Гарри Поттер и две башни

- Гарри! Мальчик мой, ответь мне, ты цел? - закричал Вернон Дарсли, врываясь в комнату и закашлялся от густого черного дыма. Гарри выкатился из-под кровати и сел, отряхиваясь и кашляя. - Да, все нормально, - наконец ответил он. Дядя разочарованно вздохнул. - А... Тогда это... Ты чего тут творишь,а? Всю комнату разворотил, а она как новая, только в восемьдесят четвертом ремонт делали! - Это не я, - кротко молвил Гарри. Он встал и замахал руками, пытаясь выгнать дым в окно, благо оно было разбито. -Это Упивающиеся смертью. Прислали взрывное заклятие, а я по запарке открыл, ну и... Дядя продолжал бушевать: - Все у вас, малахольных, не как у людей! Наняли бы киллера со снайперской винтовкой - и надежнее, и мебель целой останется! Короче, Поттер. Весь этот бардак будешь убирать сам. А если еще хоть шорох отсюда услышу, позвоню в полицию и сообщу, что у нас устроил лабораторию пособник мирового терроризма! Закончив свою тираду, Вернон Дарсли свирепо пошевелил усами и вышел, хлопнув дверью. Дверь повисла на одном косяке. - Ну что... День рожденья - грустный праздник, - констатировал Гарри, обращаясь к Букле, которая, к счастью, от взрыва не пострадала и теперь возмущенно ухала в своей клетке, обвел глазами перевернутую мебель и стены в подпалинах, вздохнул и вернулся к разбору подарков. От Гермионы пришла книга "Хижина эльфа Томми"; Гарри поставил ее на полку рядом с прошлогодними подарками подруги - биографией Мартина Лютера Кинга и здоровенным трудом какого-то Маркса "Манифест коммунистической партии". Рон прислал диск ДВД, в приложенной к которому записке восторженно пояснялось, что это - крутейшее аниме "Ghost In The Shell". "Призрак в раковине... про Миртл, что ли?" подумал мальчик, вертя подарок в руках. "Ладно, потом посмотрю..." Конверт без обратного адреса. Приложив к нему ухо, Гарри услышал злобное шипение: "Темный Лорд будет отомщен! Открывай, Поттер, смерть твоя пришла!" - Обломитесь, уроды, - пробормотал он, осторожно откладывая конверт в сторону. Потом надо будет отнести куда-нибудь на пустырь и закопать. Следующий подарок был от миссис Уизли - прямоугольный пакет из коричневой бумаги, перехваченный бечевкой. Гарри открыл нижний ящик шкафа и положил пакет рядом с несколькими такими же. Свитер. Темно-красный. Каждый год одно и то же. Добби прислал здоровенный свиток пергамента, начинавшийся словами "Добрый вечер. Буду краток...". Далее следовала написанная белым стихом поэма о подвигах Гарри в 134 куплета, заканчивающаяся детально и красочно описаной сценой смерти Вольдеморта в одном из хогвартских сортиров от рук вышеупомянутого доблестного отрока. Еще один конверт без обратного адреса. Эти недобитые Упивающиеся достали уже. В сторону... Последней оказалась кричалка от Фреда и Джорджа Уизли, которая радостно заорала на два голоса: - Гарри! Ты как, перец?! - Братуха, как житуха?! - В общем, горько! Пауза. - Дебил, пацан окончание школы празднует, какое "горько"? Пауза. Приглушенное перешептывание. - Ах, да... блин... В смысле, с днюхой тебя! - Счастья-здоровья, ну в общем ты понял! - И, значит, это... Пауза. - Ну рожай уже, придурок... - Да... в общем, Гарри, ты извиняй, с подарком мы пролетели. Нас на второй год оставили, шнурки нам за это бабло перекрыли, а те деньги, что ты давал, кончились. Ну, ты знаешь, гулянки, картишки, то, се... Пауза. - Какие, блин, картишки? Играешь сам, а деньгами общими расплачиваешься? Ну и кто ты после этого, а? - Да отвали, дай человека поздравить. В общем, Гарри, мы вместо подарка решили рассказать тебе анекдот... - Ага, зацени: в хвост крутейшей "Молнии" влетает отстойный корявый "Чистомет"... - А с "Молнии" слезает... - ПОТТЕР! ПОТТЕР, НЕГОДЯЙ, НЕМЕДЛЕННО СПУСКАЙСЯ ВНИЗ! От рева дяди Вернона дверь-таки рухнула. - ПОТТЕР! Я СЧИТАЮ ДО ТРЕХ, УЖЕ ЧЕТЫРЕ! Гарри вздохнул, аккуратно запечатал кричалку чтобы дослушать анекдот позднее, и обреченным видом спустился в гостиную, где его ждала тетя Петуния с доброй и ласковой ("Ой, кто-то сейчас огребет...") улыбкой на лице и красный как рак дядя Вернон. Увидев мальчика, он подлетел к нему, схватил за воротник футболки и вытащил во двор. - Вот! -рявкнул он, разворачивая племянника лицом к дому. - Полюбуйся! Гарри полюбовался. - Ну?! -требовательно встряхнул его Дарсли. - Баранки гну, -тихо огрызнулся он. - Что-о?! - А в чем дело-то? Окна все целые... ну ,кроме моего, белил неделю назад, в чем проблема? - Совы эти, что к тебе все утро мотались, вот в чем проблема! Гляди - загадили верхний левый уголок таблички с номером дома! Так что бери сейчас же бумажку, и... - Они ведь уже улетели, - робко возразил Гарри. - Я же не могу за ними гоняться и каждой персонально... От злости Вернон Дарсли покраснел еще больше. - Так, Поттер, ты мне мозги не это... не того! Быстро на стремянку и начинай драить! Вернусь - проверю! Гарри провел под палящим летним солнцем три четверти часа, скобля несчастную табличку. Та уже через пять минут после начала работы блестела как новая, но дядя Вернон, периодически являвшийся посмотреть, как продвигается дело, каждый раз оставался недоволен и заставлял несчастного ребенка продолжать. Казалось, хуже уже быть не может... Оказалось, может. Услышав за спиной размеренное позвякивание, Гарри стиснул зубы и стал еще усерднее драить табличку, надеясь, что может быть, пронесет. Позвякивание прекратилось. - Очкастый, стальным копытом Люцифера тебя по чайнику! Ты че там на стремянке торчишь, а? Внизу, задрав голову, стоял Дадли Дарсли. Не так давно Дадли открыл для себя блэк-металл и заделался, соответственно, настоящим замогильно-мрачным блэк-металлистом. Теперь он носил черные футболки с логотипами одному ему известных скандинавских групп, рваные джинсы, естественно, тоже черные, отпустил длинные волосы, а на шее таскал цепочки с перевернутым крестом и пентаграммой. На более позднем этапе сего увлечения он с приятелями сколотил группу " The Children of Sodom" (Дадли знал, что Содом - это что-то из Библии, и что Богу этот Содом не нравился, а посему решил, что для группы блэк-металла такое название будет в самый раз. Гарри неоднократно порывался просветить кузена насчет того, чем именно не нравился Содом Господу, но каждый раз решал, что здоровье дороже). Песни "Дети Содома" писали по-норвежски, т.е. просто списывали подряд слова из норвежско-английского словаря, а потом рычали их под музыку. Пипл не понимал, но хавал. Сейчас Дадли вернулся домой с гитарой под мышкой и с бутылкой пива в руке - то ли с репетиции с выпивкой, то ли с пьянки с музыкой. - Я тебя, блин, кого спросил? - повторил Дадли. - Ты там че? - Не видишь, я тру. - отрезал Гарри. Дадли возмутился. - Врешь, гад, огненным трезубцем Сатаны тебя в сердце! Ты не "тру", ты чмо попсовое! Кобейна, небось, слушаешь!.. Щас влезу и как дам больно! - Совы табличку запачкали, понял? - терпеливо пояснил Гарри. - А я вытираю. Дадли с минуту постоял внизу, не зная, как реагировать на это заявление, потом на всякий случай показал Гарри "козу", провозгласил: "Norsk Arisk Black Metal! Rahhh!", пульнул бутылкой в машину соседей и прошествовал в дом. За обедом Гарри предавался мрачным мыслям о том, какие все вообще и Дарсли в частности злые, лайф сакс, и что Сириус, похоже напрочь забыл о его пятнадцатом Дне рождения. Вообще-то на своем коротком веку успел повидать такое, по сравнению с чем Дарсли казались милой семейкой Симпсон, но такие вот поганые дни, особенно Дни рождения, вгоняли его в депрессию. - Очкастый! Компот передай! - вывел его из мрачных размышлений кузен. - Сейчас, - вздохнул он. - А мне можно компот? - Тебе можно черными рогами Вельзевула в живот! - мгновенно отреагировал Дадли, вызвав бурю восторга у родителей. Они уже представляли, как их гениальный Дадлик берет Евровидение. Тут в прихожей раздался звонок. Гарри, не дожидаясь окрика, встал и поплелся открывать. - Если это Аткинсон из седьмого дома, денег нет! - прокричал ему вслед дядя. - Если коммивояжер или там Свидетели Иеговы, можешь их превратить во что-нибудь, я разрешаю! А если это Мардж, то я тебе, Поттер, не завидую! Ха-ха-ха! - Злые вы какие-то, - пробормотал Гарри, открывая дверь, - Уйду я от вас... Непосредственно вслед за этим он ненадолго потерял дар речи от удивления. На пороге стоял Сириус. - Привет, Гарри, мои поздравления, - произнес он, сверкнув улыбкой,"Роллексом", бриллиантовыми перстнями на пальцах, запонками в рукавах белоснежной сорочки и т.д. - в общем, крестник еще где-то с минуту моргал и протирал глаза. - А... Сириус...привет... - наконец выдавил изумленный Гарри, чувствуя, как на лицо вползает улыбка. - Ну, кого там еще черти принесли? - из столовой появился Вернон Дарсли. - Поттер, я что, неясно выразился? Коммивояжеров - в тараканов! И тапком их, тапком по темечку!.. Вы кто такой?! - рявкнул он на Блэка. Тот вежливо приподнял шляпу. - Добрый день, мистер Дарсли. Я крестный отец. Гарри не без злорадства наблюдал, как дядюшка из кирпично-красного становится молочно-белым и пытается вернуться в столовую. Причем пятясь задом и прямо сквозь стену. - А... а... а... в смысле, его? - дрожащим пальцем указал на мальчика Вернон. - Ну да. Хотя я, вы знаете, вообще... - Сириус неопределенно пошевелил пальцами и прямо из воздуха полилась мелодия из "Крестного отца". Из столовой раздался глухой стук - это упала в обморок тетя Петуния. - А... а... а... ч-что вам, собственно, у-угодно? - стал заикаться Вернон, сползая на пол по стене. Сириус снова улыбнулся. - Я хочу сделать вам предложение, от которого вы не сможете отказаться...