Without feelings. Without control

В доме Сальваторе целый день царил хаос. Братья пытались как можно скорее собрать всё нужное к поездке, но из-за постоянных перепираний они так ничего и не сделали. – Нет, это невозможно, Деймон, – подытожил Стефан, устало откдиваясь на диван, – если так продолжится дальше, мы не получим лекарство. – Впервые за столько лет с тобой солидарен, Стеф, – Деймон откупорил бутылку бурбона, – мы же не переежаем в конце концов. Возьмём несколько бутылок неплохого вина и как говорится, в добрый путь! Стефан тяжело вздохнул. – Давай заглянем к Елене, вдруг Клаус издевается над ней... Деймон поперхнулся, крутя пальцем у виска. – Ты серьёзно? Прийти к Клаусу и добровольно? Брось, у нас с ним сделка, он с ней ничего не сделает. Нам нужно уезжать и побыстрее, если хочешь, чтобы Елена не стала копией Кэтрин. Сделав последний глоток, старший Сальваторе вышел из дома. Стефан нехотя поднялся с дивана, переступая порог, печально произнёс: – Боюсь, её уже не вернуть...

***

Елена остановилась в местном хостеле Пенсильвании. Ей нужно было время. Нет, она была уверена во всём, и получить лекарство – для неё пятиминутное пустяковое дело. Просто она хотела отдохнуть от этой суматохи и надоедливых Мистик-Фоллских "друзей". Забронировав номер, девушка вышла на улицу, уже освещённую фонарями. В небе сгущались облака, образуя покров, через который не было видно ни одной звездочки. Прохладный ветер прыгал по верхушкам деревьев, будоража их кроны, отскакивал от крыш домов, стуча в окна, пытаясь ворваться, но увы, был непрошенным гостем, поэтому составил компанию блуждающей по улицам вампирше. – Что, также одинок, как и я? Знаешь, одиночество – не самая плохая вещь на Земле, – рассуждала Гилберт, получая в ответ приятную прохладу. – Нет, не самая, ужаснейшая вещь – понимать, что ты нужен, но ничем не можешь помочь, – внезапно услышала Елена и обернулась. На безлюдной дороге стоял тот, кто всегда вызывал улыбку. Кто всегда оказывался вовремя. – Элайджа, – Гилберт хотела улыбнуться. Очень хотела, но вместо этого, у неё получилась усмешка. Ей она не нравилась. Что с ней такое? Что происходит? – Елена, – Майклсон так и оставался стоять на месте, заставляя Елену приблизиться к нему. Но она не могла. Что-то внутри неё щёлкало, переключались, кипело. Голову сдавила боль, вампирша сжимала виски, царапая кожу до крови. – Что со мной, чёрт возьми, происходит?! Елена дрожала. Внутренний монстр рвал и метал, рыча и не уступая новому, но с другой стороны чему-то знакомому. Воспоминания внезапно начали крутиться у нее перед глазами: встреча, переживания, жертвоприношение, смерть Джены, смерть Джона, письмо, её смерть... И всё ассоциировалось с одним именем: Элайджа. Боль медленно поражала грудную клетку, переходя к тому месту, где, по сути, должно быть её сердце. Но его нет! Она не та Елена! Её нет! – Нет, она умерла! – закричала Елена, падая на колени. Монстр когтями вырывал эту боль. Но и "это новое" имело огромную силу. Они вели ожесточенный бой. И кажется, пока кто-нибудь из них не сожрёт другого, эта война не прекратится. Елена теряла рассудок, её лицо то преобретало сеточку вен, то вновь становилось нормальным. Гилберт не могла ничего сделать. Ей была уготована роль зрителя в этом спектакле, театром которого была она сама. Рычание вырывалось из уст Елены, сменяясь стоном, её шатало, пока она просто обессилев не упала на асфальт. Элайджа медленно опустился рядом с Еленой, пытаясь помочь ей. – Эмоции. Ты чувствуешь, как каждая из них наполняет твой разум, поглощая тебя? Ты включила чувства, Елена. Я помогу тебе справиться с этим, как раньше ты помогала мне. Твоё сострадание – дар, Елена. Поднимая взгляд на Майклсона, Елена лишь коварно улыбнулась, наклоняясь к первородному. – Нельзя вернуть то, что уже существует, Элайджа. Елена встала, понимая что спектакль удался на славу. Она сама чуть не поверила в весь этот фарс, что она устроила. И перед тем как исчезнуть, произнесла, вновь посылая Элайдже холодную улыбку: – Я еще вернусь к тебе, Элайджа. Майклсон поднялся с холодной земли, не переставая улыбаться. Он понял всё.