Болезнь Билла

— А я же ведь говорил тебе не есть мороженое. Но зато впредь ты будешь слушать мои советы, — сказал Диппер и покачал головой. — Отстань, Ёлка. Мне и так плохо, а тут ещё ты, — прошептал Билл, который не мог говорить громче из-за жуткой боли в горле. — Лучше закажи мне ещё одну чашку горячего кофе.       После того, как парни посмотрели фильм, они не поехали домой. У них на обед ничего не было, а Дипперу, как он сказал, лень было что-нибудь приготовить, поэтому возлюбленные решили пообедать в ресторане, который находился в торговом центре.       И как некстати к Биллу вернулось его плохое самочувствие. Впервые ему пришлось признать, что Диппер оказался прав. Сайфер очень часто попадал в подобные ситуации. Но он никогда в жизни не говорил своему парню, что тот прав. — Знаешь, Билл, я думаю, что тебе будет полезнее выпить горячего чаю. И только попробуй мне сказать, что ты этого делать не будешь… — Я этого делать не буду, — произнёс Билл, скрестив руки на груди. — Ты же знаешь, что я терпеть не могу чай. Я и так согласился вчера выпить целую кружку ради тебя, между прочим. Сегодня ты меня не заставишь. — Ну, хорошо, Билл, хорошо, если тебе так нравится болеть, то давай, пей свой кофе. Только знай, что он тебе не поможет, — сказал Диппер, доедая спагетти. — Я вот иногда тебе удивляюсь. Ты никогда не любил чай, а тем более с сахаром. Ты говоришь, что даже с одной ложкой сахара для тебя слишком сладко. А как тогда ты можешь съесть огромный кусок слащавого торта, для меня до сих пор остаётся загадкой. — А я как будто знаю, почему у меня такой странный вкус, — сказал Билл, прокашлявшись. — Кстати, а где мой кофе? — Вот ваш кофе, — сказал только что подошедший к парням официант,  поставив чашку на стол. — Так, постой, но нас вроде бы обслуживал другой официант, а точнее официантка, — сказал Диппер и пристально посмотрел на парня. — Ну и зачем же ты заменил её? Что тебе нужно от Билла?       Диппер ревновал Билла почти ко всем парням, с которыми он когда-либо общался. Один раз Пайнс даже чуть не убил друга своего возлюбленного, который посмел его поцеловать (в щёку, разумеется). — Ёлка, прошу тебя, только не начинай. Когда же ты наконец поймёшь, что я никогда не брошу тебя? Перестань, пожалуйста. Нет, ну серьёзно, ты уже ревнуешь меня чуть ли не к каждому парню, который общается со мной. Может быть, хватит уже? — сказал Билл и, тяжело вздохнув, отпил немного кофе. — Билл, что ты такое говоришь? Я ни к кому тебя не ревную. Я просто…ну я… — промямлил Диппер, опустив голову. — Что это с ним? — спросил официант, обращаясь к Биллу. — Просто мой возлюбленный время от времени любит ревновать меня ко всем окружающим парням. — Эм, простите меня, я не знал, что вы встречаетесь. Если хотите, то я могу позвать ту девушку, которая обслуживала вас… — Не надо, всё нормально. Ёлочка больше не будет так себя вести, да? — произнёс Билл, жалея, что Диппер больше его не стесняется. Да, конечно, парень и раньше ревновал его чуть ли не ко всем, но он никогда не говорил об этом вот так открыто. — Пусть идёт, Билл. И, ты прав, я ревную. Я прекрасно знаю, что с тобой бывает, когда ты увидишь красивого парня. Тебе напомнить о том, что было месяц назад? — сказал Диппер, который вспоминал о том случае чуть ли не каждую неделю.       В тот вечер парни пошли в гей-клуб. Там один парень начал приставать к Биллу, а Пайнс, как всегда, всё неправильно понял. — Ну сколько можно мне напоминать о том случае? Я же тебе говорил, что это он ко мне приставал. Я надеюсь, что в этот раз ты  не будешь со мной спорить, потому что тебя сегодня вообще хотели… — произнёс Билл, но потом понял, что официанту, который до сих пор стоял около их столика, необязательно знать о том, что Диппера хотели изнасиловать. — Ну, ты понял, о чём я. — Ой, знаешь, я как-то об этом не подумал. Прости меня, пожалуйста, — сказал Пайнс, виновато улыбнувшись. — Ладно, прощаю. А знаешь, наверное, это даже хорошо, что ты ревнуешь, потому что я могу быть абсолютно уверен в том, что ты меня любишь. Ты ведь любишь меня, Ёлочка?

***

      Диппер ещё раз улыбнулся, взял руки Билла в свои и посмотрел ему в глаза. У парня были очень красивые глаза. Пайнс никогда больше не встречал людей с такими глазами, как у Билла. — Билл, я любил и всегда буду любить тебя. Ты даже не представляешь, какая для меня радость каждый день видеть лицо любимого мне человека. Я не знаю, как бы я жил, если бы не встретил тебя. Когда мы только-только начали встречаться, я думал, что наши отношения будут длиться не больше месяца. Но я ошибался. Ты помог мне взглянуть на мир иначе, научить меня не стесняться своих чувств. Я говорю тебе спасибо, Билл. Я тебя люблю, — произнёс Диппер, не отрывая взгляда от глаз Сайфера, из которых потекли слёзы. — Билл, ты плачешь?       Билл плакал всего один раз в жизни, когда уходил от родителей. Пайнс никогда не говорил парню ничего подобного. Да, он говорил ему о том, что любит его, но это не то. Биллу нравилось, когда выдавались такие моменты, когда Диппер признаётся ему в любви. Парень делал это очень редко, и Сайферу было ужасно обидно из-за этого.       И всё-таки Диппер зря тогда подумал, что Билл бесчувственный. На самом деле всё совсем не так. Он готов пойти на всё ради любимого человека. — Нет, я не плачу, — дрожащим голосом произнёс Билл, пытаясь остановить поток слёз.       Парень встал со стула, подошёл к Дипперу, сел к нему на колени и обнял его. — Я тоже тебя люблю, — прошептал Билл и поцеловал Диппера в макушку. — Блин, как это мило, — сказал официант, очень смутив парней. — Извините, я не хотел вам мешать. Я, наверное, пойду. Ещё раз извините. — Да, всё нормально, можешь не извиняться, — сказал Билл и, вытерев слёзы, вернулся на своё место. — А ну-ка подожди. — Я могу вам ещё чем-нибудь помочь? — Да, можешь. Ответь мне, пожалуйста, на один вопрос. Ты натурал? — спросил Билл и посмотрел на Диппера, который был удивлён не меньше официанта. — В каком смысле? — спросил парень, не ожидав такого вопроса. — В прямом. Просто ответь, и можешь быть свободен. — Билл, что ты делаешь? Прекрати, — возмутился Диппер, не понимая, что хочет Сайфер. — Помолчи, Ёлка. — Ну, я натурал, — ответил официант, надеясь, что теперь от него отстанут. — Точно? Просто мне надо знать правду. От твоего ответа зависит очень многое, — сказал Билл, который задал этот вопрос не просто так. — Я сказал правду. Но если вы мне не верите, то я могу позвонить своей жене и… — Ладно, убедил, можешь быть свободен, — перебил Билл официанта и, как ни в чём не бывало, улыбнулся Дипперу.       Парень до сих пор пребывал в шоке от очень неожиданного вопроса Билла. Зачем он это спросил у того парня? Может быть, он всё ещё думает, что Диппер его ревнует? — Билл, что это сейчас такое было? Зачем ты… — Вот видишь, тот парень натурал. И, как оказалось, он абсолютно нормально относится к таким, как мы. А ты говорил, что кроме моих друзей, среди которых есть и гетеросексуалы, к геям никто нормально относиться не может. Ты ошибался, Ёлочка, — сказал Сайфер, допив свой кофе, который, между прочим, был без сахара. — А, значит, ты поэтому спросил это у того парня. Я уж подумал…ну, неважно. И, знаешь, прости меня за то, что я тебя вечно ревную ко всем. Просто ты же знаешь, что мне очень неприятно видеть, когда ты счастлив, ну, не в моей компании. Я не знаю, почему во мне просыпается ревность каждый раз, когда я вижу тебя с другим парнем. Как же всё-таки хорошо, что к тебе хотя бы девушки не пристают, — произнёс Диппер, напомнив Биллу о брюнетке из магазина.

***

      Да, он до сих пор не рассказал Дипперу о том, что к нему приставала девушка. Парень считал необязательным этого делать, потому что Пайнс обязательно начнёт беситься по этому поводу и упрекать Билла в том, что тот не рассказал ему об этом раньше. Но с другой стороны, Дипперу бы стоило об этом знать. Просто получается, что Билл не хочет ему это рассказывать, потому что не доверяет.       И поэтому Сайфер всё же решил поведать парню об этом. Конечно, сначала ему придётся выслушать упрёки в его сторону насчёт того, что он должен рассказывать обо всём, что с ним происходит. Но Биллу не хотелось это скрывать. Он же, в конце концов, не изменял Дипперу. Да у него вообще такого в мыслях никогда не было. Он слишком сильно любит своего мальчика и никогда не посмеет разбить ему сердце. — Ну, вообще-то ко мне приставала одна девушка… — Что?! — воскликнул Диппер, чуть не поперхнувшись своим чаем. — Что ты сейчас сказал? К тебе приставала девушка? Билл, надеюсь, ты меня разыгрываешь. — К сожалению, так оно и есть, — вздохнул Билл, всё ещё считая, что он не зря всё это сейчас рассказывает. — Помнишь ту брюнетку из магазина? Она пыталась со мной флиртовать, подумав, что я натурал. Ты можешь себе это представить?       Диппер не мог произнести ни слова. Он и подумать не мог, что к Биллу будет приставать девушка. И самое удивительное для парня было то, что эта девушка подумала, что Билл гетеро. Да у него на лице написано, что он гей (так, по крайней мере, думал Диппер). — Да как она посмела приставать к тебе? Нет, я должен вернуться к ней и высказать то, что я о ней думаю. Пусть знает, как флиртовать с чужими парнями, — начал возмущаться Диппер. — Стоп, я чего-то не понял, а почему ты не рассказал мне об этом раньше? — Ну, я подумал, что тебе не надо об этом знать. Ты даже не представляешь, как мне неприятно осознавать, что я могу нравиться…девушкам. Да, никогда бы не подумал, что общаться с девушками так трудно, — сказал Билл, очень удивив Диппера. — Что? Но, Билл, а как же моя сестра? Она ведь тоже девушка, но у тебя с ней прекрасные отношения. — Твоя сестра не похожа на других девушек. Мне иногда кажется, что она не девушка… а парень. Только ты ей не говори об этом, ладно?       «Хм, неужели Биллу действительно так трудно общаться с девушками? Так, стоп, неужели я, наконец, нашёл его слабое место? Нет, это исключено, я поклялся больше никогда не делать этого. Но мне иногда так хочется утереть ему нос. Ну, а что будет, если я опять проиграю? В этот раз я обязан выиграть. Тогда Билл, наконец, поймёт, что чувствовал я, когда проигрывал. — Билл, а давай поспорим, — сказал я.       В этот раз, Билл, ты можешь даже и не рассчитывать на победу».