Liebe ist mit vorgehaltener Waffe

      Мирон переживает, сильно. Мелкая дрожь активно гуляла по его телу, ему было страшно. Он никогда не выходил в "высшее" общество и сейчас чертовски волновался. Единственное, что его хотя бы немного успокаивало, это то, что Карелин будет рядом. Тот точно не даст его в обиду. Но увы, он не сможет посидеть весь вечер рядом с ним. Поэтому напряжение не покидало его.       — Что такое, Мирош? — спросил Слава, когда заметил, что его партнёра всего трясёт.       — Волнуюсь, немного. — честно ответил Фёдоров. Он решил быть предельно честным с Карелиным.       — Понимаю, заинька. Всё будет хорошо. А если что-нибудь случится, то не бойся и без лишних слов иди ко мне. А если какой-нибудь альфа будет к тебе приставать, то ты скажи ему, что только мой.       — Твой? — слегка непонимающе повторил Мирон. Слова его спутника звучали немного странно.       — Да. Можешь конечно сказать, что ты мой муж или парень, но тебе скорее всего не поверят. — спокойно сказал Вячеслав, чуть приобнимая Окси. — Я часто ходил на такие вечера с омегами лёгкого поведения, что не особо хорошо. Теперь люди просто не верят, что я по-настоящему могу находиться с кем-либо в серьезных отношениях.       Эти слова заметно задели Мирона. Он-то только поверил в то, что действительно дорог Карелину. А тут он такое говорит ему. Гадко и неприятно, но нужно держать лицо. Всё-таки важное мероприятие.       — Прости, неверно подобрал слова. Я же не про тебя. Ты у меня никак не путана. — уверенно проговорил Слава. Он не хотел обидеть своего молодого человека и уж тем более не считал его омегой низких моральных ценностей.       — Извини. — ласково произнёс Вячеслав. Для не было чем-то постыдным извиниться перед любимым парнем.       — Ничего. — тихонько ответил ему Мирон, приобнимая его в ответ. — Мы скоро приедем?       — Да, уже подъезжаем. — громко сказал Замай. Он давно хотел пойти на подобный вечер, но всё время руки не доходили. И вот сейчас он вполне сможет наверстать упущенное и как следует расслабиться.       — Ты готов? — с задором спросил Карелин, осторожно поглаживая Фёдорова по плечу.       — Да, наверное. — слегка неуверенно проговорил Янович, но всё же постарался взять себя в руки.       — Тогда пошли. — твёрдо сказал Вячеслав и вышел из машины. Он галантно поддержал дверцу автомобиля, чтобы его омежка вышел. И они втроём, Мирон со Славой за ручку и одиночка Андрей, вошли.       Мирон честно говоря, очень потерялся, когда увидел сколько здесь было людей и насколько большим и шикарным было помещение. Он никогда не видел ничего подобного. И Окси, наверное, давно бы упал в обморок от шока или что-то вроде того. Но Карелин тихо-тихо, едва слышно успокаивал его. Поэтому, Фёдоров лишь сильнее сжал рукав чужого пиджака. Ему так было спокойнее, ведь тогда он чувствовал, что Слава рядом.       — Просто непринужденно улыбайся и здоровайся. — прошептал ему на ушко Карелин, медленно подходя к мужчине под пятьдесят в дорогом сером костюме и тёмно-синей бабочке.       Рядом с этим человеком стоял такого же возраста омега, на нём был элегантный тёмно-красный костюм, а на руках и шее красовались явно не дешёвые золотые украшения.       Мирон запереживал, но всё же натянул дежурную улыбку. Всё-таки нельзя было опозориться перед Славой. Тот так хотел, чтоб вечер прошёл просто идеально и так желал, чтобы он пошёл вместе с ним. Сейчас нельзя было давать заднюю.       — Доброго вам вчера, Василий Михайлович. — с улыбкой проговорил Карелин, протягивая руку для пожатия. — Евгений Дмитриевич, вы как всегда просто обворожительны.       — Здравствуйте, Карелин. — сказал Вакуленко и незамедлительно пожал чужую ладонь. Хоть ему этого и не сильно хотелось, но этикет есть этикет.       — А вы, как всегда внимательны, Вячеслав Валерьевич. — с улыбкой произнёс омега и с интересом посмотрел на спутника Карелина. — А что это за нежный цветочек с тобой?       — Это мой молодой человек. Фёдоров Мирон Янович. — с гордостью в голосе проговорил Вячеслав. Он легонько кивнул Окси в знак того, что пора уже что-то сказать.       — Здравствуйте. — тихо сказал Фёдоров. Ему было стыдно за свой страх, но он старался держать лицо.       — Здравствуйте, Мирон Янович. Должен заметить, что вы выглядите просто великолепно. — мило улыбаясь, говорит Василий Михайлович.       — Благодарю. — сказал Янович, он всё ещё крепко держался за руку Карелина.       — Мирон, давайте отойдём, выпьем немного вина и поговорим о нашем, о омежьем? Вы же не против, Карелин? — спросил Евгений. Он прекрасно видел чужое напряжение и решил немного разрядить обстановку.       — Конечно. — быстро ответил ему Вячеслав и нехотя отпустил Мирона.       — Пошли. — коротко сказал Дмитриевич и повёл Окси в сторону стола. Он взял с него два бокала красного сладкого вина и отдал один из них Яновичу.       — Можешь выдохнуть парень. Это первый твой официальный вечер, верно? — спросил омега и выпил глоток вкусного и явно дорогого вина.       — Да, первый. Я, если честно, просто потерян. — откровенно говорит Мирон. Он не знает, можно ли доверять этому человеку. Но всё-таки решил быть честным.       — Выпей чуть-чуть и станет легче, поверь. Мне обычно помогает. Хотя это вино чёрт знает какого года на вкус просто отвратно. Водка с вишнёвым соком и то слаще. — с улыбкой проговорил Евгений. И Мирон засмеялся, негромко и сдержанно, но искренне.       Когда он вдоволь насмеялся, то выпил маленький глоток этого вина. На вкус оказалось не так, как он думал. Ему казалось, что если уж вино называется "сладким", то и вкус должен быть сладким. А на деле же, кислятина кислятиной.       — И вправду не очень. — сказал с улыбкой Янович.       — Это точно. Так, кем ты работаешь или ещё учишься?       — Я писатель. Окончил гуманитарный университет, года два назад. Учился на филолога. — рассказал Мирон.       Он понял, что не стоит говорить о том, что он работает обычным дежурным бухгалтером в какой-то старой конторе. Но он не врал, действительно окончил этот университет и получил именно эту профессию. Но увы, работать по ней у него не вышло.       — Это интересно. Я тоже, когда был молод очень любил читать. Особенно мне нравился Асадов. Ох, какие стихи.       — О чём это говорят такие очаровательные омежки? — хитро улыбаясь, спрашивает внезапно подошедший к ним альфа.       Молодой парень не старше тридцати. У него были густые чёрные волосы и слегка смугловатая кожа. Его карие глаза моментально жадно впились в Фёдорова. Под этим внимательным взглядом Мирон успел пожалеть, что вообще сюда сунулся.       — Максим, прекрати уже. Совсем надоел. — вздохнул Евгений и быстро ушёл, прихватив с собой Яновича. Но настойчивый парень всё не отставал.       — Евгений Дмитриевич, а что это за чудо рядом с вами? — с ухмылкой спросил молодой человек.       — Это парень Карелина. Так что даже не подходи к нему. — прошипел Евгений и ускорил шаг.       Бедный Фёдоров ничего не понял, его накрыла волна смущения и неловкости. Ему пока никто кроме Славы комплименты не делал.       После этих слов он немного сбавил свои обороты и отошёл в другую сторону. Мирон и Женя отошли в небольшой коридор, где обычно сидели сладкие парочки и поддавались плотским утехам. Но сейчас, так как вечер был официальным, здесь никого не было. И они могли спокойно поговорить.       — Ух, наконец-то, отделались от него. — блаженно проговорил Дмитриевич. Он всё также держал в руках бокал вина и отпил немного.       — Кто это? — отходя от лёгкого шока, проговорил Фёдоров.       — Это помощник моего мужа, Максим Акин. Наглая морда, пристаёт ко всем подряд. Раздражает до ужаса, но работает отлично. Поэтому уволить его нельзя. Увы.       — Разве вашему мужу приятно смотреть на то, как к вам пристают? — с недоумением спрашивает Янович. Ему казалось, что все альфы относятся к подобному с негативном.       — Он просто не знает. Понимаешь, мой муж не особо внимательный человек. Вообще мало, что замечает. — печально говорит Евгений. — Ну да ладно. Забудем про него. Я, пожалуй, схожу и принесу нам ещё немного вина. Хорошо?       — Хорошо. — соглашается Мирон. Он оставил свой бокал с вином на столе и совершенно забыл об этом. Поэтому новый стаканчик не помешал бы.       Не сказать, что Фёдоров чувствовал себя пьяно. Нет. И очень-очень приятно ему ещё тоже не было. Он вообще не любил алкоголь и никогда его собственно не пил. Это можно сказать был его первый нормальный раз. Из-за этого он боялся, что его унесет.       — Так ты детка Карелина? — внезапно спросил его неизвестный голос.       — Я-я его парень. — неуверенно промямлил Окси. Ему было не очень приятно находится с этим человеком наедине.       — Ага, знаю я его. Сколько стоишь? — с интересом спрашивает Максим. Он без лишнего стеснения начинает трогать Мирона за руки.       — В смысле "сколько стою"? — с непониманием спросил Фёдоров и постарался убрать с себя чужие руки. Ему было противно от чужих прикосновений.       У парня были грубые и холодные руки. У Карелина же были приятные и тёплые ладони. Они всегда нежно и мягко ласкали его тело, доставляя тем самым ему неистовое удовольствие.       — Бля, пиздец ты тупой. — с раздражением проговорил молодой парень. — Карелин раньше таких охуенных омег брал. И откуда ты только такой вылез?       Мирон сдержанно промолчал, ему не хотелось ввязываться в драку. Но настойчивые руки всё также нагло трогали его. И это было мягко говоря неприятно.       — Так сколько стоит твоя тощая задница?       — Она не продаётся. — громко сказал Фёдоров и попытался быстро уйти отсюда прочь. Но те руки грубо прижали его тело к стене. Мирону стало по-настоящему страшно.       — Да ладно, не ломайся. Это же твоя работа. — со скверной улыбкой проговорил Акин. — А эти сучьи губки? Сколько в рот?       — Бесплатно, сука! — громко сказал внезапно подошедший Карелин. Он быстро подошёл к ним и без лишней жалости ударил молодого парня по лицу. Тот отшатнулся от омеги, чем Мирон и воспользовался.       — Заинька, подожди меня на балконе, хорошо? Я скоро приду. — мягко сказал Вячеслав. И Фёдоров ни мог его не послушаться.       Он спешно ушёл в сторону большого красивого балкона. Ему и самому не особо хотелось наблюдать за тем, как Слава избивает кого-то. Избиение кого-либо и без того было не самым приятным зрелищем, а тут ещё и в драке участвует любимый человек.       Мирон вышел на балкон, закрыл за собой дверь и задёрнул шторы. Он облегчённо вздохнул и присел на большие каменные перила. Сидеть увы, было не на чём.       Янович опустил свой взгляд вниз. Второй этаж, впринципе не так высоко. В любом случае умереть не удастся. Только, если упасть ровно на небольшой каменный фонтан. И то, он только сломает себе всё, что только можно. Но не умрёт. Мирон в последние время очень часто думал о смерти.       Фёдоров и не заметил, как дверь за его спиной открылась. Он чуть вскрикивает, когда чьи-то сильные руки крепко прижимают к себе. Окси не сразу заметил кто это, поэтому сразу же стал настойчиво вырываться.       — Тише, малыш. Это я. — ласково произнёс давно знакомый Мирону голос. Он успокоился, перестал вырываться и просто позволил Славе снять себя с перил.       — Не надо делать так больше, ладно? — с лёгким переживанием сказал Вячеслав.       — Извини, Слав. Я же не знал, что этот парень...       — Стоп. Я не об этом. Там ты не виноват, эта гнида не имела никакого права подходить к тебе. Но он уже получил своё. Забудь об этом. — серьёзно проговорил Карелин. — Я про перила. Не садись так больше. Ты мог упасть.       — Хорошо, Слав. — чуть улыбаясь, говорит Мирон. Он аккуратно разворачивается к Карелину лицом и мягко обнимает его. Просто вжимается в него. Ему хотелось быть с ним единым целым. Неловкий румянец заливает его щёки за такие неправильные мысли и он стыдливо прикрывает их, прижимаясь лицом к чужому пиджаку.       — Мирош... — любовно прошептал Слава. Он чувствовал себя очень хорошо рядом с Окси.       — Я кое-что взял для нас с тобой. — с хитрой улыбкой проговорил Карелин. Он вытащил из кармана небольшую жестяную фляжку с, вероятно, каким-то алкоголем.       — Что это? — непонимающе спросил Фёдоров. Он, конечно, был не против ещё чуть-чуть выпить. Ему определённо нужно было немного расслабиться и успокоиться. Тем более пить со Славой он не боялся.       — Настойка, малиновая, кажется. Вкусная до ужаса, но на официальных вечерах такое не пьют. Поэтому пришлось тащить в кармане. Будешь? — с интересом спрашивает Вячеслав. Он дико желал спокойно выпить чего-нибудь крепкого со своим зайкой.       Мирон кивает Славе в знак согласия и взяв этот жестяной сосуд из чужих рук, отпивает немного. Жидкость приятно обжигает горло, течёт вниз, согревая его изнутри. Яновичу нравится, настойка оказалась действительно вкусной. Она была сладкой, со вкусом каких-то лесных ягод. На его лице появляется неровная улыбка, он отдаёт фляжку обратно Карелину.       — Ну как?       — Сладко, мне нравится. Лучше чем то вино. — отвечает Фёдоров. Ему вдруг стало дико хорошо. Голова стала лёгкой и пустой, все ненужные и неважные мысли улетели далеко-далеко.       — Давай-ка присядем. — говорит Карелин и осматривается. Он вдруг хитро улыбается уголками губ.       — Да, но ку... — начинает Фёдоров, но договорить ему не дают. Карелин резко тянет его вниз.       Мирон уже готовится к удару об каменный пол, но его не следует. Слава сам сел на пол, а Окси усадил себе на коленки. Янович чувствует себя самым настоящим ребёнком. Ему весело и хорошо, а рядом кто-то взрослый держит его у себя на руках.       Мирон не сдерживается и мило хихикает на такой выпад Славы. А тому от этого становится только лучше. Он аккуратно водит своим носом по чужой шее, попутно нежно шепчет всякие прелести и милые слова. Окси приятно.       Фёдоров без всякого стеснения сам впивается в чужие губы, настойчиво и страстно целуя своего партнёра. Он сам нагло водит руками по чужому жаркому телу, лаская и трогая всё, что поподается ему на пути.       Карелин знатно охренел от такой наглости, но ему определённо это всё нравилось. Мирон никогда не проявлял инициативу. Всегда именно Славе приходилось делать всё. Ещё Окси никогда не показывал своего желания, хотя иногда Вячеславу именно этого и не хватало. Нет, секс с Фёдоровым всегда был просто отменным. Но иногда хотелось, чтобы Мирон тоже показывал то, насколько сильно ему хотелось всего этого.       — Славочка... — сладко прошептал Окси. И Карелин просто растаял, как кусочек льда в жаркий день. Янович никогда его так не называл.       — Д-да, малыш. — тихо, чуть заикаясь от возбуждения сказал Вячеслав.       — У меня, кажется, вот-вот должна начаться течка. — прошептал на ушко Карелину Фёдоров. Он чувствовал, как животное желание заполняет его полностью, не оставляя ни капли смущения и разума.       — Боже. — только и смог выжать из себя Слава. Он быстро поднялся с пола и потащил Мирона к выходу. Они довольно быстро вышли из здания, игнорируя каких-то непонятных людей, которые хотели поговорить о чем-то важном с Мэром.       Вместе они без проблем нашли нужную машину и сели в неё. Обоим было плевать, что Карелин пил и сейчас садится за руль. Главное быстрее добраться до дома, в котором они могли спокойно заняться делом.       — Скоро приедем, потерпи ещё чуть-чуть. — сказал Вячеслав и не думая нажал на педали. Автомобиль тронулся и они уехали отсюда. Вместе.