Белый танец для белой птицы

— Вы очень похожи. Мужчина замер, удивленно округлив серые, совсем как у Совы, глаза. Соловей прыснул: — Ты сейчас шутишь? Сова похож на папу? И чем же? — Ну, — Илья смутился, — мягкостью. Улыбается так же. Не знаю. Каким-то внутренним наполнением. — Ты сейчас вообще о ком? — Соловей скептически покосился на Белого. — Ты точно не путаешь? Боря зло сузил глаза, а Илья лишь пожал плечами. После того, как братья Белого слили информацию родителям, что у него появился парень, те никак не могли отстать и требовали их познакомить. Сова держался, сколько мог, а потом ультимативно потребовал, чтобы Илья пошёл с ним на семейный ужин. Илья пофыркал для приличия, хотя на самом деле был не против. Встреча с родителями его не пугала. Даже наоборот: было интересно посмотреть на людей, вырастивших настолько не похожих друг на друга братьев. Алик Владимирович (который сразу же замахал руками и попросил называть его просто по имени) встретил Илью крайне радушно. Илья видел его на фотографиях, но те не передавали ощущения, что транслировал омега. Илья буквально с первых же минут окунулся в какое-то счастливое спокойствие, царившее вокруг него. Пожалуй, если бы он не так хорошо считывал чужие эмоции, Алик показался бы рассеянным и неуместно беззаботным. Он вежливо расспрашивал Илью про учебу и экзамены и накормил какой-то умопомрачительно вкусной лазаньей, которую, как потом оказалось, готовил Боря. Ворон пришёл один, хотя Илья почему-то предполагал, что тот тоже приведёт своего омегу. Хотя, возможно, Ворон решил зазря не накалять обстановку. Или берёг малого от Совы и его дурного языка. Ворон с аппетитом холостяка налегал на домашнюю еду, Алик только успевал подкладывать прожорливому сыну мяса. Тот благодарно мычал. — Нет, я, конечно, понимаю, что у них общие гены, — продолжил развивать тему неугомонный Соловей, — но ведь Сова злобный и депрессивный, ты уже должен был это понять, а папа… Ой! — Тоже может быть злым, — Алик отпустил ухо сына. — Вы давно знакомы? Насколько у вас всё серьёзно? — Серьёзно, — кивнул Илья. Он устал от того, что каждый, кто знал Борю, сомневался в намерениях Ильи. Алик покивал, а потом ткнул ложкой в сторону Белого: — Боря, тогда, думаю, тебе стоит перестать пить гормональные в таком количестве и перейти на более лёгкий курс. Или вовсе отказаться. — Чтобы у меня снова крыша съехала? — возмутился тот. — Ты же знаешь, как это происходит! — Ну да. Но ведь Илья теперь поможет? У тебя из-за таблеток организм ослаблен, надо бы чиститься от этой химии. Подумай, тебе же ещё рожать. Илья даже поперхнулся. Он не привык, что подобные вещи озвучиваются настолько прямо. Но, видимо, в семье Белого не стеснялись обсуждать его половую жизнь. — Внуками вас пусть этот обеспечивает, — буркнул Белый, кивнув в сторону Ворона. Тот только плечами пожал. Отчим Белого пришёл немного позже. Илья помнил, что тот много работает. — А это что за соколик? — спросил он, разглядывая Илью. Тот приподнялся и вышел из-за стола, чтобы пожать руку. — Ну всё… — протянул Соловей. — Опять, — одновременно с ним вздохнул Белый. — Это Илья, — представил его Алик. — У них с Борей роман. — Тимур, — рукопожатие оказалось крепким. — Позаботься о Совёнке, Сокол. Илья кивнул, со странным чувством отмечая, что хотя бы этот не пообещал его побить, если вдруг что. Тимур вдруг потерял к нему интерес и просочился за спинами сыновей к стоящему около плиты Алику. Всё дальнейшее заняло несколько секунд: он наклонился к омеге, вдохнул запах, шепнул что-то на ухо, отчего Алик солнечно улыбнулся и коротко поцеловал Тимура, тут же лёгким пинком отправляя за стол. Илье доводилось видеть «истинные» пары, но чтобы вот так окунаться в это… Белый лениво ковырялся в тарелке и на Илью совсем не смотрел. Нестерпимо захотелось чего-то такого, и Илья коснулся его под столом коленом. Боря вопросительно оглянулся, а потом протянул руку и снял прилипший кусочек у него с губы. Жест был таким простым, и едва ли Сова сам задумывался над тем, что делает. Но Илья с головой провалился в какую-то неуместную радость. И не смог удержать расползающуюся по лицу улыбку. — Ну что, Соколик, нам начинать откладывать деньги на свадьбу? — как ни в чем не бывало выдал Тимур и подмигнул Сове. Тот насупился, а Илья даже не нашёл, что на такое ответить. Свадьба? Какая ещё свадьба? — Вам нужно поспешить, — закивал Соловей. — Пока Сокол не одумался. — Ну, он не выглядит легкомысленным, — Тимур всмотрелся в Илью так, то тот ещё сильнее почувствовал себя не в своей тарелке. Он вдруг вспомнил, что всё ещё студент, что он бета и что пока не заработал… — Неа. Представляешь, отец, этот человек знает Сову несколько месяцев. И всё равно заинтересован настолько, что припёрся знакомиться с вами. — Смелый, — важно закивал альфа. — Или глупый. Понимаешь, Соколик, Совой мы дорожим, и поэтому кому попало не позволим пудрить ему мозги. Придётся тебе убедить меня в твёрдости своих намерений. Для начала, поедешь с нами весной к деду Киму. Как сойдёт снег, будем крышу ему на доме перестилать. Там и посмотрим, чего ты стоишь. — Особая отцовская проверка? — натужно рассмеялся Илья. Как-то он не был уверен в своих способностях к ручному труду. — А он мне не отец, — подал голос Белый. — Я разве не говорил? Илья вопросительно на него оглянулся. Боря был напряжён. И зол. Илья запоздало удивился, что он не реагировал на семейные подначки и молча выслушивал колкости со стороны Соловья и Тимура. По тому, как сузились у него глаза, Илья понял, что грядёт что-то страшное. — Мой настоящий отец был одним из тех козлов, которые покупают шлюх. Я сын шлюхи и мудака. — Сова! Не смей, — прикрикнул на него Тимур. Алик только тяжело вздохнул и поставил перед мужем полную тарелку. — Почему же? Это правда, — выдал Сова. — Может, поэтому вы меня так ненавидите? Может, поэтому я такой? — Ну, дураков у тебя в роду нет, а ты всё равно придурок, — неловко осадил его Соловей. — Дураков? — Сова чуть склонил голову. Соловей стушевался и быстро оглянулся на родителей. — Да уж, не повезло тебе, Илья, — встрял Ворон, не позволяя Белому продолжить. — Но ты, похоже, парень крепкий. Раз выдерживаешь эту язву. — И терпеливый, — добавил Алик. — В отношениях главное — уметь находить компромисс. — Главное — не будить его по воскресеньям, — поделился своей версией Ворон. — Иначе эта «сова» тебе голову оторвёт. — И не кормить после полуночи, — встрял Тимур, отчего Алик тихо захихикал. Илья не понял прикола, а Борина родня уже вовсю продолжила его наставлять. — Ты привыкнешь, — улыбнулся Алик. — Потом станет легче. — Всем нужно время, чтобы притереться. — Если что, «Афизал» помогает снимать истерики. Заведи упаковку. — Или на крайние случай мятные леденцы. Сова их обожает, — поделился Соловей. — Если не успокоится, то хотя бы рот займёт! — Кирилл, притормози! Извини, Илья, но кое-кому тяжело даётся переходный возраст. — Ничего, — ухмыльнулся Соловей, — вы уже натренированные. На Сове. — Надоело! — вдруг крикнул Белый. Он нахмурился, собрав на себе взгляды всех присутствующих, а потом вылез из-за стола и утопал в комнату. Помимо секундного замешательства, на кухне ничего не поменялось. Ворон продолжил лениво жевать мясо. Сол стал рассказывать про контрольную, Алик поставил на плиту чайник. Илья почувствовал себя чужим. Без Белого ему нечего было среди них делать. — Извините, — произнёс он и тоже встал из-за стола. Белый нашёлся в спальне, нервно раскачивающимся на стуле. — Ты в порядке? — уточнил Илья скорее даже не для того, чтобы узнать, а чтобы продемонстрировать своё присутствие. Белый резко оглянулся. Видок у него был самый разнесчастный. — Почему они делают из меня какое-то чудовище? — жалобно спросил он. — Они тебе сочувствуют! Сочувствуют, что ты вляпался в меня. Умудрился влюбиться в такого, как я. И… Он замолчал и вылупил глаза, а потом резко отвернулся. — Ты не чудовище, — Илья подошёл и опустил руку на подлокотник. Белый подумал немного и всё-таки положил свою сверху, переплетая пальцы. — Извини. — Знаешь, мне это даже нравится, — задумчиво продолжил Илья. — То, как о тебе говорят. Мне это придаёт уверенности. Что ты не упорхнёшь к какому-нибудь альфе. — Совы не порхают, — выдал Белый и сам же фыркнул от своей шутки. — Нахуй надо. — Хорошо. Я бы хотел, чтобы ты был рядом всю мою жизнь. Признание далось легко, потому как было правдивым. — Всю жизнь? — бесцветно уточнил Белый. — Вместе навсегда? Я не уверен. — А я уверен. Привыкай к этой мысли. — Что если?.. — начал Белый, но тут же мотнул головой, останавливая себя. — Что? Спрашивай. — Истинность, — прошептал омега. — Как у родителей. Что если я встречу истинного? — Не знаю, — честно ответил Илья. — Не хочу об этом думать. — Я тоже не хочу. И больше не буду, — пообещал Белый, а потом попросил: — Эй, Сокол, поцелуешь меня? …Минут через пятнадцать к ним зашёл Ворон и позвал пить чай. Бестактно прервав поцелуи. — Ты в порядке? — спросил он Сову, не прокомментировав увиденное. Тот кивнул. И поднялся с таким видом, словно собирался идти на эшафот. Илья вспомнил, что вроде как обязан теперь его защищать и попробовал: — Ворон, можно тебя кое о чём попросить? — Он вдруг завис, не зная, как сформулировать просьбу. — Ну? — Ты можешь не давить так на Сову? — осторожно попросил Илья. — Все вы? Быть с ним помягче? Братья уставились на него с совершенно идентичными выражениями, так, что Илья сконфузился. — Сокол, да всё не так, — протянул Ворон, бросив быстрый взгляд на брата. — Просто все на самом деле переживают за Сову. И все мы страшно рады, что он наконец-то… Слушай, Сова весь прошлый год даже из дома не выходил, так что… — Не правда, — встрял Белый. — Ну, до супермаркета и обратно. Это не в счёт, — не согласился Ворон. — Он ни с кем не общался. Только с нами. И всех нас здорово задолбал, так что… В смысле… Короче, мы тогда волновались из-за того, что ему никак не становилось лучше. — Ну и в итоге отец поставил условие, — продолжил вместо брата Белый. — Или я иду работать, или восстанавливаюсь в универе, или валю на все четыре стороны, потому что больше он не собирается тянуть сына-нахлебника. — И ты решил учиться, — понял Илья. Ворон хмыкнул: — Ну, Сова ещё месяца два всем нервы трепал. — Мне было страшно. Я тот ещё трус, — признался Белый. Слишком честно и слишком цинично по отношению к себе. Он зацепил напряженный взгляд Ворона и попросил Илью: — Ты иди. Мы через минуту будем. Уже выходя из комнаты, Илья не удержался и обернулся. Ворон Сову обнимал.