Ты всё равно останешься один

            Вечер протекал довольно спокойно, если не считать, конечно, постоянно бросаемых на подозрительно притихшего Чимина косых взглядов. Особенно старался Тэхён, который прекрасно знал, на что способен его друг под действием алкоголя. Он ни капли бы не удивился, танцуй сейчас тот стриптиз на столе вместо того, чтобы сидеть, сжавшись в комок и старательно пряча раскрасневшееся лицо.       Как раз в тот момент, когда Ким кинул в сторону Пака очередной изучающий взгляд, парень подорвался с места и поспешно исчез из гостиной. Вернувшись минут через десять, он уселся на своё место и принялся осматривать стол на предмет чего-нибудь спиртного. Судя по мокрой чёлке, Чимин бегал в ванную умываться, хотя холодная вода не сильно помогла ему остудить свой пыл.       Неужели какой-то поцелуй в щёку мог вызвать у него такую бурю эмоций?       Тэ понаблюдал за попыткой друга напиться до невменяемого состояния ещё с полчаса и, наконец, не выдержал:       — Чимин-а, иди поспи, — шёпотом произнёс он, стараясь не привлекать внимание остальной компании, занятой бурным обсуждением предстоящих в этом году экзаменов.       — Но… — Пак уже еле ворочал языком и с трудом оставался в сидячем положении, заметно покачиваясь и глядя в пространство перед собой расфокусированным взглядом.       — Я останусь сегодня у тебя, всё проконтролирую, всех провожу. Не волнуйся, пойдём, — мягко проговорил Ким, обнимая парня за плечи и помогая подняться. Не говоря ни слова — всё и так было понятно, — он практически выволок друга из-за стола, с трудом довёл до лестницы, а дальше уже просто тащил до спальни на себе. Кое-как уложив на кровать безвольное тело, Тэхён слегка погладил уснувшего Чимина по голове и вышел из комнаты, бросив шёпотом напоследок: — Так усердно строишь из себя взрослого… Зачем, дурачок?..

***

      Очередной сбор устроили через день, но на этот раз подобрали кафе в более благополучном районе, нежели в прошлый раз, чтобы не пришлось опять спасать чью-то (Чимина) задницу. И хоть до этого Пак ещё ни разу не отказался прийти, если их участившиеся встречи и дальше будут такими стрессовыми для него, он в очень скором времени превратится в малолетнего алкоголика…       Помимо привычного состава этим вечером, как и планировалось, им составила компанию Сон Юки — старшая сестра Чонгука, учившаяся в первом классе старшей школы. Не смотря на разницу всего в один год, родители посчитали её достаточно взрослой, чтобы следить за братцем, и дело здесь было вовсе не в возрасте, а в полнейшей безответственности одного и гипертрофированной серьёзности другой.       Ожидание затягивалось, Чимин безнадёжно опаздывал, и каждый развлекал себя как мог: Джин активно бил Намджуна по рукам, пресекая одну за другой попытки раньше времени стянуть со стола бутылку, Юки залипала в телефоне, Чонгук ворковал со своим парнем, а Юнги с Хосоком, судя по выражению их лиц, строили планы по захвату мира.       — Если сейчас Чимин не зайдёт в эту комнату, клянусь, я поцелую Намджуна! — в конце концов не вытерпев, решительно заявил старший Ким, уперев руки в бока, и нечаянно задел успевшего присосаться к бутылке соджу Намджуна.       — ЧТО, ПРОСТИТЕ?! — чуть не подавился РМ то ли от возмущения, то ли от толчка, и вынужденно оторвался от вожделенного, манившего его уже целый час сосуда. К счастью (или к сожалению), Пак тут же появился в дверном проёме.       — Знаешь, хён, снаружи ведь прекрасно всё слышно! Надо было, наверное, остаться в коридоре и… — ухмыляясь, произнёс блондин и небрежно кинул свой портфель на пол рядом с диваном, приблизившись к столу.       — Не-не-не, все голубые заявки прямиком к этим двум сладким парочкам, — поочередно тыкнув пальцем, отмазался Сокджин в надежде, что его слова никто не примет всерьёз.       — Эй, тут вообще-то из нас двоих только Хосок гей, — с лёгким недовольством протянул Мин, сверкая из-за спины друга предупреждающим взглядом. Сегодня у него было неожиданно хорошее настроение, и он спокойно стерпел брошенную в свою сторону колкость. Причина крылась в том, что вчера Чон остался у него на ночь и, наконец, поддался на уговоры сыграть вместе в приставку. Потом они посмотрели какой-то фильм и пару мультиков, перемежая их обсуждениями и разговорами обо всем на свете… а большего для счастья Юну и не нужно было.       — Уверен? — хихикнул Чонгук и пригнулся, уворачиваясь от брошенной в ответ ложки. — Нет, ну мог хотя бы палочки бросить для приличия, они лёгкие, — укоризненно произнёс макнэ, не прекращая при этом ехидно скалиться. — Кстати, хён, это Юки, — неожиданно вспомнил он о позабытой формальности и кивнул в сторону сестры. Девушка лишь скромно помахала рукой и получила в ответ тот же жест и милую улыбку.       — Приятно познакомиться, Юки, я Чимин, — чуть смутившись, произнёс парень, присаживаясь, наконец, рядом со своим лучшим другом. — Юки ведь китайское имя, если не ошибаюсь? — поинтересовался блондин и взял стакан и тарелку, поспешно присоединяясь к делёжке еды и напитков, пока не стало слишком поздно.       — Да, у нас с Чонгуком одна мать, но разные отцы — мы единоутробные. Мама жила некоторое время в Китае, но через пару месяцев после моего рождения развелась со своим мужем и переехала в Корею. Остальное, думаю, и так понятно, — слегка пожала плечами Сон, беря тарелку и следуя примеру Чимина.       — Почему тебя не назвали корейским именем? — задумчиво спросил Хосок, накладывая Юнги побольше еды, так как единственное, на что тот покусился — это два кругляша кимбапа.       — Ну, насколько я знаю, его выбирал отец, и, честно говоря, я рада этому. Потому что мать хотела назвать меня Чонён. Звучит ужасно… — процедила девушка и, отобрав у брата рюмку соджу, с превосходством и лёгким презрением посмотрела на него, тихо цыкнувшего от досады.       — Юки — очень красивое имя… — негромко произнёс Пак, делая глоток пива.       — Правда? — удивлённая шатенка перевела взгляд на парня. — Большое спасибо, оппа, — тепло улыбнулась она, вызвав весьма бурную реакцию у присутствующих: Чимин подавился, Сокджин выронил палочки, Намджун пролил соджу мимо рюмки, Юнги завис с недонесённым до рта кимбапом, Хосок, что-то втиравший Мину, замер на полуслове, Тэхён слишком сильно ущипнул Чонгука, а тот в ответ от души хлопнул его по колену и недовольно покосился на сестру.       «Какого хуя?.. Она даже к Джин-хёну не обращается «оппа»…» — нахмурился Тэхён, похлопывая по спине кашляющего друга, и, повернув голову к старшему Киму, прочитал в его глазах примерно тот же вопрос.       — Что? — невинно спросила девушка, окинув присутствующих быстрым взглядом. — Я что-то не то сказала?       «Что себе позволяет эта…» — промелькнула у Мина недобрая мысль, и он с неожиданным энтузиазмом заработал челюстями, заедая вспыхнувшую злость. На радость Хосоку, который мгновенно начал наполнять тарелку друга едой и пододвинул поближе стакан с пивом.       На самом деле Шуге было бы глубоко наплевать на эту ситуацию, если бы она не напомнила ему случай, произошедший некогда с его братом. Юки поступила сейчас точь-в-точь как одна стерва, что начала общение с Чихёном именно с этой фразы, а закончила, почти вынудив несчастного влюблённого парня свести счёты с жизнью.       Однако Чимин не его брат, тогда почему он так зол?..

***

      После этого небольшого инцидента каждая встреча на протяжении всей недели становилась всё страннее и страннее. Юки активно напрягала всех своим поведением и повышенным вниманием к Чимину, который, в свою очередь, старался не встречаться с ней взглядом, не разговаривать и держаться на расстоянии. При этом он с каждым разом пил заметно меньше спиртного, словно опасаясь, что может сотворить что-то не то по пьяни. Сон же быстро поняла, что парень её избегает, и удвоила усилия. Она стала максимально часто называть его оппой, по возможности пыталась сесть или постоять рядом, шикала и прикрикивала на любого, кто смел издать хоть один звук, во время того, как Чимин пел в караоке, и многое другое.       Естественно, подобное поведение послужило причиной достаточного количества неловких ситуаций и портило веселье, что ужасно раздражало Чонгука, настоявшего в итоге на отмене очередного похода в кафе на общем «собрании» в чате, однако вездесущая Юки, случайно узнав, что её любимый братик намылился весь день провести в школе, мгновенно выработала коварный план перехвата. Вечером, когда ничего не подозревающие Тэхён, Чонгук и Чимин уходили вместе со школы, она неожиданно выскочила из-за угла с видом заждавшегося хищника, здорово напугав парней. Почти лицом к лицу столкнувшись со своим персональным маньяком, Пак с трудом подавил желание ломануться в противоположную сторону и напряжённо застыл.       — Чонгук-а, я пришла тебя забрать, — с милой, как ей казалось, но на самом деле жутковатой улыбкой протянула девушка и стрельнула глазками в старательно прячущегося за спиной Тэ блондина. — Оппа, привет! — счастливая шатенка помахала рукой и зашагала навстречу.       — Привет… — тихо пробормотал Пак, не решаясь отлепиться от спасительной спины друга.       — Чонгук-а, идите-ка вы с Тэхёном на парковку, там такси ждёт, белая такая машина, не перепутаете, — добавив в голос строгости, произнесла девушка, зашла брату за спину и подтолкнула для ускорения.       — Но… — попытался возмутиться Чон.       — Быстрее давай!       Пришлось подчиниться. Пожав плечами, парень взял забеспокоившегося Кима за руку и потащил за собой, а почуявший неладное Чимин попытался было слинять, но оказалось слишком поздно. Едва он развернулся и сделал шаг, его неожиданно крепко схватили за запястье.       — О, Юки… а я тут вспомнил… что пенал в классе забыл… — сочинял на ходу Пак, старательно отводя при этом взгляд.       — Оппа, я хотела поговорить! — Сон сильнее сжала руку старшего и постаралась заглянуть ему в глаза. — Я знаю, мы знакомы всего неделю, но, понимаешь, ты мне сразу понравился! Такой весёлый, умный, талантливый… красивый…       «О, боже, не-е-е-ет…» — мысленно застонал Пак, отчётливо понимая, к чему всё идёт, и слегка дёрнул начавшей побаливать рукой, выбирая между трусливым побегом и сохранением собственного достоинства. Решившись для начала на второй вариант, он осторожно посмотрел на Юки.       — Ты мне правда очень понравился! — зачастила девушка, всё-таки встретившись с Чимином взглядом. — И я!.. хотела предложить тебе… начать встречаться… — окончательно смутившись, она опустила голову, и парень заметил, как вспыхнули её щеки. Сам себя в этот момент не понимая и искренне понадеявшись, что сдержит рвущийся наружу ор, он нервно улыбнулся и с трудом выдавил:       — Да?       — Что? — Сон нерешительно оторвалась от созерцания безумно интересного пола и подняла на Пака влажно блестевшие, полные надежды глаза, а парень, продолжая натянуто улыбаться, остро возжелал оказаться в этот момент где-нибудь не здесь. В месте, где ему не придётся через день оказываться в стрессовых ситуациях, вынуждающих сердце ломать рёбра своим бешеным стуком.       Миллион мыслей хаотично заметались у него в голове. Всего неделю назад он потратил драгоценный первый поцелуй на какую-то дурацкую игру, пусть и всего лишь чмокнув в щёку, но зато ненавистного ему человека. К тому же парня! Всю жизнь Чимин был твёрдо уверен, что ему нравятся исключительно девушки, практически внушал это окружающим его людям и даже самому себе, демонстративно заглядывался на представительниц прекрасного пола в присутствии Тэхёна, и, конечно же, мечтал, что «как и все» найдёт свою судьбу, женится, заведёт детей… Как все… И вот он шанс — ему предложили встречаться. Юки, эта симпатичная, серьёзная и, кажется, вполне хорошая девушка, стоит прямо перед ним и ждёт ответа. Какие могут быть сомнения? Он должен радоваться свалившейся на него удаче, представлять, как пометит этот день в календаре, начать перебирать в памяти наиболее подходящие для свидания места, а не мечтать ещё раз поцеловать этого засранца!       — Давай… встречаться… Я согласен! — старательно отгоняя постыдные и тревожные мысли, поспешил подтвердить своё решение Пак, заметив вдалеке приближающихся к ним Чонгука и Тэхёна, видимо, уставших ждать. Сон счастливо пискнула, выпуская уже почти онемевшую руку парня, и бросилась его обнимать.

***

      Жизнь Чимина и без того в последнее время превратилась в самый настоящий кавардак, так ещё и эти «отношения» добавили свою порцию хаоса. Юки постоянно расстраивалась из-за того, что, учась в разных школах, они не могут часто видеться, засыпала его трогательными и не очень смс-ками, звонила, приходя домой после занятий и продолжала напоминать маньяка, интересуясь у парня о его предпочтениях и вкусах.       Сегодня ребята решили устроить последнюю «вечеринку», куда придёт сестра их макнэ, так как через три дня возвращаются их родители, а сама она уезжает уже завтра. Девушка жила у дяди на другом берегу реки Хан, потому что оттуда ей было значительно ближе до школы, в которой она училась. В сборе были почти все, за исключением Тэхёна и Чимина, решивших вчера устроить себе ночь фильмов ужасов.       — Чонгук-а, это какой-то кошмар! Ну вот как так можно, я не понимаю?! — возмущённая шатенка стояла, скрестив на груди руки и притоптывая ногой, пока остальные, не обращая на неё никакого внимания, сервировали стол, чтобы потом, правда, превратить его в свалку.       — Что случилось? — со вздохом спросил брюнет, прекрасно зная, что в противном случае она так и будет повторять что-то вроде «ну как так-то?», на самом деле означавшее «спроси меня, что случилось!»       — Чимин какой-то… какой-то не такой… — охотно поведала девушка причину своей нервозности, взмахнув руками и случайно задев бутылку с водой, чуть не испортив тем самым старательно составленную Джином композицию.       — Тут все какие-то не такие, о чём конкретно ты говоришь? — спросил Чон с абсолютным безразличием в голосе.       — Мне кажется, он… избегает меня?! Не отвечает иногда на звонки, игнорирует смс-ки, ни за руку с ним не подержаться, ни в глаза заглянуть, но самое главное, когда я попыталась его поцеловать… — Вот тут Чон, наконец, оторвался от телефона и поднял на сестру заинтересованный взгляд. — Он отстранился от меня! Всё время такой занятой, на каждую подобную ситуацию у него непременно найдётся какое-нибудь срочное дело! — почти на одном дыхании закончив свою тираду, Юки с надеждой на сострадание посмотрела на брата, но тот лишь громко засмеялся, добитый её озабоченным и растерянным выражением лица. — Чего ты ржёшь, малявка?! — тут же вспылила Сон, со всей силы хлопнув Чонгука по плечу, чем только больше его развеселила.       — Чимин-хён целуется только с Юнги-хёном, — уверенно заявил он и поспешно закрыл рот рукой, осознав, какую глупость совершил, а Мин попытался закончить жизнь самоубийством, подавившись газировкой.       — Тебе жить надоело?! — откашлявшись, процедил голубоволосый и вооружился палочками также резко, как Сокджин схватил его за запястье, а Хосок — за плечи.       — Так, давай только без этого! — приказал старший Ким, выдёргивая столовый прибор из крепко сжатой ладони. — Чонгук, а тебе что, на тот свет захотелось?!       — А что? Я неправду говорю? Сами ведь всё видели! Нуну, значит, он целовать не хочет, а Юнги-хёну подогнал свой первый поцелуй! — парень откровенно веселился, даже не заметив, когда сестра впала в транс. — Нуна? Приём! — пощёлкав пальцами у неё перед глазами, он довольно быстро привёл девушку в чувство.       — Чимин что, гей? — прошептала ошарашенная Сон, с трудом переваривая информацию.       — Мы не можем этого утверждать, Юки, так что не волнуйся раньше времени. Мы всего лишь играли в «Правду или действие», и Чимину выпало поцеловать Юнги в щёку, — успокаивающим тоном разъяснил Сокджин, отбирая у озверевшего Мина очередной столовый прибор.       — Если ещё и Чимин с Юнги окажутся геями, будет очень весело, не так ли, Джин-хён? — ехидно спросил Намджун, сверкая подозрительным взглядом на старшего.       — Хён, положи нож, — нервно попросил Хоби, пытаясь как можно аккуратнее расцепить судорожно сжатые пальцы, чтобы «случайно» не вскрыть себе вены.       Вдруг двери разъехались в стороны, и в комнату ввалились счастливые Тэхён и Чимин.       — Всем моим любимым хёнам привет! — радостно прокричал Ким, бросив свою кожанку прямо в лицо Чонгуку.       — Пизда тебе ночью, Ким Тэхён… — еле слышно пробормотал макнэ, медленно стянув куртку с головы и агрессивно сжимая её в руках.       — О-о-о, я только об этом и мечтаю, — прошептал в ответ Ким на ухо своему парню, аккуратно устраиваясь у него на коленях.       — Привет, Юки, — обворожительно улыбнулся Пак, присев при этом за противоположный край стола от своей «девушки». Он ведь и не подозревал, что всего пару минут назад она активно на него жаловалась, поэтому продолжал строить из себя святую невинность. Но тут он заметил выражения лиц Сон и Мина, и если взгляд Юнги не вызывал удивления, то молчаливое недовольство девушки настораживало.       — Юки, приве-ет, — на всякий случай повторил Чимин, слегка помахав рукой, но его проигнорировали. Пожав плечами, он лишь принял протянутую Сокджином тарелку и стал накладывать себе еды.       «Первый, значит… поцеловал меня… но отказывается повторять со своей девушкой… хах, интересно…» — погрузившись в собственные мысли, голубоволосый не заметил, как начал странно ухмыляться. Молча наблюдавшие за ним Намджун и Хосок обменялись задумчивыми взглядами. — «Ай-яй-яй, Пак Чимин, что же ты творишь…» — Мин невольно остановил свой взгляд на лице блондина, — «…своими пухлыми губами…»       — Хён? — обеспокоенный Чон тряхнул друга за плечо, приводя его в чувство. Ему очень не понравилась беспричинная, по его мнению, улыбка Юнги. Такого он за ним уже шесть лет не наблюдал.       — А? Что? — спросил Мин, вернувшись в привычное всему его окружению состояние.       — Да так, ничего… песню какую в караоке петь будем? — с напускным весельем поинтересовался Хосок, с сожалением отказавшись от идеи расспросить хёна на тему «Почему ты так улыбаешься?»

***

      Если предыдущая неделя казалось Чимину сложной, то эту по праву можно было сравнить с пятнадцатью кругами ада, потому что невесть откуда (Тэхён утверждал, что не при чём) узнавший о том, что тот злосчастный поцелуй был первым, Мин с удовольствием добавил в арсенал новую тему для теперь уже откровенных подъёбов, а не просто шуток. Правда, он старался не обращать на это внимания, но его хватило ровно на четыре дня. Потому что потом Юнги стал в наглую, даже не боясь злого Кима, тискать парня за щёки и награждать изредка «ласковыми» подзатыльниками. Правда, причина такого аттракциона невиданной щедрости была Паку совершенно неясна, и это особенно раздражало. Но выяснить ему, скорее всего, не удастся, очень уж Мин Юнги сложный.       Сегодня Чимин и Тэхён решили пойти в столовую на перемену раньше, чем обычно, в надежде, что Шуга им не встретится, но не тут-то было. Пак всё время забывал, что практически любая вещь, которую он напишет Хосоку, станет известна Юну.       — Ура-а, спокойствие, — с облегчением вздохнул блондин, ложась на стол, но уже в следующую секунду из-под него выдернули стул. Сдержать равновесие удалось только каким-то чудом.       — Айщ, всё веселье испортил, — с лёгким недовольством проговорил голубоволосый, отдавая похищенный стул Чону и присаживаясь рядом с ним.       — Зачем ты ходишь за нами?! Ты же не любишь ни Тэхёна, ни меня тем более! Точнее, меня ты ненавидишь! — возмутился блондин и сел как можно дальше от этого изверга, умудрившись в процессе уронить свой рюкзак. Если бы не тот факт, что это был единственный свободный стол, он утащил бы друга куда-нибудь на противоположный конец столовой, но приходилось терпеть. Кроме того, Тэ любил поболтать с Хосоком, ловко игнорируя хмурый довесок в лице Юнги.       — Вот поэтому и хожу, надо же мне кому-нибудь мозги компостировать, — довольно осклабился Мин, доставая из своего портфеля банку спиртного с криво налепленной на неё обёрткой от лимонада.       — Ты меня откровенно достал, Юнги, какая тебе, нахрен, разница целовался я раньше или нет?! С каких вообще пор тебя интересуют подробности моей личной жизни?! — продолжал яриться Чимин, ударив руками по столу в подтверждение уровня своего недовольства. Мин хотел было остроумно пошутить про отсутствие этой самой «личной жизни», но его вполне ожидаемо зацепило неформальное обращение.       — Э, малявка, совсем берега попутал? Я твой хён, на минуточку!       — Мой хён?! Нахуй мне не сдался такой хён как ты, Мин Юнги! Так что не пойти бы тебе далеко и надолго?! — сгрубил Пак, окончательно взбесившись, и, встав из-за стола, быстрым шагом направился к выходу из столовой.       Глядя в спину удаляющемуся парню, голубоволосый зачем-то представил на его месте Чихёна и почувствовал, как сердце на мгновенье сжалось.       «Да что такое?» — заметно помрачнев, подумал Юн, а привычно наблюдавший за ним Хосок, испугавшись возможности очередной панической атаки, начал спешно рассказывать о какой-то смешной ситуации, в которую он умудрился попасть на днях, но это не помогло.       — Хён, ты ведь правда нехорошо поступаешь. Рассказывай, откуда узнал? — спросил Ким, закинув за спину рюкзак и приготовившись уйти вслед за другом.       — Чонгук твой сказал. Неделю назад, в кафе, пока вы где-то шлялись, — спокойно ответил Мин, отмахиваясь от кудахтавшего что-то Чона.       — Чонгук, блять, — недовольно проворчал Тэхён и решительно направился к выходу, намереваясь уйти с уроков, чтобы как можно скорее организовать своему парню смачную истерику.

***

      Вечером Чимин снова уходил домой один и почему-то был этому даже рад. Вскоре после того, как он сбежал из столовой, Тэхён написал ему о том, кто растрепал всё ребятам и Юки и какое наказание ожидает виновника… А ведь он не общался с ней около недели, не считая это какой-то обязанностью, да и не особо того желая, но нынешняя ситуация обязывала его объясниться. Остановившись у ближайшего фонарного столба, Пак достал телефон и открыл мэссенджер.       От кого: ЧимЧим       «Юки… можем ли мы поговорить по поводу того, что сказал Чонгук?»       Не доставлено.       — Эй, гном, — послышался за спиной осточертевший до невозможности голос.       — Свали в туман, уёбок, — огрызнулся Чимин, заблокировал телефон и, убрав замёрзшие руки в карманы куртки, ускорил шаг.       — Ты как опять с хёном разговариваешь? — алчущий мести Мин лёгко догнал блондина и поставил ему подножку, но, как и планировал, тут же схватил за локоть, не давая упасть.       — Отлично, продолжай в том же духе! Это же так весело — постоянно указывать на то, что ты старше, ведя себя при этом как ребёнок, — съязвил блондин, выдёргивая свою руку.       — Весело, не спорю, но не настолько, как, скажем… целоваться?       — «Нахуй» вон там, — толкнув Мина в плечо, Пак указал куда-то себе за спину и снова попытался смыться. Но никто не собирался его отпускать. Без труда догнав Чимина, Юн пристроился у него за правым плечом, отставая при этом на пару шагов, и охотно жужжал на ухо колкости.       — Скажи, девственники всегда так резво убегают, если их обидеть? Или это лично твоя особенность? — с насмешкой донимал свою жертву Юнги, стараясь выжать максимум из их случайной встречи. — Расскажи, какого это — проебать свой первый поцелуй из-за какой-то дурацкой игры? Ты, наверное, потом еще несколько дней перед сном в подушку плакал, я угадал?       Давно у него не было такой веселой дороги домой, шутки сами срывались с языка, а наблюдать за тем, как парень всё сильнее вжимает голову в плечи, и как краснеют от холода, злости и смущения его уши, почему-то доставляло ему какое-то садистское удовольствие. Мин так разошёлся, что едва успел остановиться, когда Пак резко замер и развернулся к нему, после чего схватил за воротник куртки и дёрнул на себя. Крепко зажмурившись, Чимин прильнул к его губам, целуя дерзко, решительно и совершенно неумело.       Прошла, казалось, целая вечность, прежде чем ошарашенный Юнги, отодрав от себя младшего, с силой толкнул его и сделал несколько шагов назад. С трудом устояв на ногах и тяжело дыша, этот, видимо возомнивший себя бессмертным, засранец поднял голову и с вызовом посмотрел на него. Мин еще с полминуты не мог прийти в себя, просто открывал и закрывал рот, силясь что-то сказать, а Чимин всё это время ухмылялся, любуясь произведённым эффектом. Так ничего толкового и не придумав, Юн нервно мазнул по губам тыльной стороной ладони и, развернувшись, пошёл домой по другой дороге, зло прокричав напоследок:       — Уёбок!       Заигрался. Только теперь парень осознал, какой большой ошибкой было врать ради стремления как можно больнее задеть мелкого. Да, все эти пошлые шуточки и пустое бахвальство использовались им целенаправленно, чтобы вывести из себя доверчивого Пака, ну, а тот охотно на них покупался, даже не подумав усомниться в том, что хён не такой опытный, как об этом рассказывает… Однако он явно перестарался, собственноручно спровоцировав свою жертву на ответный выпад. В итоге эта маленькая бессмертная булка, вот так просто, со злости, забрала у него первый поцелуй. И хоть Мин сам был во всем этом виноват, причём не отчасти, а целиком и полностью, это не мешало ему повторять про себя порядком приевшуюся за последние недели фразу: «Ёбанный Пак Чимин».       Сам же виновник происшествия, едва Юнги скрылся из виду, растерял весь свой боевой пыл и осел на асфальт, после чего еще минут двадцать сидел, отстранёно глядя перед собой, и силился понять, где он согрешил, чтобы его спокойная жизнь превратилось в это не пойми что? Сам не осознавая зачем, Чимин поочередно проклинал всё и всех подряд, кроме себя: Тэхёна, бабушку, родителей, Юнги, школу, Сеул, Корею, Землю… Очнулся только тогда, когда не смог вспомнить название галактики и понял, наконец, бессмысленность своих действий. С трудом поднявшись на ноги, парень подхватил рюкзак и медленно поплёлся домой, разглядывая свои кроссовки и лишь изредка посматривая по сторонам.       — Уёбок… — тихо произнёс Пак и, забыв в очередной раз скорректировать свой путь, уткнулся лбом в столб, да так и остался стоять.       Через долгие сорок минут парень всё-таки добрался до дома. Там как всегда было тихо. Только в такие моменты он понимал, насколько на самом деле плохо жить одному… Не хватало Тэхёна. Очень сильно не хватало…       Бросив рюкзак в прихожей, блондин стянул с себя почти всю одежду по пути к ванной, где включил набираться холодную воду, а после вышел в коридор в поисках толстовки, которая оказалась лежащей от него буквально в двух шагах. Наклонившись к ней, он достал из кармана телефон, на секунду задумался и неожиданно решил написать… Чонгуку.       От кого: ЧимЧим       «Эй, не спишь?»       От кого: Макнэ       «Нет»       От кого: ЧимЧим       «Юки же ещё не уехала?»       От кого: Макнэ       «Нет, а что такое?»       От кого: ЧимЧим       «Знаю, это некрасиво, но пойми, в какой жопе я и в какой ты из-за того, что растрепал всем сам знаешь что. Поэтому скажи, пожалуйста, Юки, что мы больше не… вместе? Не пара? Да и не были ею на самом деле…»       От кого: Макнэ       «Ты пишешь брату своей девушки, чтобы расстаться с ней? Слушай, хён, у тебя что, так много костей?»       От кого: ЧимЧим       «Нет, но зато у меня есть Тэхён»       От кого: Макнэ       «Шантаж!»       «Ладно, понял, передам…»       Пройдясь по коридору, Чимин собрал разбросанную одежду, отнёс её к себе в комнату, немного постоял, размышляя, возле окна в гостиной. Вернувшись в ванную, он убедился, что набралось достаточно воды, и, первым делом чуть не утопив телефон, окунулся почти с головой. Тысячи ледяных иголок впивались в его кожу, а тело сотрясало крупной дрожью, но парень очень скоро привык к неприятным ощущениям и даже смог расслабиться, отстранёно следя за тем, как постепенно немеют конечности. Нездоровое чувство лёгкого удовольствия неизбежно, как бы он не сопротивлялся, возвращало его мысли к одному-единственному человеку… И за что только судьба свела его с Мин Юнги? Зачем?..       Так он и пролежал в ванне около двух часов, вяло шевелясь время от времени и наблюдая за пробегающей по воде рябью. Его сердце билось всё медленнее, дыхание слабело, а сознание постепенно начало погружаться в сон. Ясно ощутив общее ухудшение своего состояния, но почему-то почувствовав лишь спокойное безразличие, Чимин произнёс одними губами: «Гипертермия. Переохлаждение». Высунув из воды побелевшую дрожащую руку, он с трудом дотянулся до телефона и не в первый раз за этот день зашёл в мэссенджер.       От кого: ЧимЧим       «Тэ»       От кого: ТэТэ       «Чего?»       От кого: ЧимЧим       «Мне нужна помощь»       От кого: ТэТэ       «Воу-воу, не в общий чат же, чувак»       От кого: РМ       «Чем это вы там таким занимаетесь?»       От кого: ЧимЧим       «Тэ»       «Пожалуйста»       От кого: ТэТэ       «Ты чего там делаешь, извращенец мелкий?!»       От кого: Сокджин-хён       «Что происходит?»       От кого: ТэТэ       «Э-э-э… Сложно сказать…»       «Чима? Ты чего не отвечаешь?»       «Чем ты там занимаешься, а?»       «Чимин-а»       «Говна кусок»       От кого: ЧимЧим       «134340»       От кого: ТэТэ       «Ты ахуел, засранец?!»       От кого: Макнэ       «Что это значит?»       От кого: ТэТэ       «Всё, начиная от низкой температуры и заканчивая цифрой, несовместимой с жизнью»

***

      Давно стало ясно, что эти двое постоянно шифруются, и в этот раз Джин без труда догадался, что бессмысленные на первый взгляд цифры — это какой-то код.       Однажды у Тэхёна очень сильно упала температура, родителей дома не было, а сам Пак уехал к бабушке на другой конец города. Единственное, что Ким смог настрочить в предобморочном состоянии — это «134340» и «t», что означало «температура». И им тогда крупно повезло, что Пак догадался погуглить. Отыскав в интернете целую статью про температуру одной далёкой планеты и кое-как сообразив, не дождавшись ответа от Тэхёна, что тому, похоже, очень даже нехорошо, он спешно вызвал врача и сам рванул на помощь другу. До сего момента это был единственный раз, когда они использовали этот замысловатый код.       Через двадцать минут сероволосый уже трясущимися от волнения руками ковырялся ключом в двери дома Пака. Совладав, наконец, с замком, он галопом обежал все комнаты, в последнюю очередь заглянув в ванную и обнаружив там почти потерявшего сознание Чимина. Отогрев по всем правилам и приведя друга в чувство, Тэ, наконец, добился от него объяснения причины суицида. Оказалось, его величество просто «задумался».       — Ну ахуеть!.. Задумался?! Да так, что не заметил, как оказался полураздетым в холодной ванне?! Не надо мне врать! — возмущённо кричал юноша, глядя в невинные глаза Пака. — И чтоб не вздумал завтра в школу ломануться, максимум дозволенного передвижения — до туалета и обратно, понял?! Лежать, размораживаться, приходить в себя! — наставительным тоном произнёс Ким, одарил друга ещё одним строгим взглядом и вышел из комнаты, выключив свет. Оставив на столе в кухне прихваченный из дома пультон рамён, Тэ напоследок всё ещё раз проверил и уехал к себе, сильно сожалея о том, что не может остаться.       От кого: Сокджин-хён       «Ну как там Чимин?»       От кого: ТэТэ       «Пока нельзя однозначно утверждать, но более-менее в порядке и наверняка уже крепко спит»       От кого: РМ       «Ему делать больше нечего, кроме как купаться в холодной воде?!»       От кого: ТэТэ       «Он, конечно, было дело, вытворял всякое, но это странно уже даже для него…»

***

      Этой ночью Мин снова не спал. Единственным человеком, с которым он обычно делился самым сокровенным, был Хосок, но в этот раз даже ему он не мог рассказать о том, что творилось у него на душе. В то же время Юнги был уверен, что Чимин, в отличие от него, давно уже растрепал всё своему лучшему другу, однако Тэхён вёл себе в общем чате спокойно и непринуждённо и тем более не стучался в личку с пустыми угрозами. Неужели этот инцидент останется только между ними, и они просто будут делать вид, будто ничего не произошло?       От кого: Хосок       «Хён, ты слышал, чё Чимин вытворил?!»       От кого: Мин Шуга       «Нет, и мне, собственно, плевать»       От кого: Хосок       «Он расстался с Юки через Чонгука!!!»       От кого: Мин Шуга       «Лучше бы ты рассказал, что кто-то где-то сдох — это было бы в разы интереснее»       Сложив телефон в карман домашних штанов, голубоволосый прошёл в свою комнату, почти бесшумно ступая босыми ногами по холодному полу.       Мало кто смог бы в это поверить, но на самом деле ему не нравилось жить одному. Во-первых, тишина. Иногда в этой просторной квартире становилось настолько тихо, что звуки капающей из кухонного крана воды можно было легко услышать даже через закрытую дверь его комнаты. Во-вторых, почти всегда царивший в доме полумрак. Юнги не любил солнце, излишний загар был вреден для его кожи, и он старался держать большинство штор задёрнутыми, но в то же время тьма пугала, особенно ночью. В-третьих, его собственные мысли, с которыми порой было совершенно невозможно справиться своими силами.       Всё вместе это обеспечило парню не одну бессонную ночь. Пытаясь отвлечься от наплыва жутких образов, он нередко поначалу бродил по квартире, сосредоточившись на подсчёте расстояний и измеряя их в шагах, пока, наконец, не выучил все цифры наизусть. Иногда ему удавалось забыться в кабинете, что могло продлиться как несколько часов, так и несколько дней, любимое с детства занятие, музыка, прекрасно помогало успокоить нервы, но, к сожалению, вдохновение появлялось далеко не всегда…       Этим вечером его не было, но Мину вдруг захотелось взглянуть на своё старое пианино, за которым он когда-то очень часто, но в последние месяцы всё реже и реже проводил вечера, выводя мелодии под настроение. Подойдя к инструменту, парень коснулся гладких холодных клавиш своими тонкими чуткими пальцами и, прикрыв глаза, на мгновенья мысленно вернулся в весёлую и беззаботную жизнь. В то безвозвратно ушедшее время, когда они вместе с Хосоком мечтали, как будут жить вместе, что будут делать и кем работать…       Мотнув головой, Юнги отогнал наваждение и в очередной раз пообещал себе больше не думать о подобных глупостях. Зачем, если со своей способностью «ладить» с людьми он всё равно в конце концов останется один?..       Если бы он только знал, как сильно на самом деле ошибался.