Папочки

      Изуку прикусил кончик языка, старательно орудуя кисточкой, Хитоши неподалеку рылся в ящиках стола в поисках блёсток. Весь пол вокруг уже был забрызган красной краской и усыпан огромным количеством цветной бумаги.       — Такие подойдут? — баночка с фиолетовыми блёстками была найдена.       — Не, — помотал головой Изуку, а после эмоционально взмахнул руками, пачкая красной краской не только себя и друга, но и стены. — Нужно что-то рождественское!       — Есть красные, — заглядывая в ящик, поведал Хитоши.       — Она и так красная. Сольётся, некрасиво будет, — надулся сын Всемогущего, удерживая разукрашенную Белку в руках.       — Может просто зелёным нарисуем на ней ёлки? — предложил Шинсо, подхватывая кошку на руки. Свитер теперь тоже был в красной краске. Отец по головке не погладит. — А фиолетовые блёстки на клей и будто ёлочные шарики.       — О, должно получиться красиво, — рассмеялся Изуку, а после вдруг погрустнел. — Как думаешь, они успеют прийти?       — Папа обещал, а он всегда исполняет обещания, — кивнул мальчик.       — А как же обещания убить дядю Хизаши? — нахмурился Мидория.       — Так папа же шутит, — пожал плечами Хитоши.       — А что ему мешало пошутить в этот раз? — надулся мальчик и забормотал. — Если Сотриголова обещает и выполняет, то, значит, не шутит. Если не выполняет, то шутит. А если шутит и выполняет... а если...       — Стоп! — Хитоши несколько дезориентированно потряс головой. Иногда его друг начинал размышлять слишком много и абсолютно не по делу. — Ты слишком много думаешь, Изуку-кун! Тебе стоит прекратить так делать!       — Как я могу не думать? — удивился Изуку. — У меня не получится, Хитоши-кун.       — Так давай вместе попробуем? — склонил голову набок.       — Ты попробуешь не думать ради меня? — растроганно спросил мальчик. — Это же невероятно сложно...       — Ты же мой друг, Изуку-кун, — серьёзно посмотрел на друга Хитоши и самоотверженно заявил. — Я ради тебя и брокколи съем, и не думать научусь.       — О, Хитоши-кун, я ради тебя... Да я тоже готов сделать всё и больше! — Изуку стёр слезы с глаз. — Плюс Ультра, Хитоши-кун!       — Плюс Ультра, — короткий смешок был максимум эмоций от Шинсо. — Так, а теперь стараемся не думать...       Ребята напряглись, Белка воспользовалась шансом и сбежала на шкаф, но мальчики даже не заметили этого, полностью поглощённые своим занятием. В мыслях постоянно что-то витало. То розовый слон в костюме Всемогущего, то скамейка, похожая на бегемота, то дядя Хизаши в костюме лебедя, за которым гонится Сотриголова, то белая обезьянка.       — Не получается, — расстроился Изуку.       — У меня тоже, — нахмурился Хитоши. — Может попросим совета у дяди Хизаши?       — А чем нам поможет Сущий Мик? — удивился Мидория.       — Папа часто говорит, что дядя не думает. Нечем, — ответил мальчик, убирая с пола краски и кисточки. — Но я всегда думал, что он просто шутит... Папу тяжело бывает понять. То он шутит, то нет... В лице совершенно не меняется, — покачал головой Шинсо.       Мидория предпочёл промолчать, что и по Хитоши трудно определить его истинные мысли. Оттереть красную краску от стены не получилось, лишь ещё больше размазали, а потом оказалось, что Белка оставила уйму красных следов.       — Ну... Зато пока твоего папы нет, нам не надо оправдываться перед ним, — тоскливо осматривая алые кляксы на каждой более или менее горизонтальной поверхности, сказал Шинсо. Свет замигал. — Что это?       — Лампочка скоро перегорит, — поднял взгляд Изуку на успокоившуюся люстру. — Папа заменить хотел, да забыл. Может украсим красный чем-нибудь, чтобы не так заметно было? Только не знаю чем...       — У меня наклейки с жуками красивыми были, — задумчиво проговорил Хитоши. — Можно их на стены, чтобы не так пятна заметны были. Наклейки, прямо как настоящие. А на полу можем сами попробовать нарисовать.       — Хм... У меня очень красиво получаются гусеницы! — радостно воскликнул Изуку, вновь хватаясь за краски, Белка что-то возмущённо мяукнула со шкафа.       — Займись полом, Изуку-кун, — важно кивнул Хитоши. — Я заклею всё на стене.       Вскоре комната превратилась в рай для дезинсектора. Наклейки на стенах не смогли перекрыть весь красный, поэтому в некоторых местах было похоже, что жуки кого-то убили. На полу дети изобразили много гусениц, жучков, даже парочку больших двухвосток (подсмотрели как они выглядят в энциклопедии, оказалось, что у Изуку получается вполне хорошо рисовать даже тараканов!). Ребята остались довольны своей работой, комната стала, по их мнению, очень красивой, и красная краска в неположенных местах выделялась не так уж и сильно. Теперь ругать их точно были не должны.       — Хэй, детишки, ваши папочки задерживаются на суперском спасении людей, поэтому Сущий Мик всё ещё с ва... — возможно, что сам мир отчего-то невзлюбил дядю Хизаши, ведь именно в этот момент лампочка решила последний раз замигать и, в смертельном порыве, окончательно перегореть, осветив на мгновение вымазанных в чём-то красном детей и кучу вполне реалистичных в темноте насекомых, которые ползали по крови (испуганный количеством насекомых вокруг разум Сущего Мика выдал только такую версию происходящего). Удивительно, что от страха у героя даже голос пропал, вырвался лишь приглушённый писк, когда со шкафа на Ямаду глянули два горящих желтых глаза, что были окружены слипшейся от крови, не иначе, шерстью.       Сущий Мик, Хизаши Ямада, друг Сотриголовы и Всемогущего, свалился в спасительный обморок, хорошенько приложившись затылком об пол. Откуда было знать детям, что профессиональный герой может так сильно бояться насекомых, что ему привидится вместо краски — кровь, а воображение ещё и дорисует кошку-мутанта и детей-зомби? Словом, Изуку и Хитоши так перепугались, что дядя Хизаши неожиданно упал без чувств (словно умер), что после бесплодных попыток разбудить его, ломанулись к "красному" телефону, который использовать было строжайше запрещено, если не случился конец света.       Всемогущий и Сотриголова находились на операции как раз. Тайное проникновение и последующий срыв планов злодеев были обязательными пунктами уже их собственного плана, который полетел Белке под хвост, когда зазвонил тревожный телефон. Вся тайность операции полетела опять же к несчастной красной Белочке под хвост, когда Изуку выронил телефон и тот разлетелся на части. Аккумулятор улетел далеко под диван, дети так и не смогли его достать. Стоит ли говорить, что когда Айзава и Тошинори смогли перезвонить, то трубку никто не взял? Телефон же Сущего Мика был разряжен. Так быстро Всемогущий и Сотриголова не работали никогда.       Сущий Мик пришел в себя минут через десять, после своего совсем негеройского падения. Рядом сидели красные не только от краски, но и от смущения дети. Изуку, запинаясь и заикаясь, рассказал, что они случайно испачкали комнату, что попытались всё исправить, но не думали, что получилось настолько плохо, что дядя Хизаши упадет в обморок (Мик на этом моменте рассказа нервно рассмеялся), то, что они пытались позвонить родителям, ребята умолчали. Не хотелось, чтобы ругали ещё и за это.       Хизаши достал тряпки, швабру, обозначил фронт работ и пошёл размазывать, иначе не скажешь, краску по полу детской. Изуку и Хитоши с тряпками наперевес боролись с наклейками, которые приклеились намертво к стене. Через час и даже через два ситуация не улучшилась, грязи стало ещё больше, в краске была вымазана теперь не только Белка, но и Сущий Мик.       — Да-а-а... — потянул герой, оглядывая поле битвы швабры с краской, где первая явно проиграла. — Нам конец от твоего папочки, Хитоши-кун.       — От моего? — удивился Хитоши, весь обклеенный наклейками ребенок вызвал бы умиление у Хизаши, если бы на наклейках не было насекомых. — Разве мы разгромили не дом Всемогущего?       — Так Всемогущий более милостив к окружающим, чем Айзава, — поёжился Мик, вспоминая что-то крайне неприятное. — Так и что мы делать будем, ребятня?       — Может приготовим супергеройский очень вкусный рождественский ужин? — засиял Мидория.       — Хм, женщины говорят, что сытый муж — довольный муж, — припомнил давнее высказывание от какой-то своей подружки Мик и крикнул так, что дети аж подпрыгнули. — Решено! Готовим рождественский ужин! Плюс Ультра!       — Плюс Ультра! — с энтузиазмом поддержал Изуку, Хитоши лишь только покачал головой, он-то помнил, что готовить дядя Хизаши совсем не умел.

***

      — Хитоши! — Айзава влетел в выломанную Всемогущим дверь так быстро, будто обменял родную причуду на какую-нибудь ракету.       — Изуку-кун, где ты? — осматривался в собственной квартире Тошинори, а потом заметил бурые (Белка умудрилась смешать у себя на лапах просто удивительные оттенки) пятна. Всемогущий побледнел.       — Там дым, — Айзава бросился в сторону кухни. — Мик, ёкай тебя за ногу, я тебя урою!       — О, слава Ками, вы в порядке, ребята, — Всемогущий крепко обнял детей и затесавшуюся между ними кошку.       Мик и дети, за несколько минут до прибытия обеспокоенных родителей как раз сожгли всё, что сжечь было можно и нельзя (это и дало дым, что увидел Айзава). Зато, как оптимистично сказал Мидория, у них ещё оставался салат, украшенный красивыми фиолетовыми блёстками.       — Папа, задушишь, — застенчиво посмеялся Изуку, Хитоши молча терпел.       — Что произошло? — хмуро осматривал разгромленную кухню Айзава.       — Мы... Пап, мы ужин вам готовили, — активно кивающий Мик отошел за спину Шинсо.       — Почему вы позвонили на тревожный телефон? — нахмурился Всемогущий. — Мы очень перепугались, когда не смогли ни до кого дозвониться.       — Прости нас, папа! — Изуку, бесхитростная душа, выложил всё, как на духу, успел за время рассказа покаяться во всём и взять всю вину на себя.       — Нет! Это я виноват. Папа, дядя Тошинори, Изуку не виноват, — смело выступил вперёд Хитоши, под восхищённое "герой" от Всемогущего.       — Ладно, чего уж там, — тяжело вздохнул герой номер один, моментально прощая детей. — Пойдёмте. Искупаем вас, а то вам сейчас только Хэллоуин праздновать.       Под громкий смех Всемогущего и началась уборка. Айзава одним лишь взглядом пообещал Хизаши все кары небесные, если подобный прокол хоть когда-нибудь повторится.       — А хорошо, что мы вам позвонили, — сидя на высоком стуле и покачивая ногами, заявил Изуку.       — Почему же? — оторвался от вырезания снежинок Всемогущий, Айзава заинтересованно посмотрел в их сторону, отвлекаясь от заказа ужина.       — Вы же всё-таки приехали! Успели. Теперь мы вместе отпразднуем, — широко улыбнулся Изуку.       — Я же говорил, что папа всегда держит свои обещания, — рисуя праздничную открытку, похвастался Шинсо.       Не стоит и говорить, что на задании Сотриголова и Всемогущий пропадали уже неделю, что сегодня они точно не успели бы вернуться, если бы не один волшебный звонок на тревожный телефон. Маленькие рождественские чудеса на то и чудеса, чтобы происходить с самыми маленькими.       — С Рождеством, Изуку, Хитоши.