Non timebo mala

      Гарри, прислонившись спиной к плечу Фили, сидел на кровати с ногами и слушал оживленную речь Кили. Он рассказывал о своем детстве, о брате, который вытащил его, еще совсем мелкого из бурлящих вод реки, текущей неподалеку от дома. О матери, которая, по мнению мага была просто невероятно удивительной, потрясающей женщиной. Впрочем, плохо подумать о ней было просто невозможно, сыновья отзывались о ней с такой любовью, что парень не мог не чувствовать тепло в груди каждый раз, когда Дис появлялась в рассказах братьев.       – В общем, – взмахнув рукой и резко усевшись по-турецки на пол перед кроватью сказал Принц. – Лицо насмерть перепуганного Фильки и его полные слез глаза – первое мое осознанное воспоминание.       – Лучше бы вспомнил, как сам ревел, – с привычной полуулыбкой произнес Фили. Гарри улыбнулся, прижимаясь к теплому телу, скрытому под светло-голубой рубахой. Оказалось, что гномы от природы теплее людей, в горах то холодновато, так что Гарри теперь беззастенчиво этим пользовался, используя братьев как передвижные обогреватели.       Через два дня они должны были уходить, на рассвете, так что все ловили последние тихие и спокойные часы. За прошедшие четыре дня братья постоянно уходили в город днем, а Гарри проводил время с Балином и Ори, с ними было спокойно, маг ценил это. Старый гном все рассказывал, его истории никогда не были скучными и казались бесконечными. С удивлением Гарри понял, что слушает те же самые истории что и в походе, но с новыми подробностями.       Парень понял, что преодолел определенный барьер, стал не то чтобы своим, но уже не таким чужим, ему доверяли все больше информации и это было важно для него. И полезно. Гарри мысленно поблагодарил всех богов за то, что не дотрагивался ни до чьих волос, когда узнал что это самая оберегаемая гномами вещь.       Принцы же трудились в кузне. Времени было мало, а Наследный Принц хотел сделать по-настоящему хорошее оружие. Кинжал. Так он решил, он удобный, не тяжелый и как раз будет магу по руке. Что скажут остальные, заметив его работу в руках парня, Фили не волновало. Почти. Он знал что это серьезный шаг, но был уверен в том, что делает. Брат тоже не сидел без дела, ему нужно было как можно больше стрел, наконечники которых он и ковал. Почему-то никто из них даже и не думал, что оружие действительно понадобится. Принцы делали его скорее по привычке, проводя дни в работе.       Но к вечеру они непременно возвращались и до ночи сидели в комнате мага, рассказывая истории из своей жизни. В основном, конечно, говорил Кили, Фили лишь что-то напоминал, иногда подправлял, но остальное время просто молча разглядывал Гарри, подмечая его реакцию и мелкие детали, впитывая его привычки, буквально вбивая его образ в свой мозг. Он точно мог сказать что вызывает его улыбку или заставляет хмуриться. Что можно спрашивать, а на что он все равно не ответит. Принц пытался узнать что-то о прошлом мага, спрашивал, направлял, не зря ведь Торин и мама заставляли его часами сидеть на уроках Балина и учиться искусству вести переговоры. Однако, видимо и Гарри умел это делать, потому как после того разговора парень не сказал ровным счетом ничего важного, да, он говорил о детстве, но это были какие-то мелкие случаи, не говорящие ничего ни о том, где и как он жил, ни о том, как и кем воспитывался.       Не то чтобы Фили обижался по этому поводу. Он умел ждать. ***       Гарри бродил по Ривенделлу набирая еду в свою безразмерную сумку. Гномы не знали о закупке, Гарри до сих пор боялся говорить им о том, что у него есть еще, ему казалось, что им только дай возможность поесть. Сейчас маг был невероятно благодарен непробиваемому спокойствию и абсолютной незаинтересованности эльфов-продавцов. Запихнув приличное количество мяса, рыбы, картофеля и добавив пару бочонков эля, парень кинул заинтересованный взгляд на толокно. Штука полезная, хотя наверно гномы не согласятся есть это, но на всякий случай… И полезно и питательно.       – Если вы отправляетесь в поход, – вдруг произнес эльф-продавец с темными волосами и серо-зелеными яркими глазами, – позвольте посоветовать лембас.       – М… Лембас? – Гарри приподнял брови.       – Первый поход? – улыбнулся эльф и не дождавшись ответа принялся объяснять. – Это эльфийский хлеб, один кусочек способен насытить взрослого человека.       Оттенок гордости прозвучал в его голосе и Гарри невольно удивился живости и непосредственности эльфа. Внезапно, в голове пронеслась мысль, что, возможно, у эльфов тоже есть подростки. Ну не рождаются же они взрослыми сразу.       Улыбнувшись, Гарри закупил около сотни эльфийских хлебцев. Торин будет возмущаться, определенно, но и он не сможет отказаться от еды, если его люди будут голодать.       Внезапно, маг выхватил из толпы знакомую копну темных волос. Кили. Повинуясь природному любопытству, Поттер же как никак, парень двинулся следом. Как и ожидалось, Принцы были в кузне. Вот только если Кили сейчас ничего не делал, сидя на высоком для него стуле, болтая ногами и уминая булочки, то старший Принц усердно работал, скинув рубаху.       Фили стоял спиной ко входу, шлифуя лезвие на точильном камне. Гарри, встав в проеме, не мог отвести взгляд от искр, летящих во все стороны. Вот принц приподнял лезвие, оглядел, удовлетворенно кивнул и вложил в печь. Через пару минут красное от жара лезвие отправилось в чан с маслом, повалил столб пара, но маг все еще вглядывался в смутную фигуру гнома, выпрямляющего лезвие. Кили, спрыгнув со стула принес брату еще две детали, которые Гарри опознал как гарду и навершие. Несколько минут и небольшой клинок с лезвием в двадцать сантиметров был готов.       – Не думал, что это так завораживает, – произнес маг, с удовольствием наблюдая за растерявшимся на секунду Кили и Фили, наставившим на Гарри клинок.       – Гарри! – Кили улыбнулся и впихнул непонятно откуда взявшийся нож обратно в наручи. Фили отчего то смутился и отвернулся, безуспешно пытаясь спрятать кинжал.       – Привет, – улыбнулся маг. – Фили, ты чего?       Кили перевел взгляд на брата, потом на Гарри и растянул губы в шкодливой ухмылке.       – Ну, я пойду, – гном замахал руками, – там меня Двалин зайти просил, в общем да, пока, Гарри.       Фили бросил взгляд на брата и маг удивился тому, сколько в нем было паники. Кили, не обращая ровным счетом никакого внимания на это, похлопал Гарри по плечу и с улыбкой вышел.       – Что-то случилось? – вопросительно произнес парень, глядя на порозовевшего, наверно от жары кузни, принца.       – Я… – голос гнома сорвался и он был вынужден прочистить горло прежде чем продолжить. – В общем, я бы хотел, чтобы ты принял это, – засовывая кинжал в ножны произнес Фили. Гарри в удивлении уставился на обитые красным бархатом ножны, с выбитой на них змеей, которая обвивала кинжал и переползала в рукоять. Голова змеи с зелеными глазами-изумрудами служила навершием, в широко открытом рту красовался желтый берилл - гелиодор.       Гном, не подозревающий о том, что именно рассказывал магу Балин, чуть расслабился, будучи уверенным в его незнании, и даже слегка улыбнулся, передавая кинжал. Приняв оружие Гарри стоял около минуты, не веря своим глазам.       – Ты что, сам это выковал? – глупый вопрос, учитывая тот факт, что он наблюдал само действо, но верилось все равно с трудом.       – Да… – насторожившись ответил принц. – Вот тут, – он указал на камень-навершие, – кнопка, нажмешь, и на лезвие выльется пару капель сильного яда. Это полезно. Не пойми неправильно, я видел твою магию, просто…       – Стали ты доверяешь больше, – с пониманием закончил маг. Фили в облегчении выдохнул и кивнул.       – Но почему змея?       – Ты говорил про факультеты, я-то хотел льва, но Нори нас увидел один раз и… Ну в общем, он посоветовал, – Принц махнул рукой, не собираясь уточнять, что вообще они тут орали друг на друга часа два. Нори был уверен, что хитрость – не очень хорошее качество для гномов – на самом деле то очень даже полезна, а Гарри слишком тихий и спокойный по сравнению с теми гриффиндорцами о которых рассказывал он сам.       – Тебе не нравится?       – Очень. Очень нравится, правда, – Гарри поднял благодарный взгляд. – Для меня будет честью принять его.       Гном расплылся в улыбке. Теперь все будут знать что Гарри – его Единственный. Пусть даже сам парень этого не знает.       Гарри с трепетом прикрепил кинжал к поясу. Мэрлин, как же он был благодарен Балину, который с блеском озорства в глазах буквально на днях рассказал ему о том, как гномы строят семьи. Их поэтому и было мало. Влюбляются они редко, и всего лишь один раз в жизни, а заставить их жениться на нелюбимой просто нереально. У гномов нет праздных ухаживаний. Маг, опустив голову, улыбнулся. Теперь все будут знать, что он – Единственный. ***       В общей сложности отряд оставался в Долине неделю со дня прочтения карты. Гарри наслаждался покоем, светом и обществом гномов. Время будто замерло, даря спокойствие. Поход, Одинокая Гора и дракон Смауг перестали волновать и нависать над отрядом страшным обязательством и долгом. Разве что Торин нетерпеливо ожидал начала Белого Совета, чтобы уйти как можно скорее.       В последнюю ночь все собрались на том же самом балконе, однако уже не ломали мебели и не разжигали костры. Гномы сидели в кругу, травя байки, рассказывая анекдоты и веселые истории. Оказалось, Кили получил те шрамы отрезав Торину прядь волос в детстве.       – Это вы сейчас смеетесь, – обиженно засопел принц, – а мне вообще-то больно было! Кто ж знал, что дядя так разозлится.       Фили хмыкнул и потрепал брата по голове, подмигивая улыбающемуся Гарри. Маг жался к теплому телу и тихо млел под насмешливо-понимающими взглядами гномов.       Внезапно они начали петь. Один за другим. Сначала Торин, прикрыв глаза он пел об Эреборе. Та же песня, но длиннее. Узбад пел о Короле эльфов и гномьих мастерах и все слушали затаив дыхание. Балин пел о Мории, о ее величии и древних Королях. Песня Бофура восхваляла Морийские шахты и их богатства. Замешкавшись, Дори запел о древних героях, о Дурине и его великих наследниках. Оин пел об Избранных. О великих посланниках Махала, меняющих историю Арды.       Их голоса были грубыми, низкими, но завораживающими и глубокими. Они пели с душой, чувствуя каждое слово и Гарри невольно расстраивался, когда каждый из них заканчивал свою песню, и он определенно, совершенно не ожидал подвоха.       – Ну что, теперь очередь нашего Бойца с троллями, – задорно воскликнул Бофур хлопнув ладонями.       – Чего? – резко выпрямился парень.       – Это обычай, – спокойным голосом начал объяснять Фили. У Гарри появилось стойкое ощущение, что вот сейчас Принц над ним тупо прикалывается. – Через пару часов мы выходим, каждый должен спеть.       – Но… – парень оглянулся вокруг. – А чего Бильбо не поет тогда?       – А он спать ушел, – ехидно протянул Кили.       – А вот если бы нас была сотня, тогда чего? – пребывая в легком шоке пробормотал Гарри.       – Так ведь поют главы семей, – назидательно произнес Фили.       – Но я не умею! – не унимался парень.       – Вреееешь, – пропел Кили. Скорчив рожицу принц вскочил и куда-то убежал. Буквально через минуту он вернулся с гитарой в руках. – Это ж твое.       Все еще находясь наполовину в растерянности, не зная злиться, смеяться ему или плакать, Гарри принял гитару проклиная себя за то, что вообще объяснил гномам что это такое. Кое-как настроив инструмент, маг кинул умоляющий взгляд в сторону наследного Принца, потом на Короля. Оба были непреклонны. Мол, обычай. Чертыхнувшись, Гарри начал перебирать пальцами формируя легкую, мягкую мелодию. If this is to end in fire

Если нам суждено сгореть в огне

Then we should all burn together

Тогда мы сделаем это вместе

Watch the flames climb high into the night

Глядя, как пламя лижет небо ночи

Торин замер, неверяще глядя на мага. Нет, он не мог видеть Эребора. Calling out father, oh stand by and we will

Услышь зов, отец, о, будь настороже, и мы

Watch the flames burn on and on the mountain side

Увидим пламя на горном склоне

Но где еще он мог видеть пожирающий все на своем пути огонь? And if we should die tonight then we should all die together

Если нам суждено умереть этой ночью, тогда мы умрём все вместе,

Гномы застыли, вслушиваясь в тихий голос неуверенно поющего парня. Raise a glass of wine for the last time

Поднимем бокал вина в последний раз!

В глазах Двалина блеснуло одобрение, уголки его губ чуть приподнялись. Calling out father, oh prepare as we will

Услышь зов, отец, о, будь готов, когда мы

Watch the flames burn on and on the mountainside

Узрим пламя на горном склоне

Desolation comes upon the sky.

И небо обратится в пустошь

Кили прикрыл глаза, почему-то вдруг наполнившиеся слезами. Oh should my people fall then surely I'll do the same

И если мои люди падут, то я последую за ними

Фили сжал кулаки, опустив голову, глядя в каменный пол. Confined in mountain halls, we got too close to the flame

Запертые в горных чертогах, мы стоим слишком близко к огню.

Торин отвернулся, сжимая губы, с болью вспоминая горящую гору, тлеющий шлейф сестры и подпаленные пряди волос Фрерина. Calling out father, oh hold fast and we will

Услышь зов, отец, о, стойко держись, и мы

Watch the flames burn auburn on the mountainside

Узрим пламя на горном склоне

Балин горько ухмыльнулся, складывая руки на груди. And if the night is burning I will cover my eyes

И если ночь заполыхает, я закрою глаза,

Голос окреп, стал увереннее, полился по пустым залам дома Элронда, отдавая эхом. For if the dark returns then my brothers will die

Ведь если тьма вернётся, мои братья погибнут.

Гэндальф, беседующий с Владыкой, оборвал себя на полуслове. Они переглянулись. And as the sky is falling down it crashed into this lonely town

Небо, падая, обрушилось на этот одинокий город,

Эльфы, что еще не спали, оторвались от своих дел, прислушиваясь и оглядываясь. And with that shadow upon the ground I hear my people screaming out

И под этой тенью, укрывшей землю, я слышу — мой народ кричит.

Гарри задержал струны и, распевшимся голосом, переводя взгляд с Торина на Кили, запел. Oh misty eye of the mountain below

Горное око во мгле впереди

Keep careful watch of my brothers' souls

С душ моих братьев взор не своди.

Он обвел взглядом гномов, каждый из которых теперь стал ему близок. Как братья. И пусть он не знал насколько близок им стал он сам, это не важно. And should the sky be filled with fire of Smaug

И если небо накроет Смауга пламя

Все вздрогнули и уставились на мага, в упор смотрящего на Фили. Keep watching over Durin's sons.

Дурина сыновей ты храни*

      Элронд, стоявший около поднявшего в небо лицо Истари, решил, что теперь сделает все, чтобы отряд смог благополучно уйти. С этим магом никакое проклятье не страшно.       Тихо закончив Гарри опустил голову. Вот теперь даже у Бильбо, который незаметно подошел и встал в тени, возникло желание идти в Эребор, вернуть дом этим гномам, и не важно, чего это будет стоить.       Фили молча поднялся, утягивая за собой мага и без слов сжал в объятьях. Торин улыбнулся уголками губ, подошел и положил руки сверху, пропуская под ними вскочившего Кили, который спрятал лицо в плече брата.       Балин переглянулся с Двалином. Этот человек сделал то, что никто уже давно сделать не мог - понял и принял народ Кхазад.