Порочный круг

В мире есть много понятий о том, что есть дружба. Между соратниками видишь поток бесконечных рассуждений о современностях бытия, между родителям простое как прошёл твой день. Также социумом создал другой критерий дружбы между взрослыми людьми; особенной дружба считается между парнем и девушкой. Вы оба не знаете её исхода, у неё их может быть три: дружба, разрыв из-за пустяка или она перерастёт в любовь до гроба. Она может стать вашей тайной, может стать вашим вторым "я", может стать вами. О четвёртом исходе ни в одной книге не упомянет ни один писатель, хоть заставь его это сделать под волной пыток. Четвёртый исход сладок для одного, для второго - он превращается в пытку. Тот, что первый раскрывает карты партии - победитель, второй же начинает страдать из-за первого, и не важно что испытывает игрок номер два. Он обречён принимать на себя удары, бояться третей партии, ведь она становится решающей. Эта игра на выживание, пока нервы остаются до последнего испытывать любую толику восприятия. Да, они убивают хозяина, изводят до последнего. Почему вы просто не можете зачерстветь? Хватит меня мучать! Тебя никто не услышит. Ты раб болезни и навсегда им останешься. - Рей... - будто не осознавая произнёс Кайло, полуоткрыв рот. Он увидел фантазию. Гребаную фантазию, преследовавшую его десять лет, и вот она просто склонилась рядом с ним и поднимает бумаги как ни в чем не бывало. - Да, мистер Рен, моё имя Рей. Я представилась вам минуту назад. - на её ногтях испорченый маникюр алого цвета, короткие ногти. Мало очевидную вещь, такую как ногти или родинку за ухом, примечает он случайно, принимая от девушки бумаги. Они поднимаются одновременно с колен. Рей перестала возрастать при подъеме, а Кайло и не собирался. Он оказался на голову выше девушки, возможно, чуть выше её знакомых парней, с которыми она любит проводить время в барах вечерами, или чуть выше её отца. Во всяком случае для того, чтобы её поймать, ему достаточно вытянуть руку и она уже в его хватке. Рей стоит молча, улыбается неловкой усмешкой, может чего-то ждёт, и, запыхаясь дышит. Кайло на долю секунды вообразил, что её сердце сейчас сломает реберную клетку с диким хрустом на всю комнату, помашет руками, я вас покидаю, друзья мои и убежит из студии. Но не менее забавным показался факт, что Кайло дышит также быстро в такт вместе с Рей и молчит. Тишину в комнате заглушают быстрые вздохи, и первой из них подаёт голос девушка: - Я видела ваши работы, мистер Рен. Эшли мне показала их вчера как только выбежала из студии. Поначалу они меня напугали, я не могла представить, что кто-то фотографировал меня весь концерт, - но сегодня утром, за чашкой кофе я увидела взглянула на них в новом свете. Вы - талантливый фотограф. Не могли бы вы мне устроить небольшую фотосессию? В её глазах читалась мольба со словами: я вас прошу, я вас умоляю сделать это для меня, - но Рей достаточно крепко держала каменную улыбку на милом личике, пока нервные окончания не дадут сбой, и улыбка останется до конца своих дней освещать дорогу во снах и фантазиях Кайло. У него появилось неописуемое желание опрокинуть её в свой мир с забвением; пусть она забудет дорогу обратно. Но вместо этого она ответила на приглашение широкой ладони пройти к двери в кабинет, где состоится небольшая сделка. Даже Кайло удивился, насколько быстрой оказалась его рука послать приглашение, а не потянулась к её шее. Ты мог бы, ты мог бы схватить её, Бен. Чего ты медлишь? Они вошли в кабинет. Рей стояла возле входа, рядом с закрытой дверью; Кайло оперся бёдрами на край стола и скрестил руки на груди, выжидающе слушая глухую тишину комнаты. Серые стены, напоминающие голый бетон, с единственным окном и потолочной лампой указывали на подвальную обстановку. Силуэт комнаты разбавлял стол из темного дерева с огромными кипами белых бумажных залежей. По истине комната напоминала шахту, в которой был единственный гном в шесть футов с киркой-фотоаппаратом, любивший свою работу больше жизни. Он часами занимался многослойными бумагами с фотографиями, пока не заходился диким кашлем из-за пыли. Рей задала вопрос, тот проскользнул мимо ушей Кайло, поэтому ему пришлось переспросить дважды, прежде чем дать на него ответ: - Вам придётся раз... - нет, она слишком красива для осквернённого ложе в холодной студии, где бесконечное множество раз происходили осквернённые вещи. - Я придумал для вас кое-что получше. - с задумчивым видом протянул фотограф, окинув напоследок худенькую фигурку. Так же молча, как они входили, так и вышли из тёмной комнаты. Взмахом руки Кайло пригласил её в центр хорошо освещенного помещения, естественный свет из огромных французских окон придавал более натуральные оттенки для съёмки в комнате, впрочем Рей получится красивой по велению его таланта подбирать удачные ракурсы, орудовать камерой, словно волшебной палочкой. Девушка сняла пальто кремового цвета и откинула его на гладкую поверхность широкой кровати. Что-то внутри Кайло подсказывало, она знает, чем ты тут занимаешься и убежит. Может и так. Может это она фантазирует о ком-то и тоже знает, чем она занимается в большой спальне своей квартиры. Может это ей следует знать, а не ему. Впрочем, он разберётся с грязью в голове, когда сделает качественные фото и пару сотен распечатает для себя. Ты не представляешь себе масштабы, Рей. Ты не знаешь, что творится в моей голове и, - ох - милая, лучше тебе туда не встревать. Твёрдой рукой он взял орудие для пыток своей головы, в то время как Рей поправляла низ белой рубашки с кружевным горлом, испытующи ожидая команд мастера. Он указал головой на подоконник одного из приоткрытых окон, откуда показывался вид на небоскрёб с острым наконечником на самой макушке крыши здания, - и она села, подогнув одну ногу к себе и ставя её на подоконник, вторую оставила болтаться внизу к полу. Руки сложены на подогнутом колене, а голова устремлена к окну, на маленьких людей внизу,бегающих бесконечным потоком по тропинкам каменного лабиринта. Кайло воображал, что мог бы раздавить каждого большим пальцем, но мураши разбегались по муравейнику, именуемого Нью-Йорком, в разные стороны. Щелк. Щелк. Щелк. Орудие начало колдовать над бликами в отражении зеркальных линз, создавая желаемый результат для фотографа, а тот стоял в одной позе, затем переместился в другую и так, пока Рей восседала на пластиковом подоконнике у открытого окна в другой серый мир нью-йоркских джунглей. Затем она свесила ногу, распустила русые волосы и на мгновенье Кайло показалось, что они превратились в яркий нимб священного божества. Она сидела напротив, сложив белые перистые крылья за спиной, будто секунду назад влетела в отрытое окно специально к нему сказать я выбрала тебя, Кайло, но в глазах других она считалась не менее обычным человеком на двух ногах. Рей подложила ладони под волосы на затылке, чуть приподняв ниспадающие локоны, - и весь внутренний мир фотографа рухнул о представлении великого, потому что он ослеплён яркостью и одурманен запахом ванили, исходящим от её волос. Беги, Рей, иначе ты отсюда не выйдешь. Щелк. Щелк. Щелк. Рей забрала конверт с парочкой фотографий (другая сотня похожих одна на другую мирно лежали в стопочке на краю стола Кайло), одарила снова его улыбкой, скорее всего припасенной для таких, как он, однообразных людей (у неё много в запасе улыбок), и обняла. Она свихнулась, ты не знаешь, что творишь, остановись! - потому что он обнял в ответ; стиснул мертвой хваткой удава. На мгновение Кайло показалось, что её грудь вплотную притиснулась к его торсу. Мягкая и упругая, с торчащими сосками, прижалась к нему. По ощущениям было похоже, что Рей в принципе не носит бюстгальтеры. Ни на концерте, - грудь прыгала вверх-вниз, - ни когда пришла сюда. Все это время она была обнаженной по-своему, соски смотрели на него через хлопчатую рубашку, звали прикоснуться. Он уже ощущает ладонями мягкую плоть и медленно отбывает в свой мир, - но Рей медленно покидает объятия и ещё раз улыбается в ответ на прощанье. - Стойте, Рей! Не могли бы вы со мной ещё раз встретиться. - словно маленький мальчик с надеждой на покупку желанной игрушки смотрит он на девушку. - Да, я свободна завтра. Приходите в кафе на Таймс-сквер к полудню. Вы сразу поймёте, где я буду вас ждать. - напоследок она легонько провела по его запястью рукой, еле касаясь, и Кайло почувствовал, что у него сейчас встанет. *** Дружба - это нечто инное, не поддающееся объяснениям. Четвертый вариант показывает мучение одного и празднество другого. Мучается он, радуется она и оба не знают, что с этим делать. Для него каждый день становится клеткой, где сознание пожирает головной мозг, начиная с корней. Ночами сознание выбрасывает фокусы неминуемых масштабов, иногда реальность перестает существовать, заменяясь фрагментами из воспоминаний. Кайло травит его алкоголем, утопая в жажде встреч с фантазией. Для него она стала глотком свежего воздуха, личным наркотиком похлеще старого доброго виски. Днями они созваниваются по несколько часов в сутки, вечерами он проводит время в компании её фотографий, увешивающих всю стену улыбками с белоснежными зубами и жизнерадостными глазами. Кайло подмечал, что у Рей длинные ресницы, она всегда мило хихикает на его комплименты. И так постоянно на прогулках. Встречи становятся одним-единственным онанизмом. Удовлетворять глаза и язык, все равно что водить рукой по члену. Кульминация происходит в двух случаях по-разному: в первом она проходит болезненно в голове, во втором сладкой истомой по телу. Он не раз хотел назвать их встречи свиданиями, а она - взять его за руку. Похоже, они оба занимались болезненным онанизмом, бросаясь из крайности в крайность. Если бы можно было залезть в её голову, узнать все её мысли, заменить каждое воспоминание с разными парнями собой, Кайло бы пошёл на это. Ему надоедало изводиться мыслями, ночами сидеть напротив фотографий с многочисленными счастливыми лицами, а ведь Рей умеет плакать, - и снимать штаны перед портретами... Посмотри на меня! Посмотри, что ты со мной творишь! Это все из-за тебя! Не отвергай моё присутствие. Уверен, я бываю в твоих снах, Рей. Уверен, ты желаешь меня, но боишься этого признать! Однажды ты все поймёшь, Рей, не сомневайся. ...елозить рукой вверх-вниз, пока не достигнет болезненной кульминации. - Ты все знаешь и чувствуешь, Рей. - вверх-вниз, вверх-вниз. С громким стоном, на подгибающихся ногах от разрядки Кайло плюхнулся на пол, опираясь на противоположную стену спиной перед множеством счастливых лиц. Его лицо обласкано нежно-розовым румянцем, рот широко раскрыт также, как и его ноги. На руке свидетельство их дружбы, липкое, горячее. Оно должно понравится Рей на вкус, она попробует завтра с помадкой между булочек свидетельство их дружбы, обязана попробовать. *** - Здравствуй, Кайло! - местом встречи стала квартира фотографа. - Здравствуй, Рей. - спокойным голосом ответил ей, помогая снять пальто. Вещь отправилась на крючок, а пара прошла вглубь квартиры в просторную кухню. - Я впервые тут и здесь так просторно. Можно целую балетную партию устроить. - Рей закатала рукава рубашки, чтобы помыть руки в раковине, а Кайло встал сзади, осматривая её сверху вниз. - Для тебя все, что угодно. - он оперся на косяк арки, ведущей в кухню, скрещивая руки на груди. - Да, ты мне это много раз говорил. Рей приехала сюда с планом рассказать о ближайшем мероприятии, но почувствовала, что ей стоит повременить со словами, так как Кайло предложил ей попробовать выпечку - пирожные с кремом на макушке. Она ещё с порога поняла, как только вошла в квартиру, что для неё уготовлен вкусный сюрприз собственного производства. Выпечка у Кайло получалось отменной, учуял запах - жди слюнки изо рта, поэтому Рей помогала подготовить стол к чаепитию, а потом расскажет о своих намерениях, ведь этот мужчина за полгода стал ей не просто знакомым, он стал ей другом. - У тебя так вкусно получается готовить, - не успевала поедать одно пирожное за другим, - но я к тебе приехала не просто так, мне нужно с тобой кое-что обсудить, - улыбку сменил серьёзный взгляд. - Я рад, что тебе понравилось. - особый ингредиент в пирожных утопал в её горле, словно масло на горячем блинчике. И его выражение лица сменилось с выражением девушки. - Что-то случилось? - Кайло, я выхожу замуж. Замуж. Замуж. Замуж. И так бесконечное множество раз отдавалось эхом в голове, пока не пришло осознание того, что Рей это действительно сказала. - Если ты хочешь сделать мне предложение из-за выпечки, то я согласен. Кайло попытался перевести в шутку её слова. Сначала Рей взорвалась очень звонким смехом, позабыв о всяком приличии закрывать набитый рот с пережеванной едой. Для Кайло она была в любых ракурсах прекрасной: с набитым ртом, пьяная (и не раз), когда она неуклюже на тренировках падала и её пришлось увозить в больницу. Сейчас в нем все перевернулось за секунду после её слов. - У тебя очень вкусная выпечка, но нет. Мне недавно сделал предложение... - По. По Дэмерон, лучший пилот авиации. - на полурыке вылетели слова и Рей замолчала. Она знала, что Кайло его недолюбливает, даже ненавидит. На виске проступила голубая вена, а скулы будто впали обратно в щеки. - Я слышал о нем и не раз. Почему он? Не на шутку Рей стало страшно. Она никогда не испытывала такого рядом с Кайло, он мог её защитить от других. Сейчас она чувствовала, что защищаться нужно от него. - Он... - Ты же умная девочка, Рей. - взгляд блуждал от одного орехового глаза к другому. Он был готов испепелить её за одно упоминание об этом недоразумении. - Зачем ты так поступаешь? И почему мне ничего не сказала?! - Кайло перешёл на басовый крик и дёрнулся с места, будто желая отшвырнуть стул, на котором сидел, куда подальше, иначе разнесёт здесь все. В нем грела ярость, не способную затушить Рей (ей удавалось успокаивать Рена) - в данный момент она была источником его ярости. Рей выбрала Дэмерона, этого придурковатого весельчака, любившего отпустить плоскую шуточку без заминки на свет. И как только она выбрала его, когда Кайло делал для неё куда больше? - Кайло, он неплохой парень. Что с тобой? - Ты знаешь, Рей, что со мной! Ты все хорошо знаешь, Рей. - Прости, если я тебя огорчила, но это мой выбор. Беспамятство. Яркая вспышка. Грохот. Она ушла. *** Темнота. Мрак. Течение черных вод уносит глубоко в небытие, оставляя гадать об исходе пути и надеяться на самый менее удачный итог. Где я? Глубоко внутри больных воображений, клетка не откроет дверь, если у тебя нет ключа. Сосед по камере передаёт ключ для побега, подбивает убежать отсюда, но почему я не беру? Что мне мешает? Бен, ты хороший мальчик, правда? Мы же обсуждали с тобой это прошлой ночью. Да, обсуждали. И что же? Я хороший мальчик, я очень хороший мальчик. *** По разные стороны кухни на полу валялись сломанные стулья. В дальнем углу напополам переломлен стол, а одной из его ножек нет, она находилась в руках у Кайло. По кухне будто прошёлся ураган по имени "Рей", в надежде, что ей удалось убежать отсюда на здоровых прямых ногах, когда все это началось. Сломанная посуда из керамики разбросана по ковролину мелкими осколками разных размеров, часть из них вонзилась в голые ступни Кайло, когда он расправлялся с кухней один на один. В голове проснулся комментатор с громким голосом, он кричит о победе Кайло Рена над тарелками. Посмотрите, Кайло расшвырял тарелки по полу! Его враг повержен! Но погодите, он полез в бой с кухонным столом! Очередная победа за Реном! Только вот ни хрена это не победа. Он прогнал любимую девушку своим поведением, наговорил ей годностей. Он не победитель, он мудак, конченный мудак. Раскалённая вода потекла по румяным щекам. На секунду она показалось лавой прямиком из жерла вулкана по специальному заказу свыше, но один факт это опроверг, как опроверг бы вулкан, - это была самая обыкновенная вода естественного происхождения - соленые слезы из глубин глаз. Избавиться от них сию же секунду не получается, проходит достаточное количество времени, чтобы обычный плач перерос в истерику на полу. Кайло сел возле входа в кухню, держась за голову двумя руками, зарываясь во взлохмаченные кудри длинными костлявыми пальцами. Рей не раз говорила, что они привлекательны, но именно сейчас Кайло захотелось их отрубить и выкинуть. Ты хороший мальчик, Бен? - Да, я хороший мальчик. - тело свернулось в кокон на осколках битой посуды. Оно потеряло всякую чувствительностью, подстать его душе. Он знает как поступит в этой ситуации. Он вполне представляет масштабы последствий.