He Is My Master

Часть 14: Прогулка в парке Очередная долгая прогулка до тронного зала Блэк Дума – и оба ежа охвачены рвением. После трёх дней безуспешных поисков Изумруда было так волнующе наконец подобраться к тому, у кого драгоценность должна была быть. Шэдоу заметил также, что Соник теперь воспринимал поводок намного проще и естественнее, больше не сопротивляясь ему. Тем не менее синий ёж всё ещё излучал энергию и спесь, заставлявшие чёрного ежа внутренне биться головой о стену всякий раз, когда мимо проходил очередной разочарованный аристократ. Притоптывающий, напевающий, улыбчивый, посвистывающий раб, беспрестанно отпускающий комментарии по поводу общей глупости и безвкусия окружающего декора, не производил нужного впечатления. Когда же показалась нужная дверь, шаг Шэдоу замедлился, становясь всё нерешительнее, пока он не остановился вовсе, заставляя тем самым притормозить и Соника, который поднял надбровную дугу. – Хэй, что такое? Разве ты не хочешь зайти? Шэдоу покачал головой. – Думаю, тебе лучше подождать здесь. – Хах? Почему? – спросил Соник, скрестив руки на груди и всем своим видом демонстрируя, что концепт «просто подчиняйся и не задавай вопросов» нельзя было вбить в его голову даже тараном. – Потому что я не уверен, что Блэк Думу стоит видеть тебя таким – очевидно несломленным. Велика вероятность, что мы получим Изумруд прямо сейчас, но если по какой-либо причине это не сработает – я не хочу, чтобы он забрал тебя у меня, потому что это слишком сильно всё усложнит. Придётся убить охранников и всё такое. Соник на секунду моргнул, неуверенный, действительно ли Шэдоу только что пошутил. Затем он слегка улыбнулся. – Что ж… Ладно. Но если вдруг начнётся бой и ты попытаешься взять Изумруд силой – кричи, хорошо? Мне сейчас не помешало бы хорошенько подраться. Шэдоу слегка усмехнулся. – Идёт. Хотя я надеюсь, что как только Дум даст мне подержать Изумруд, я смогу просто телепортироваться оттуда, захватить тебя и домой. Соник пожал плечами. – Надеюсь, что нет. Быть спасённым не в моём стиле – я больше по сделай сам, понимаешь? – Да, я знаю. В твоём случае сразу приходит на ум «Время инструментов»*, – закончил разговор Шэдоу, снова привязывая Соника к кольцу на стене напротив тронного зала. – Услышишь крики – рви поводок. В ином случае, пожалуйста, веди себя прилично. Поверить не могу, что говорю это, – чёрный ёж снова покачал головой, развернулся и оставил позади Соника, который уже сел на пол в попытке устроиться поудобнее. xxx – Ах, Шэдоу! Я хотел поговорить с тобой! – Мне приятно это слышать… Отец. «Хаос, как же неловко». Стараясь не показать, насколько это выбило почву у него из-под ног, Шэдоу всё же сохранял выражение лица нейтральным и настолько дружелюбным, насколько у него хватало смелости – он надеялся, что он изображал иноземного Принца достаточно хорошо. Блэк Дум взгромоздился на троне, странным образом полусидя и полупаря, но, помимо этого, огромный зал, стены которого были выложены тёмным мрамором и украшены коврами, схожими с одеянием диктатора, был пуст. Также рядом с Блэк Думом был трон помельче, такой же испещрённый зазубринами и богато украшенный ритуальной резьбой. Шэдоу вдруг со страхом понадеялся, что его «отец» не ожидает, что «Принц» присоединится к нему на день. – Не мог бы ты сначала выслушать меня? – спросил чёрный ёж, размышляя, стоило ли это всё вообще того и не быстрее и эффективнее ли было бы просто напасть напрямую. – Я выслушаю. Говори, Шэдоу. Это о твоём новом приобретении? – Хмм? О, нет, Соник ведёт себя замечательно, – соврал Совершенная форма жизни, понадеявшись, что Лазарь не успел наговорить ничего такого, что могло бы опровергнуть его слова. – Но я слышал, что в подземелье нашли странный драгоценный камень. Я заинтригован и надеялся, что смогу увидеть его. «В последнее время я только и делаю, что надеюсь». Блэк Дум некоторое время хранил молчание, и Шэдоу задумался, не показалось ли ему, что три лавовых глаза слегка прищурились, но затем громогласный голос инопланетного Короля зазвучал снова, как будто ничего не случилось. – Так ты слышал об этом? Действительно, это интригующий камень – настолько интригующий, что я отвёз его в город для изучения. «Ох, ХАОС побери». – Ваше Высочество? Мне очень жаль, но леди больше не может ждать, – внезапно объявил Серохвост через только что открытую щёлочку в маленькой боковой двери, на секунду прервав мысленную матерную тираду Шэдоу. Блэк Дум рассеянно кивнул, отмахиваясь от кота. – Да. Мы скоро закончим. Вот об этом я хотел с тобой поговорить, Шэдоу. – Да, отец, но мог бы ты просто сказать мне, куда ты отправил Изу- То есть, драгоценный камень? Мне хотелось бы узнать, кто в нашем королевстве проводит такие исследования. Блэк Дум состроил странную гримасу, которая на гуманоидном лице могла бы быть подёргиванием губ. – Так заинтересован в этом камне. Интересно. Но я не могу сказать тебе, Шэдоу, это секретная информация. Иначе кто знает, кто может услышать? Теперь слушай меня. Если тебе от этого станет легче, камень вернётся в замок послезавтра. Шэдоу кивнул – он был расстроен, но не показывал этого. Ещё два дня в этом безумном мире… – Шэдоу, настало твоё время завести потомство. Совершенная форма жизни глянул на Короля. Голосок в его голове напомнил ему, что если бы Соник это слышал, то катался бы по полу со смеху, глядя на выражение лица чёрного ежа. Шэдоу смог только моргнуть. – …что? – Мы уже говорили об этом. Я знаю, что ты предпочитаешь проводить время со своими постельными рабами, но тебе нужна женщина, чтобы продолжить наш род, и я не позволю ей быть рабыней. – Ах. – Я организовал тебе встречу с принцессой. Даже если ты не пожелаешь связать с ней жизнь, ты никоим образом не разочаруешь её. Нам всё ещё нужны дипломатические связи с её матерью, Королевой Блейз… Пока что. – Ах. – Проведи с ней день, сходите прогуляться в саду или где тебе угодно. А теперь я познакомлю тебя с леди Эми, – громыхнул Блэк Дум, затем повернулся к боковой двери и добавил ещё громче. – Принцесса владений Королевы Блейз, позвольте представить Вам моего сына Шэдоу! – Ах-чт? В этот момент двери отворились, и Шэдоу рефлекторно отступил назад. Оттуда лебедем вошла не кто иная, как та розовая девушка, которая в их измерении всё время заявляла, что она девушка Соника, причём до такой степени, что синий ёж боялся её пуще Роботника. Она была одета в длинное серебристое атласное платье и увешана всевозможной бижутерией. Но Шэдоу это волновало лишь потому, что это могло – хотелось бы надеяться на то – помешать ей погнаться вслед за ним, когда он побежит. – Рада знакомству с тобой, мой Принц! – у неё был мелодичный голос; впрочем, он был чуточку тише и взрослее, чем у Эми с Мобиуса. Должно быть, как предположил Шэдоу, сказывалось королевское воспитание. Она подошла к нему небольшими изящными шажками и затем протянула ему руку движением, заставившим желудок чёрного ежа перевернуться. «Пожалуйста, только не это». Но он почувствовал, как взгляд Блэк Дума стал сверлить его плечи чуть сильнее, и выбора не осталось. Шэдоу робко взял предложенную ему руку в серебристой перчатке и легко провёл по ней губами, жалея, что он вообще когда-либо бывал в этом тронном зале и не сбежал вместо этого вместе с Соником в первый же день их пребывания здесь. – Не прогуляться ли нам по саду? – спросила Эми. – Мы могли бы познакомиться получше, – за этим последовал смешок, который звучал прямо как у её версии в красной одежде, и тогда Шэдоу понял, что никакое воспитание не могло скрыть настоящую Эми. – Да. Идём, – выдал он без особого энтузиазма и неловко взял её за руку, выводя розовую ежиху за пределы тронного зала. По крайней мере, выражение лица Соника, когда дверь открылась, стоило того. xxx – Хмм. И ты уверен, что это не очередная уловка Роботника? – То есть, доктор хотел, чтобы напуганный Соник на четвереньках жался к ногам Шэдоу… Зачем? Наклз смотрел на Руж, задавая этот вопрос; они оба наконец-то загнали двух беглых ежей в угол в аллее. Когда «Шэдоу» зарычал и поставил ногу на спину несопротивляющегося Соника – как будто бросая им вызов и говоря «пусть только кто-нибудь попробует тронуть мою собственность» – хранитель острова Ангела просто порадовался тому, что Тейлз этого не видел и, к счастью, был спасён от травмы. xxx – О-о-о, что это?! – немедленно взвизгнула Эми, заметно подрастерявшая свою царственность, как только все взрослые исчезли из поля зрения. Её руки были прижаты к груди; в то же время Соник подпрыгнул от ужаса – спина повёрнута к стене, дыхание ускорилось – но поводок помешал ему поспешно сбежать. – Это… Это Соник… – слабо выдал Шэдоу, а потом добавил чуть громче – возможно, чтобы решить вопрос о владении, пока Эми не придумала себе чего-нибудь. – …мой раб. – Он такой милый! Где ты достал такого синего? – легкомысленно поинтересовалась девушка, протягивая руку, чтобы схватить Соника за запястье, выпрямить его руку и потрогать его плечо там, где жёлто-коричневый сменялся лазурью. Всё это было немного странно, но раз уж Эми решила обращаться с Соником скорее как с вещью, чем как с человеком, она, очевидно, не считала нужным спросить у него, можно ли ей было вот так просто начать лапать его. Шэдоу вмешался. – Мой отец импортировал его с Рождественского острова. Пожалуйста, не трогай его, он немного застенчивый. Последовавший за этими словами пинок в голень был таким быстрым, что Эми его даже не увидела, и Шэдоу не позволил боли отразиться на его лице, так что пинок прошёл незамеченным. – Мы можем взять его на прогулку в садах, Принц Шэдоу? Пожалуйста? – Эм… Конечно… «Помешает ли королевским союзам то, что я свяжу их принцессу и оставлю её где-нибудь в шкафу?» – Ох, какой же он красивый… – прошептала розовая ежиха, не в силах оторвать взгляд от якобы раба, пока Шэдоу отвязывал беспокойного Соника (который начал краснеть под взглядом Эми) от кольца. Подставной Принц не мог не заметить, что его непокорному питомцу хотелось сбежать больше, чем когда-либо. – Так и есть, – согласился Шэдоу и, надеясь, что выход наружу немного успокоит Соника, продолжил: – Не хочешь ли увидеть его при свете дня? – и в то же время предложил Эми руку. Он в какой-то степени рассчитывал на то, что если он устроит девчонке хороший день, то Блэк Дум станет чуть больше прислушиваться к его просьбам – всё-таки он увидит, как «Принц» старается ради королевства. – Могу ли я подержать его, пока мы прогуливаемся? Тем не менее Эми даже не думала останавливаться. Как только раздались эти слова, Шэдоу слегка приподнял надбровные дуги, заметив огромные, полные ужаса глаза его синешёрстного раба. Соник ничего не сказал с тех пор, как розовый Армагеддон, известный как «Эми», удивил их, но выражение лица синего ежа делало слова ненужными. Шэдоу никогда не видел, чтобы Соник умолял о чём-либо, но он был уверен, что этот раз был первым. «Пожалуйста, не отдавай меня ей. Пожалуйста, не отдавай меня ей. Пожалуйста, не-» – Как пожелаете, миледи. «Я ненавижу тебя, Шэдоу. Правда». xxx Вскоре они добрались до сада. Шэдоу открыл дверь и встал в стороне, чтобы Эми могла проследовать внутрь с Соником на буксире. Сейчас герою Мобиуса хотелось просто умереть. Соник по большей части пялился в землю, и лицо его горело от унижения. Он был пленником Эми. Будто его худший кошмар стал реальностью. Да, она ничего с ним не делала, как Лазарь (или один конкретный динго), но его это совершенно не заботило. Ему просто хотелось оказаться от этого места как можно дальше, и ошейник, к которому он уже привык, ощущался таким же ограничивающим и неуютным, как и в первый день. Когда его протащили мимо Шэдоу, Соник бросил взгляд на своего якобы Хозяина и алые глаза едва заметно расширились. Конечно, взор горящих изумрудов был осуждающим… Но ещё и разочарованным и как будто… Задетым? У чёрного ежа ушло несколько секунд на то, чтобы моргнуть и оправиться от этого мимолётного взгляда. Он спешно встал рядом с Эми. Соник в тот момент выглядел воистину жалко. Уши поникли, ноги волочатся, руки сложены за спиной, плечи ссутулены, хвост практически между ног – образец пленника, которого ведут на казнь, и неважно, что путь усажен розовыми кустами. И Шэдоу чувствовал себя виноватым. Что было просто смешно, ну правда. Они просто играли свои роли, и Соник в своё время проходил и через худшее. «Она хочет завладеть им, хотя он МОЙ. И это проблема». «…я что, становлюсь собственником по мелочам?» Шэдоу размышлял об этом всём, нагнав их снова, и шёл рядом с Соником, который, в свою очередь, задрал нос, как кот, глубоко оскорблённый тем, что его хозяин бросил его на две недели отпуска. Шэдоу сердито пыхнул, но синий ёж просто сменил сторону, насколько ему позволял поводок, и теперь Эми снова шла между ними. Шэдоу заметил, как встопорщились его уши и хвост – очевидно, эго снова перебороло боль. – Так вот, где именно твой отец купил его? И как за ним ухаживали всё это время? – Эмм… Следующие два часа неспешной прогулки по парку (который выглядел так, будто его спроектировал Мунк для конкурса на Хэллоуин) прошли под градом всё более и более любопытных вопросов от принцессы и крайне творческих россказней со стороны Совершенной формы жизни, который пытался вспомнить как можно больше из документов о владении и закрывал обширные дыры такими сказками, которые обычно можно услышать лишь в пабе, когда твой собеседник уже выпил четвёртый бочонок Лагера. – А обувь? – Красная, потому что я хотел, чтобы она сочеталась с ошейником, но чтобы в то же время он не имел слишком много одежды. И ты уже спрашивала об этом, – Шэдоу едва сдерживал раздражение в голосе. Эми только и делала, что засыпала его вопросами о Сонике, который, в свою очередь, угрюмо сидел у их ног, когда они устроились на скамейке, места на которой хватало только на двоих. Тем не менее он всё ещё отворачивался от Шэдоу. – О да, конечно, как глупо с моей стороны, – хихикнула Эми, покачивая поводком, и чёрному ежу показалось, что он почти услышал, как у Соника дёргается глаз. Без сомнения, если бы это был двойник не Эми, а какого-нибудь случайного незнакомца, синий герой сорвался бы ещё несколько часов назад. К счастью, Соник уже успел настрадаться с ней и потому был терпелив, так что пока ни капли крови не было пролито и все розовые иголки оставались на своём месте (иначе они были бы разбросаны по всему парку, и Шэдоу считал это зрелище более чем удовлетворительным). – Но, скажем… Я знаю, ты говорил, что он застенчивый, но могу ли я погладить его? Он должен был уже ко мне привыкнуть и, в конце концов, он постельный раб… – спросила принцесса и, не дождавшись ответа, протянула руку и зарылась ладонью в шерсть на голове вздрогнувшего от удивления Соника – и вдруг вскрикнула и отдёрнула руку с встревоженным выражением лица. – АЙ! Он ранил меня! – завопила она, оттопырив указательный палец, на котором одна-единственная капелька крови испачкала персиковую шерсть. Соник обернулся было на её визг, но успокоился обратно, увидев, что урон был нанесён незначительный. – Да. Его иглы острые, – проинформировал Шэдоу девушку, которая теперь посасывала палец и хмурилась. – Тогда с какой стати ты всё ещё не затупил их? – спросила она, жалобно глядя на Шэдоу, очевидно не замечая ни того, как у чёрного ежа слегка расширились глаза, ни резкого вздоха со стороны Соника. Затупление игл. На мгновение герой Мобиуса не мог в это поверить. Это была самая унизительная практика, только возможная в ежиной культуре – это было, как если бы в средневековье человеческую «ведьму» раздели бы донага и обрили ей голову или как публичная кастрация – тем не менее Эми предлагала это с такой беспечностью, которая могла означать лишь то, что эта практика применялась к рабам-ежам постоянно. Соник затрясся. «Жить здесь – всё равно что смотреть ужастик на бесконечном повторе, и чем дальше, тем хуже. И тут даже попкорна нет». Шэдоу только ухмыльнулся. – Мне так нравится. Губы Эми сложились в очень маленьком тихом «о». – Но… Он не ранит тебя? Чёрный ёж пожал плечами и встал. – Он знает, что не стоит этого делать. Последние слова были произнесены вместе с небольшим многозначительным взглядом в изумрудно-зелёные глаза и подчёркнутым взглядом на колено чёрного ежа, которое всё ещё побаливало от пинка Соника. Синий ёж в ответ только взглянул оскорблённо, обратив глаза на поводок, который Эми всё ещё держала в руках, скрестил руки на груди и отвернулся. Шэдоу нахмурился, а потом быстро, неискренне улыбнулся Эми, надеясь, что Принцесса не замечает, насколько «послушным» якобы раб на самом деле был. К счастью, мыслями она уже витала где-то ещё. – Хочешь шоколад? – Нет, благодарю. – Могу я покормить Соника шоколадом? Чёрный ёж закатил глаза в ответ на бесконечные вопросы, посыпавшиеся на него снова, когда они прошли ещё немного. – Почему бы тебе не спросить у него самого? К его удивлению, Эми снова хихикнула и в шутку замахала рукой. – Ох, Шэдоу! Прекрати дурачить меня – все знают, что рабы не могут думать. Каким образом я должна спрашивать у него что-либо? Соник и Шэдоу обменялись взглядами. Затем синий герой резко отвернулся, вспомнив, что он должен быть оскорблён, а Совершенная форма жизни почувствовал острое желание провести рукой по лицу. – Да. Конечно. И о чём я только думал? – Да, в самом деле, – Эми улыбнулась и кивнула. – Итак, ест ли он шоколад? И могу ли я покормить его с рук? На секунду повисла тишина. Соник кинул на Шэдоу взгляд, в котором смешивались предупреждение, обещание пнуть его ещё раз в случае, если чёрный ёж ответит на вопрос неправильно, и явные признаки паники. И Шэдоу не смог ничего с собой поделать – он только ухмыльнулся. – Что ж, к сожалению, нет… – он подождал, пока его якобы раб не расслабился самую малость. – Боюсь, он принимает пищу только из рук своего хозяина. – О, правда? Тогда, пожалуйста, дай его ему – уверена, это будет выглядеть так мило! – Эми радостно хлопнула в ладоши, затем протянула свой сатиновый мешочек с маленькими шоколадками в сторону якобы Принца. Шэдоу кивнул, взял одну шоколадку и положил её на ладонь примерно на высоте груди. Выражение лица Соника было в тот момент столь невероятным, сколь бесценным. – Ну же. Съешь его, – ухмыльнулся Шэдоу, глядя прямо в глаза своему подставному рабу – и шоколад в его руке выглядел как вызов. «Ты пренебрегал мной весь день, ёж. Настала твоя очередь склонить голову». Шэдоу только дьявольски ухмылялся, глядя на сузившиеся изумрудные глаза – синий ёж ясно давал понять, что он знал, что его тёмный двойник хотел слегка его унизить веселья ради. – Ну же. Будь хорошим питомцем. Шэдоу не отрицал, что ему было довольно приятно видеть, как Соник был вынужден неохотно опустить голову. Если бы он увидел внезапные хитрые искорки в глазах синего ежа, то он бы не удивился тому, как Соник прикусил его кожу сразу после того, как он слизнул шоколад. Чёрные надбровные дуги резко подпрыгнули в ответ на приступ внезапной острой боли, и Соник слегка мотнул головой – настолько лениво – и ухмыльнулся своему якобы Хозяину, всё ещё держа его перчатку маленькими ежиными резцами, пока кожа и плоть всё ещё были зажаты между ними. Шэдоу сжал губы, чтобы не зашипеть от боли; Соник хохотнул и отпустил его, даже несмотря на алый убийственный взгляд в свою сторону. Шэдоу сжал повреждённую руку в кулак, чтобы подавить боль, и взглядом попытался сжечь Соника на месте, но тот лишь пялился в ответ, и вид его был самодовольнее, чем когда-либо. В каком-то смысле это позабавило Шэдоу, даже если он не хотел показать это. Крошечное, робкое покашливание напомнило им о присутствии в парке третьего ежа. Эми выглядела поражённой. – Он только что… Укусил тебя? Шэдоу слегка дёрнул плечами. – Он пока не до конца сломлен. – Это… Это правда? – несколько слабо переспросила девушка, у которой внезапно сделался такой вид, будто ей некомфортно рядом с Соником. – В таком случае… Может, тебе хочется подержать его снова? – предложила она, протягивая поводок Шэдоу, который принял его без колебания. – Если хочешь. В тот миг, когда поводок перешёл из рук в руки, Соник почувствовал себя странно. То неловкое ощущение как будто пропало через секунду – когда его держала Эми, ему так и хотелось сбежать, но когда его держал Шэдоу, это казалось… Правильным. Он не мог сказать это по-другому. Он никогда такого не ощущал, но после того, как его вёл кто-то другой, единственное, о чём он мог думать – что это снова был Шэдоу. «Странно», – думал он, – «как сильно изменились наши отношения». То, как они игриво поддразнивали друг друга… Каким-то образом Соник знал, что даже взгляд Шэдоу изменился и стал менее серьёзным, их маленькая борьба за доминирование, которую он теперь мог позволить себе иногда проиграть – это всё было почти… Нежно. И даже несмотря на то, что Эми захотелось закончить их прогулку вскоре после того, как оказалось, что Соник – полуприрученная циркулярная пила, последний взгляд хозяина и раба, крошечная самодовольная ухмылка и саркастичное фырканье говорили о том, что они оба были вовсе не прочь остаться снаружи подольше. Продолжение следует…