Ты всё равно останешься один

            Огонь уже охватил всё здание, и ярко полыхавшее пламя грозилось перекинуться на соседние дома. Мгновенная мысль кольнула сознание, и Юнги посмотрел в сторону работников МЧС, удивился тому, как лениво и неспешно они доставали и разворачивали пожарный рукав, о чем-то переговариваясь, а затем окинул испуганным взглядом зевак. Их становилось все больше: соседи и любопытствующие прохожие собрались в довольно большую толпу, но они также не спешили что-либо предпринимать. Только перешептывались и равнодушно наблюдали за происходящим.       «Почему они ничего не делают? Почему не помогают моей семье? Где?.. Где они?!»       Мин снова посмотрел на дом и, повинуясь внезапному порыву, сорвался с места.       — Родители… брат... — бормотал он, в считанные секунды преодолевая разделявшее их с домом расстояние. Никто толком не успел отреагировать, а парень уже скрылся в доме. Лишь несколько зевак да подоспевший Хосок попытались окликнуть его, но он этого даже не заметил, оглушённый рёвом пламени и бешеным стуком собственного сердца.       — Юнги! — ещё раз выкрикнул Чон, остановившись в паре метров от здания, и, не услышав ответа, решительно направился следом. Вдруг кто-то схватил его за руку и потащил прочь. — Нет, стойте! Там мой друг, я должен ему помочь! — запаниковал парень, пытаясь высвободиться, но уводивший его мужчина держал крепко, и он быстро понял бесполезность своих действий.       — Успокойся, малец, и не повторяй ошибки своего друга. Если с ним все в порядке, вскоре его оттуда вытащат, а ты пока стой здесь и не глупи.       Мин рыдал взахлёб, осторожно шагая в сторону гостиной и обшаривая затуманенным взглядом окружающее пространство. Ему было жутко страшно. Он не знал, где его семья, и, не смотря на то, что они, вероятно, стояли сейчас снаружи и ждали его, все равно стремился вглубь дома.       — Ч-чихён-а, — громко позвал парень, стараясь расслышать хоть что-то кроме треска и гула пламени. В следующую секунду его испугал звук трескающегося стекла, и он сделал несколько быстрых шагов, оказавшись в итоге в гостиной. Здесь огонь бушевал особенно сильно.       «Камин. Никто никогда не забывал его потушить. Возможно ли...»       Вдруг кто-то схватил его за плечо. Юн обернулся и увидел высокого мужчину, который тут же наклонился и подхватил его на руки, после чего направился к выходу.       — Нет, стойте! Там мама, и папа, и Чихён! — кричал Мин, колотя пожарного в тщетной попытке вырваться и не заметив, как мимо пробежали трое пожарных. Они осторожно миновали гостиную и скрылись на лестнице, ведущей на второй этаж, но парень этого уже не видел.       Через пару минут он уже был в машине скорой помощи, с головой укутанный в одеяло. Рядом с ним сидела женщина-врач, гладя его по спине и нашёптывая что-то успокаивающее. Но Мин её не слушал, просто смотрел в пустоту перед собой и тонул в тревожных пламенных образах, заполневших его сознание. Минут через пять он попытался сбежать, скинул одеяло, выпрыгнул из машины и даже успел пробежать несколько метров, прежде чем его перехватили. Начальник пожарной бригады не выдержал такой упрямости, и попросил полицейского что-нибудь сделать с этим «сорванцом». Не долго думая, офицер затолкал Юна в патрульную машину и заблокировал двери, но прежде один из врачей почти силком заставил его выпить успокоительного. Теперь все могли спокойно работать, не волнуясь об этом «беглеце».       — Юнги-я… — послышался снаружи тихий и знакомый голос, не заставивший парня даже моргнуть. Он просто сидел, подтянув ноги к груди и обхватив их руками, и беззвучно рыдал.       Хосок едва мог разглядеть силуэт друга в полумраке салона, но он не сомневался в том, что тот плачет, и его сердце разрывалось от боли, беспокойства и ужасно тяготившего чувства бессилия. Прислонившись спиной к машине, Чон молча наблюдал за действиями пожарных и просто ждал. Хоть чего-то. Когда из дома наконец-то вынесли два тела и, укрыв их белой тканью, направились с ними к каретам скорой помощи, он поспешно сделал шаг в сторону, загораживая Юнги обзор. Однако немного пришедший в себя под действием успокоительного парень не оставил без внимания это движение и тут же прильнул к окну автомобиля.       Истерика. Он в мгновение обезумел, охваченный отчаянием, и принялся колотить по стеклу, требуя, чтобы его выпустили.       — Хосок! Позови полицейского! Скажи, чтобы он открыл эту чёртову дверь! Не притворяйся, будто не слышишь меня!! ЭЙ!       — Юнги, пожалуйста, успокойся, — бормотал Чон, зажмурив глаза и опустив голову. Он все ещё стоял спиной к машине, будучи не в силах развернуться и взглянуть в глаза другу. — Прошу! —уже громче произнёс он. — Успокойся...       Стук прекратился. Кажется, Мин все-таки услышал его. Поколебавшись с минуту, Хосок осторожно обернулся. Юнги сидел, прислонившись к стеклу лбом и глотая горькие слёзы. Парень тут же завертел головой и, отыскав глазами в толпе офицера, бросился к нему. Упросив того буквально на полминуты разблокировать двери, он залез в машину с противоположной от Юна стороны и крепко обнял его. Так они и сидели, потеряв счёт времени и беззвучно плача.

***

      Дом тушили около трёх часов. Большинство зевак давно разошлись, не считая нескольких особо любопытных соседей, но оставалось ещё много вопросов и дел. Пожарные изучали дом, стараясь найти очаг возгорания, искали ещё тела, ведь со слов Хосока там должен был быть ещё один парень и собака. Юнги молча сидел в патрульной машине, впав в состояние полного безразличия после немалой порции успокоительного. Сотрудники полиции, прибывшие на место происшествия намного позже остальных служб, почти поместили этот пожар в раздел «поджёг», без зазрения совести, пусть пока и условно, повесив вину на Юнги, как на единственного выживего из их семьи. Чон, конечно, уверял их, что парень весь день был в школе и никак не мог этого совершить, тем более, что у него не было на то ни единой причины, но полицейским требовалось подтверждение учителей и табеля посещаемости.       Спустя почти час поисков, из здания вытащили последние два тела, и также накрыли тканью. Юн этого не видел, так как сидел, отвернувшись в другую сторону и вообще впав в некое подобие транса. Зато Хосок проводил врачей уставшим взглядом и покрепче сжал ладонь друга. Обхватив другой рукой его голову, он осторожно устроил её у себя на плече и тихонько погладил Мина по волосам. Он понимал, что теперь Юнги предстоит непростой путь, и пытался хоть как-то дать понять, что не оставит его одного. До тех пор, пока в нём будут нуждаться, он будет рядом.       — Пожалуйста, просто позволь мне защитить тебя... — пробормотал Чон, хотя прекрасно понимал, что его не услышат. Но Юн услышал. И пусть до того момента, когда смысл этих слов дойдёт до него, было ещё далеко, он их запомнил.       Первыми уехали пожарные. Врачи лишь попросили прийти через пару дней и опознать тела, полиция была озабочена тем, что Мину ещё нет девятнадцати, а значит, его нужно было куда-то пристроить. Пошли разговоры о детском доме.       — У него есть бабушка, она живёт недалеко отсюда, — вклинился в разговор Хосок. Пока друг не в себе, он доблестно стоял на страже интересов и потому внимательно следил за всем, что происходило вокруг.       — Надо оповестить гражданку о случившемся и узнать, готова ли она взять его под свою опеку, — серьёзно проговорил один из полицейских, доставая мобильный телефон. Вскоре они дозвонились до старушки и бездумно сразу рассказали ей обо всём. Только услышав изменившийся голос женщины, сотрудники сообразил, что такими темпами придётся ещё и её бездыханное тело ехать забирать, но та оказалась крепче, чем все думали.       Примерно через час, закончив с оставшимися делами, Юнги и не желающего отлипать от него Хосока отвезли к той самой бабушке.

***

      Около недели все были как на иголках. Постоянные звонки из больницы и полиции, просьбы приехать и что-то сделать, а также прочая суета ужасно надоели как Юнги, так и его бабушке. С документами на опеку разобрались буквально за пару дней. Опознание тел стало тем, что Мин люто возненавидел, невольно сохранив в памяти жуткие образы, которые потом неоднократно снились ему в кошмарах. Он хотел разнести морг к херам и послать всех далеко и надолго. Сдерживаться и вести себя тихо удавалось с трудом.       Похороны состоялись через две недели. Большинство семей предпочитали кремировать почивших родственников и забирать их прах домой, так как такой способ являлся более дешёвым, но деньги в семье Мин не были проблемой, и похороны провели в лучших традициях.       А через три месяца скончалась и бабушка Юнги. Все женщины за сорок, проживавшие в их районе, моментально разнесли слухи о страшной порче, наведённой на их семью, а то и на самого мальчика — единственного из рода Мин, оставшегося в живых.       И пусть жизнь его не жалела до последнего, просветы всё же иногда наступали: родители Хосока приняли весьма сложное решение и за большие деньги, без отправки и оформления документов в детский дом, забрали парня к себе. Юнги был слишком мал, чтобы управлять компанией отца, а потому её передали его заместителю, а счёт его родителей полностью переоформили на юного наследника. Таким образом он мог не сидеть на шее родителей друга, а жить на теперь уже свои деньги.       После переезда в дом Чона Мин снова стал ходить в школу. Всё время, пока он жил с бабушкой, он отказывался посещать занятия и просто целыми днями сидел в своей комнате, отказываясь от еды и ни с кем не разговаривая. Это плохо сказалось на его организме, он сильно исхудал, из-за чего врачи грозились поставить ему диагноз «анорексия», привычно пугая, как привыкли делать при общении с тем, кто нарочно не ел ради быстрого похудения.       В первый же учебный день одноклассники прилипли к нему, без устали осыпая вопросами, но он только молчал в ответ, спрятавшись за спину Хосока и опустив взгляд в пол. Такое поведение поразило и озадачило всех. Юнги был непривычно тихим, не шёл на контакт даже с учителями и лишь изредка перешёптывался с таким же мрачным и неулыбчивым Чоном.

day of moving

      — Ванная комната там, если что-то захочешь, сразу говори, но пожалуйста, не молчи, Юнги-я… — печально протянул Хосок, подходя к другу и слегка косаясь его плеч.       — Хён, — резко выпалил Мин, глядя куда-то мимо. — Сколько можно, Хосок? Я твой хён. Я старше тебя, проявляй уважение и называй меня хёном, — грубо попросил Юнги, отойдя от друга и бросив свой рюкзак на кровать.       Брюнет упорно отказывался отвечать на уроках и выходить к доске, но его успеваемость резко улучшилась. Он стал учиться на отлично, что поразило, кажется, всю школу, начиная от его одноклассников и заканчивая директором. Друзья, которые уже не приходились ему таковыми, не раз пытались узнать правду, и Намджун старался больше всех, но, несмотря на все их усилия, эта парочка молчала.

two weeks later, after yoongi's comeback to school

      — Хён, я правда не знаю, что произошло и почему ты молчишь. Я не хочу надоедать тебе, так что просто прими это в знак нашей дружбы, пожалуйста, — попросил Ким, протянув другу огромный брелок с Кумамоном. — Возможно, эта самая «дружба» уже мертва, но ты всё ещё мой хён, — твёрдо произнёс Намджун и, встав с места, последний раз улыбнулся другу как прежде, словно не было тех трёх месяцев, и поспешно покинул пустой класс, где Мин ждал Хосока.

five month later

      — Кто оставил огромного Кумамона в коридоре?! Юнги! — Миссис Чон, споткнувшись об лапу игрушки и громко цокая каблуками, зашла в комнату к парню. — Убери его, сейчас же! — приказала женщина, оглядывая комнату, обстановка которой очень жирно намекала на любовь владельца к этому медведю: разные игрушки, обои, постельное белье, украшения — он был везде.

eight month later

      — Хён, это Джин, я надеюсь, вы подружитесь, потому что он очень весёлый. К тому же, он старше тебя и учится в третьем классе, — с улыбкой проговорил Намджун, а новый «друг» протянул младшему руку. Намджун всё ещё общался с Юнги, несмотря на то, что тот ему даже не отвечал, а возможно даже и не слушал.

one year later

      — Хён, смотри, — взбудораженный Чон протянул Юнги свой телефон, на экране которого была только что присланная в групповой чат фотография. Мин поперхнулся и закашлялся. Постучав пару раз другу по спине, Хосок понимающе покивал и произнёс: — Вот и я также отреагировал. Это лучший друг Тэхёна, прикинь?       — Охренеть… — с трудом выдавил из себя Мин, отодвигая печенье от греха подальше.       — Извини, что говорю это, но он пиздец как на Чихёна похож! — с этими словами Чон продолжил рассматривать серию присланных фото, каждый раз удивлённо цокая языком.

five month later

      — Ну Юнги-хён, ну пожалуйста, ну дай свой чехол, у меня же телефон поцарапается! —ныл Тэхён, маяча перед глазами старшего.       — Как бы я хотел, чтобы твоё лицо оказалось на его месте, — съязвил Мин, стараясь избавиться от донимавшего его второй день младшего.

one week ago

      — Да ты задолбал спать, сколько раз мне ещё сбегать с первого урока, чтобы приехать и разбудить тебя??? — возмущённо кричал Хосок, забежав в квартиру к другу. Обнаружив того в гостиной, он бесцеремонно столкнул его с дивана, организуя экстремальную побудку.       — Я не пойду туда, отстань, — невнятно пробубнил Мин, накрывая голову упавшей вместе с ним подушкой.       — Ты не представляешь, кого я встретил у школы! — Чон решил сразу использовать свой главный козырь и принялся рассказывать, попутно собирая вещи друга со всех углов комнаты. — Честное слово, будто с призраком столкнулся, даже страшно стало! — Чон кинул в старшего ворохом одежды и пошёл за его портфелем.       — Неужели малолетнюю школьницу, которая не умеет пользоваться косметикой? — несмешно пошутил Мин, лениво натягивая на себя ярко-оранжевую кофту.       — Хуже. Я встретил того самого Чимина, друга Тэхёна, — пояснил красноволосый, вернувшись из комнаты друга с уже собранным рюкзаком.       — О, боже… — недовольно протянул сероволосый, закатив глаза.       — У меня чуть сердечный приступ не случился! Айщ, этот парень меня пугает, нормально вообще родиться настолько похожим на кого-то??? — продолжал ворчать Чон, заставив подняться одевшегося Мина с пола и подтолкнув к выходу.

right now

      Хосок, конечно, винил себя за произошедшее, но Юнги был не в обиде и в глубине души прятал искреннюю благодарность за внушительный список моментов, случившихся в его жизни.       — А если бы я не знакомил тебя с Чимином? — спросил Чон повернувшись к голубоволосому и заглянув ему в глаза.       — Возможно, мне было бы грустно… и я бы на тебя обиделся, — с натянутой улыбкой ответил Мин, слегка ударив младшего в плечо. — Этот пацан так похож на Чихёна. Я совру, если не признаю, что его присутствие заставляет меня чувствовать себя лучше. Я хотел бы ему улыбнуться, прямо как брату в детстве, но… — Юнги резко заткнулся, поняв, что на него слишком пристально смотрят. Уже через секунду Хосок сделал решительное движение в сторону хёна, но Мин — мастер убивать чужие надежды — остановил его, положив ладонь прямо на лицо.       — Хосок, а ну перестань, — парень тут же посерьёзнел и отодвинул тонсэна от себя. Он всегда знал о «голубых» наклонностях друга, но никогда не думал, что они все излучаются лишь в его сторону.       — Я тебе тут душу изливаю, а ты опять распетушился. В качестве наказания будешь сам готовить завтрак, — с напускной строгостью произнёс Мин, вставая с места, и, забрав свою подушку, потопал к себе в комнату.       «Непреступный хён», — с досадой подумал красноволосый, облокотившись на руку. Сколько бы он не пытался все эти годы, если точнее, уже почти восемь лет, у него ничего не получалось. А влюблённость, сменившая однажды детскую симпатию, не собиралась уходить, с каждым разом только сильнее привязывая его к этому человеку. Хосок стерпел всё, даже тот переломный момент, когда Юнги заставил обращаться к нему формально. Любой другой бы на его месте довольно скоро не выдержал такого количества колючек, которыми этот парень не уставал посыпать окружающих людей, но только не Чон.

***

      Хоть Чимин и был ограничен в бюджете, до дома всё же пришлось ехать на такси. Они, оказывается, действительно жили недалеко друг от друга, и дорога заняла от силы десять минут. Расплатившись с водителем, парень быстро забежал в дом и тут же опустился на пол у двери.       «Почему Хосок-хён сказал, что мне лучше уйти?» — в очередной раз задался мучавшим его вопросом Чимин и открыл чат с лучшим другом, намереваясь того расспросить кое о чём.       От кого: ЧимЧим       «Тэхён-а, не спишь?»       От кого: БЭСТ ФРЭНД       «Ну, не совсем…»       От кого: ЧимЧим       «В каком смысле?»       От кого: БЭСТ ФРЭНД       «Ты прервал наши с Чонгуком прелюдии»       От кого: ЧимЧим       «...Только не рассказывай… Я тут просто спросить хотел: ты, случаем, не знаешь, кто такой Чихён?»       «Юнги по ошибке назвал меня этим именем»       От кого: БЭСТ ФРЭНД       «Вообще без понятия. У тебя всё?»       От кого: ЧимЧим       «Да…»       Отбросив телефон и оставив его лежать на полу, Пак поднялся и поплёлся на второй этаж. Он уже хотел зайти в свою комнату и забыться во сне на ближайшие девять часов, но открытая дверь напротив его почему-то заинтересовала. Зайдя в старую комнату Тэхёна, он заметил на кровати тот самый ноутбук, который видел вчера ночью. Съедаемый любопытством, он забрался на постель, повернул компьютер к себе и клацнул по клавише пробела. Тихо зашуршал лопастями куллер, и ноутбук вышел из спящего режима. Едва экран загорелся, стало ясно, что рабочий профиль не защищён паролем.       Даже прекрасно понимая, что некрасиво без разрешения лезть в чужую жизнь, Пак уже не мог заставить себя отказаться от этой затеи. Ещё раз нажав пробел, он снял блокировку, и перед ним открылся рабочий стол. На секунду он даже дышать перестал. На обоях стояла довольно странная заставка, состоявшая из нескольких надписей: «Лес Аокигахара. Пожалуйста, не сходите с тропы», «Ваша жизнь является бесценным даром ваших родителей. Подумайте о них и о вашей семье. Вы не должны страдать в одиночку. Позвоните нам». От этих слов становилось не по себе, и на мгновение в голове блондина скользнула мысль, что не стоило сюда соваться. Но, на свой страх и риск, он решил продолжить «расследование» и открыл папку, которая заинтересовала его больше всего своим названием: «SOPE». Это слово было ему знакомо. Внутри оказалось огромное количество совместных фотографий Юнги и Хосока, и почему-то это совсем его не удивило. Разве что стало ещё страшнее.       Чимин довольно долго разглядывал чужие фотографии и по несколько раз пересматривал видео. «Он так много улыбается… — подумал Пак, пролистывая очередное селфи Мина. — Красивый...       Не сразу осознав, что за мысли посетили его голову, он успел прощёлкать ещё несколько фотографий, а потом вдруг резко захлопнул крышку ноутбука. Зная себя, он не сомневался, что даже мог его сломать, но это сейчас беспокоило его меньше всего. Гораздо важнее было то, из-за чего он так испугался и запаниковал, словно его застали за чем-то непристойным. Странное чувство тепла.       Буквально скатившись с кровати, Чимин выскочил из комнаты, громко хлопнув дверью и мечтая забыть о том, что с ним только что произошло.

***

      Неделя подходила к концу, а учителя всё ещё лежали в своих кроватях и не думали возвращаться на «любимую» работу. Сегодня занятия у средней школы полностью отменили, и Чонгук на всех парах помчался к своему «бойфрэнду», по его вине не спавшему всю ночь и сейчас мило посапывающему прямо посреди столовой, устроив голову на коленях у друга.       — Что это с ним? — удивленно спросил Чон и, бросив свой рюкзак на стол, присел на корточки, чтобы увидеть лицо возлюбленного поближе.       — Всё утро ныл о том, что хочет спать, и в итоге уснул, — ответил Пак, оторвавшись от телефона.       — Ох… значит, придётся позже рассказать, — огорчённо протянул макнэ, вставая на ноги и доставая деньги из кармана.       — О чём? — возможно, Чимина это никак и не касалось, но любопытство, как обычно, сработало против него.       — Мои родители уедут послезавтра на две недели, и мы хотели это время провести вместе, но потом мама сказала, что приедет моя старшая сестра Юки, чтобы «присмотреть» за мной, — Чон был явно недоволен этим и так закатил глаза, что, казалось, на секунду увидел свой мозг.       — Сочув… — едва начал говорить Чимин, как бессовестно притворявшийся спящим последние несколько минут друг со всей силы впился ногтями в его бедную ногу.       — Какого, блять, хрена, Чон Чонгук?! — злобно прокричал Тэхён, резко вскакивая на ноги.       — А-а-а-а, твою мать, оно живое!! — испуганно завопил Чонгук и, схватив свой рюкзак, побежал прочь из столовой, а Ким тут же ринулся за ним следом.       — Уникальные кадры того, как тигр гонится за кроликом, — проводив их взглядом, пробормотал Пак, которому только и оставалось, что потирать пострадавшее место.       Вдруг его телефон завибрировал, оповещая о пришедшем в беседу сообщении.       От кого: РМ       «Предлагаю сегодня отпраздновать отъезд родителей Чонгука и воссоединение младших на целых две недели!»       От кого: Сокджин-хён       «Тебе только дай повод побухать»       От кого: ЧимЧим       «Эм...»       От кого: РМ       «Ух ты, Чимин жив и умеет писать!»       От кого: Сокджин-хён       «Не пугай паренька! А то опять пропадёт, и ни слова потом от него не дождёшься»       От кого: ЧимЧим       «Только что приходил Чонгук и сказал, что родители оставили его сестру за ним следить, так что Тэхён не сможет с ним жить»       От кого: Сокджин-хён       «Значит без пати»       От кого: РМ       «НУ ТАК ДАВАЙТЕ ОТПРАЗДНУЕМ ПРИЕЗД ЮКИ»       От кого: Сокджин-хён       «Блять, вот всегда повод найдёт»       «Разрешаю только одну пати, до приезда Юки, и то не в кафе, а дома»       От кого: РМ       «Но у меня дома предки, хён. Ну пожалуйста, не будь извергом»       От кого: Сокджин-хён       «Я всё сказал»       От кого: ЧимЧим       «Вы можете собраться у меня дома, я живу один»       От кого: РМ       «Правда?!»       «Чимин, ты прелесть!»       «Кстати, где Юнги и Хосок?»       От кого: Хоби       «Чё, опять пати?»       От кого: РМ       «Да, у Чимина с:»       «Кстати, вы где шляетесь?»       От кого: Хоби       «Шуга-хён так мило спал, я не хотел его будить :с»       От кого: Сокджин-хён       «Хосок! А ну быстро поднял своего сахарка и притащил в школу!»       От кого: Хоби       «:с»

***

      На следующий день все, с трудом отыскав дом Чимина, собрались у него, притащив с собой большое количество алкоголя. Первыми как всегда пришли Намджун и Сокджин. РМ потому, что алкоголь был для него как смысл жизни, а Джин потому, что не мог оставить этого дурачка без присмотра. Вскоре к ним присоединились Чонгук и всё ещё злой на него Тэхён.       — Опять Хосок и Юнги опаздывают, — недовольно протянул Джин, усевшись на диван. Народ быстро научился ориентироваться в доме Пака, за каких-то пятнадцать минут запомнив планировку, к стыду хозяина, который два дня не мог запомнить, где находится ванная.       Наконец-то раздался последний на сегодня звонок в дверь. Чимин, как хозяин дома, пошёл открывать.       — О-о-о, мой любимый тонсэ-э-э-эн! — радостно протянул Хосок, бросившись обнимать младшего, едва тот открыл дверь.       — ЧТО?! — донёсся из гостиной возмущённый вопль Чонгука.       Через пару минут все наконец-то собрались в тесном, как сначала казалось, зале.       — Хён, — Чимин еле слышно позвал Юнги, слегка коснувшись его спины.       — Чего тебе? — даже не повернувшись, буркнул Мин, доставая попутно что-то из рюкзака.       — Ты свой ноутбук забыл у меня, — осторожно произнёс Пак, и наконец-то был удостоен быстрого взгляда. Обойдя младшего, голубоволосый быстро направился наверх. Зайдя в комнату, он поспешно собрал компьютер и уже собирался уйти, как вдруг заметил то, что не давало ему покоя на протяжении последних двух дней. На одной из полок рядком стояли игрушки, и каждая имела небольшой значок с написанным на нём именем. В прошлый раз он лишь скользнул по ним безразличным взглядом и не заметил этого, но теперь бирки вдруг привлекли его внимание. Подойдя ближе, парень принялся одно за другим читать имена и, к своему удивлению, обнаружил игрушку, которую звали Манг.       «Дичь какая-то…» — подумал Юнги, пытаясь ввернуть увиденное в свои теории, и на выходе из комнаты споткнулся, чуть не проебав ноутбук.       Пока Мин отсутствовал, остальные решили, что будут играть в «Правда или действие», и когда он спустился вниз и узнал об этом, первым его желанием было сбежать отсюда нахрен, лишь бы не присоединяться к этому проклятому «развлечению». Ему всегда не везло с этой дурацкой игрой.       Намджун сразу же предупредил, что все вопросы будут браться из левого приложения, потому что так будет интереснее, и если сначала игра проходила вполне невинно и весело, то после того, как Ким включил отметку «18+», попёрла конкретная дичь. Кроме того, Тэхёна и Чонгука, ни на минуту не прекращавших заигрывания, вскоре пришлось рассадить по разным углам, поменяв Чона и Пака местами.       — Итак, Чимин, тебе действие, потому что ты уже два раза использовал правду, — скомандовал Джун, нажимая в приложении на кнопку «Действие». Через секунду он поднял голову и, словно желая в чём-то убедиться, несколько раз пробежался взглядом по лицам Пака и сидящих рядом с ним, после чего взорвался смехом.       — Что там? — взволнованный Сокджин сунул любопытный нос в экран телефона, прочитал написанное и сдавленно захихикал, уткнувшись лбом Намджуну в плечо.       — Что? Что такое?! — начал паниковать Чимин, с тревогой смотря на задыхающихся друзей. Видя, что те не в состоянии ответить, Тэхён подошёл и забрал у них телефон. Веселье продолжало распространяться. С трудом сдерживая смех, Тэ прочитал задание:       — «Поцелуйте в щёку игрока слева». Что ж, удачи тебе, Чимин-а, — с нескрываемым злорадством произнёс Ким, возвращая смартфон владельцу, и спрятался за шторкой, решив наблюдать за предстоящим зрелищем оттуда.       — Что-о-о-о-о?! — почти в унисон выкрикнул Чимин и Хосок, и если возмущение Чимина было обоснованно, то причина недовольства Хосока являлось для большинства присутствующих загадкой. Однако самым удивительным являлось то, что Юнги почему-то молчал, словно просто-напросто пропустив текст задания мимо ушей.       — Нет, хён, пожалуйста, поменяй задание! — захныкал Пак, бросая осторожные взгляды на «игрока слева», но тот всё ещё бился в припадке на пару с Джином.       — Хён, до сих пор никто не просил о таком, будет нечестно, если ты станешь единственным, кому позволят сменить задание, — запротестовал Чонгук.       Чимин состроил максимально милую моську, но никто не повёлся на его умоляющий взгляд: жаждущие если не хлеба, то хотя бы зрелищ парни были совершенно беспощадны. Они за считанные секунды распределили роли, и в итоге Чонгук держал Юнги, Джин и Намджун — Чимина, а Тэхён — Хосока.       — Чимин, не волнуйся! Секунда позора, зато какие воспоминания! — не удержался от шпильки Сокджин. — Чонгук, я тебя прошу, только не сверни ему голову! — резко переключился он на макнэ, заметив, как крепко тот зажимает Мина.       — Я не виноват, что он методично бьёт мне локтем прямо по самому дорогому! — возмутился младший, пытаясь увернуться от очередного тычка.       — Хён! — незамедлительно отреагировал на эти слова Тэхён, пытаясь выглянуть из-за спины вырывавшегося Хоби.       — Что? Ничего с его причиндалами не сделается, не ссы, — процедил Шуга, снова целясь по заветной мишени.       Ещё две минуты уговоров не помогли, и Намдужну пришлось насильно усадить Пака поближе к старшему, а ещё через пару минут всем это тупо надоело парни отпустили своих жертв. Казалось, на этом веселье законченно, но освободившийся Пак просто взял и поцеловал старшего. Макнэ завизжал как девочка, Сокджин заголосил синхронно с Джуном, кинувшись в его объятия, а Хосок, которого, кажется, хватил удар, выдал какой-то нечленораздельный звук.       — А-а-а-а, вы такие милые-э-э-э-э! — пропищал макнэ, хватаясь за сердечко. Чимин же поспешно вскочил с дивана и попытался найти защиты у пищавшего в унисон со своим парнем Тэхёна, пряча лицо на его груди. — Они будут встречаться, я отвечаю! — закричал полностью довольный ситуацией Чонгук, слегка подпрыгивая на месте.       — Завались, Чонгук, или вылетишь в окно, — процедил Юнги, нервно вытирая свою щёку.       — Но тут первый эт…       — В окно ближайшей высотки.       — Понял… — тихо произнёс младший, делая несколько шагов назад. В то же время сероволосый, заметив что-то, сделал шаг назад и заставил друга поднять голову.       — Чимин, а ты чего это… — начал было Тэ, но ему тут же закрыли рот рукой. Пак отвернулся ото всех, стараясь скрыть то, что он покраснел словно маленькая школьница. Понравилось? Может быть.