In My Room

Все есть время, в котором ты растворяешься в становлении чем-то большим.

Мешки под глазами, усталость и желание умереть прямо здесь, на этой чертовой кровати, стали своего рода традицией, каждодневным ритуалом и просто девизом для Гэвина. Правда, в этот раз они горели в его груди гораздо ярче, больнее и больше, чем в какие-либо другие дни. Не успев открыть глаза, мужчина почувствовал, как волна вездесущей апатии накрыла его с головой, а жар и холод, что создавали неприятный контраст, в одночасье стали его верными спутниками. Рид, даже не проснувшись полностью, уже проклинал весь вчерашний день, в котором ему и Ричарду выпала честь задержать крупного домашнего вора, что прекрасно владел холодным оружием и оказался излишне ловким даже в сильный проливной дождь. Увы, поймать его не удалось, и бонусом ко всему Гэвин заработал слабое ранение в правое плечо, очередной неправильно-взволнованный взгляд от RK900 и сильную простуду. Вернее, простудой это можно было назвать еще вчера вечером, а сегодня она переросла в настоящий пиздец, от которого уже не так просто было избавиться. Теперь идея отказаться от фирменного пиджака Киберлайф, любезно протянутого Ричардом «чтобы не простудиться», казалась Риду не такой хорошей, как в тот момент. Полностью выбравшись из цепких лап сна, мужчина, превозмогая себя, поднялся с постели, чувствуя невероятную слабость и озноб, что пробивал его тело насквозь. К тому моменту Гэвин уже не помнил, как собирался и добирался до места своей работы. Это было машинально. На автомате из-за чувства долга и обычного нежелания выслушивать очередные нотации Фаулера. Ведь на столе у детектива лежала целая стопка дел, которым было плевать откровенно на его самочувствие. Но когда Рид буквально дополз до отдела, несколько раз едва не упав по дороге от слабости, то сразу же пожалел о том, что вообще поднялся сегодняшним утром с постели. Ему даже стоять было тяжело. Перед глазами мужчины все плыло и рассыпалось, тело его дрожало от неумолимого озноба и ноги почти отказывали, как если бы Гэвин принял критическую дозу мощных галлюциногенных препаратов и теперь умирал. Уже находясь в здании, Рид бессильно облокотился здоровым плечом об бетонную стену и до боли зажмурил свои глаза, надавливая на веки двумя пальцами. Переводя дыхание, он принял решение разобраться с бумагами, а позже — написать отчет, покинув свое место раньше обычного, ибо точно знал, что еще немного — и его тело просто не выдержит, отключившись прямо во время работы. Резкий приступ кашля сразил мужчину неожиданно. Скрутившись от острой боли в грудной клетке, Рид с трудом оттолкнулся от стены, продолжая кашлять в кулак и желать, наконец, добраться до спасительного стола, иначе он просто упал бы на пол. — Детектив? Металлический голос Ричарда Гэвин услышал не сразу. Он услышал его тогда, когда врезался в чужую грудь, просто не имея возможности и сил среагировать вовремя, обойдя андроида стороной. Да и тот подошел к мужчине слишком резко, появившись буквально из ниоткуда. И проблема заключалась в том, что из-за своей болезни реакции Рида заметно ухудшились, заставив того какое-то время так и простоять в легком ступоре, опираясь о грудь Ричарда, чтобы обессиленно не свалиться с ног. До слуха мужчины не сразу дошли слова RK900. — Съеби, ради всего святого, — хрипло выдавил из себя Гэвин, отшатываясь назад, и голос его звучал почти умоляюще. Сейчас мужчине меньше всего хотелось говорить, потому как он чувствовал себя отвратительно. Он чувствовал себя так, будто из его тела выкачали всю кровь; будто он не спал и не ел больше недели; будто еще секунда — и он умрет. Сделав неуверенный шаг в сторону и еще один, точно такой же, — вперед, Рид к своему сожалению понял, что больше не сможет устоять на ногах ни единого мгновения. Он был слишком слаб и слишком силен был жар, скопившийся под его кожей горячей магмой. Ноги мужчины в одночасье подкосились, и он уже готов был встретиться с холодным полом, если бы не Ричард со своей молниеносной реакцией, успевший подхватить детектива под руку до того, как он успел упасть. — Бл… — не договаривая, Гэвин почувствовал, как болезненно загорелись его легкие в очередном сильном приступе кашля. Одновременно с этим он также чувствовал надежность и опору в лице андроида, плотно ощущая на себе его руки, не позволяющие упасть. И где-то на периферии сознания Гэвин знал, что теперь он не упадет. Хватка Ричарда была действительно сильной, почти стальной, чтобы вновь начать проявлять гордыню и вырываться. Мужчина сам по себе был слишком слаб даже для того, чтобы возразить. Поэтому через мгновение Рид безвольно повис на RK900, что-то бессвязно и хрипло бормоча, пока тот, кажется, вел его к выходу. — Вы не в том состоянии, чтобы работать, — Гэвин надеялся, что волнение в голосе андроида — это просто игры его больного разума, — я отправлю отчет о вашем самочувствии капитану Фаулеру. . Гэвин жил не слишком далеко от отдела убийств, чаще всего добираясь до работы и обратно пешком, однако в этот раз он отчетливо расслышал голос Ричарда, вызывающего такси, и не имел возможности возразить. Риду будто глотку пробили вилами, не иначе, и сейчас он просто умирал от потери крови, беспомощно держась рукой за плечо андроида и надеясь, что это всего лишь дурной сон, в котором он, спаси Боже, принимал помощь от RK900. Уже находясь в машине Гэвин чувствовал, что ему оставалось лишь пара минут до того, как он провалится в поверхностный и тяжелый сон. Мужчина полностью не давал себе отчета в происходящем, стараясь как можно меньше думать о всей этой дерьмовой ситуации из-за головной боли, которая грозила пробить ему череп. Однако от слуха Рида вновь не ушел голос андроида, что незамедлительно указал самоуправляемому такси домашний адрес мужчины. Ну конечно. RK900 было несложно его узнать, просто просканировав базу данных. Гэвин слабо усмехнулся, прекрасно зная, что обязательно сказал бы что-нибудь на этот счет, если бы у него остались на это силы. Однако их почти не было, и мужчине, все же, с большим трудом удалось выдавить из себя невнятное нечто, когда Ричард помимо первого адреса назвал еще один: — Куда… — бессвязно пробормотал детектив, откидываясь на спинку сидения и с трудом поворачивая к андроиду голову, — куда мы? — Не думаю, что у вас есть подходящие препараты на этот случай, поэтому по пути мы заедем в аптеку, — пояснил Ричард, рассматривая детектива внимательно своими ледяными глазами, скорее всего при этом анализируя его состояние, чтобы сопоставить результат и понять, какие лекарства лучше будет взять. Совершая эти действия, он в очередной раз склонил голову набок. Гэвин отметил эту… привычку? еще с самого первого дня их совместной работы, когда он, Рид, негодуя от того, что в напарники ему впихнули кусок пластика, вымещал свой гнев непосредственно на RK900. Однако это закончилось быстро, почти не успев начаться, ибо Ричард не имел такой рациональный подход к ситуации и терпимость, которыми, к примеру, обладал Коннор. Поэтому отпор он дал сразу. Гэвину вдруг захотелось узнать, почему же андроид с ним так завозился, почему он не позволил ему остаться в отделе убийств и почему же в это мгновение он ехал здесь вместе с ним. Говоря честно, мужчине хотелось узнать очень многое, но что-то просто не позволяло ему это сделать. — В тебе что, радио-няня проснулась? — вдруг спросил он, на секунду забывшись, — просто отвези меня домой и съеби. И что бы ты там не думал — я не буду тебе благодарен, уяснил? — хрипло и сорвано, но твердо отчеканил Рид, закрывая свои глаза. Ему не нужна была помощь, ведь правда? Тем более от него. — Хорошо, — с неожиданным спокойствием ответил андроид, подозрительно легко сдавшись, — как скажете, детектив. И, конечно же, Ричард солгал. Гэвин понял это еще тогда, когда машина такси остановилась у здания аптеки. К тому моменту он в беспамятстве сполз с сидения, уронив голову андроиду на плечо. Тот не возражал, сидя практически неподвижно, и в любой другой день Рид бы отдернулся от него, как от прокаженного, но сейчас у молодого человека на это не было ни сил, ни желания. — Р-ричард? — хрипло пробормотал он, когда почувствовал своим телом легкое шевеление, а после потерю опоры в виде чужого плеча. Гэвин с тяжестью разлепил свои веки и, поднимая на напарника потускневший взгляд, он сразу обратил внимание на его диод, что непривычно мигал волнительно-золотым. — Все в порядке, — мягко ответил Ричард, легко поворачиваясь в сторону мужчины. Затем он осторожно положил на чужую щетинистую щеку свою ладонь, зная, что люди нередко успокаивали других людей таким образом. И в одночасье брови андроида сдвинулись вместе, образуя морщинку на голограмме кожи. — У вас сильный жар и нужны лекарства, иначе никак. Подождите немного, ладно? В следующее мгновение в памяти Гэвина начались провалы. На периферии сознания сохранились только отрывки того, что происходило потом. Теряясь во времени и иногда проваливаясь в короткий сон от высокой температуры, он упустил момент возвращения андроида, поняв это лишь тогда, когда почувствовал чужое присутствие рядом с собой и то, как плавно машина начала свое движение. В свою очередь Ричард, теперь уже намеренно, придвинулся ближе к молодому человеку, подставляя тому свое плечо. А детектив, помедлив всего секунду, в конце концов умостил свою голову на нем, отчего-то на мгновение почувствовав приятную легкость, которая растеклась по его телу вместе с кровью. . — Я говорил вам, что это нанесет вред вашему здоровью. Не стоило так долго оставаться под дождем, детектив, провалы случаются с каждым — это нормально, — тихо отметил Ричард, осторожно меняя компресс на голове Гэвина, до этого успев довести мужчину до дома. Уже там он стянул с него верхнюю одежду, помогая устроиться на постели несмотря на слабые протесты детектива и позже протягивая ему жаропонижающее. Все это время взгляд андроида был сосредоточенным и обеспокоенным, теперь не создавая впечатление чего-то тускло-неживого, как раньше. За последние семь месяцев Рид видел Ричарда разным: иногда агрессивным, иногда — спокойным, а в какое-то время даже немного потерянным и напуганным. Но таким, каким андроид был сейчас — никогда. RK900 всего за какой-то час сделался невероятно внимательным и… заботливым? И этот новоявленный образ совсем не клеился с тем холодным и резким Ричардом, которого детектив обычно привык видеть. Выдавив из себя хриплый вздох, Гэвин на секунду зажмурил глаза и затем распахнул их, пытаясь сфокусировать свой взгляд на RK900. Он не исчез. В одночасье мужчина немного и с некоторым трудом приподнял левую руку, но сил ему хватило только на то, чтобы отчаянно зацепиться за рукав пиджака андроида, при этом слабо выдыхая его имя. Риду хотелось узнать, почему, почему же он, черт возьми, остался здесь вместе с ним. Почему он продолжил сидеть рядом, проявляя заботу и продолжая выдавать свое волнение диодом, что не прекращая горел золотым. Гэвин так хотел спросить андроида об этом… но очередной приступ кашля заставил его оборваться на глухом «Рич…» и болезненно скрутиться на кровати. — Тссс, тише, — Ричард вновь мягко провел своей ладонью по щеке мужчины, думая, что это действие и правда помогало тому расслабиться. Андроид до сих пор чувствовал жар на чужой коже и отчаянно надеялся как-нибудь впитать его в себя, чтобы Гэвину хотя бы немного стало легче. — С вами все будет хорошо, детектив. Я здесь. Рядом. — Да, — прошептал молодой человек, прикрывая свои глаза и растягивая губы в краткой, почти незаметной улыбке, — будет. На самом деле Рид хотел сказать намного больше, правда хотел, но крепкие руки усталости притягивали его к себе с непоколебимой точностью и без шанса на спасение. Потому мужчина провалился в объятья сна слишком резко, с миллиардами вопросов, повисших в его голове, застывших на его губах. И чувство того, что он не один, приятно растекалось по телу, создавая ощущение мнимого покоя. Но сон Гэвина по-прежнему оставался беспокойным, отчего он почти лихорадочно метался по кровати и бормотал что-то несвязное. Глаза же мужчина открыл глубокой ночью, и открыл он их резко, как обычно их открывали люди, которым приснился кошмарный сон, чувствуя на себе сильный холод, от которого мурашки пробежали по коже. В одночасье мужчина стал осматриваться по сторонам в поисках RK900, немного приподнявшись на локтях, при этом слабо дрожа и, к своему удивлению, обнаруживая Ричарда мирно стоящим у ближайшей стены. Лазурные глаза андроида были закрыты, а голова опущена, отчего складывалось впечатление того, что он находился в спящем режиме, при этом не шевелясь совсем, точно манекен на какой-нибудь дорогой витрине. От подобного Гэвину вдруг стало не по себе, как если бы он увидел нечто ужасное. Молодой человек посчитал это неправильным и, почему-то, удивительным, — ведь RK900 остался здесь. Он не бросил Рида и не ушел, хотя был в праве это сделать. — Ричард? — все так же тихо позвал его Гэвин, игнорируя дрожь в своем голосе от холода, который сковал его со всех сторон, обнимая своими ледяными руками. Со стороны андроида показалось легкое шевеление и, спустя несколько коротких секунд, он поднял голову и моргнул. Его светлые глаза будто бы светились в темноте из-за блеклого света луны, луч которой сумел пробиться через плотную ткань занавесок. Ричард казался совершенно другим сейчас, и когда он, наконец, перевел взгляд на детектива, его диод, мгновение назад мирно горящий лазурным, вновь зашелся ярким оранжевым свечением. — Как вы чувствуете себя, Гэвин? Рид знал, прекрасно знал, что утром просто не простит себе эту слабость, но сейчас он утешал себя тем, что на дворе стояла глубокая ночь, а ночью, как правило, все люди абсолютно другие. Такие, которые обычно засыпают с наступлением утра. — Мне холодно, — наконец выдохнул мужчина, желая отмотать время назад. Какое-то время Ричард простоял неподвижно, точно глядя на молодого человека, а затем моргнул, видимо закончив анализирование, и произнес: — Температура вашего тела понижена из-за болезни. К сожалению, в вашем доме плохая система отопления, и я не могу к ней подключиться, чтобы повысить нагрев воздуха, — RK900 вновь наклонил голову и сощурил свои глаза, будто решая, стоило ли ему продолжать говорить дальше, — но я могу предложить вам другой вариант: у андроидов температура тела выше, чем у людей, и если бы я… — Иди сюда, — шепотом попросил Гэвин, подвинувшись на кровати. Она была двуспальной и места на ней было достаточно, но он все равно подвинулся, сам точно не зная, зачем. И, секунду помедлив, андроид все же кивнул, сделав несколько неуверенных шагов в сторону постели и там же останавливаясь. Ричард осторожно сел на ее край и снял обувь, затем стягивая с себя фирменный пиджак и откладывая его в сторону, после чего возвращаясь обратно, к пуговицам на своей черной рубашке, от коих исходил глухой стук из-за соприкосновения с ногтями во время расстегивания. Конечно, через подобный слой одежды трудно было бы почувствовать тепло, исходящее от андроида, но, все же, такого Рид не ждал. И, тем не менее, он все равно внимательно, с каким-то необъяснимым восторгом наблюдал за действиями андроида, не останавливая его, в конце обводя взглядом длинную шею, широкие плечи и спину. Гэвин видел Ричарда разным, но ни разу не видел его т а к и м. И когда RK900 чуть повернулся к детективу, глянув себе за плечо и одним только взглядом спрашивая осторожное «я могу?», Рид мягко кивнул ему в ответ, в одночасье почувствовав то, как матрас прогнулся под весом еще одного тела рядом с собой. Слишком близко. И теперь Гэвин совсем не знал, что ему делать. Прямо сейчас, перевернувшись на бок, Ричард лежал напротив него самого и смотрел своими бесконечно-голубыми глазами осторожно, все так же внимательно и, кажется, даже почти неуверенно. Верхняя часть его тела была полностью обнажена, и Гэвин видел, как мирно вздымалась чужая грудь в имитации дыхания; он видел выступающие на теле андроида ключицы и ребра, видел кожу, которая казалась нездорово-бледной из-за мягкого, но блеклого света луны. И в одночасье, только от одного вида RK900, грудь мужчины наполнилась приятным теплом, на мгновение позволив ему забыть о том холоде, который чувствовался ранее. Поджав свои губы, Гэвин приподнял край одеяла, коим был укрыт, приглашая тем самым Ричарда подвинуться ближе. И Ричард подвинулся. Его диод загорелся лазурным, а губы впервые кольнула слабая, но настоящая, живая улыбка. Это был верх. Та самая точка невозврата, с которой уже не сойти. И сколько бы Гэвин не отпирался, сколько бы не убегал от самого себя, он больше не мог отрицать свою привязанность к андроиду. Теперь не мог. — Почему ты остался? — вдруг спросил мужчина, выдыхая из своей груди скопившийся в ней воздух. Этот выдох получился тяжелым, но вдох, что последовал после, наоборот, — легким и расслабленным. — Я не мог бросить вас одного в таком состоянии, — признался Ричард, глядя напарнику в глаза. Андроид чувствовал его холодную дрожь и поэтому придвинулся еще ближе, чтобы осторожно касаться своими ладонями человеческой груди, посылая тому свое тепло. Их согнутые в ногах колени соприкасались друг с другом. — Я не… не хотел вас оставлять. В ответ Гэвин улыбнулся, сомкнув свои тяжелые веки. Ему хотелось поблагодарить RK900, выдохнуть слабое «спасибо» и забыться в спокойном сне, чувствуя чужое тепло рядом с собой. Но вместо этого мужчина, немного подавшись вперед, уткнулся своим лбом в лоб андроида, видя в соседних глазах смятение, но не протест. И поэтому Рид набрал в свою грудь больше воздуха, после аккуратно коснувшись своими губами губ Ричарда, поцеловав его нежно, с осторожностью, и в это мгновение все в мире показалось таким правильным. Губы андроида были мягкими, нисколько не шершавыми, как бывали у людей, и немного горячими от того, что он, видимо, повысил температуру своего тела, чтобы согреть мужчину. Сердце Гэвина вмиг болезненно сжалось, и он отчаянно прижал Ричарда еще ближе к себе. Андроид в то время бесконтрольно приоткрыл свой рот, и руки его невольно сжались на груди мужчины, слегка поцарапав ее ногтями. При этом Рид знал, что глаза RK900 были закрыты. Он увидел это, когда осторожно отстранился от андроида. Тот, в свою очередь, заморгал часто-часто своими глазами, глядя на человека удивленно, до безумия живо и немного потерянно, но при этом не отстраняясь от него ни на миллиметр. — Я… мне раньше не доводилось выполнять такие действия, — только и пробормотал Ричард. — Ничего, — прошептал Гэвин, вскоре почувствовав на своей щеке теплую руку андроида, которую тот вновь уместил на скуле мужчины, неспешно поглаживая ее большим пальцем, — но это ведь не сложно, м? — Нет, — уголок рта Ричарда дернулся, слегка приподнявшись в мягкой улыбке, — совсем не сложно. И диод андроида вновь замигал золотым, а рука его продолжала плавно-плавно оглаживать кожу на чужой щеке. Вмиг RK900 повторил за Ридом его прошлое действие, поджимая свои губы и, неуверенно подаваясь вперед, осторожно целуя мужчину. Этот поцелуй вышел неспешным, аккуратным и нежным, таким чертовски нежным, что сердце в груди детектива вмиг сжалось в тиски и забилось еще сильней. И в тот момент Гэвин понял, что теперь он был в безопасности. А диод Ричарда загорелся мягкой лазурью, выражая полное успокоение.