Кот

Шигуре резко распахивает глаза от громкого трезвона будильника и безжалостно бьёт по кнопке. На часах 06:30 a.m. Пора вставать и идти на работу, но никаких сил и желания на это не было да к тому же голова раскалывалась словно вчера она бухала вместе с Норито. Нет, она не пила. Этой ночью её… Вспомнив, Шигуре осмотрела состояние своего тела: ни единой царапинки да и сорочка цела, значит, это был сон. Девушка облегчённо выдохнула, полная уверенности, что ей приснился кошмар. Однако голос из-за спины равнодушно произнёс: — Меня зовут Глен, — и когда она резко развернулась, то никого не заметила. Сердце ушло в пятки. Неужели она сходит с ума? Совсем недавно Шигуре казалась счастливой и отказывалась верить в реальность событий. Даже голос старалась спихнуть на слуховую галлюцинацию. Но чем больше вещей она замечала, тем больше ей становилось не по себе. Сначала испачканная в крови простынь, потом исчезновение кота, затем алые засосы на шее и ключицах. Один вопрос мучал её: если остались засосы, то куда тогда подевались царапины? Они не могли зажить за ночь. Во-первых, она точно помнит, что раны были глубокими; во-вторых, следы крови же остались, следовательно, они были. Тогда каким образом её кожа оказалась чиста? В поисках правды, Шигуре даже пришла к безумному заключению, что простынь испачкана в кетчупе или краске, но за ночь «краска» въелась в материю, как въедается только кровь, и еле отстиралась. Ещё одной загадкой была ночнушка. Шигуре помнит, как легко она порвалась под напором когтя. Однако стоило заглянуть в мусорку, как там обнаружилась рваная такая же сорочка. И Шигуре бросилась к шкафу проверять наличие второго комплекта. Как оказалось, второй комплект с утра был на ней. И она села на стул, схватилась за голову и затряслась от необъяснимой паники. Значит, всё было правдой.

***

После инцидента прошло более недели. Шигуре продолжала задаваться теми же вопросами, что и ранее, но усиленно работала, чтобы поскорее стереть воспоминания. Она до сих пор не могла понять, так было ли это сном или нет? Чего ждать? Придёт ли он снова? Только время даст ответ. Работа в компании интересна, хоть и сложна. Но оставаться до полуночи в помещении она привыкла. Сейчас же был обеденный перерыв, который Шигуре решила потратить на составление отчёта и настолько увлеклась, что забыла обо всём на свете, как вдруг неожиданный приступ тошноты заставил встать и галопом добежать до ближайшего туалета. Ей было ужасно плохо и вышла она оттуда белая, как смерть, что подметили другие. — Что-то случилось? — заботливо поинтересовалась Мито, когда Шигуре уселась за рабочее место. Девушка ответила не сразу: — Кажется, отравилась. — Кем? Девушка кинула взгляд полный недоумения. До неё так и не дошёл смысл фразы. Тогда Мито чуть улыбнулась: — Если у тебя был контакт с мужчиной, то советую провериться, — после этих слов она ушла, не дав Шигуре возразить. — Контакт с мужчиной? Хах, — как-то грустно пробубнила она. Несмотря на проявленный скептицизм, она решила сходить к гинекологу. — Поздравляю, — мило улыбнулась девушка лет двадцати трёх, — У Вас будут близнецы. Фраза прозвучала, как приговор. Сердце вновь ушло в пятки, а когда вернулось, забилось в сто раз сильнее прежнего. С раскрытыми от шока глазами, Шигуре переспросила: — Вы точно уверены? Вдруг произошла ошибка? — Ошибок быть не может, — терпеливо ответила врач, — Девушка, у Вас будут детки. Понимаю, это может быть для Вас неожиданностью, но, поверьте, для каждой девушки в радость иметь детей. Возьмите себя в руки. Шигуре сжала руки в кулаки до побеления костяшек. У неё будет ребёнок и не один. Нет, это неплохо, но проблема в том, что она не знает даже имени отца! Как она посмотрит в глаза своему отцу, когда ни будет возможности скрыть столь очевидную правду? Только аборт сможет смыть грех перед единственным дорогим человеком. Не задумываясь о последствиях, Шигуре тихо молвила: — Я делаю аборт. — Что? — на неё уставилась пара зелёных глаз, недоумевающе глядящих из-под очков, — Мне послышалось? — Нет. — Простите, но я отказываюсь выполнять Вашу просьбу. Вы сейчас можете наломать дров. И чтобы это предотвратить, я даю вам три дня на обдумывание решения. Через три дня приходите. Шигуре запротестовала: — Но… — Никаких «но». Идите, — твёрдо произнесла врач, после чего Шигуре молча покинула её кабинет. Понуро склонив голову, она брела до самого конца коридора, затем свернула, чтобы спуститься вниз. Слова врача застряли в её голове. Она и правда могла наломать дров своим опрометчивым решением. Если сейчас она сделает аборт, то потом столкнётся с трудностями, как бесплодие. А вдруг в её жизни ещё появится мужчина, который захочет воспитать не только чужих, но и своих детей? От потока мыслей закружилась голова. Ей нужно было обдумать всё хорошенько. Шигуре спустилась по ступеням, всё ещё склоня голову, и сделала пару шагов, как столкнулась с кем-то. Она видела лишь чёрные брюки и лакированные мужские туфли. — Простите, — на автомате пропищала она и обогнула парня, но тот преградил ей путь рукой и обхватил талию. — Ты избавилась от моих котят? Нет, ей не послышалось. Это был тот самый бархатный голос, который она слышала в ту ночь. Что он сказал? «Моих котят»? Какой ужас, подумала про себя Шигуре и нервно сглотнула, всё ещё не решаясь поднять глаза. Нет, нет. Это не может быть правдой! — Простите? — всё, что могла она выдавить из себя в данной ситуации. Парень вздохнул и, кажется, недовольно цокнул, затем повернулся к ней и двумя руками обхватил лицо, заставив смотреть прямо ему в глаза. Эти прекрасные глаза невозможно было описать. Это не фиалка, но и не аметист, так как для первого слишком светлые, а для второго — тёмные. Это был он. Как она помнит, его зовут Глен. Сколько раз за день её сердце останавливалось? — Ты избавилась от моих котят? — повторил он вновь настойчиво, и опасный огонь сверкнул в его глазах. В ответ Шигуре отрицательно покачала головой, и парень в чёрном классическом костюме с бардовым галстуком облегчённо выдохнул. — А я-то уж хотел тебя убить, — его лицо смягчилось, глаза заблестели нежно-нежно. Он обратился к ней, — Пойдём, — и повёл за собой, сцепив крепко пальцы Шигуре со своими в замок. — Куда? — Знакомиться с твоим отцом, — спокойно ответил Глен, и Шигуре вспыхнула: — С моим… отцом? — еле выдавила она. Но брюнет ничего не ответил, продолжая куда-то вести за собой, вскоре они дошли до его чёрной машины и вместе уехали знакомить Глена с Самидаре Юкими. Шигуре не могла поверить в счастье. И хоть её мучили вопросы и таинственность, витающая вокруг него, заполняющая его самого, Шигуре считала счастьем их внезапную и такую странную встречу и потому не решилась тревожить зря Глена. Краснея, она прислонила ладонь к ещё плоскому животику. Там зарождались две новые жизни, два маленьких чуда, которых Шигуре успела полюбить всем материнским сердцем. Решено. Она станет мамой, причём самой лучшей, кою свет знал всего лишь одну.