Порочный круг

Танец - это жизнь.

Стивен Кинг Костюм сшит по фигуре с иголочки. Ни одного лишнего шва, ни одной торчащей нитки из-под ткани нет. Кайло, словно, с визита королевы Англии сбежал в самом разгаре праздничного приёма на другой не менее важный приём к портному убедиться, что тот действительно сделал все как надо. Мужчина обхаживает вокруг да около Рена на стойке перед зеркалом во весь рост, выжидая реакции клиента. Не ему ли знать, кто заказал костюм на праздничный вечер и, что самое интересное, обратился к нему. Для пожилого работяги не впервой шить для людей при деньгах одежду, выслушивать жалобы и предложения к работам, но вид этого молодого человека внушил сшить изделие с первого раза, без переделок; маленький сверчок из сказки про Пиноккио нашептывал мистеру Портному закончить шедевр всей его жизни и побыстрее отвязаться от мрачной здоровенной фигуры поскорее. Кайло поправлял на запястьях белоснежной рубахи запонки из чистого серебра с маленькими камнями, впаянными в центре украшений, когда услышал вопрос: - Мистер Рен, вам понравился костюм? - слегка дрожащим голосом поинтересовался портной. На его шее измерительная лента будто обвилась удавом вокруг горла, и стало трудно дышать. - Да, мне все нравится. - довольный работной опытного мастер Кайло опустил к нему голову, чёрные пряди выбились из за уха и прикрыли половину лица. - Хорошо. Я все сделал как вы просили. - И вам спасибо. -слегка склонив голову в бок, Рен улыбнулся своей фирменной улыбкой-оскалом, только вот эту улыбку никто не любил, её все боялись. Кайло мог с лёгкостью сходить в магазин готовых мужских костюмов, взять для себя одежду подешевле без лишних заморочек на покрой и время. Но внутри что-то маленькое и крохотное целых три дня подряд после встречи с мулаткой Эшли Смит, твердило заказать дорогую шмотку на балет у хорошего кутюрье. Будь проклят этот голос, если его совет окажется враньем. Враньем. Рен не любит ложь в любом виде, матушка в утробе заложила ему в голову, - враньё, первый шаг к самоуничтожению, Бен. Ну, по правде говоря, выход в этом костюме покажет, - зря Кайло тратил тысячу зелёных или он переживает из-за больного воображения. Он вышел на улицу, к большому скоплению прохожих, уткнувшихся носом в голубой экран смартфонов. Одна серая масса из простых зевак не замечали красоты будничного, холодного, сентябрьского дня. Небо затягивали серый тучи, но даже они не переубедят внушающим видом заставить покинуть площадь с голыми кронами деревьев по обе стороны от главной широкой дороги Арбата. Глядя на них, Кайло вспомнил о сборке красных наливных яблок с заднего двора старенького семейного домика, когда маленький кучерявый мальчик носился с разваливающейся плетёной корзинкой здоровых яблок, мама пекла в доме шарлотку с кленовым сиропом, а отец лазал по сухим толстым веткам яблонь, бубня себе под нос нечленораздельные слова. Вечером семья собиралась за столом в компании пирогов, обсуждая сборку урожая или пресловутых соседей. Тогда Кайло ни о чем не думал, будучи беззаботным мальцом в бейсбольной кепке папиной любимой команды. Бесконечно мама твердила о правилах за столом, у неё растёт послушный мальчик, и он должен снимать кепку кепку в помещении. Ты послушный мальчик, Бен.Отец начинал с ней спорить, для него кепка на голове сына была маленькой гордостью, а Лея только мешает, и так ссоры ходила по кругу, одна за другой; пока мама не начала под предлогами сдирать головной убор с кучеравой головы. Крохотное воспоминание о старой жизни вспарывает незажившие раны не хуже медицинского скальпеля, Кайло не вспомнит об этом дома, он не вспомнит об этом ни завтра, он вообще не вспомнит об этом никогда. Все в прошлом, ты убил его. Возможно в детстве мама специально не водила Бена на концерты, ведь это скучно, а ты, мой малыш, должен относиться к жизни серьёзно. Зачем смотреть на кузнечиков в лосинах? Сейчас Кайло осознаёт этот намёк из прошлого, как предупреждение о неизбежном. Лучше бы Нью-Йорк затопило вместе с его завтрашним шумным вечером в театре. Фонари зажглись в сумерках ночного города вместе с синим экраном телофона, очередная деловая встреча, подумал Рен, прочитав сообщение на дисплее. "Жду тебя возле входа в студию." Деловая встреча зачастила с визитами. Не торопясь, Рен сел за баранку любимой машины "BMW", пристегнул ремень и отправился в путь. Сегодня встреча покажется ни чем не увлекательным серым делом, для которого припасен более тщательный способ преподнести для блонди настрой. Не можешь поработать с клиенткой, представь на её месте кого-нибудь другого. У тебя вся власть над мозгами, она ничего не узнает о давних пристрастиях, ничего не скажет, ведь не ей судить тебя, твои вкусы. Она - это она, ты есть ты. Кайло вообще не любил трепаться на пустом месте, для него дела важнее мимолетных фраз, действия решают исход. Как ты поступишь с ней, опять же это твои заботы. По дороге к многоэтажному зданию Кайло соблюдал все правила дорожного движения: останавливался на красном, ехал по разрешающим движение знакам и ни разу не превысил скорость. А в глубине душе надеялся, что телефон не разорвёт от вибрации в кармане, иначе средство для связи полетит в опущенную створку окна.

***

И только Кайло успел подняться на свой этаж, на пороге его застигла девушка, вся на взводе, - явно подвыпившая перед встречей дорогим виски из ближайшего к дому супермаркета, - и она понеслась к нему на руки в кривой походке на высоченных шпильках. Рен словил её на руки еле-еле, иначе блонди клюнула бы носом бетонный пол на кривых ногах. Запах алкоголя одурманивал не хуже афродизиака с цветочными добавками для любителей природы, сама блонди - сплошной наркотик для него. Они ввалились на порог огромной студии в страстном поцелуе, не замечая посторонних предметов интерьера, и, пока освобождали друг друга от лишнего тряпья, не успели доползти до койки. Впервые в студии по углам не отдаются эхом стоны, заглушаемые пружинными скрипами; впервые здесь не проявляет инициативу хозяин заведения. - Я скучала, малыш. - девушка вклинилась в огромные сильные руки, пытаясь перевести дыхание. Тонкие пальцы - на одном из них красуется обручальное кольцо, - перебирают смоляные кудри между собой, и те снова падают на плечи фотографа. - Я тоже. - первый и последний раз он позволит себе соврать.

***

Девушка ушла, оставив за собой приоткрытую входную дверь в огромное помещение с кремовыми стенами и большими окнами. За окном гудела ночная жизнь и лишь фотограф позволил остаться в розовом убежище на одну ночь. Через несколько часов он снова вольётся в социум вопреки законам жизни, но будет продолжать существовать в своём маленьком выдуманном мире. Ни один человек в своем уме не связывает с Кайло судьбу, боясь либо его нравов и запросов, либо глаз. Он смотрит прямо в душу, читает каждого, как открытую книгу и только не многие обмениваются с ним парочкой слов. Лёжа на белом ковролине, Рен утонул в бурном потоке больного воображения, что будет дальше, что было несколько дней назад и что будет вообще его ожидать на том берегу другого Мира. Он знает, он чувстует, но объяснить непонятное предчувствие надвигающейся бури не может. Его забирают сны, очень яркие сны... Всю ночь ему снился сон, довольно странный для больного на голову и непонятный для здорового сознания. Золотой сгусток постепенно проявлялся в прозрачном хрустальном шаре, словно в утробе матери. Вот ручки, вот ножки, затем головка. Кайло представил как головка маленького эмбриона лежит в его широкой ладони, отполированная и гладкая, идеальной формы для неразвитого живого организма. Он смотрит на хрустальный шар, подвешенный неизвестной силой над полом. Такая конструкция не может сама по себе болтаться в воздухе без опоры, но она будто парила, а в ней развивалась жизнь. Непонятного происхождения эмбрион приобретает форму и становится похожим на человека с непропорциональными вытянутыми конечностями как у инопланетянина. Из головы появляется шлейф. Рука мужчины непроизвольно тянется к хрустальному шару, хочет ощутить гладь пелены, выходящей из головы, на себе, - через секунду кажется, что это волосы чуть ниже плеч. Должно быть, они на ощупь очень мягкие и шелковистые. Длинное тело постепенно приобрело стандартную форму для себе подобного; по завершению формирования хрустальный шар разбился, а Кайло ослепил яркий свет на несколько скоротечных моментов и вот перед ним медленно опускается тело очень худенькое, будто мать не доносила младенца. Кайло подбежал, чтобы поймать человека; перед ним предстала "она", та самая, что обещала ждать. - Скоро мы увидимся, Бен. - улыбнулась девушка, нагая в его сильных напряженных руках. Утро началось, будто он вчера отмечал какой-то важный для него праздник в жизни, - голова квадратная, как с похмелья завалился на пол и уснул в пьяном угаре. Нет, к нему вчера приходила модель потрахаться, а затем ушла. Но не это было главным. Ему снился сон, довольно странный и непонятный. За три года к нему первый раз во сне пришла девушка, та самая, которую Кайло жаждал увидеть; напивался до галлюцинаций; занимался сексом с кем попало, лишь бы быть рядом с ней. Она пришла, появилась из куска золота в хрустальном шаре, упала на руки. Вместо имени она дала наводку на скорую встречу в неопределённом месте. Кажется, Кайло подумал о студии в центре города или в кафе с искусственной музыкой из колонок и дешевеньким кофе. Ни одна клиентка не приглашала выпить даже самого обычного кофе, а сразу приступала к делу. Вот только его необычная гостья, одарившая Рена неожиданным ночным визитом, обязана позвать выпить чашечку другую в будний день. Он встал с кровати, весь растрёпанный с черным одуванчиком на голове и усами, будто они сейчас разбегутся в разные стороны на перегонки и затеют игру в салочки. Перспектива об укладке волос Рена не обрадовала, вслед за конечным результатом следовала пара часов отдыха; только матушка умела укладывать непослушные волосы Бена, а когда увидела бы его усы и бородку, охнула бы на месте с расчёской в руках. Не об этом ему сейчас надо думать, на носу фотосессия в неформальной обстановке в шумном театре по случаю нового взгляда на искусство, нужно переключиться за короткое время с потрепанного бедняги на шумной улице, который просит мелочь на пойло, - до элегантного молодого человека, чьё самолюбие выше статуи Колосса. Кайло не любил утреннюю укладку волос. С вечера они лежат в идеальной форме на голове, а просыпаешься с шевелюрой, будто там табун клопов ночью сооружал огромное убежище. Он грозился перед матерью, что налысо подстрижется, не раз пытался отрезать хотя бы миллиметр, но каждая следующая процедура заканчивалась провалом, а Бен убегал в комнату проклинать себя за слабость. То были цветочки; за школой мальчишки устраивали целую парикмахерскую-экзекуцию. Соло, ты как баба с кудрями. Инквизиция обрывалась грозным охранником с привычкой сначала утробно орать, как хищный медведь гризли, потом только размахивать длинной толстой палкой. Мучители успевали убегать раньше времени, оставляя Соло одного со стариком, а тот издевательски шутил над избитым беднягой в пыли. С тех пор Кайло за пару быстрых движений со всякими новомодными гелями управлялся с кудрями в два счета. Вполне себе привычное зрелище в отражении зеркала, осталось над усами поколдовать и джентльмен готов... Почти, костюм ждёт на плечиках, иначе в трусах дальше порога никуда не пустят. Чистка зубов, укладка непослушных локонов волос - обычный утренний ритуал для двадцатипятилетнего мужчины, стоящего в трусах перед маленьким запотевшим зеркалом. Кайло даже задумался над образом лысого черепа с усами, как у сельского шерифа, который прячет блестящую голову, словно идеальный розовый персик под большой шляпой песочного цвета. Будь на месте него Рен, вообразил бы себя бравым борцом с преступностью, любившим наказывать местную шпану за воровство яблок; но вместо этого он стоит в ванной и готовится к вечернему выходу в свет к высшему обществу. Не бывать ему Вуди из мультика "История игрушек", не иметь между ног седло, а за спиной подружку в красной шляпе. Она бы в панике на большой скорости коня стискивала бы торс натренированного тела Кайло и визжала бы как сумасшедшая. Разве что вечер предоставит ему кожаный салон в машине, а не старое потертое седло для коня. Приближался туман, очень серый, густой, обволакивающий сознание. Он затуманивает рассудок необъятной паникой, и перед глазами возникает он, малыш Бени, робкий, длинный мальчик с мутным взглядом. "Проваливай отсюда, слабак!" Рен вслепую наткнулся рукой на дверцу шкафчика в ванной, резко дёрнув за ручку и опрокинув все содержимое на пол; некоторые склянки, пилюли полетели в раковину, но он сумел открыть в порыве подступающей ярости нужную ему коробочку и заглотить залпом лекарство. Он исчез, оставив взрослого Рена глотать жгучие слёзы на голом кафеле ванной. Застёгивая серебристые запонки рядом с кроватью, Кайло знал одно: за порогом квартиры его ждут. Не важно кто, но его ждут дела, важнее очередной фотосъемки на балете; важнее президента - его ждут.

***

Зал с красными креслами огромен, растянувшийся полукругом, будто оберегает маленькую сценку объятиями. Кайло подоспел к третьему звонку в зале, когда услышал отчётливый звук о наступлении первого акта. В центре помещения, почти над головой у зрителей потух главный свет - огромная люстра из хрусталя, каркас которой выполнен из чистого золота по специальному заказу. Публика притихла, как только прозвучала вступительная речь пожилого мужчины с длинным усами, закручивающимися на концах в форме раковины улитки. Одиночный яркий софит освещал его седеющие волосы на затылке и висках, что обделили розовую блестящую макушку почти под самый рассвет сил. Мужчина представился автором данной идеи показать всему миру, где пройдут гастроли в будущем и проходят сейчас. Он был похож на лысого ковбоя из утренних фантазий Кайло; кудрявая шевелюра медленно покидает его дурную голову, а он в панике пытается вернуть их или прикрыться полотенцем от стыда. В двадцать пять лет Шалтай-Болтаем оставаться было не самой лучшей затеей, не каждый горит желанием быть лысым в молодости. Как только автор исчез со сцены, в нише заиграл живой оркестр из дюжины музыкантов. Уверен, они могли играть даже без бумажки на подставке, а параллельно наблюдать за балеринами и их живыми движениями. Красные тяжёлые портьеры разъехались в разные стороны, и на сцену в белой пачке длиной чуть выше колен вылетела девушка, широко раздвинув ноги в прыжке. За ней понеслась вереница таких же, ничем неотличимых танцовщиц на сцену; они исполняли танец слаженно, синхронно и ни одна не сбивалась с курса. Все движения были отточенны до малейшего шевеления мышцы секунда в секунду, пока... На сцену не выпорхнула она (по мнению Кайло главная) белоснежным лебедем, с широкой улыбкой главной фигуры сегодняшнего вечера, его вечера. Её русо-каштановые волосы не были собраны в сложную причёску, не уложены лаком для волос; они свободно ниспадают на плече, а когда она подпрыгивает, они струятся шлейфом за её движениями. Что за прекрасное создание? - промелькнул в голове вопрос. Впрочем, когда ещё выпадет шанс налюбоваться ею, девушкой из его снов, что долго мучила Кайло на протяжении десяти лет? Он позабыл о сделке с миссис Смит, наблюдая весь оставшийся вечер за другой. Ей не понравится работа, когда Смит обнаружит на снимках не себя, а другую с русо-каштановыми волосами на бесконечном множестве снимков. На следующее утро Кайло проснулся в студии за рабочим столом. На него грозно воззрела миссис Смит, нависая над мужчиной сверху с руками, устремившимися в бока. Она может сломать белесыми кулаками себе ребра или подправить снова горбатый нос фотографа, если тот сейчас не проснётся и не объяснит, что он вчера наснимал на балете. Сзади стена увешана фотографиями разных размеров со счастливыми карими глазами молодой балерины и Смит похоже знает, кого Рен боготворит десять лет подряд. - Мистер Рен, вы вообще соображаете, что творите? - вопиющим тоном спросила мулатка. На неё уставилось сонное счастливое лицо фотографа впервые с добрым оскалом белоснежных зубов. - Да, я вчера снимал, - просипел фотограф, - и вам должно понравиться. Он обернулся к стене, увешанной счастливыми лицами его девушки, а не фото миссис Смит. В непонимании Рен снова посмотрел на мрачное лицо мулатки, но та за долю секунды покинула его кабинет молча, при этом захватив с собой парочку чужих фотографий. Ты влип, малыш Кайло, ты крупно влип. - пронеслось у него в голове, когда дверь в студию захлопнулась с громким шумом. Проходит неделя, прежде чем к нему приходит новая гостья. Она настроена серьёзно разработать проект для фотосессии в загородном доме, куда приедут именитые люди с разных уголков страны и на все сто уверена, что Кайло справится с её заказом. Они обсуждают в его кабинете все тонкости и детали планировки над размещением декораций, зоной для гостей и освещением участка. Кажется, кое-кто не будет спать всю ночь, шаманя над бумагами план. Одну клиентку Кайло потерял неделю назад, эту приобрёл вчера в кафе. Похоже, Смит не растрепала про недавний фиаско на балете за дорогие билеты и не ту модель. Из головы не уходил образ прекрасного лебедя с озорными глазками, он преследует его изо дня в день, каждую ночь. На мгновение Кайло ощутил на своей шершавой ладони шелковые русо-каштановые волосы в желтом отливе лучей ярких софитов. Пока клиентка стояла рядом и что-то ему щебетала под ухо, он давно ушёл в свои фантазии о мягких волосах и радостных карих глазах. Вместе с клиенткой они выбрались из кабинета в большую комнату персикового цвета и когда остановились на пороге, вдруг он увидел ее. Девушка из его снов стояла лицом к открытому французскому окну и что-то мило бубнила себе под нос, слегка улыбаясь; её волосами играл тёплый сентябрьский ветерок, распыляя короткие локоны в розовом пространстве. Она обернулась на шелест выпавших белых бумаг с проектом из рук Кайло прямиком на пол, когда тот разинул в беспамятстве широко рот. Девушка сразу побежала помогать поднять бумаги с пола, другая тихо попрощалась с ними двумя, но Рен этого не услышал, в голове творился полный хаос. Он наклонился перед девушкой на колени, поднимая вместе с ней бумаги для проекта. - Добрый день, мистер Рен. Меня зовут Рей... Рей. Её зовут Рей. - ... Мне понравились ваши снимки.