Всё завязано на деньгах

      Ночь медленно опускается на город, принося с собой успокоение, но не для Чон Чонгука. Ему все еще стыдно, что мальчишку сам забрать не смог, а вместо этого в работу с головой ушел, хотя сам обещал себе так больше не делать. Ведь теперь ответственен за жизнь Чимина, и поэтому позволить себе работать сверх нормы больше не может. Но сегодня что-то пошло не так.       Темнота окутывает город легкой вуалью, на часах время час ноль пять. Работа больше не идет продуктивно, а все из-за парня, что сейчас дома находиться должен. Мозг постоянно отвлекается от работы, а в голове лишь кружат вновь и вновь мысли о том: комфортно ли доехал Пак, поел ли он дома, не злится и не обижается ли на него за то, что забрать не смог. Самому от этого плохо становится, но занять себя отчетами больше не получается, в голове лишь один образ по кругу вертится. Испуганный одиноко стоящий мальчишка на парковке рядом со школой, что обиженно и расстроенно смотрит на пришедшее сообщение, хмуря свои бровки. От этого выть волком хочется, ведь подвел своего малыша.       Чон решает наконец-то бросить все попытки, пытаясь и дальше разбираться с документами, поэтому собирается быстро и покидает офис. Сейчас хочется поскорее приехать домой, нежно обнимая Чимини и заснуть с ним в одной кровати, как это было в доме у семьи Пак. Но сейчас старший только отъезжает от здания своей работы. А ночью ему ехать осторожно по дорогам еще минут сорок. Парень тяжело вздыхает и впервые идея заставить кого-то изобрести телепорт прямо сейчас не кажется столь абсурдной.       На одной трети начинается сильнейший ливень, что добавляет больше времени поездке, Чонгук устало трет глаза. На середине у машины спускает колесо и темноволосому уже хочется кричать на весь мир. Потому что, серьезно, день начался потрясающе хорошо, а заканчивается он отвратительно.       Чон выезжает на обочину, решая небольшую передышку себе дать. Гук не слишком долго думает. И оставить машину здесь, а до дома дойти пешком, кажется абсолютно нормальной идеей. Вот до чего довело Чонгука его сидение за документами допоздна. Мозг совсем отключился. Во всяком случае, машину не жалко. Купит новую, а вот потраченного времени на вызов эвакуатора в такое время и погоду очень жаль. Поэтому дверью громко хлопнув, отправляется домой.       Острые капли, парня не жалея совсем, больно хлястают по красивому лицу. Чонгука бьет озноб сильный, и он почти не разбирает дороги, но упорно продолжает идти вперед. Дома его Чимини. Он точно позаботится об уставшем и продрогшем до нитки старшем. Ведь Пак самый милый человечек на земле, который уж точно не бросит Чона в беде. По крайней мере, Чонгук на это надеется. Очень сильно надеется.       Спустя минут тридцать уже показываются знакомые очертания дома и пересиливая себя, парень шаг слегка ускоряет. Последних пяти минут хватает, чтобы до двери знакомой добраться и осторожно, отнимающейся от холода рукой, позвонить в звонок. Сразу за дверью раздается топот ножек и дверь оказывается незамедлительно открыта.       Чон Чонгук пластом валится на испугавшегося и опешившего мальчишку, сознание теряя. Пак с большим трудом подхватывает тяжелое тело старшего и аккуратно относит его к дивану. Чимин напуган слишком, но замечая, как сильно подрагивает Гук, в теплый плед его моментально кутает. Чон промок до последней нитки и начинает громко пугающе кашлять. Чимин не находит ничего лучше, как позвонить врачам, но те не обещают, что приедут слишком быстро по такой погоде, но это оказывается только половиной беды. Младший совершенно не знает адрес. Спросить не у кого. Последние работники давно покинули этот дом. Ждать надо до утра.       Чимину обидно очень, что Чонгуку даже скорою вызвать не может, но можно поискать в доме таблетки, а так же заварить горячий чай и дать кружку с дымящийся жидкостью старшему. Пак очень осторожно прикладывает свою маленькую ладошку к горячему лбу и моментально отдергивает ее. У Чонгука явно высокая температура. Мальчишка очень надеется, что аптечка есть либо в ванной, либо на кухне в каком-нибудь шкафчике...