Non timebo mala

      Погода испортилась, облака плыли низко к земле, солнце будто потускнело, в любой миг мог пойти дождь. Гномы перестали шутить и петь, время от времени Гарри спрашивал о чем-нибудь, но ответы были односложными и тихими, так что в конце концов маг слез с метлы и пошел пешком чтобы хоть чем-то себя занять.       В таком настроении прошло еще несколько дней, гномы были подавлены, все уже привыкли к тому, что Гарри иногда идет пешком, отходит, отстает, а потом прилетает как маленький ураган, врезаясь в пространство между Фили и Кили. Когда это перестало всех отвлекать, Гарри поймал себя на мысли о том, что пытается придумать что-то что могло бы поднять настроение угрюмым путникам.       – Смотрите, что это? – вдруг спросил зоркий Кили и все встрепенулись, Торин ухватился за рукоять меча, Принц показывал пальцем на маленький золотистый шарик, летящий в паре метров над Гарри. Снитч всегда оставался с ним в качестве талисмана, да он и не отлипал от мага, летая и раздражая, так что Поттер просто привык таскать его в рюкзаке. Иногда мячик вот так вот вылетал, когда было скучно. А сейчас скучно.       – Все нормально, это мое, – с улыбкой остановил волшебник поднявшего лук Кили. Подумав, Поттер решил, что наверно, это их отвлечет наконец от мрачных мыслей. – Это мяч для игры на метлах.        Гарри метнулся за снитчем, но вместо того чтобы влететь в руку, как обычно, мячик понесся в сторону, с ухмылкой приняв вызов, маг рванул за ним. Гномы восхищенно вздохнули, наблюдая за магом, который с невероятной скоростью гнался за золотой вспышкой. Бильбо чуть приоткрыл рот, смотря вверх, пытаясь уследить за всеми движениями. Фили с тревогой думал о том, не упадет ли Гарри с метлы, Кили, поначалу переживавший по этому же поводу, через минуту забыл об этом, уже представляя себя самого на метле.       Мячик ухнул вниз, пропетлял между гномами, сделал круг вокруг шляпы Гэндальфа, взлетел наверх, достиг вершины сосны и спикировал вниз под прямым углом. Гарри не думая проследовал за ним, ветер бил по лицу, свистел в ушах, но внутри волшебник чувствовал такое счастье, что хотелось глупо рассмеяться.       – Гарри! – в ужасе выкрикнул Фили, когда до земли оставалось всего два метра. Гарри выкинул руку вперед и схватил снитч, выправляя метлу в полуметре от земли. С совершенно счастливой улыбкой он показал гномам маленький золотой мячик с серебряными крылышками. Облегченно выдохнув, Фили легко улыбнулся, замечая, наконец, в глазах парня веселье.       Подлетев, Гарри тихо попросил прощения у старшего Принца и, дождавшись кивка, начал рассказывать о квиддиче заинтересованным гномам.       Торин с одобрением смотрел на повеселевший отряд, этот парень совершенно удивительным образом заставил с интересом слушать даже Двалина и Глоина, которым в принципе всегда все было не важно, не считая битв, конечно.       Довольный поднявшимся настроением отряда, рассказывая об игре Гарри чувствовал такое спокойствие, какого не было в его жизни уже очень давно. Хоббит, вспомнив о том, что на метле можно летать вдвоем, ведь маг предлагал, попросил слегка удивленного такой уверенностью Гарри полетать.       После Бильбо попросился Кили, потом, смущаясь и краснея - Ори. Так Гарри прокатил всех, кроме Гэндальфа, Торина и Фили. Если с первыми двумя было понятно, то молчание Фили порядком озадачило, однако Гарри решил отложить это на потом, так как Король уже приказал останавливаться на ночлег.       Раскладывая палатку Гарри заметил пытавшегося взлететь на метле Кили, отсмеявшись Гарри объяснил, что для этого должна присутствовать не только магия, но и предрасположенность. Уязвленный гном успокоился только после того, как услышал внушительный список магов, которые совершенно ужасно держатся на метле. Задорно хмыкнув, он вручил Гарри Молнию и взял с него обещание, что тот покатает Принца еще как-нибудь.       Вечер начался замечательно, Бомбур, начавший было ворчать по поводу заканчивающейся еды, был прерван стуком мешка, наполненного мясом. Гарри не хотел говорить, как много у него еды в сумке, иначе гномы просто съедят все за несколько дней, а потом будут страдать, кушая одни сухари. Магу было неизвестно сколько еще им идти, но он подозревал, что поход не закончится в ближайшие пару месяцев.       Пару раз до парня долетали обрывки споров Гэндальфа и Торина по поводу остановки в каком-то Ривенделле. Попытавшись спросить у Принцев что это, Гарри наткнулся на шиканье, лишь через полчаса, отойдя так, чтобы Король не услышал, Фили и Кили объяснили Гарри что это город эльфов. Все еще не понимая причины, по которой Король так упирается, маг кивнул и сел у костра, который гномы по привычке разжигали каждую ночь. ***       В тишине, нарушаемой лишь равномерным дыханием послышалось глухое рычание. Торин, резко открыв глаза, схватился за рукоять меча, лежащего на кровати рядом, бесшумно повернулся и замер. Этот мальчик метался по кровати, выгибаясь словно от боли, одеяло запуталось в ногах, одежда прилипла к телу, волосы разметались по подушке, а руки судорожно сжимали простынь. Еще один рык вывел Торина из оцепенения, он отложил меч и тихо ткнул рукой ногу спящего на кровати рядом Фили.       Натренированный гном резко сел, выхватывая нож из под подушки и увидел лицо дяди, кивающего головой за спину Принца, скользнув глазами по безмятежно спящему на кровати напротив Кили, Фили наконец увидел Гарри. Благодарно кивнув уже легшему обратно Торину, гном тихо встал и подошел к магу.       Его лицо было искажено болезненной гримасой, на лбу от контраста температур выступил шрам в виде молнии, которого Фили до этого не замечал. Принц потряс мага за плечо, вырывая из кошмара. Через секунду в горло гнома упиралась палочка, Гарри тяжело дыша быстро оглядел Фили с ног до головы и медленно отпустил руку.       – Прости, привычка.       – Да нет, мы тут все так, – улыбнулся Фили. – разве что брат скорее подушкой швырнется.        Ухмыльнувшись, Гарри встал, аккуратно отвергая помощь гнома. Несмотря на сопротивление, Принц дошел до самой ванны, встав за дверью, ожидая пока Гарри выйдет.       – Не замерзнешь? – Фили кивнул на мокрые волосы мага.       – Неа, все нормально. Слушай, а кто в дозоре? Это не будет странно?       – Неа, – хмыкнув ответил Фили направляясь к выходу из палатки. – Но я оценил твою попытку отвлечь меня, – Фили кивнул дежурящим Глоину и Оину и сел с другой стороны, спиной к костру, жестом подзывая Гарри.       – Гарри, что тебе снилось? – дождавшись пока маг пристроится спросил Фили.        Он никогда не мог найти ответ на такие вопросы. Говорить правду всегда было больно, лгать - неправильно. Он видел доброту, открытость гномов, успел привязаться к ним всего лишь за две недели, он наверно, мог бы доверить им прикрыть его спину в сражении. Но рассказать сейчас все это... Было страшно. Особенно при Фили. Принц вызывал у Гарри чувства, которые он не мог понять. Он хотел чтобы Фили всегда улыбался и не хотел, чтобы смотря на мага гном видел те ужасы, которые происходили с ним.       По большей части Рон и Гермиона отдалились именно из-за этого. Да, они все волновались друг за друга, дружили, заботились. Но в какие-то моменты Гарри отчетливо понимал, что одним своим видом напоминает друзьям о войне, причем не о Победе, а о том, что им пришлось пережить во время поисков крестражей.       – Гарри, скажи мне правду, – маг повернулся к Фили лицом и тот вздрогнул от тоски плескавшейся в зеленых глазах.       – Мне снилась война. В нашем мире была война. Из-за чего и почему – не важно. Просто, существуют и плохие волшебники, по-настоящему злые. Я... – Гарри сглотнул ком в горле и хрипло продолжил, – Я потерял почти всех на той войне. Единственное что у меня осталось – мой крестный сын, Тедд. Его родители были дороги мне, и в битве я... Я не уберег их. Из-за меня погибло столько людей, Фили, – Парень затравленно заглянул в голубые глаза, в предрассветных сумерках ставшие насыщенно синими. Фили, всегда умевший слушать, помнящий все те трудности, которые его семье пришлось пройти прежде чем жизнь в Синих горах устаканилась, помнящий слезы матери, думающей что дети ее не видят, понимал мага. Понимал, что не сможет узнать как ему больно, понимал, что прошлого не вернуть, так же, как понимал что этот парень заслуживает счастья.       – Гарри, послушай. Все они умерли не из-за тебя. Они умерли сражаясь за то, что считали правильным. Я знаю, что дядя винит себя в смерти Фрерина и моего отца, но вы оба неправы. Нельзя так. На их месте мог оказаться ты, ты ведь не бежал с поля боя? –дождавшись отрицательного качка головой, Фили осторожно приобнял Гарри за плечи. – Вот видишь. Ты не мог предотвратить это, – Фили чуть отстранился и коснулся лбом виска Гарри. – Это один из наших жестов, – гном посмотрел на мага и с удовольствием увидел, что Гарри понял что именно хотел выразить принц. Гарри улыбнулся. Взгляд гнома потеплел.       – А что такое крестный сын? — Маг подвинулся ближе к теплому боку гнома и, опустив голову, тихо засмеялся.       – Ну, это уже один из наших обычаев...        Вышедший на смену братьям Торин удовлетворенно хмыкнул, увидев задремавшего у Гарри на плече Фили. Сам маг обернулся и благодарно кивнул головой, король пожал плечами мол "я тут не при чем" и отвернулся. Ухмыльнувшись, Гарри вернулся к размышлениям о сердцевине к палочке крестника. ***       На следующий день хлынул дождь. Он обрушился неожиданно, ливнем, сразу же закрыв обзор водяной стеной. Гарри вихрем облетел всех членов отряда, без разрешения накладывая на плащи водоотталкивающее заклинание, подобное тому, что Гермиона применяла к его очкам во время матча по квиддичу на третьем курсе.       Гэндальф сначала растерялся, а потом с улыбкой поблагодарил, Бильбо облегченно расслабился, да, одежда уже успела немного намокнуть, но зато не намочится еще больше. Торин хотел что-то возмущенно прикрикнуть, но потом лишь отвернулся, а после того, как Гарри подлетел обратно к Принцам, Кили заговорчески прошептал, что если бы на месте Поттера был Гэндальф, Торин бы ему врезал. Получив легкий подзатыльник от Фили, младший Принц скорчил рожицу и отвернулся.       – Ну серьезно, он бы врезал, – тихо прошептал Кили на ухо мага.       Рассмеявшись Гарри покачал головой. Уж этот гном точно никогда не унывает. Однажды он откопал в палатке давно забытую там гитару, так его потом весь вечер никто заткнуться заставить не мог.       Несмотря на ужасную погоду, отряд продолжал двигаться, Узбад упорно вел вперед, словно выискивая что-то, когда Нори, Глоин и Бомбур уже были готовы взвыть от усталости и сырости, дождь закончился так же неожиданно как и начался.       Еще через два часа Торин дал знак останавливаться, Гэндальф с тревогой осмотрел развалины дома, предлагая поехать дальше. Гарри, в принципе, был согласен, здесь было жутко. Но Король видел уставшие лица своих гномов, они отошли в сторону, о чем-то споря, Гарри повернулся к Бильбо, помогая расседлать пони.       В какой-то момент Гэндальф просто развернулся и с раздражением пошел прочь, а Гарри с досадой подумал о том, что теперь, без местного волшебника, будет туго. Казалось, Гэндальф одним своим видом отпугивает неприятности.       – Фили, Кили, стерегите пони. Глаз с них не спускайте, – твердо произнес Торин, даже не выглядя раскаивающимся или жалеющем о потере Истари.       С радостью приняв у Поттера еще один мешок с едой, Бомбур напевая начал готовить, Гарри отсел ближе к палатке и достал палочку. Рябина... Он очень надеялся на то, что Тедду она подойдет. Мальчик рос добрым, честным, не по годам взрослым, Гарри отчетливо помнил, его реакцию на правду о родителях. Маг сразу же решил, что как только Тедд подрастет настолько, чтобы понимать и задавать подобные вопросы, он расскажет ему все, без утайки. Эдварду было пять с лишним тогда, он сидел у Гарри на коленях и несколько минут молчал. Потом улыбнулся, светло и открыто.       – Значит, они герои, да? – сияющим взглядом карих глаз он уставился на крестного.       – Да, они герои, волчонок. Самые храбрые и самые сильные.        После этого разговора, вопросов о смерти Римуса и Доры не было, Тедд расспрашивал об их жизни и Гарри рассказывал все так подробно, как мог.       Когда он научился поддерживать один цвет волос и глаз вне зависимости от настроения, Тедд остановился на розовых волосах матери и карих, почти желтых глазах отца.       Сейчас, когда крестнику было уже десять, Гарри с уверенностью мог сказать, что он вырастет сильным и добрым волшебником, достойным своих родителей. Да, определенно рябина подойдет.       – Держи, – Гарри с удивлением поднял голову и увидел руку Торина, держащую тарелку с едой.       – Спасибо, – гном сел рядом, наблюдая за улыбающимся магом.       – Ты молодец. Не то чтобы гномам грозила простуда, но быть сухим приятнее, – Торин склонил голову в благодарном жесте. – Поешь и иди спать. Ты не ложился больше, я знаю. Уставший маг нам ни к чему.       Парень, еще больше удивившись, вглядывался в лицо Короля, но тот продолжал есть как будто ничего особенного не происходит. Ничего и не происходило, он переживал за участников своего отряда. Например хоббит, хоть и не жаловался, всегда извлекал из всего пользу для себя, если это не ущемляло других, конечно. Он всегда был не прочь поспать подольше, поесть побольше. Торин не мог сказать, что он отлынивает от работы или объедает остальных, но он точно знал, что Бэггинс получает всего в достатке.       Насколько это возможно в подобном походе. А этот парень — нет. Он будто привык загонять себя, а гном, незаметно для себя уже привязавшийся к нему, не мог позволить парню свалиться где-нибудь в обморок.       Не прошло и получаса с того момента, как Гарри ушел в палатку, как к костру выбежал Фили и ничего не сказав, указал расширившимися глазами на оружие и махнул в сторону леса. Когда гномы тихо, быстро и слаженно собрались и пошли за Принцем, Фили одними губами произнес "Тролли". ***       Медленно открыв глаза, Гарри сел в кровати, прислушиваясь к тому, что происходит снаружи. Ни звука. Нахмурившись, маг поднялся и вышел. Оружия не было, следов борьбы тоже, так же как и гномов. Не было никого. Растерявшись, Поттер начал осматриваться, пытаясь понять, что произошло.       Вдруг в тишине раздался глухой звук со стороны леса. Не думая, Гарри пошел на шум, вытаскивая палочку. По дороге он поднял валявшийся нож одного из гномов. Он подошел достаточно близко, чтобы видеть костер и услышать обрывок фразы одного из уродливых существ о дневном свете. Маг судорожно пытался вспомнить то заклинание, которым Гермиона прогнала дьявольские силки на первом курсе.       – Постойте! Вы делаете ужасную ошибку! – Гарри замер, услышав голос Бильбо. Конечно, он тянет время! Подняв голову, Гарри с разочарованием выдохнул, до восхода солнца оставалось еще по меньшей мере полчаса. Хоббит вполне умело заговаривал троллей, но времени оставалось много. Маг прикрыв глаза вспоминал, воссоздавая события первого курса в голове. Это заклинание он никогда не использовал, не было нужды. Вот оно и забылось. Гарри с досадой уперся лбом в ствол дерева.       – Ты думаешь я не знаю что ты задумал? – раздраженный возглас вывел Гарри из раздумий. – Этот хорек держит нас за дураков!        Больше не думая ни секунды, Гарри бросился вперед. Плевать, все равно что-нибудь да придумается. Или вспомнится. Всегда так было.       – О, привет, ребята, – Фили с ужасом перевел взгляд на беспечно улыбающегося Гарри, который прислонившись к дереву поигрывал палочкой.       – Гарри! – воскликнули Принцы одновременно, Фили с тревогой, Кили с надеждой.       – Беги! – рыкнул Торин. Три тролля с интересом разглядывали появившегося человека.       – О, человек! Вкусно, люблю людей! Еще и детеныш! – один из троллей облизнулся и поднялся на ноги.       – Как невежливо, ребят. Вы что, не знаете кто я? – в притворном возмущении воскликнул Гарри. Тролли замерли. Маг буквально слышал скрип, с которым работали их мозги, если они вообще у них имелись.       С раздражением рыкнув, тролль в фартуке тоже поднялся.       – Какая разница! Хватайте его, парни!        Гарри хмыкнул, резко выставил палочку перед собой, мысленно благодаря адреналин, заставивший его голову работать.       – Люмос салем!        В лица троллей ударил солнечный свет, с противным громким визгом они отшатнулись. Проскользнув между ослепленными и кое-где затвердевшими троллями, Гарри приблизился к костру и взмахом палочки потушил его, выпустив струю воды.       В этот момент, тот, что стоял дальше всех уже пришел в себя и с воплем стремительно приближался к магу, сунув Двалину его же нож, Гарри развернулся.       – Вспыхни, – в тролля полетела струя огня, опаляя кожу. Еще один визг. Увернувшись от занесенной ноги, Гарри использовал режущее заклятье и отскочил в сторону. С криком схватившись за ногу, тролль в фартуке упал на землю.       Гномы наблюдавшие за схваткой все больше убеждались в предположениях о том, что маг побывал во многих битвах. Фили и Торин, знавшие это наверняка, помрачнели.       Такой навык мог говорить лишь об избытке тревог и боли в жизни Гарри. Король никогда не хотел, чтобы кто-то из его гномов переживал то, через что прошел Торин, а этот маг так притягивал к себе, его хотелось защищать как члена семьи, как сына. Он не должен был проходить через те трудности, о которых он сам молчит, но о которых так кричит его поведение и внешность. Узбад еще помнил, как переживал в тот самый первый раз, когда племянники отправились в свой первый поход - сопровождать людской караван.       Единственное, что успокаивало Короля, так это то, что его мальчикам не пришлось видеть боль настоящей битвы, они слишком молоды для этого. А этот парень еще моложе.       – Рассвет идет и смерть вас ждет, – Гэндальф появился очень вовремя, еще немного и Гарри загнали бы в угол. Тролли замерли, развернулись. Ударив посохом, волшебник расколол каменную скалу, скрывавшую первые лучи восходящего солнца. Весь отряд застыл, заворожено наблюдая за каменеющими троллями.       Первым пришел в себя Гарри.       – Фили, Кили, Торин! – маг метнулся в сторону королевской семьи, взмахом палочки разрезая мешки вместе с веревками, которыми связали гномов. Бомбура, Балина и Оина уже освобождали те, кто слез с вертела. Освободив и осмотрев всех троих Гарри заметил сломанный нос короля.       – Торин, – позвал Гарри, гном приподнял бровь, напоминая сейчас профессора Снейпа. – У тебя нос сломан. Можешь встать ровно и закрыть глаза? – осторожно произнес маг.       Король недоверчиво прищурил глаза, смотря в лицо парня, потом оглядел троллей и поле боя. Повернувшись обратно к магу, Торин вздохнул и закрыл глаза. Гарри облегченно выдохнул.       – Будет больно, – не дав Королю ответить, Гарри наставил палочку на лицо гнома, — Эпискей.       Кость хрустнула и, зашипев, гном ухватился за нос.       – Прости, знаю что неприятно. Мне тоже нос вправляли на шестом курсе. Зато целый, – неуверенно улыбнулся Гарри под удивленными взглядами членов отряда. Торин лишь покачал головой и отошел к Гэндальфу, который освободив Бильбо рыскал по местности в поисках пещеры троллей. Подойдя к хоббиту, Гарри взмахом палочки залечил неглубокую царапину у него на виске.       – Ты молодец. Если бы ты не отвлек их, мое вмешательство не помогло бы, – сжав плечо Бэггинса Гарри чуть наклонился, вглядываясь в его глаза. – Поздравляю с первой успешной командной победой. Хоббит смущенно улыбнулся и слегка склонил голову.       – Это было здорово! – Кили подошел к Гарри и хлопнул его по плечу. – Тут должна быть пещера с сокровищами, идем поищем.        Гарри с улыбкой покачал головой, сказав что надо собрать палатку и вещи, Балин и Ори решили помочь и они втроем ушли.       Фили, повернувшись к брату кивнул головой в сторону. Если пещера есть, а она есть, то там должно быть много всего. В том числе оружие. Гарри нуждался в мече, палочка ведь такая хрупкая, сломается и все, нету мага. Фили поморщился. Кили ободряюще сжал его плечо. Они всегда понимали друг друга.