Болезнь Билла

      Билл был уже почти на полпути к гей-клубу, как вдруг обнаружил, что забыл свой телефон. Парень мог бы за ним и не возвращаться, но, во-первых, как он тогда узнает среди сотни парней Райана, внешность которого он тоже не помнит, а во-вторых, он не хотел заставлять Диппера волноваться. Нельзя оставлять его без возможности связаться со своим любимым.       Забрав телефон, он вновь отправился в путь. Правда, его несколько смутило, что Диппер вдруг решил расспросить его о Райане. Да, снова в нём проснулась ревность. И всё-таки хорошо, что Сайфер решил не брать парня с собой и не говорить ему ничего о том, куда он собирается. А то бы опять начал обвинять его в измене. Но вот только Билл вовсе и не подозревал, что Пайнс и в этом случае начнёт сомневаться в его верности. Однако таких мыслей в его голове не возникло.       Так или иначе, парень добрался до гей-клуба, сел за свободный столик и стал ждать Райана. Ах, как же давно он тут не был. С его последнего визита прошёл месяц. Да, для Билла это был очень долгий срок. Тот вечер был одним их самых запоминающихся. В ту пятницу, после очередного тяжёлого рабочего дня ему ужасно хотелось как следует развеяться и оторваться по полной. Однако Диппер не разделял его желаний. Ему никогда не нравились шумные места, где полным-полно народу. Поэтому парень не стал даже пытаться попробовать мирным путём затащить Пайнса в гей-клуб. Вместо этого им было принято решение припарковать свою машину намного дальше своего дома, прямо напротив дверей заведения. Тогда ему довольно долго пришлось уговаривать Диппера пойти туда, но в конце концов тот согласился.       А если так подумать, тот день стал, можно сказать, переломным моментом в их отношениях. Именно с тех самых пор они начали отдаляться друг от друга. Наверное, огромную роль во всём этом сыграл разговор Диппера с его матерью. После тех отвратительных слов, которые она ему сказала, у него началась жуткая истерика, продолжавшаяся три дня. Билл не знал всех подробностей того разговора, но всё же догадывался, что, скорее всего, главным объектом обсуждения был он. Что ж, так оно и было. Миранда много всего плохого высказала в адрес Билла, в очередной раз напомнив все те ужасы, которые этот маньяк сделал с её сыном. Для Пайнса подобные откровения обернулись возвращением назад в прошлое, в тот самый момент, когда и происходили те ключевые события. Ему снова пришлось прочувствовать то, что он тогда пережил. Повторное «изнасилование» его психика не смогла выдержать.       Сайфер не погружался глубоко в размышления о причинах его непростых отношений с Диппером, не пытался проработать все проблемы совместно со специалистами или хотя бы со своим возлюбленным. Даже простая беседа могла бы многое прояснить, обозначить план дальнейших действий. Но в данный момент мысли Билла занимало совсем другое. Он не мог отвести взгляд от неоновых огней, озарявших пространство клуба. Многообразие ярких, но холодных цветов создавало успокаивающую атмосферу. В то же время громкая и энергичная музыка, заставляющая идти на танцпол, прекрасно дополняла это некое ощущение умиротворённости. Интерьер клуба был выполнен в стиле арт-деко. Сочетание чёрного, белого, золотистого и ярко-бордового цветов отлично передавало эстетику 20-х годов прошлого века. Небольшие, но довольно практичные светильники создавали ощущение приятного полумрака, оттеняли и без того изящные столики и стулья, не имевшие острых углов. Кое-где на стенах висели картины, изображавшие восточные пейзажи, и зеркало-солнце в рамке из лучей. Ну, и куда же без массивных штор их бархата, за которыми влюблённые парочки могли уединиться.       Закончив изучать роскошный интерьер клуба, Сайфер остановил свой взгляд на одном из парней-стриптизёров, исполнявшего довольно эротичный танец на сцене. Его движения были весьма привлекательными. Билл смотрел на него довольно долго. Да, неизвестно, чем бы закончилась эта минутная слабость парня, не контролировавшего тогда свои мысли, если бы его не отвлёк чей-то голос из толпы. — Билл… Билл… Билл!!! — произнёс незнакомец, который вернул парня в реальность из мира фантазий. — Привет, ты давно здесь? — Привет… Нет, я здесь недавно. А мы разве знакомы? — Да, вообще-то. Я Райан, тот, которому ты здесь назначил встречу, если не забыл. — А, ой, прошу прощения… А ты точно он? Нет, ну, мало ли… — с недоверием произнёс Билл, мысленно благодаря Райана, что тот не позволил ему и дальше любоваться каким-то левым парнем. — Да, я точно он.       После этих слов Райан что-то напечатал в своём телефоне, и через секунду Биллу пришло сообщение, подтверждающее, что этот парень, стоящий напротив него, и есть тот, которому он назначил здесь встречу. — Да, вот теперь я верю тебе. Присядем за стол, а то здесь неудобно разговаривать, слишком много народу, — предложил Сайфер. — Хорошо, давай. Слушай, Билл, ты всё-таки прости меня, что я немного задержался. Просто я попал в небольшую пробку, поэтому и опоздал на несколько минут. Так-то я обычно доезжаю до гей-клуба всего за двадцать минут. А ты долго добирался? — Нет, я дошёл пешком за пять минут. Признаюсь честно, я специально назначил встречу здесь, потому что это единственное приличное заведение, которое находится недалеко от моего дома. — Правда? Да, везёт же тебе. А мне вот двадцать минут добираться на машине приходится. Вот поэтому мы с моим мужем так редко бываем здесь. Две недели назад заходили последний раз. А ты как часто ходишь сюда со своим парнем? — спросил Райан. — Не так часто, как ты думаешь. Во-первых, мой парень жуткий интроверт и социофоб, поэтому подобные заведения ему не по душе. А во-вторых, воспоминания о последнем походе в гей-клуб у него не слишком радужные. В тот день произошло одно очень неприятное событие, о котором я не буду тебе ничего рассказывать. Поэтому не был я здесь уже целый месяц. И, вероятнее всего, вдвоём с Ёлкой я сюда больше никогда не приду.       На этой довольно грустной ноте парни ненадолго прервали свой разговор и заказали себе алкогольные напитки. Несмотря на то, что Биллу только недавно начало становиться лучше, он решил побаловать себя бокалом Martini Bitter, ну а Рай захотел попробовать коктейль «Голубая лагуна». — Что ж, Билл, я хотел бы поблагодарить тебя за то, что ты назначил мне здесь встречу, чтобы мы смогли продолжить наш разговор. В реале с тобой общаться намного удобнее и приятнее, чем по телефону. — Ага, мне тоже, — сухо ответил Сайфер, который вовсе не был рад этой встрече. Намного лучше было бы заняться сексом с Диппером, чем торчать здесь с очередным своим поклонником. — А как у тебя день прошёл? Чем ты занимался? — Рассказывать мне особо нечего. Сегодня вообще практически ничего не происходило, если сравнивать со вчерашним днём. Я, как уже тебе вроде говорил, сегодня остался дома, так как утром чувствовал себя неважно. Но сейчас пока всё хорошо. Лучше ты мне расскажи, чем ты занимался. Уверен, у тебя день выдался более насыщенным событиями, чем у меня. Кстати, а кем ты всё-таки работаешь, если тоже сегодня остался дома? Вот этот вопрос меня больше всего интересует. — Ну, я работаю фотографом-фрилансером. У меня довольно свободный график, поэтому я могу позволить себе остаться дома в любой будний день. С другой стороны, выходные у меня не всегда выпадают на субботу или воскресенье. Так что в такой работе есть свои плюсы и минусы. Что касается того, как я провёл этот день, то могу сказать, что он получился достаточно насыщенным. Прошлая неделя у меня была очень загруженной, поэтому сегодня я оторвался по полной. Первым делом я решил посетить довольно интересную открытую лекцию на тему творческого кризиса. Да, даже в работе фотографов они случаются, и, поверь мне, это не самое приятное явление. Затем я посетил часовую экскурсию по музею археологии и картинной галерее. Я давно хотел туда сходить, просто времени как-то не было. В общем, конкретно занялся культурным просвещением. Завтра тоже планирую куда-нибудь съездить. Возможно, поеду на велофестиваль. Потом я поехал домой, где успел обработать несколько фотографий моих клиентов, а потом уже позвонил тебе.       Сайфер слушал Райана и просто поверить не мог в то, что у него такая интересная жизнь. Сразу видно, что этот парень не любит сидеть на одном месте, постоянно чем-то интересуется, внимательно выстраивает свой досуг. Ну, а Билл не любит всю эту движуху. Его никогда не привлекали, ни выставки, ни фестивали, ни уж тем более длинные и скучные экскурсии.       Несмотря на то, что парень стал немного завидовать своему новому другу, он бы всё равно не смог добровольно посетить все эти мероприятия. Да, возможно, ему в отличие от Райана действительно нечего рассказать, чем-то похвастаться. В конце концов, он очень плохо себя чувствовал. Он просто физически не мог куда-то пойти и заняться чем-то невероятным и потрясающим. Зато вчерашний день у парня выдался очень захватывающим и увлекательным, если, конечно, не брать в счёт того, что основную массу событий составляли ссоры с Диппером.       Пока Билл размышлял о том, какие же они всё-таки с Райаном разные люди, он даже и не заметил, как им уже принесли напитки. Недолго думая, парень взял бокал и сделал небольшой глоток. Терпкая и горькая жидкость приятно обволакивала его горло, медленно стекая вниз и оставляя после себя жгучее полусладкое послевкусие. Возможно, Сайферу не стоило увлекаться таким высокоградусным напитком в период болезни. Но он напрочь забыл о том факте, что ещё сегодня утром чувствовал себя совершенно разбитым, поэтому даже не задумался о последствиях этого минутного наслаждения. — Знаешь, Шумахер, меня весьма впечатлило то, чем ты сегодня занимался. Вот уж действительно ты время сегодня не терял зря. Что, разумеется, не скажешь обо мне. Но я болен, так что мне простительно бездельничать. — Билл, а ты уверен, что тебе можно употреблять алкогольные напитки в период болезни? Нет, я, конечно, не врач, но может не стоит так неосмотрительно относиться к своему здоровью? — забеспокоился Райан. — И почему ты назвал меня… шумахером? Вот этот момент я тоже не очень понял. — Да ладно тебе, всё нормально. Мартини мой самый любимый напиток. Особенно Martini Bitter. Я так давно его не пил, что мне как-то без разницы, болен я или нет. А вот насчёт «шумахера»… Ты же сам меня просил придумать тебе прозвище. Вот я и решил назвать тебя так. В память о нашей первой встрече, так сказать. — Что? Но, Билл, я же извинился… Чёрт, а можно ты не будешь меня так называть? Мне правда очень стыдно за то, что я тебя сбил. Это вышло совершенно случайно, я правда не понимаю, как это произошло… — Хватит извиняться, я уже тебя давно простил. И твоё новое прозвище совершенно не означает того, что я как-то сержусь на тебя. Просто я хочу тебя так называть и всё тут. И менять своего решения я не буду ни при каких обстоятельствах, ты уж извини, — произнёс Билл, допивая бокал своего любимого напитка. — То есть переубедить тебя мне не удастся? Что ж, ладно, называй так, как хочешь. Я не против. В целом мне даже нравится такое необычное прозвище. Неужели ты всем придумываешь такие странные имена? Если так, то я даже не представляю, как, к примеру к этому относятся твои коллеги по работе. Или ты тоже фрилансером работаешь? — Нет, я работаю в офисе журналистом небольшого интернет-издания. Пишу я в основном небольшие новостные заметки об актуальных событиях, происходящих в мире. Ничего интересного. Хотя однажды мне удалось уломать главного редактора и взять интервью у экономиста, моего давнего знакомого. Правда, это был скорее небольшой комментарий, а не полноценная беседа. Так что пока я ограничиваюсь вот этим. Вот у Ёлки карьера развивается намного интереснее, чем у меня. Однажды он написал целую аналитическую статью, в которой подробно рассказал о предположительном кризисе в экономических и политических сферах в нашей стране. Я её не читал, разумеется, но мне кажется, что данный материал вышел вполне неплохим. Интереснее всего, конечно же, работа у нашего главного редактора, Чейза. Ведь у него есть возможность вести свою авторскую колонку и писать о том, о чём ему хочется. — Ты работаешь журналистом? Ого, никогда бы не подумал. И в каком же издании ты работаешь, если не секрет? Мне бы очень хотелось прочитать твои статьи, — воодушевлённо сказал Райан, который восхищался Биллом с каждым разом всё больше и больше. Это немного пугало последнего. — Я работаю в «Raise&Fall». Наверняка ты даже и не слышал о таком СМИ. И вряд ли ты сумеешь найти на сайте издания мои статьи, ведь у нас, рядовых редакторов, они теряются в кучи других. И уж тем более не попадают на главную страницу. Только главред и его зам достойны этой чести. Ну, ещё может быть редакторы отделов иногда. — Жаль, конечно. Но я всё равно подпишусь на вас. Я буду очень счастлив, если мне посчастливится прочитать твои материалы. — Ладно, надеюсь, тебе понравится. А вот мне лично совершенно уже осточертело то, чем я занимаюсь. Иногда я жалею, что пошёл в журналистику. Мне совершенно не по душе эта профессия. Я с самого детства хотел стать рок-гитаристом. У меня были такие грандиозные планы, такие надежды… Но, как видишь, им не суждено было сбыться. После того, как мои родители выгнали меня из дома, я оказался на самом дне. У меня не было ни работы, ни квартиры, ни родственников, которых я мог бы попросить приютить меня. Вспоминая те дни нищеты и полной безнадёги, я вообще поражаюсь тому, как я смог поступить на журфак. Мало того, что я сдал выпускные экзамены в школе просто ужасно, так ещё и вступительное испытание в универ я провалил. Только благодаря моим связям я смог туда поступить. У одного моего знакомого мать работала преподом в этом универе. И с её помощью я оказался там. Так что попал я в журналистику совершенно случайно. Но мечты о карьере рок-музыканта не покидают меня и по сей день. Может быть, когда-нибудь она всё-таки осуществится? — чуть ли не шёпотом произнёс последнее предложение Билл. Как иронично, что сегодня он впервые за довольно долгий срок взял гитару в свои руки. — Сочувствую, чувак. Работать на нелюбимой работе, наверное, просто невыносимо. А ты сильно жалеешь, что выбрал «не тот» путь? — Да нет, если честно. Благодаря этому, как ты выразился, «не тому» пути я и познакомился с Ёлкой. Мы четыре года учились вместе на одном факультете. Он, кстати, тоже никогда не мечтал стать журналистом. Его мать заставила сделать такой выбор. Наверное, она сто раз уже пожалела о своём решении. Ведь если бы мой парень пошёл учиться на другую специальность, он бы никогда не встретил меня. А Миранда, что б ты знал, меня жутко ненавидит и презирает. Отчасти оправданно.       На этом моменте разговор парней как-то резко прекратился. В особенности потому, что он свёлся снова в не очень приятную для Билла тему. Но всё его прошлое так и кишит этими ужасными воспоминаниями. Поэтому Сайфер никогда особо и не рассказывает никому о том, что происходило в его подростковые и студенческие годы. Он сам понимает, что нельзя просто вычеркнуть этот довольно значимый период из его жизни. Сколько ни прячься от этого прошлого, оно тебя всегда достанет, где бы ты ни был. Поэтому, наверное, стоит пересилить себя и рассказать уже эту загадочную историю твоей жизни. Хотя бы Дипперу, который только недавно узнал об ужасных взаимоотношениях Билла с его родителями. А ведь Пайнс самый близкий ему человек. Неужели даже он не заслуживает знать о тех ключевых событиях, которые кардинально отразились на его партнёре? — И снова это неловкое молчание… Билл, если ты не хочешь говорить о своей профессии, мы можем поговорить о чём-то другом, — решил нарушить тишину Райан, который уже начал догадываться, что его кумир не очень-то и хочет с ним общаться. — Нет, не надо менять тему, всё нормально. Я просто задумался. Но вот о матери моего мальчика я больше не буду говорить, пожалуй. Так, на чём я остановился? Ах, да, я говорил о том, что мы с Ёлкой познакомились в универе. Впервые я увидел его два года назад. Конечно, сейчас он совсем не похож на того робкого и застенчивого парня, каким был тогда. Всё-таки небольшая уверенность в себе у него появилась. Да и я тоже сильно изменился. Не буду подробно рассказывать, как именно. Просто скажу, что в те годы я был не просто ужасным, а скорее отвратительным человеком. По сей день расплачиваюсь за свои ошибки. Особенно сильно я виноват перед Ёлкой. Никогда себе не прощу того, что я сделал. — Ты отвратительный человек? Никогда в это не поверю. Что же ты такого сделал? Уверен, что ты зря на себя наговариваешь. В конце концов, все мы ошибаемся. И ты не исключение. Кстати, а почему ты сказал, что впервые увидел Диппера два года назад? Вы же около четырёх лет в одном универе учились, ты сам так сказал. — Нет, Шумахер, то, что я сделал, ошибкой назвать нельзя. У меня даже приличных слов нет, чтобы описать весь масштаб катастрофы. Поэтому не надо меня оправдывать. Теперь насчёт того, почему мы всё-таки с Ёлкой знакомы два, а не четыре года. Дело в том, что я целых три курса учился в другой группе. У меня всегда были очень натянутые отношения и с моими и одногруппниками и со старостой. Поэтому в один прекрасный момент я решил, что с меня хватит. Так я оказался в параллельной группе, где старостой был Ёлка. До этого момента мы с ним ни разу не пересекались. Я не знаю, почему, — объяснил Билл, которому надоело говорить о своём прошлом. Почему бы его «поклонничку» не поделиться своей историей обучения в универе? — Ну, мне кажется, я уже достаточно тебе рассказал о себе. Пришёл твой черёд. Итак, почему же ты решил работать фрилансером, учился ли ты где-то для того, чтобы работать фотографом и как ты познакомился со своим мужем? — У меня практически точно такая же история, какую мне рассказал ты. Ну, в том плане, что я учился на той специальности, которая мне не нравилась, а именно на архитектурном. К счастью, я отчислился после первого курса и перешёл в другой универ на факультет фотографии. Я сразу для себя решил, что работать штатным сотрудником в студии или где-то ещё я не буду. Ещё в школе я знал о «прелестях» такой работы. Да после прохождения практики в одной крупной фотостудии на четвёртом курсе я твёрдо решил, что буду фрилансером. Так, на два вопроса я ответил. Какой там был последний? А, ты спрашивал про наше знакомство с мужем. Это произошло восемь лет назад. В то время я часто любил ходить в одно небольшое кафе, которое находилось рядом с универом. Мой муж подрабатывал там официантом. На протяжении месяца мы каждый день с ним виделись и общались на самые разные темы. В какой-то момент он признался, что я ему понравился и ему хотелось бы перейти на следующий уровень наших отношений. Я согласился. Это было одно из самых лучших решений моей жизни. Я невероятно сильно люблю его.       История знакомства Райана с его мужем была настолько милой и романтичной, что у Билла вновь появилось то самое чувство зависти. Он-то уж точно не может похвастаться тем, что чуть не довёл своего парня до суицида, прежде чем предложил встречаться. Да и вообще подобной романтики в их отношениях с Диппером никогда не было. Бесспорно, они говорили друг другу ласковые слова, дарили подарки на праздники, но всё это никак не связано с каким-то отдельным периодом или событием в их отношениях. От этого парню было невероятно грустно. — Ого, какая трогательная история. Рад, что у вас сохранились такие тёплые отношения, даже спустя восемь лет. Это довольно долгий срок. Ну, а в целом, как у вас обстоят дела… в интимной жизни? Как часто у вас бывает секс? И какой был самый долгий период воздержания? — внезапно спросил Билл, застав Райана врасплох. Такие вопросы он точно не ожидал услышать. — Что, прости? С чего вдруг тебе интересны подробности наших интимных отношений? И почему ты думаешь, что я тебе об этом расскажу? То, что происходит у нас в постели, — наше личное дело, которое касается только нас обоих. Извини, Билл, но я не буду отвечать на эти вопросы. Хоть ты и мой кумир, я не собираюсь делиться с тобой ничем подобным. — Ладно, прости меня. Я всё прекрасно понимаю. Я спросил об этом просто потому, что у нас с Ёлкой с прошлой субботы ничего не изменилось. В том плане, что мы по-прежнему с ним ссоримся. И у нас так и не получилось переспать. Да, мы занялись с ним вчера фроттажем на работе, но я не считаю это полноценным сексом. Я хотел получить какую-то поддержку, возможно, советы, которые помогли бы мне наладить с ним отношения. Наверное, мне стоило отказаться от этой встречи с тобой, потому что мы с моим парнем как раз хотели потрахаться впервые почти за семь месяцев. Чтоб ты понимал, для меня секс является не просто удовлетворением потребностей, как это было раньше. Сейчас мне кажется, что он стал для меня неким мерилом того, хорошо ли всё у нас в отношениях с Ёлкой. И могу однозначно сказать, что у нас всё очень плохо. — То есть у вас до сих пор всё настолько плохо? Я думал, вы смогли решить все ваши проблемы. Билл, но почему тогда ты мне сразу не сказал о том, что не сможешь сегодня встретиться? Я бы не расстроился, если бы мы увиделись в другой день. Зачем ты лишил себя и Диппера того самого долгожданного секса? — Если честно, я сам не знаю. Просто мне в какой-то момент показалось, что ты жутко на меня обидишься, если я отменю нашу встречу. Что ты возненавидишь меня, превратишься в моего врага. Да, надо было перенести нашу с тобой встречу. И дело, наверное, даже не в сексе. Я мог это время потратить хотя бы на общение со своим любимым, с которым я со вчерашнего дня нормально не разговаривал. Самое ужасное, что я ушёл, так ничего и не объяснив Ёлке. Он вообще понятия не имеет, что я пошёл на встречу с тобой. Теперь я понимаю, что поступил неправильно. И почему я вдруг решил не говорить ему ничего? Неужели я настолько сильно ему не доверяю? Какой же я идиот… — произнёс Билл, закрыв лицо руками.

***

      «То, что я увидел на экране ноутбука, до сих пор не выходило у меня из головы. Нет, меня удивил совершенно не сам факт того, что Билл решил посмотреть гей-порно. Я и сам частенько грешу этим, так что в этом плане претензий у меня к нему нет. Меня напрягли те конкретные видео, которые он недавно посмотрел. Их сюжет объединяло одно обстоятельство — измена. Но это ещё не самое страшное. Если бы совсем недавно я не узнал, что мой парень, отказавшись от секса со мной, пошёл в гей-клуб на встречу с незнакомцем, я бы вообще не придал этим видео никакого значения.       Возможно, всё это просто нелепые совпадения, на которые вообще не надо обращать внимание. Но я просто не мог не думать о том, что Билл нашёл себе нового любовника. Так, какой это уже раз по счёту, когда я подозреваю его в измене? Да, что-то я стал слишком ревнивым в последнее время. И это неправильно. Нельзя просто на пустом месте обвинять человека в том, чего он не делал. Даже если и присутствуют некоторые «улики» не в его пользу. В этом я вчера сам несколько раз убедился. Чего только стоит та ситуация с Кайлом. Ну, или когда Джон подставил Билла, заставив всех думать, что именно он виноват во всех неприятностях. В этих историях тоже всё было неоднозначно. Поэтому я не должен рубить с плеча. Надо дождаться Билла и вновь попытаться получить от него объяснения.       Несмотря на то, что на словах всё выглядит так легко и просто, на деле же оказалось невероятно трудно. Я не могу перестать думать о возможной измене Билла. Сколько бы я ни вспоминал те ситуации, когда я зря ревновал Сайфера чуть ли не к каждому первому встречному, я не мог смириться с неоправданностью моих опасений.       Чтобы как-то отвлечься от всех этих бессмысленных переживаний, первым делом я решил посмотреть телевизор. Может, просмотр интересного фильма поможет мне не думать о Билле? Но этот вариант не сработал, потому что, во-первых, по этому дурацкому ящику не шло ничего стоящего. А во-вторых, после слова «измена» в каком-то сериале на одной из программ мне совершенно расхотелось пялиться в этот цветной экран.       Следующей альтернативой телеку было чтение. Думаю, какая-нибудь книга уж точно направит мои мысли в правильное русло. Поэтому я пошёл в гостиную, в которой царил полнейший хаос. Все мои книги были самым небрежным образом брошены на пол. Какого чёрта тут произошло? Чем Билл вообще тут занимался, пока меня не было? Что ж, придётся убирать весь этот бардак, который он устроил. И почему это должен делать я? Неужели он сам не мог это сделать? Ну, вот, опять мои мысли сосредоточены только на нём. Даже когда его нет рядом, он всё равно каким-то образом даёт о себе знать.       Когда я поставил все книги в шкаф, кроме одной, я сел на диван и принялся читать. Хотя на самом деле я был сосредоточен лишь на анализировании всей этой ситуации с «изменой». Интересно, что сейчас делает Билл? Неужели эта встреча с каким-то непонятным человеком действительно для него была важна больше, чем секс со мной? Нет, я мог бы, наверное, его понять, если бы он мне внятно всё объяснил. Но он не удосужился этого сделать. Спрашивается, почему? Он считает, что лучше не говорить мне ничего, чем сказать правду? — Нет, я так больше не могу. Я сейчас же пойду за Сайфером и узнаю, что происходит, — произнёс я вслух и, отбросив дурацкую книгу в сторону, побежал к двери.       Выйдя на улицу, я довольно уверенным и быстрым шагом направился в сторону гей-клуба. Когда я уже был на подходе к этому небольшому зданию с яркими неоновыми огнями, меня что-то заставило резко остановиться. Что же я делаю? Поэтому я развернулся на сто восемьдесят градусов и пошёл как можно дальше от этого проклятого места.       Мне было совершенно неважно, куда я иду. Я шёл, куда глаза глядят. Поэтому я даже ненароком врезался в какого-то прохожего. Ладно, надо всё-таки хотя бы следить за дорогой, чтобы не произошло никаких несчастных случаев. Одни улицы сменялись другими, людей становилось всё больше, перед моими глазами стали мелькать всё более массивные и высокие дома, что означало моё приближение к центру города. Да я готов хоть в другую страну уйти пешком, чтобы совершенно случайно не вернуться к этому воплощению похоти и разврата.       И всё-таки я правильно поступил, что не поддался своей легкомысленности. Неужели я становлюсь нормальным и адекватным человеком, который сто раз обдумывает свои действия, вместо того, чтобы сразу идти во все тяжкие? Что ж, это очень хорошая новость. Как говорится, надо продолжать в том же духе. Я буду безмерно счастлив, если перестану себя вести как ревнивый идиот. Мне и самому это уже конкретно надоело.       В какой-то момент я вернулся с небес на землю и остановился, чтобы всё-таки определить моё местоположение. За двадцать минут безостановочной ходьбы я оказался в другом районе города. Здесь неподалёку есть большой парк, в котором я мог бы убить время, пока Билл не вернулся домой. Так я и решил сделать. Вечером тут было не так много народу, как в остальное время. Что ж, тем лучше. Никто и ничто не будет отвлекать меня от спокойной и размеренной прогулки, во время которой я мог бы ещё раз всё обдумать. Я начал свой путь по самой длинной и извилистой тропинке в этом парке. Торопиться мне всё равно некуда, так что я вполне могу пройти её всю.       Прохладный летний ветерок игриво струился по только что скошенной траве, поднимаясь вверх, к кронам деревьев, создавая ощущение невероятной свежести и наполняя парк волшебными ароматами. Твои лёгкие тут же наполнялись этими приятными запахами, не только доставляющими своего рода эстетическое удовольствие, но также позволяющими вдохнуть полной грудью воздух, отнюдь не пропитанный на сто процентов лишь выхлопными газами машин. Самым прекрасным в этом тихом и умиротворённом месте было любоваться на не менее чудесный и захватывающий дух закат. Мягкие пастельные оттенки нежно-розового прекрасно сочетались с персиковыми и глициневыми цветами. Воздушные перистые облака прекрасно дополняли общую картину, создавая таким образом восхитительный пейзаж, которым можно любоваться вечно.       Впервые за долгое время я ощутил эту неразрывную связь человека с природой, которой в городской среде остаётся всё меньше. Мне надо почаще бывать в подобных местах. Наконец-то я смог как следует отдохнуть от тех переживаний, которые стали неотъемлемой частью моей жизни. Я всё ещё не могу понять, почему наши отношения с Биллом с каждым днём всё ухудшаются. Ссоры, скандалы, недопонимания, постоянное враньё — вот, во что превратилась наша совместная жизнь. Моя безумная ревность является лишь частью тех проблем, которых на самом деле бесчисленное множество. И все они так или иначе связаны с моим недоверием Биллу. Я не только не могу не сомневаться в правдивости его слов. Я сам много чего ему так до сих пор и не рассказал. О каком доверии может идти речь? Он совершенно не знает о тех событиях десятилетней давности, которые произошли со мной в Гравити Фолз. Если бы их не было, я бы был совершенно другим человеком. Не подозревая того, я сам провоцирую Билла недоговаривать мне какие-то вещи. Как он может быть со мной полностью откровенен, если я сам многие аспекты моей жизни от него скрываю?.. Нет, я не смогу ему во всём признаться. Вспоминая те дни, я просто не понимаю, как вообще возможно общаться с таким психически больным человеком. Пускай между мной и Биллом никогда не будет доверия, но я клянусь, что он никогда не узнает, что произошло со мной в Гравити Фолз ровно десять лет назад».

***

      Если бы Диппер только знал, что не одного его посетили мысли о недоверии своему партнёру. Билл тоже задумался о том, что им давным-давно пора перестать хранить секреты и наконец открыться друг другу. Только вот подобная прекрасная мысль быстро уступила своё место непреодолимому желанию заглушить душевную боль алкоголем. У парня не возникло в голове и мысли о том, чтобы вместо этого вернуться домой, к Дипперу, и обсудить все наболевшие вопросы. Путь полного забвения оказался намного сладостнее, проще и доступнее.       Райан же в свою очередь просто не понимал, почему он здесь. Его кумир больше не обращает на него никакого внимания, он просто топит все свои проблемы в алкоголе. Может, ему стоит уйти? — Билл, я не вижу больше смысла моего нахождения здесь. Если ты не хочешь ни о чём говорить, и у тебя появились другие более важные дела, я могу идти? — спросил Райан, уже собираясь оплатить счёт за напитки. — Почему это не хочу? Я ведь ради этого сюда и пришёл. Мы даже и о половине тех вещей, которые меня интересуют, не поговорили. Например, ты мне всё ещё не рассказал, как у тебя на личном фронте обстоят дела. У меня, как видишь, всё плохо. Хочется послушать твою историю. Может, ты даже поделишься неким опытом таких крепких отношений, которые просуществовали восемь лет. Да и в принципе мне хотелось бы скрасить окончание этого дня. — То есть ты всё ещё хочешь поговорить о нашей интимной жизни с мужем? Знаешь, я бы мог, конечно, рассказать тебе о том, как и в каких позах мы с ним трахаемся, но, во-первых, он должен быть не против этого. — Так позвони ему и спроси, будет ли он против или нет. Я вот с радостью расскажу тебе о моём теперь уже нерегулярном сексе с Ёлкой. В принципе я никогда у него разрешения не спрашивал насчёт данного вопроса. Потому что для меня не принципиально, какие темы я буду обсуждать со своими друзьями. Мы же друзья, верно? — Ну, конечно же. Я буду очень рад дружбе с таким популярным, потрясающим, просто невероятным человеком как ты, Билл.       Ну и задачку же Сайфер задал Райану. Легко сказать — позвони и скажи. Но как объяснить своему мужу, почему он вдруг должен быть не против того, чтобы об их личной жизни узнал какой-то «незнакомец»? Однако в голове парня возникла другая идея, как можно будет уговорить его возлюбленного дать согласие. Поэтому он достал из кармана джинсов свой телефон и набрал номер своего супруга. — Привет, любимый. Как дела? Да, у меня тоже всё хорошо. А ты сейчас где? Уже в пути? Отлично. А ты не мог бы подъехать к гей-клубу «Послезавтра» по одному важному делу? Через пятнадцать минут будешь? Просто замечательно. Целую, — сказал Райан, завершив разговор. — Так, в смысле «ты не мог бы подъехать к гей-клубу»? Ты хочешь, чтобы твой муж приехал сюда? А зачем? Почему ты по телефону с ним обо всём не договорился? — Ну, я подумал, что будет лучше, если он сам лично всё подтвердит. А заодно узнает, кому я собираюсь рассказать о нашей с ним сексуальной жизни.       Билл не нашёл, что возразить против этого весомого аргумента, и парни принялись ждать мужа Райана. К счастью, это не заняло много времени. Примерно через двадцать минут он был тут. Как только Райан увидел своего супруга, он подошёл к нему и, вероятно, стал разъяснять ему, по какой причине он попросил его сюда приехать. Пока парни непринуждённо разговаривали, у Билла появилась возможность как следует рассмотреть своего будущего собеседника. Первое, на что Сайфер обратил внимание, была его одежда. Она совершенно не подходила для знойного лета. Кто вообще в здравом уме будет надевать поверх белой рубашки тёмно-лиловый свитер без рукавов в двадцатипятиградусную жару? Это показалось Биллу очень странным. В остальном у этого парня был вполне себе обычный внешний вид. У него были тёмно-голубые глаза, а волосы, хорошо уложенные, имели медный оттенок. Наиболее сексуальным и привлекательным делали его борода и усы, которые ничуть не старили его, а придавали даже в какой-то степени некую благородность и аристократичность.       Когда супруги закончили обсуждать свои какие-то личные вопросы, они подошли к столику, за которым находился Билл, и тоже сели за него. — Итак, Билл, мы с моим мужем всё хорошенько обговорили и пришли к выводу, что можем рассказать тебе о нашей интимной жизни только в том случае, если тебе действительно так необходимы советы в этом плане. Но сначала мне всё-таки хочется представить вас друг другу. Знакомься, Билл, это мой муж Майкл… — Джексон? — перебил Райана Сайфер и, не дожидаясь ответа, очень громко рассмеялся. Однако на его собеседников эта шутка не произвела никакого эффекта — оба парня сидели с каменными лицами. А Майкл лишь тяжело вздохнул. — Очень оригинальная шутка, Билл. Просто умираю от смеха. Кстати, какая это уже по счёту? — Не знаю. Ну, с того момента, как я с тобой познакомился, это, наверное, уже пятнадцатая. — В каком смысле пятнадцатая… А, понял. Чёрт, прости меня, чувак, я не хотел. Я просто не думал, что над твоим именем так часто шутят. Мне правда очень жаль. — Да ладно, забей, я к этому уже привык, — ответил Майкл, во взгляде которого очень ярко читалось, как же его уже достали эти вечные подколы. — Но я был бы очень счастлив, если бы люди перестали так «шутить». Тем более я не понимаю, чем моё имя так отличается от остальных. Не один я являюсь тёзкой какой-то знаменитости. Но я почему-то так ни над кем не стебусь. Я же, к примеру, не сравнил тебя с Биллом Гейтсом? — А вот я бы не обиделся. Мне, может, приятно осознавать, что меня назвали точно так же, как и основателя Майкрософта. Только вот между нами есть небольшая разница: он Билл Гейтс, а я Билл гей. Ладно, проехали. Итак, значит, ты тот самый ревнивый муж Райана, который был против его встречи со мной, да? — спросил Билл, удивляясь тому факту, что он хоть что-то помнит из разговора со своим поклонником в ту злополучную субботу. Всё-таки он не так безнадёжен, как думал. — То есть это всё, что тебе обо мне рассказал мой ненаглядный? И другой более интересной информации не нашлось. Рай, за что ты меня так не любишь? — Ну, вообще-то это не всё, что мне твой муж о тебе рассказал. Просто это самое яркое, что я запомнил. Но мне кажется, тебе следует избавиться от этой вредной привычки ревновать своего супруга к каждому столбу. Иначе ты можешь стать таким же, как мой парень. — Да я и не так часто его ревную. Тем более я может и не был против его встречи с тобой, если бы не твоя дурная слава. И вообще ты всё равно не организовываешь сходки со своими подписчиками. — Подписчиками? Ты о чём? А, ты о той группе в соцсетях? Ну, знаешь, дело в том, что я о ней узнал буквально вчера. Точнее мне о ней рассказал мой «поклонник». — Поклонник? Такой же, как я? — вмешался в разговор Райан. Ему не хотелось стать «третьим лишним». — Надеюсь, что между вами нет ничего общего. Потому что этот мой «поклонник» превратился в моего врага. — Да? И почему же? — Ну, это очень долгая история. Если вкратце, то он стал меня ненавидеть, потому что я подставил его бывшего. И он решил мне вчера отомстить. Хотя я сказал, что мне очень жаль. Всё равно его парень уже умер. — Ты убил парня своего поклонника? — Да не убивал я его. Я же говорю, это долгая история. Просто из-за меня он попал в тюрьму, где подсел на наркотики и умер от передозировки. Но сейчас я не хочу говорить о нём. Лучше ты, Майкл, расскажи для начала что-нибудь о себе. Ну, а потом можешь перейти к «той самой» теме, — на самом деле Сайферу не так уж и сильно хотелось получить какие-то советы от «более опытных» в этом плане людей. Вероятнее всего, он надеялся как можно дольше проторчать в гей-клубе, чтобы избежать неприятного разговора с Диппером, который, скорее всего, будет опять обвинять его в измене. А этого сейчас Биллу хотелось меньше всего. — Что тут можно сказать? Зовут меня Майкл, мне двадцать восемь лет. Родился и вырос я в Великобритании, если быть точнее в Англии, а в Америку переехал после окончания школы. Работаю окулистом в городской поликлинике. Не знаю, что ещё тебе рассказать… Около четырёх лет назад вышел замуж за Райана. И с того времени мы с ним носим двойную фамилию — Лоуренс-Грин. Да, раньше меня звали просто Майклом Лоуренсом. — Так вот оно что, ты, оказывается, британец. Теперь всё встаёт на свои места. А я думал, что мне показалось, будто ты говоришь с акцентом. Ну, а вообще, я очень счастлив за вас, парни. Восемь лет отношений и четыре года брака. Мне кажется, это отличный пример проверенных временем крепких отношений. Хотел бы и я также. — Ты зря думаешь, что раз мы вместе так много лет, значит, у нас всегда всё было хорошо. Разумеется, у нас с Майклом тоже было много разногласий и трудностей, которые мы смогли преодолеть только благодаря постоянным разговорам друг с другом. Без постоянного диалога, я считаю, нельзя построить такие длительные отношения.       Райан как никогда был прав. Действительно, как можно наивно полагать, что у вас всё будет прекрасно в отношениях, если вы не будете делиться друг с другом своими мыслями и чувствами? Однако ни Билл, ни Диппер даже и не пытались прислушиваться друг к другу. Конечно, ведь лучше всё держать в себе, в тысячу раз усугубляя ситуацию. — Не думаю, что диалог что-то изменит в наших отношениях с Ёлкой. Особенно когда он сам не хочет объективно обсуждать и решать те или иные проблемы. Но спасибо за совет. Я, может быть, учту это в будущем. А вообще я хотел бы ещё раз поблагодарить вас, парни, за этот прекрасный вечер. Мне невероятно приятно общаться с такими замечательными собеседниками как вы. Вспоминая вчерашние события и моего бывшего поклонничка, я просто диву даюсь, какими же разными могут быть мои фанаты. Да, три парня-гея сидят в гей-клубе и просто непринуждённо общаются. Ну, разве это не прекрасно? — Ну, вообще-то не три, а два, — поправил Майкл, лицо которого снова стало хмурым. — Потому что я не гей, а бисексуал. Кстати, меня жутко бесит, когда путают мою ориентацию. Особенно когда я говорю, что замужем. Большинство людей, узнавая об этом, сразу причисляют меня к геям. И им совершенно неважно, что существуют и другие ориентации, как бисексуал или пансексуал. Действительно, какая в этом разница? — Майкл, любимый, я прошу тебя, только не начинай. Я прекрасно знаю, что это твоя больная тема, но давай не будем разводить полемику по этому поводу. Билл не виноват, что ошибся, назвав тебя геем, а не бисексуалом. — Я понимаю, что он не виноват, но меня уже достала эта несправедливость. Особенно когда все только и делают, что говорят о правах геев. А о бисексуалах вы подумали? Мы тоже сталкиваемся с ущемлением прав, в том числе и среди геев, но не акцентируем на этом внимание. Вот почему не существует би-клубов? Или почему моих бывших партнёров, будь то девушка или парень, так волновало, что меня привлекают люди обоих полов совершенно одинаково? — Прости, Майкл, я не знал, что для тебя так принципиален этот вопрос об ориентации, — извинился Билл, похлопав по плечу парня. — Мне даже почему-то стало немного стыдно. Ведь я сам в какой-то степени ущемлял права бисексуалов. Потому что я всегда спал и встречался только с геями. Когда я узнавал, что объекту моего обожания нравятся не только парни, но и девушки, у меня сразу же пропадал к нему интерес. Я не знаю, с чем это связано. Мне было просто неприятно осознавать, что мой потенциальный партнёр целовался или даже занимался сексом с девушками. Не подумайте, я очень хорошо отношусь к женскому полу, особенно к сестре Ёлки. Да и с Джессикой, моей коллегой, мне тоже приятно общаться. Наверное, это тоже какие-то уже устоявшиеся принципы, которым я не могу дать адекватного объяснения. — Ясно. Я не осуждаю тебя, Билл. Твою позицию тоже можно понять. Но вы оба себе даже не представляете, как мне было обидно осознавать, что со мной расставались только из-за моей ориентации. Мои самые первые отношения с парнем продлились два года. За это время он очень враждебно относился к моей бисексуальности. Он запрещал мне смотреть гетеро-порно, ему также не нравилось, что среди девушек у меня много подруг. В конце концов, поняв, что ему меня изменить не удастся, он расстался со мной. Вторые отношения у меня были с девушкой. Они продлились ещё меньше — всего год. Мы расстались с ней по той же причине. Она была просто в ужасе, когда я попросил, чтобы она трахнула меня. Да, я в этом плане универсал. После этого и она бросила меня.       В очередной раз разговор резко прервался. Что ж, Биллу действительно не стоило, не узнав Майкла как следует, сразу определять его ориентацию. Удивительное дело. Это уже третий раз, когда их беседа внезапно заканчивается. Может, это ещё один из поводов разойтись им всем по домам? Зачем безрезультатно с каждым разом пытаться восстановить общение, которое всё равно рано или поздно сойдёт на нет? Но Биллу не хотелось так быстро сдаваться. Если парни уйдут, ему тоже придётся идти домой. А этого он всеми силами пытался избежать.       За то время, пока они молчали, Майкл тоже успел заказать себе коктейль. И, похоже, они с Райаном даже на какое-то время забыли о существовании Сайфера. Что ж, придётся ему напомнить о себе. — Так ты говоришь, Майкл, что ты универсал? — попытался привлечь внимание парней к себе Билл. — То есть тебе одинаково нравится быть как в активной, так и в пассивной роли? А что же насчёт твоего мужа? Он какую роль предпочитает? — Ну, я тоже универсал, Билл. Так что в этом плане нам обоим повезло. Но я всё-таки больше предпочитаю активную роль, а Майкл пассивную. — Понятно. А вот я не могу представить себя в пассивной роли. Точно так же, как и Ёлку в активной. — А я не могу представить, как же мы будем рассказывать тебе, Билл, подробности о нашей сексуальной жизни. Да и какие советы по этой теме можно дать? Чтобы ты помнил, что надо всегда прислушиваться к желаниям твоего партнёра, никогда не позволял себе лишнего, шёл ему навстречу, когда он просит тебя что-то изменить? Разве ты сам не знаешь всего этого? — а ведь Майкл совершенно и не догадывался, что до недавнего времени Билл действительно всего этого не знал. Вот бы он удивился. — Мне Рай ещё сказал, что у вас с Диппером очень давно не было секса. Я не знаю, почему так произошло, но могу посоветовать внести в ваши отношения какое-то разнообразие. Может, вы захотите заняться любовью в каком-то новом и необычном месте, попробовать какие-то экзотические практики, изменить атмосферу и обстановку. У нас с Раем тоже была когда-то такая проблема, и мы решили её с помощью тройничка. Вспоминая тот не самый лучший секс втроём, я в который раз убеждаюсь, что у нас и так всё отлично. И даже когда чувства «остывают», у меня перед глазами всплывает тот опыт, который я тут же сопоставляю с нынешней ситуацией. Могу с уверенностью сказать, что одни только поцелуи с Райаном могут возбудить меня больше, чем сто голых мужиков с огромными членами.       И вот наконец парни с головой погрузились в обсуждение темы секса. Как и ожидал Билл, у его собеседников он бывает намного чаще, чем у него самого — как минимум раз в две недели. За восемь лет отношений Майкл с Райаном перепробовали множество различных сексуальных практик и кинков. Наиболее любимыми из них были фистинг и римминг. Сайфер тоже поделился своими предпочтениями — ему больше всего нравятся фроттаж и докинг. Также парни поговорили о том, какое место в их отношениях занимают секс-игрушки. Ведь многие ошибочно думают, что этими девайсами пользуются в основном одинокие люди. А это совсем не так. Например, супруги Лоуренс-Грин довольно часто применяют их. Райан сегодня, кстати, недавно забирал из пункта выдачи свой новый вибратор, который он обязательно сегодня опробует. Дальше разговор быстро перетёк в обсуждение того, правильно ли заниматься любовью в публичных местах. У всех троих был подобный опыт, и парни сошлись на том, что в этом нет ничего плохого. Если они своими действиями не причиняют неудобства другим людям, разумеется.       Однако внезапно тема секса сменилась другой. Билл ни с того ни с сего спросил парней, планируют ли они когда-нибудь стать родителями. Райан ответил, что они не раз задумывались над этим, но пока они не готовы к такой ответственности. Хотя в будущем они были бы рады, чтобы у них появился ребёнок. Однако даже сейчас парням приходится время от времени выступать в качестве родителей для младшего брата Райана Джека, которому только недавно исполнилось четырнадцать лет. Их пожилые отец с матерью уже не справляются с гиперактивным мальчиком-подростком, который чуть ли не каждый находит приключения на свою пятую точку. Поэтому приходится им помогать, чтобы как-то облегчить их жизнь. — Вообще у меня очень замечательные родители, Билл. Мне до сих пор не верится, что они нормально отреагировали на мой каминг-аут в шестнадцать лет. Да и Майкла они приняли в нашу семью как родного. Только моего младшего брата почему-то не устраивает тот факт, что я гей. Но надеюсь, что с возрастом и он смирится с этим. — Да, родители Райана действительно очень хорошо к нам относятся. На нашей свадьбе они произнесли самую трогательную и милую напутственную речь, которую я только слышал. Жаль только, что мои отец с матерью не дожили до этого знаменательного события. Но я счастлив тому, что они успели познакомиться с Райаном и даже дали благословение на свадьбу, — слова, произнесённые Майклом, были словно нож в сердце для Сайфера. Ну, почему у него всё было с точностью до наоборот? — И снова вы заставляете меня завидовать вам. А мне вот не повезло. Мои родители оказались жуткими гомофобами. Всю жизнь они мне твердили, что геи самые ужасные люди во всём мире, и вообще их следует убивать. Мать Ёлки тоже до сих пор никак не может смириться, что её сыну нравятся парни. Сложно представить, сколько раз она его унижала и оскорбляла. Один раз я даже стал свидетелем того, как она его ударила. Это было просто ужасно. На прошлой неделе, кстати, она поставила окончательную точку в отношениях с сыном, отказавшись от общения с ним. Вы не представляете, как я её ненавижу. — Мне очень жаль, Билл, что ваши родители так нетерпимы к гомосексуалам. Я думаю, рано или поздно они поймут, какую ошибку совершили. — Да, Райан прав. И вам с Диппером совершенно не стоит переживать, что родные люди вас не приняли. Главное, что вы счастливы друг с другом. А что думают по этому поводу другие люди, совершенно неважно. Тем более я думаю, что твоих родителей судьба и так наказала. Им сейчас точно не позавидуешь. Никто бы не хотел оказаться в таком положении, в каком сейчас пребывают они. — В смысле? Майкл, ты о чём сейчас говоришь? Откуда ты знаешь, что стало с моими родителями? Разве они сейчас не живут точно так же, как раньше? — спросил Сайфер, у которого сейчас мир перевернулся с ног на голову. Неужели спустя шесть лет у него появился шанс узнать, что произошло с его отцом и матерью? — А ты разве не слышал эту историю? Что ж, я боюсь, ты будешь шокирован тем, что я тебе расскажу. Мне самому только на прошлой неделе рассказала одна из моих подруг, что стало с некогда известными миллионерами Гордоном и Элен Сайферами. Не волнуйся, они живы… Хотя, скорее всего, было бы лучше, если бы они были мертвы.       Билл с замиранием сердца ждал ответа от Майкла. С одной стороны, ему всегда было наплевать, как живут его родители. Но с другой его заинтриговал тот факт, что их жизнь спустя шесть лет кардинально изменилась. Скорее всего, не в лучшую сторону. Но Сайфер даже не подозревал, что информация, которую он сейчас услышит, навсегда изменит его жизнь.