовала пламя Ярости в бою, направляя его в пули того странного пистолета из-под подушки. Судя по реакции окружающих её союзников, ничего сверхъестественного не произошло, то есть, всё отлично и пока её никто не вычислил. Кажется, этот её соулмэйт был чертовски крут, потому что некоторое враги начали в панике убегать обратно, стоило ей-ему появиться на поляне перед резиденцией. А когда из оружия полилась непривычная смесь Неба и Урагана, то таких вот зассавших недонападающих стало в разы больше, ведь они явно почувствовали запах мастерски приготовленного человеческого стейка прожарки «Медиум Рэр». И всё было относительно хорошо: подчиненные даже не заметили разницу между «Чёртовыми Боссами», ведь Тсуна старалась выплеснуть всю агрессию, которую бы ощущала, если бы вокруг были действительно её люди и её Семья. И у неё получалось. Она вполне удачно колошматила идиотов, попадавшихся на пути; она ловко ломала им кости и вышибала мозги, благодаря всех Богов за то, что Реборн ещё года три назад выбил из её башки трусливость и жалость, а её соулмэйт был достаточно смышлёным для того, чтобы отлично натренировать своё тело, силой и выносливостью которого она сейчас так ловко пользовалась. А потом перед физиономией появилось это отродье, прости Господи! Какой-то неандерталец, с заляпанной кровью цветастой одежде, с разноцветным кублом на голове и недобритой рожей. Это вообще как? Мама в детстве говорила уносить ноги от таких вот дяденек, поэтому Тсуна рефлекторно отшатнулась, вызывая тем самым недоумение на лице подчиненного. «Это мне что, придется терпеть этого ряженого возле себя и своего соулмэйта? Серьёзно? Судьба не могла стёбануться надо мной как-то помягче?» — Свали от меня, попугай, — она направила на мужчину пистолет и тот мгновенно ретировался с поля зрения. — Спаси и Сохрани! Не хватало ещё начать креститься, — спасибо, пап, мам, за итальянскую кровь в жилах и за то, что она — католичка, потому что это точно перечеркнуло бы весь её образ крутого Босса, который одним пинком дерево в труху превратит. Сражение начало затягиваться, и Тсунаёши искренне не хватало своего чистого Неба и своих техник. Потому что всё могло бы закончиться намного раньше благодаря Х-Баннеру. Нет, она могла бы попробовать замутить что-то подобное в теле своего соулмэйта, вот только даже представлять не хочется, что может получиться с Пламенем Ярости, и какой исход для неё и «её» людей окажется в итоге. Какой-то болван-союзник столкнулся с Савадой и чуть не схлопотал шальную пулю. Припиздованный, ей Богу, потому что улыбается так, как будто попал на самое смешное в мире шоу в главных ролях. — Ши-ши-ши, Босс, — протянул он, кидая прямо в руки боевую коробочку. — Бестер наверняка обиделся, что ты не взял его в движуху. И парень, всё также улыбаясь, развернулся и метнул стилет какому-то бедолаге прямо в глаз. Ну и хрен с ним, коробочка была интересней. Было жутко любопытно, какой зверь сидит там, если она открывается Яростью. Не долго думая, девушка пропустила в коробочку Пламя, запоздало понимая, что Зверь как раз-таки может учуять то, что в теле Босса совсем не Босс. Нет, Босс, но совсем не тот. А потом на задворках сознания мелькнула мысль, что далеко не все Семьи обладают коробочками, потому что Верде очень надежно и бережно охраняет свои технологии. Значит, либо это кто-то из союзников, хотя этого мужчину она ни разу в жизни не видела и понятия не имеет, какой Семье принадлежит герб, вышитый на форме рядовых, или же это очень хитровыебанный враг, который или смог одурачить младенца, или предложил ему что-то такое, от чего Гроза не смог отказаться. В любом случае, об этом Тсуна и думать забыла, как только встретилась со злыми глазами призывного животного. Громадный бело-чёрный лигр смотрел на неё и рычал, будто говоря, что его не одурачить. — Бастер, будь лапочкой, — тихо прошептала она-он, преданно заглядывая в глаза зверю. — Мы оба не хотим, чтобы что-то случилось с твоим хозяином, а для этого нужно немного поработать вместе. Обещаю, что позже всё тебе расскажу. «Пожалуйста, это срабатывало с Натсом, пусть и с этим сработает, потому что я не хочу, чтобы мой соулмэйт лежал посреди своей же резиденции с распоротым горлом своим же животным, из-за того, что его бестолковая половинка сначала делает, а потом думает!» Но, видимо, это не очень хорошо сработало, потому что в следующую секунду лигр покрылся Пламенем, разъяренно зарычал и с разбегу прыгнул прямо на Тсуну, широко открывая пасть с острыми клыками.