II.
17 июня 2018 г., 11:04
Когда на подоконнике их новой квартиры появляется Зимний, Рамлоу думает: «пиздец».
Рамлоу думает: «всё, баста».
Говорит примерно то же самое, но умалчивает самое главное: «неужели, узнали?». После окончания миссии прошли уже сутки, Рамлоу сдал Солдата с рук на руки, и его должны были заморозить, а он — вот, всё ещё функционирует.
Джейсон выглядывает из-за спины Рамлоу, выдыхает восхищённо и поднимает на него горящий взгляд, прожигая висок. Он знает про Оружие Гидры, до этого старательно выспрашивая после каждой миссии все мелочи о легендарном Призраке.
Он, вообще, знает слишком многое, что когда-нибудь аукнется вывозом по частям в пакетах в какой-нибудь близлежащий лес, если уже не аукнулось, и в этом будет виноват Рамлоу, подпустивший пригретого воробьёныша слишком близко. Ослабило ли его это? Наоборот. Проще возвращаться домой, когда есть к кому. Поставило ли это под удар самого Джейсона? Несомненно.
Зимний, конечно же, замечает мальчишку.
Зимний, конечно же, направляет на него пистолет. А Рамлоу, отслеживая его реакции, осознаёт, что карающая длань прибыла не по их душу. Иначе он бы не медлил.
Зимний Солдат просто пришёл к нему — ним — домой. Что, вообще-то, порождает собой дополнительный ряд вопросов, но они могут подождать.
— Убери оружие, — командует Рамлоу, загораживая Джейсона собой, который всё равно лезет вперёд, немыслимым образом куда-то дев джойстик и достав чёртов глок. Пистолет всё ещё великоват для него, но это абсолютно не мешает юному дарованию учиться стрелять из него по банкам за городом.
Рамлоу стоит между ними, держа в руке свой джойстик, — они с Джейсоном рубились в Инджастис последние часа четыре, игнорируя передающееся друг другу зевание, — и просто хочет убивать.
— Так, блять, — говорит он тем самым голосом, который ни для одного, ни для второго не сулит ничего хорошего. — Оружие убрали.
Джейсон получает по шее, у Зимнего — ради целости собственных костей — просто забирают пистолет.
— Залезай давай, пока не пришлось объяснять соседям, что мы завели огромного кота, — Рамлоу тянет его за плечо и останавливается, когда Зимний смыкает железные пальцы на его шее.
— Охренел, что ли? — Джейсон вскидывается, птица мелкая, которой Зимний при надобности одним движением сломает хребет.
— Стой на месте! — Рамлоу рявкает, а сам смотрит в льдистые глаза напротив, чья безжизненность лишь подчёркивается проклятым намордником. — Руку убери, Солдат.
Он давит всей своей сутью, потому что физически у него шансов никаких.
— Сейчас же, Солдат.
Зимний смотрит на него, не моргая, несколько секунд. И, наконец, разжимает пальцы.
— Джейс, — Рамлоу кивает застывшему посреди комнаты мальчишке. — Поставь чайник. Сон нам сегодня не светит.
Тот кивает и уходит на кухню, но очень медленно, не сводя взгляда с Зимнего.
Он бы выстрелил, вдруг осознаёт Рамлоу.
Выстрелил бы, мелкий пацан, бросился сам, угрожай ему — единственному человеку, что остался в жизни Джейсона Тодда — опасность. Даже если эту опасность олицетворяет собой непобедимый Зимний Солдат.
И это осознание пугает Рамлоу до чёртиков.
Разумеется, вся Гидра стоит на ушах.
Рамлоу умудряется прозевать три звонка, прежде чем телефон, вибрируя, падает со стола и продолжает вещать оттуда.
Он перезванивает, как оказывается, в медицинский отдел, отвечающий за обеспечение Солдата, и выслушивает три минуты возмущений по поводу собственной безалаберности во время случившейся катастрофы, а потом говорит, обрывая на полуслове:
— Агент у меня, поздравляю, вы чуть не проебали свою жизнь.
На том конце провода воцаряется молчание на несколько секунд. Рамлоу про себя радуется, что новости не дошли до Пирса, иначе уже весь город просто разобрали бы по кирпичикам.
— Состояние?
Рамлоу собирается отчеканить о стабильности и выглядывает из дверного проёма на кухню для визуального подтверждения, да так и каменеет там же.
Кажется, сейчас от мнимой стабильности не останется ни грамма.
Джейсон долго думает, что нужно заваривать Оружию Гидры, и останавливается на кофе со сливками. В конце концов, все любят кофе со сливками.
— С сахаром или без? — спрашивает он, бросив взгляд через плечо, стараясь откровенно не залипать на поблескивающий в свете ламп протез.
Ноль реакции, зубочистка и та более эмоциональна в своей деревянности. Зимний смотрит на него в упор, осмысленно, словно сканирует все подробности от лохматой головы до босых пяток. Джейсон пожимает плечами и отворачивается, решая, что ложка сахара ещё никому не вредила.
За стеной он слышит, как кто-то настойчиво орёт Рамлоу в трубку, и хмыкает.
А затем ставит кружку — с нарисованным на ней чудилой в красном трико и двумя катанами, любимая, между прочим — на стол перед Зимним.
Тот переводит на неё такой взгляд, словно бы Джейсон сунул ему под нос гранату.
— Ты не любишь сливки? Или кофе? Или кофе со сливками? — Джейсон опускается на стул рядом, так близко, что они соприкасаются коленями.
Зимний едва сдвигается — слишком быстро, но Джейсон чувствует, как он подбирается. Как дикая кошка. Хотя без маски, снятой Рамлоу до его отбытия на переговоры, выглядит это не так жутко.
— Без этого намордника ты вовсе не такой устрашающий, — говорит Джейсон. Наверное, чтобы просто сказать, потому что в душе не чает, что ещё говорить. И подталкивает кружку к Зимнему. Тот на мгновение опускает взгляд.
— Что это?
Его голос похож на скрип плохо смазанных дверных петель. Такое бывает, когда долго не разговариваешь. Джейсон бы заинтересовался, если бы охренел не так сильно. Рамлоу никогда не делился такими подробностями, вроде того, как разговаривает оружие Гидры. Говоря начистоту, Джейсон жил в какой-то уверенности, что он вообще немой. Становится как-то… неуютно от собственной узколобости.
— Кофе, — отвечает он, когда молчание с его стороны угрожающе затягивается. Подумав, добавляет: — Ты никогда не пробовал?
— Нет. Не положено, — Зимний дёргает головой. Длинные пряди опадают ему на лицо, закрывая глаза. Джейсон бездумно тянется и убирает их с лица, прежде чем его запястье с силой сжимают железные пальцы.
— Эй, тише! — он шипит. Кости трещат под чужим натиском. — Я просто поправил. Успокойся, что ты такой нервный-то?!
За стеной раздаётся голос Рамлоу, и Зимний скашивает взгляд, приходит к каким-то своим умозаключениям, прежде чем ослабляет хватку.
— Проще будь, — фыркает Джейсон, потирая запястье, на котором точно останутся синяки. Впрочем, надо радоваться, что рука вообще на месте осталась. Едва ли кто-то ему сделает такой же протез.
Зимний молчит, и Джейсон вдруг понимает, что он прислушивается к творящемуся в соседней комнате.
«А ведь он сбежал», думает Джейсон, вглядываясь в чужой профиль, словно высеченный из теней. Рамлоу говорил, что Зимнего погружают в сон, как ставшую ненужной винтовку отправляют в чехол. Видимо, в этот раз что-то пошло не так.
— Он не сдаст тебя, — вдруг говорит Джейсон, снова привлекая внимание сидящего рядом… человека? машины? чего-то большего?
— По крайней мере, не даст навредить. Он, конечно, мудак, но свой мудак.
Зимний удивлённо моргает, и Джейсон, вздохнув, впихивает ему в руки кружку.
— Пей.
— Совсем дурак?
Рамлоу появляется на кухне, наверное… нет, точно, вовремя. Зимний держит в руках кружку, сидя за столом, и поднимает на него взгляд. Видимо, на лице Рамлоу совсем уж недовольное выражение, потому что он ощутимо напрягается. Если Зимний Солдат вообще когда-нибудь бывает расслаблен, а не в вечном состоянии боевой готовности.
— Чего? — Джейсон занят тем, что собирает Зимнему волосы в хвост.
Собирает. Волосы. В. Хвост. Самому опасному человеку — человеку ли? — на планете. Киллеру. Призраку. Агенту Гидры.
— Отойди от него, — Рамлоу командует Джейсону, но смотрит только на Зимнего, потому что дёрнись тот — и не останется от мальчишки ни рожек, ни ножек. И не сказать, что Рамлоу будет потом зол.
Он будет просто в бешенстве.
— Не нуди, а, — Джейсон бурчит, заматывая чужие волосы из неоткуда взявшейся тонкой резинкой. Нет, ну серьёзно? — Они ему мешают. Какой кайф пить кофе с волосами?
Рамлоу набирает в грудь побольше воздуха, но решает, что выскажется позже. Вне протокола. Прежде всего, ему нужно вернуть Солдата на базу. И лично уложить в крио-капсулу, раз эти идиоты в халатах его прошляпили.
А ещё стоит понадеяться, что они только что не сломали самый ценный актив опаснейшей организации мира.
Смотря на Зимнего с нелепым хвостом на затылке, в голове которого явно что-то пошло не туда, Рамлоу решает, что отправка на базу подождёт до утра. Для всеобщей безопасности.
— Просто чокнутая птица, — он трёт переносицу.
И задумывается, что где-то в воспитании прошляпил сам.
