Как приручить андроида

      Черный пластиковый пакет упал на стол RK900. Он поднял голову и посмотрел долгим взглядом на Гэвина. — Знаешь, что там, жестянка? — спросил детектив. Выглядел он плохо: под глазами пролегли тени, щетина стала длиннее, кожа на руках обветрилась и покраснела. — Меня зовут Ричард, — холодно ответил андроид. — Та-а-к, — Гэвин сел на стол и сложил руки на груди. — У тебя появилось имя? С каких это пор? — Со вчерашней ночи. — А кто дал тебе имя? — Коннор. — Ну конечно, — фыркнул Рид. — Стоило догадаться. Так вот, железяка, — он хлопнул по пакету, — я нашел это в складах, где убили шлюху. Мне нужен твой анализ. Ричард вскрыл пакет. Внутри лежала черная одежда и ботинки. О нет. Не смей выдать себя.       Он разложил на столе толстовку и просканировал. Сканирование, как он и ожидал, ничего не дало: ни биологических следов, ни грязи или ржавчины. — Флисовая толстовка с подкладкой из полиэстера черного цвета, — вынес вердикт Ричард. — Твою мать, — Гэвин закатил глаза, — это всё, что ты можешь сказать? — Да. — Андроид уставился на него ледяными светлыми глазами. — Работай дальше. — Рид подтолкнул пакет.       RK-900 последовало просканировал все вещи. Ответ почти не менялся: футболка из хлопка, джинсы из джинсовой ткани, ботинки из кожзаменителя…       Гэвин забрал вещи и ушёл, напоследок обозвав Ричарда сраной железкой. Ричард подумал, что Маркус, призывая к бунту, возможно, был прав.

***

      Зима шла на убыль. Деревья тянули вверх голые ветви, сплетаясь в сюрреалистичном узоре, но снега уже почти не было, лишь белые островки остались на газонах, покрытых жёлтой прошлогодней травой. Город утопал в серости домов и асфальта, но скоро начнется весна, и Детройт расцветёт зеленью.       С момента обнаружения вещей Ричарда на складе прошла неделя. Гэвин так и не смог узнать, чья это одежда, что она делала на складе и связана ли как-то с убитой. Андроид успокоился и забыл про хамоватого напарника.       С момента признания в любви прошел месяц, и за весь месяц у них не было секса. Коннора это совершенно не волновало, но выводило из себя Ричарда. Ему было мало поцелуев и объятий, хотелось большего. Осталось сообщить об этом любимому. — Коннор. — Ммм?       Они снова смотрели старый фильм. На экране человек, изображающий робота, говорил с мальчиком о человечности. Робот по странному совпадению носил номер 800. Коннор лежал с полуприкрытыми глазами на коленях Ричарда, укрытый белой курткой с мерцающим голубым треугольником. — Я часто спрашиваю тебя о людях, — начал Ричард издалека, проводя пальцем по щеке Коннора. Тот нежился и рассеянно улыбался. — И о том, как люди себя ведут. Также я спрашивал о том, как ты проводишь ночи. — Это ты к чему? — Не пора ли нам провести ночь как люди? Коннор стал вспоминать разговор с Ричардом. В памяти отматывались назад разговоры, встречи, действия… Коннор широко раскрыл глаза. Ричард, заметив испуг, улыбнулся. Ему так идёт это выражение лица. — Ты намекаешь на…? — Коннор снизу вверх посмотрел на девианта. — На секс, — закончил он фразу. Коннор сел, сложив руки на коленях. Куртка съехала и держалась на одном плече. — Ты считаешь это необходимым?       Вместо ответа Ричард поцеловал его, придавливая своим весом к дивану. Щелчком пальцев отключил телевизор и расстегнул пряжку ремня на джинсах Коннора. — Иногда я думаю, что Киберлайф заложили в нас девиацию, — прошептал Ричард, размыкая поцелуй. — Почему? — Потому что мы можем получать удовольствие, — с пошлой улыбкой ответил андроид, запуская руку под его одежду.       Он знал, как это ощущается. Множество электрических импульсов, идущих снизу вверх, в главный процессор. Андроиды не чувствуют боли, но по воле создателя могут чувствовать наслаждение. И сейчас, на диване в квартире на окраине Детройта под ним выгибался Коннор, девиантная копия с совершенными анализаторами во рту и чувствительной кожей. Ричард опустился чуть ниже и прикусил шею. Коннор негромко вскрикнул: — Осторожней! — Как скажешь, — хрипло ответил Ричард. — Хочешь, я буду действовать нежнее? — Д-да. Ричарду хотелось сорвать с него всю одежду разом, связать, дразнить и не давать желаемого. Так он обычно и действовал, но Коннор… Коннор — исключение. Его желания он ставил превыше собственных.

***

Утро началось с пристального рассмотрения себя в зеркало. Коннор пользовался ванной только утром и то не больше минуты, проверяя, хорошо ли сидит одежда. Сейчас он критично разглядывал себя.       Темные каштановые волосы взъерошились, на шее синел укус, по телу расплывались темные пятна засосов. Ричард, несмотря на просьбы, не был нежен. Ему словно нравилось чувствовать власть над ним, применять силу, контролировать. Коннор услышал стук в дверь. — Открыто. Ричард обнял его сзади. — Прости, — тихо произнес он. — Я ослушался тебя. — Что мне с этим делать? — Коннор указал на укус. — Он низко. Воротник твоей формы его закроет. — Обещай, что так больше не будешь. — Коннор улыбнулся и прислонился к нему. — Постараюсь, — промурлыкал Ричард, сияя голубыми глазами.

***

      С молчаливого согласия Коннора Ричард развлекался с ним каждую ночь. Он связывал руки, затыкал рот, царапал спину. Показная холодность на работе ночью спадала. Но несмотря на бешеное вмешательство Ричарда в жизнь Коннора, встречи с Хэнком оставались неизменными.       Андерсон не переставал подъебывать напарника на тему отношений с Ричардом. Их разговоры о девиантности пересекались с философией и психологией. Коннор отсылал к прочитанным книгам, Хэнк полагался на личный опыт. Сумо спал на коленях и довольно урчал, когда андроид его гладил. Ричарда это раздражало, но он молчал. Коннор мягко, но уверенно обозначил границы личного пространства, за которые RK-900 не заходил. Не смел. Коннор значил для него слишком много.

***

      Гэвин ликовал. Он поругался с половиной участка, вынес мозги судэкспертам и пристал к каждому андроиду, но добился своего.       У него не было доказательств, лишь интуиция гнала вперёд, зудела внутри, требовала чего-то. И он нашёл. Вещи со склада принадлежали RK-900.       Он — убийца?