Инь и Ян

Он сильно зажмурил глаза и не видел, с какой ожесточённостью волчонок бросался на собак. Как будто от этого зависела его собственная жизнь. Чон пытался сделаться как можно меньше, боясь злобного рычания, раздававшегося со всех сторон. Было страшно поднять голову и посмотреть, кто побеждает в этой битве, но, когда через некоторое время рядом кто-то лёг, он вздрогнул. Что-то тёплое, но влажное коснулось лодыжки, и он сглотнул. «Надо быть смелым». Аккуратно открыв сначала один глаз, потом другой, он резко, готовясь к защите, выпрямился и безумно огляделся по сторонам. Собаки разбежались, оставив после себя кровавые лужи и лежавшего волчонка. — Эй… — Чонгук погладил его по голове и наклонился, чтобы проверить, есть ли дыхание. — Ты жив? Спасибо, что спас меня… — порывшись в сумке, он достал перекись. — У меня особо нет ничего, могу только обеззаразить и замотать бинтом. И всё людское. Ты же человек? Человек, да? — тяжело дыша, спросил он. Волчонок посмотрел жалобно, дёрнулся, пытаясь встать, но от боли заскулил и тяжело вздохнул, больше не шевелился. — Меня это не касается, не волнуйся. Мне всё равно, кто ты. Ты спас меня, и я всё сделаю, чтобы помочь тебе. Скажи мне только, ты же человек? Мои лекарства подойдут тебе? У меня есть обезболивающие. Превратись, так вылечить тебя будет легче. Но волчонок молчал. Только тоскливо смотрел не на Чонгука, а в сторону, кажется, ненавидя себя за эту беспомощность. И Чону показалось, что он чуть мотнул головой. — Ладно, можешь молчать, главное — не сопротивляйся, а то может стать хуже. Зверь снова тяжело вздохнул. Чонгук стал обрабатывать ранки, периодически не понимая, какие были до встречи с собаками, а какие появились после драки с ними. Шкурка выглядела действительно ужасающе. Захотелось сообщить, что Чонгуку ужасно его жалко, но он подумал, что волчонок, пожалуй, не будет рад чьей-то жалости — такое впечатление он производил. Тогда Чон заговорил о другом. — Что ж, раз ты не признаёшься, кто ты, я буду звать тебя Эльпеган. Эльпе. Ты же знаешь, что это? Из какой ты школы? У вас наверняка была география. Ты же школьник? Выглядишь малышом. Кажется, на этот раз волчонок кивнул, но смотрел всё так же в сторону. — Это река в Германии. Сам не знаю почему, но мне очень нравится название. И ты нравишься. На этот раз зверь чуть покосился на Чонгука. — Это странно, да? Ты выглядишь злым, но в душе ты славный парень… Ээ… — Чонгук вдруг глупо посмеялся. — Ты же парень? Эльпе дёрнул ногами, будто прикрываясь. — Я не буду смотреть, но мне кажется, что парень. В любом случае, я благодарен тебе. И очень надеюсь, что мы подружимся, — он его погладил, стараясь не задевать бесконечные ранки. — И надеюсь, ты скоро поправишься. Они посидели ещё немного. Прямо на дороге. Чонгук уже забыл, ради чего вообще пришёл в лес. Ему было необъяснимо комфортно со зверьком, которого он совершенно не знал, но почему-то хотел узнать. Через минут десять, снова скуля, волчонок аккуратно поднялся. — Тебе лучше отдохнуть. Вроде, ничего не сломано — так мне показалось, — но ты пострадал, и тебе надо отдыхать. Давай я отведу тебя домой. Можно даже ко мне, если ты боишься показывать, где живёшь. Дай мне помочь, — Чон тоже встал. Вместо ответа волчонок отошёл на несколько шагов и, когда Чонгук попробовал идти за ним, обернулся и очень зло рыкнул. — Почему ты такой упрямый, — вздохнул он, отходя назад и провожая волчонка взглядом. — Я ведь всего лишь хочу помочь. Не все люди судят по внешности. Последние слова остались без комментария. Эльпе медленно скрылся в лесу, уйдя с тропинки почти сразу. — Ладно, теперь мне пора к кошке, — вспомнил он. — Забавно, что обычно я не придумываю никому имена, — он посмотрел в ту сторону, куда ушёл волчонок. — А с ним я прямо почувствовал необходимость это сделать. Он усмехнулся своим глупым мыслям и быстро зашагал на поляну, где обычно встречался со знакомыми зверями, нуждающимися в помощи. Таких было довольно много. Чонгук не знал, почему так. Может, повреждённая форма не давала превращаться? Или это приносило сильную боль? Или у них не было страховки? Или что-то ещё? Спросить он не мог. Вернее, мог, но ему никто не отвечал. Кошка уже ждала его, но Чон думал не о ней. Все мысли занимал Эльпе. Хотелось знать, кто он, почему выглядит так плохо, почему ведёт себя так агрессивно… Хотя последнее было понятно: люди не любят его, а он не любит их в ответ. Но сильнее всего ему хотелось узнать, встретятся ли они ещё. Ему очень этого хотелось. А ещё хотелось спросить, почему волк оказался рядом и бросился его спасать. Ночью Чону снилось, что Эльпе заговорил. Голосом Тэхёна. Говорил что-то обычное, скучное, но не злое, как обычно. И шкурка как будто стала не такой помятой. Славный сон сделал его пробуждение одним из самых приятных за всю жизнь, словно так и было. В школу он шёл счастливым. В голову стукнула глупая мысль: спросить Тэхёна прямо. Для начала посмотреть на раны на теле, а потом спросить, убеждаясь, что так всё и есть. Или даже не спрашивать — шрамов будет вполне достаточно. «А может, он не придёт в школу — будет скрываться от меня. Я же сразу всё пойму, вряд ли ему это надо». Но Тэхён не скрывался. На обеде прошёл мимо, выглядел так же блистательно, как обычно, и смотрел на всех так же высокомерно, как и всегда.