Дадли Дурсль и побег из Хогвартса

      В утро 31-го августа Дадли проснулся со странным чувством неизбежности предстоящего события. Он чувствовал, что надо было остановиться ещё очень давно, ещё перед походом в Косой Переулок, перед выходом из маяка. Дадли рассорился с родителями, с, казалось бы, неисправимо добрым Гарри, получил билет на несуществующую платформу. Ему даже начало казаться, что это не что иное, как розыгрыш. Вероятно, то чувство, что испытывал Дурсль, было страхом. Он боялся не попасть на платформу, вызвав насмешки семьи, вступить в совершенно новый мир, в котором нужно подстроиться под общество так, чтобы не заметили ничего подозрительного. Дадли постоянно утешал себя, что Гарри там никогда не видели, не знали его характер, так как Поттера подкинули Дурслям, когда ему был год, но это юному Дурслю не помогало. «Гарри» лежал на кровати, обдумывая всё новые стратегии поведения, что было абсолютно бессмысленно из-за причины, указанной выше. Вдруг тишину прорезал звук ключа в замке, и Вернон открыл дверь со словами: — На выход!       Дадли ещё со вчерашнего вечера собрал все вещи. Он оделся, быстро позавтракал и направился к машине. Мальчику казалось, что Вернон всё время, пока «Гарри» завтракал, сверлил его злобным взглядом, но новоиспеченный первокурсник, сохраняя образ, конечно же, не стал проверять, так ли это.       Когда Дадли и Вернон сели в машину и Дурсль-старший уже завёл её, он замер и повернулся к сыну. Лицо Вернона искривила довольная ухмылка. Он вышел из машины, закрыв в ней Дадли, и вернулся уже с Гарри. Поттер сел справа от Дадли, и Вернон сказал: — Наверное, не только ты едешь туда, должны быть и другие семьи, верно?       Дадли поначалу не понял смысл высказывания отца, но тот добавил: — Если кому здесь и суждено поехать в школу, то точно не моему сыну! Мы просто расскажем эту историю любой магической семье, и, я уверен, они нам помогут. А ты, Дадли, получишь по полной программе!       Тут Дурсль-младший не на шутку перепугался. Плохое предчувствие с утра предупреждало Дадли о возможности такого развития событий. Правда, конкретно такого развития он никак не мог ожидать. Ему оставалось только ждать приезда на станцию и обратно. Но Дадли не хотел просто смириться с этим, он продумывал теперь не бессмысленные варианты поведения, а полезный для своего здоровья способ выпутаться. Вскоре Дадли смог придумать такой план действий: незаметно оторваться от семьи, смешавшись с толпой, найти семью волшебников и как можно быстрее пройти с ними на платформу. Только вот Вернон, должно быть, будет постоянно оглядываться на сына, проверяя, до сих пор ли он идёт с ними, а это означало, что у Дадли после начала действий в запасе должно было быть около пяти минут времени. Этого, по мнению «Гарри», недостаточно, поэтому он продолжил мозговой штурм. Но Дадли так и не смог построить в голове план, удовлетворяющий его, до приезда на Кингс-Кросс.       Они приехали. У Дадли уже не было времени на раздумья, у Вернона не сходила с лица довольная улыбка, а Гарри, по виду, было даже как-то всё равно. По крайней мере, лицо его не выражало эмоций. Нельзя сказать, что ему не хотелось поехать в школу магии. Он скорее размышлял так: «Я ничего не потеряю, если не получится поехать. Я привык к жизни у Дурслей. Тем более, тот великан, который забрал Дадли, наверняка ему всё объяснил, а я не знаю абсолютно ничего. Плюс дядя с тётей из-за выходки сына стали ко мне лучше относиться». Это то, о чём думал Гарри во время поездки.       Вся «компания» отправилась на поиски магической семьи по всему вокзалу. Но Вернон, видимо, не учёл то, что волшебники скрываются от людей, поэтому найти их практически не представлялось возможным. Дадли как раз думал об этом, и это не давало ему покоя. Если он не знает, где платформа и как туда попасть, значит, в Хогвартс не попадёт ни один, ни второй. — По крайней мере, — думал Дадли, — это более-менее справедливо.       Вдруг началось такое столпотворение, что Дадли едва видел через людей огромную спину своего отца. Это был его шанс. Он надеялся, что пяти минут хватит, чтобы найти волшебную семью раньше Гарри с Верноном. Хотя даже если они найдут её раньше Дадли, они ведь не потащат за собой волшебников его искать. Дадли бродил уже две минуты с того момента, как оторвался от семьи, и никого не нашёл, зато расслышал в толпе: —…вять три четверти…       Дадли пошёл туда, откуда доносился звук, и увидел семью, все члены которой были полностью рыжими. Причём Дурсль-младший никогда бы не отличил их от магглов, если бы кто-то из них не произнёс номер платформы. Настолько убедительно они переоделись под обычную, ничем не примечательную семью. — Здравствуйте, я ищу платформу девять три четверти. — сказал он. — Привет, она не далеко, — ответила миссис Уизли и скользнула взглядом по шраму. — Мы прямо сейчас на неё попадём, смотри!       Самый высокий и, по виду, самый старший из её сыновей стоял возле колонны между платформами 9 и 10. Вдруг он резко толкнул тележку со своими вещами. Она прошла сквозь колонну. Дадли это, однако, не удивило, ведь он уже видел нечто подобное (или думал, что видел). Потом Перси очень убедительно сделал вид, что прислонился к колонне, хотя сбоку было видно, что его спина, как минимум, на 2 миллиметра дальше неё. Когда все обозримые магглы не смотрели на него, Перси расслабился, и упал плашмя в колонну. Так же сделали все последующие Уизли, и настала очередь Дадли. Он очень боялся быть замеченным, но, на удивление, толкнул тележку в нужный момент. Правда, когда настала его очередь падать, он расслабился, но, по инстинкту, перевернулся, и подложил под себя руку, хотя подставил он её уже когда провалился в колонну. Из-за задержки при падении, один маггл всё-таки увидел Дадли, но миссис Уизли, курировавшая перемещение детей, незаметно достала палочку. Она еле высунула кончик деревяшки из-под куртки и, направив его на нужного маггла, почти неслышно произнесла: «Обливиэйт!». Вдруг откуда-то из толпы выбежал Вернон, который всё видел издалека. Молли уже хотела произвести с ним ту же процедуру, что и с тем магглом, но Дурсль сказал, без особого почтения, но с феноменальной для него вежливостью: — Здрасть, я веду этого мальчика на платформу 9 с чем-то там. Это Гарри Поттер, я… — Гарри Поттер? — уточнила миссис Уизли. Вернон хотел сказать в этот момент: «Нет, блин, пропала собака Поттер у мальчика Гарри!», но воздержался, посчитал это чересчур толстым даже для себя. — Но он только что прошёл на платформу, я видела шрам…       Тут Вернон провёл ладонью по лбу Гарри, сдвинув волосы в сторону, и показал Молли шрам. Миссис Уизли, от этого весьма красноречивого ответа, впала в ступор, но она поняла, или думала, что поняла, в чём дело: — Забавно. Хотя мало забавного в том, что ваш сын набил на лбу шрам, так похожий на шрам Гарри. Значит, вам на платформу? У вас есть палочка?       Вернон услышал, что она назвала Гарри его сыном, но пока не стал акцентировать на этом внимание. — Палочка? — Да, без палочки на платформу не попасть! — Чёртовы наркоманы! — довольно громко, словно привлекая внимание Молли, сказал прохожий. Видимо, ему очень нравилась данная фразочка. Удаляясь, он обернулся и посмотрел на миссис Уизли глубокими голубыми глазами, в сочетании которых с бровями читалось некое предостережение. Тут она поняла, что с тихого они перешли на слегка повышенный тон, и магглы могли слышать две последние фразы. Правда, они, вероятнее всего, просто бы посчитали эти предложения вырванными из контекста. — Слушайте, — тихо сказала Молли. — ваш сын, он вообще волшебник? — Мой сын — нет! А он, — Вернон указал на Гарри, — мне не сын! Он… — Пожалуйста, тише! — уже шёпотом сказала миссис Уизли. На неё начали озираться магглы, а волшебникам их внимание не очень нравилось. — Если у вашего сына, или кто он вам там, нет волшебных способностей, он и на поезд не попадёт, так как ему не выдадут палочку. Вы же не думали, что колдовать могут все? Мне жаль, что ваш сын не волшебник, но вы ведь должны понимать, что выдавать его за Гарри делу не помо… Ой, поезд отходит уже через три минуты! Так что, коль вы не возражаете, я пошла провожать своих детей.       Через минуту Молли уже скрылась за барьером. К великому счастью не подозревающего об этом разговоре сына, Вернон ничего не успел ей рассказать. Но вдруг лицо Дурсля искривилось в злорадной ухмылке, да такой, что могло показаться, будто мистер Дурсль — заклятый враг Дадли и желает ему лишь зла. — Она сказала, что колдовать могут не все, а если тот мужик пришёл за тобой, значит, Дадли не может. Его же выдворят из этой школы на следующий же день! ХА-ХА! — вдруг засмеялся Вернон. — Я ГЕНИЙ, ГЕНИЙ!       Когда Вернон увидел, с каким лицом на него озираются люди, он понял, что перегнул палку и произнёс этот гневный внутренний монолог вслух. Так что он расправился, взял Гарри за руку и поспешил покинуть Кингс-Кросс.       Дадли уже тем временем зашёл в поезд. Дурсль не видел свободных купе и шёл уже в самый хвост. Прохожие постоянно оглядывались на него. Дадли услышал отрывок чьего-то разговора, где упоминались некие «магглорождённые». Дурсль сразу понял смысл этого говорящего слова. Он выбрал купе в пятом с конца вагоне. Когда поезд тронулся, Дадли начал представлять себе Хогвартс. Сначала он вообразил обычную школу, только там в его представлении повсюду валялись палочки, колдовали учителя и ученики, а по бокам у стен были расставлены котлы. Он представил учителей этакими длиннобородыми мудрецами, говорящими загадками, как в мультфильмах, что Дадли смотрел в детстве, и из-за этого ученики постоянно получают двойки, не разгадав очередной ребус. Потом он подумал, что в школе, как в Гринготтсе, могут работать всякие волшебные существа: эльфы, феи, гномы, тролли… Дадли настолько замечтался о том, кем кто будет работать и как будут выглядеть волшебные обитатели, что не заметил, как к нему в купе зашёл жирный, как слон, парень и сел напротив. Он кашлянул и спросил: — Эй, мелкий, как тебя звать? — Дад… Кхм, кхм!.. Гарри Поттер!       Тут парень подавился пончиком, который в данный момент ел. — Кто-кто? — Я, вроде, сказал довольно отчётливо. Гарри Поттер. А ты? — Г-Грегори Гойл… — Ты чего заикаешься? Свои!       Дадли понял, что говорит совсем не как Гарри, но, увидев, что Гойл на это не отреагировал, наконец полностью осознал, что его тут никто не знает, и решил вести себя как обычно. — П-просто, — начал Гойл, — просто ты пережил такое! — Что? — В смысле? Ты выжил после Авада Кедавры! — Чего-чего? — Дадли не понимал, о чём говорит Гойл, но понял, что выдаёт себя. — А-а-а… Ты про это… Ну да, выжил после Абра Кадабры… — Авада Кедавры! Она тебе что, мозг повредила?       Дадли не знал, обидеться на это или нет, поэтому по-тупому заржал. Послышался звук открывающейся двери, в купе вошёл ещё один. — О, здорово, Крэбб! — Гойл! Как дела? Тебе уже купили золотой котёл? — спросил Крэбб и уселся возле Дадли. — Ещё нет, но обещали уже в этом году! Осталось подождать, пока тот очкастый лузер наконец согласится на сделку. — Вы, наверное, очень богатые? — Эй, Гойл, что это за неудачник? — Гарри Поттер, — ответил Грегори, — он мне сказал. — Ага, и ты ему поверил?       Тут Дадли сдвинул волосы вбок, показав шрам. — Это правда ты? — спросил Крэбб.       Дадли, намекая на очевидный ответ, поднял одну бровь. — Да, знаю, тупой вопрос.       Повисло неловкое молчание. Лишь изредка доносился чей-то кашель из соседнего купе или чих Гойла или Крэбба. Вдруг кто-то ещё открыл дверь. В проходе показался один из той рыжей семьи, которую Дадли видел на вокзале. — Здравствуйте, все остальные купе заняты, можно к вам сесть?       Но как только Уизли попытался сесть, он передумал, ведь Грегори был настолько жирным, что занимал всю скамью. Противоположная тоже была занята — Крэббом и Дадли. — Пошёл отсюда, бомж! — приказал Гойл. Хотя Рон, в принципе, был не против. Как только Уизли закрыл дверь, Грегори добавил: — Да, богатые. Мы из богатейших волшебных семей. Есть ещё Малфои, но мы с ними уже год не общались. — Понятно, — ответил Дадли. — Кстати, а кто такой сквиб? — Мальчик наконец смог задать так долго мучивший его вопрос, о котором он боялся спросить кого-либо ещё, поскольку эта тема, видимо, смущала колдунов,       Дадли в тот раз не расслышал, кто такие сквибы, но понял, что это именно кто, ведь смог уловить из слов Оливандера: «Это те люди, которые…» — А ты не знаешь? — спросил Крэбб. — Точно, ты жил среди маглов… Короче, сквибы — это те, кто родились в волшебной семье, но не имеют способностей к волшебству. — СПОСОБНОСТЕЙ?! — внезапно выкрикнул Дадли. Только теперь он получил ответ на вопрос, почему не всех берут в эту магическую школу. Он думал, притягивая вывод за уши, что других не берут в Хогвартс, потому что они просто не родились у магов, а те предпочитают почему-то скрываться. Но причина, сказанная Крэббом, расставила все точки над «i». — Конечно, — думал он, — вот почему палочка не реагировала на меня! Вот что имел в виду Хагрид, говоря, что мы не проходили сквозь стену! У меня, должно быть, просто нет способностей, чтобы видеть то, через что мы прошли! Дверь?! Турникет?! А маггл, это, судя по словам Хагрида, тот, кто не умеет колдовать, но рождён, в отличие от сквибов, у неволшебников?       У Дурсля всё смешалось в голове. Теперь ему не так хотелось ехать в Хогвартс, ведь только сейчас он по-настоящему понял, что это. Школа, в которой учат развить врождённый талант, а не приобрести дар волшебства. Помимо всего прочего, мальчику были неизвестны ещё и порядки магического мира. Насколько жёсткие у них могут быть наказания за провинность? Дадли боялся представить, что его там ждёт, если его раскроют. Он постоянно утешал себя тем, что ничего особенного там не может быть, что у них наверняка школа ничем не отличается от маггловской, может, разве что, чуть больше по размерам, ведь вряд ли колдуны стали бы открывать много волшебных школ вместо одной большой, которую было бы легче скрыть. Дадли утешался тем, что если у них есть поезд, то, наверняка, ещё и современное, развитое общество, которое не станет отрубать ему голову, сжигать на костре или избивать плетью, подвесив вверх головой над огромным озером, кишащим акулами и пираньями с лазерным зрением и… Кажется, Дурсль слегка увлёкся. Невероятно, но всё эти мысли роились в голове у Дадли в течение всего пары секунд. Обычно мозг мальчика был гораздо менее продуктивен. Он выдохнул. — Да, прости, — сказал лже-Гарри, — я просто не знал, что для колдовства нужны способности. — Слушай, тебя ведь должны были забрать от магглов, отвести в переулок там, так? — спросил Крэбб. — Ну? — Тебе хоть что-нибудь твой проводник объяснил? — Именно про способности — нет. А в школе есть проверка на них? — Ну, там есть такая говорящая шляпа, — ответил Гойл. — Её надевают на тебя, они читает твои мысли и выбирает факультет, на который ты пойдёшь. — Шляпа! ШЛЯПА, ЧЁРТ ПОБЕРИ! Конечно, спокойно жить не дадут! — думал Дадли. — И как мне её пройти?       Тут разговор снова прервал звук открывающейся двери. Прозвучал звонкий голос какой-то девочки. — Здравствуйте, вы не видели жабу? — Чо? — спросил Гойл. — Мальчик по имени Невилл Долгопупс потерял жабу. — Нет, — сказал Крэбб, — не видели мы его ходячую бородавку!       «Как «остроумно»!», — подумал Дадли, но решил вслух этого не говорить. — Мы, кстати, скоро приедем, так что вам лучше переодеться! — сказала Гермиона. Выходя из купе, она отчего-то задержала взгляд на Дадли. Хотя, конечно, причина, скорее всего, была всё той же — интересующий всех своей легендарной историей шрам.       За окном уже стемнело, почти ничего не было видно. Но Дадли почудилась впереди какая-то точка света. Он вплотную приложил лицо к стеклу и разглядел вдалеке кучу таких точек. Поезд приближался к ним. Вскоре в окне появилось очертание чего-то огромного, точки были внутри этого непонятного объекта. Как только поезд ещё сильнее приблизился к силуэту, Дадли ужаснулся — впереди был замок. Это окна издалека казались точками.       «Средневековый замок… — думал Дадли. Он был чертовски напуган. — Ни цивилизованного современного общества, ни технологий… Да у них, небось, ещё смертная казнь есть!»       Поезд остановился, ученики посыпались из него. Дадли выталкивала толпа, покидающая экспресс. Вдруг он наткнулся на что-то большое. Это был Хагрид. — О, привет, Гарри! — сказал он. — Привет! Ты куда пропал, когда мы были на вокзале? — Я, это, свёрток взял из Гринготтса, помнишь? Так вот, — Великан почесал затылок, — он был порталом, сработал в самый неподходящий момент. Так, так, сюда, первокурсники! Добро пожаловать в Хогвартс!