Without feelings. Without control

Старый и ветхий дом – старт в поиске лекарства. Если Ребекка не ошиблась, если не попала в сердце Елены. – Вот и пришли, Гилберт, пора возвращать тебя из мертвых. Снимая с плеча тело вампирши и усаживаясь вместе с ним на диван, Ребекка меньше всего надеялась на то, что она увидит посеревшее лицо с выступающими венами – это означало, что Гилберт уже не спасти. Взглянув на вампиршу, она облегчённо выдохнула. Елена не умерла, лишь бледность выдавала то, что малейшее движение в сторону сердца – и о Елене Гилберт можно забыть. Кол и так чуть задевал медленно стучащее сердце. Майклсон аккуратно вытащила деревяшку из тела Елены. Оставалось только ждать.

***

Клаус был в бешенстве. Уже через час особняк изнутри превратился в руины, и что самое главное, гибрид не мог остановиться. Его никто не мог остановить. Он был один, наедине с этим ужасным миром. После поступка Ребекки осознание пришло не сразу. "Она умерла." И как оно пришло, гибриду захотелось убивать. Каждого человека в этом проклятом городе и в грёбанном мире вообще. Он ломал стулья, диван в гостиной, смахивал невероятно дорогой сервиз на кухне, крушил от пола до потолка всё и во всех комнатах, кроме одной. Их комнаты. За три дня эта чертова Гилберт заставила Клауса почувствовать хоть что-то, кроме жажды крови и убийств. "Она умерла." Нет, Клаус никогда не полюбит, как считал он, Гилберт просто была нужна ему. Как Кэролайн, только к блондинке он испытывал влечение, и желание овладеть ей было велико. Но Майклсон не позволит выбраться истинным чувствам наружу, он убеждал себя, что их нет, но сразу же называл себя дураком, понимая, что Форбс наставила его на этот липкий путь добра, и он уже неумолимо падал в эту бездну, осознавая, что как ни крути проявил слабость. Однако он не такой. Он никогда не станет белым и пушистым, даже если Кэролайн изменит его характер. Он будет сопротивляться до конца... А Елена? За эти дни Гилберт стала его кислородом, без которого он задыхался. Он никогда не любил её, просто сейчас она была необходима, как никогда. Для него она была спасительным аспирином после похмелья. И отсутствие желаемого раздражало его и бесило. Он порывался зайти в ту самую комнату, снести там всё, что напоминало о ней. Сжечь тот рисунок, в котором отражались дьявольские огоньки в глазах Елены. "Она умерла." Выбежав из дома, он продолжал задыхаться. Безумным взглядом он наткнулся на девушку. Всё было как у неё. Каштановые прямые волосы, открытые, но мёртвые глаза, словно загоревшая лоснящаяся кожа... И такая дурманящая кровь... Это была Елена. Подлетев к ней, он начал пить её кровь, царапая клыками кожи и раздирая шею кричащей от боли девушке в мясо. Полностью осушив её, он прорычал, отшвыривая тело в сторону: – Я сам решу, когда ты умрёшь. Клауса перестало душить лишь тогда, когда знакомые до боли черты начали рассеиваться и вместо Елены, ему предстала незнакомая девушка. Не обращая внимания на труп, Клаус шёл дальше, скалясь самой безумной улыбкой, от которой всё застывало внутри. Его взгляд потерял осмысленность, преобретая желтое сияние. Он стал монстром. Он потерял себя, похоронил вместе с Еленой, с его Еленой.

***

Ребекка переводила взгляд то на часы, то на бездыханное тело Елены. Неужели всё-таки что-то случилось? Почему вот уже 15 минут Гилберт не просыпается? Встав с дивана, она ходила взад-вперед молясь о том, чтобы Елена очнулась. В гостиной раздался слабый стон. – Боже, ты жива! – воскликнула Майклсон, помогая Елене встать. – Я бы порадовалась этому, если бы тебя тут не было. Из твоих уст это звучит странно, – прохрипела Гилберт, и вспомнив, почему и зачем они здесь, быстро начала объяснять Ребекке. – Отправляйся в другой город, а желательно страну, чтобы тебя не нашли, теперь моя очередь. Клаус уже должен был стать Сальваторе, что я умерла, и они остались в Мистик Фоллс. – А если... – Ребекка замялась, не в силах произнести имя брата, – если Ник не скажет им? Что тогда? Елена незамедлительно ответила: – У нас всё равно есть существенное преимущество, – Елена ушла на кухню, полотенцем убирая остатки крови около затянувшейся раны, – даже если Сальваторе и поедут за лекарством, они будут его искать, а я сразу же прибуду в его приблизительное местонахождение, и если повезёт, я сразу же отдам его тебе. Елена, приведя себя в порядок, уж вышла из дома, как за ней побежала Ребекка, и пересиливая себя, прошептала: – Будь... осторожна, Гилберт. Ладно? Елена, усмехнувшись, ответила: – Ладно, и ты... тоже, Майклсон. Секунда – и Елена исчезла, растворяясь в лесу, и Ребекку еще больше начали терзать сомнения.

***

Елена бежала, постоянно сворачивая то налево, то направо, пока знакомый голос не окликнул её. – Елена, стой! Гилберт резко остановилась и повернулась в сторону звука. Увидев женский силуэт, она усмехнулась. – Моя подруга Кэролайн, – саркастично произнесла вампирша, – чем я обязана твоим визитом? Кэролайн замешкалась, явно она не знала, что встретит Гилберт. – Разве ты не... – С Клаусом? – перебила Елена, хищно улыбаясь, отчего Кэролайн невольно отошла назад, – да, я с Клаусом, а что, ревнуешь, подружка? Форбс явно опешила от вопроса Гилберт. –О чем ты говоришь? И я... Я... С чего ты взяла? Елена довольно улыбнулась, медленно наступала на Кэролайн. – Знаешь, мы так хорошо проводим с ним время, – подойдя вплотную к блондинке, Гилберт начала накручивать кудрявый локон Кэролайн на палец, – дни, а особенно ночи, они прекрасны. Ты ведь знаешь, мы с ним переспали. Кэролайн остолбенела. Она не ожидала этого. – Нет, это просто... Ты это не ты, тобой движут инстинкты... – нелепо шептала Форбс. – Мы переспали два раза. По обоюдному желанию, моя дорогая. Как тебе? Какого услышать о измене? Какого понимать, что возлюбленный ходит налево за твоей спиной? Ты не принцесска, Кэролайн, пора бы тебе это понять. Елена умчалась, оставляя Кэролайн одну. Телефон завибрировал в кармане девушки. Дрожащими пальцами Форбс достала навязчивый мобильник. На экране высветился знакомый номер. – Тайлер? Я скоро приеду к тебе.