District 9: New world

Голоса в голове говорят, со мной не всё хорошо. Чувство, будто бы внутри ураган мыслей. Темные облака, трудные времена, погода всё время портится, Пожалуйста, пусть всё это скорей уже кончится.

— Простите ребята, но мы это место нашли раньше. — Джисон от неожиданности резко вскидывает голову, спешно собираясь выхватить из правого кармана куртки пистолет. Только вот его запал тут тут же пропадает, стоит ему заметить стоящую у спины Чана фигуру с оружием в руках.       Даже при тусклом свете вывалившегося из рук на асфальт фонарика было видно довольную ухмылку незнакомца, которого, кажется, данная ситуация лишь забавляла. Хан раздраженно выдыхает, злобно сжимая губы, на что тот издевательски подмигивает. — Ну не смотри на меня так злобно, принцесса. Лучше собери у своих друзей бутылки, только без глупостей. — Говорит парень, кивком указывая ему куда-то за спину, в сторону Чонина.       Джисон медленно поднимается с колен, направляясь к младшему, который находился ровно в том же положении, что и Чан. Он кидает быстрый изучающий взгляд на незнакомца, пересекаясь с внимательно следящим за его действиями парнем, который на вид выглядел старше. Высокий, темноволосый. Жаль, что красная повязка на лице скрывала его эмоции, размывая образ.       Забрав из рук замершего на месте Яна бутылку с бензином, Хан поворачивается обратно к наглому незнакомцу, но успевает лишь в ужасе распахнуть глаза шире, когда замечает появившегося из-за рядом стоящей машины ходячего. — Сзади! — вскрикивает второй, быстро переводя дуло пистолета с Чонина прямо на приближающегося к его напарнику мертвецу. Джисон видит, как наглая ухмылка быстро сползает с лица шатена, и расширяются в испуге глаза. Тот только успевает повернуть голову в сторону приближающейся опасности, когда рядом с ним разносится тихий свист пули, точным попаданием залетая в голову ходячего. Чёрные брызги крови тут же окатывают замершего на месте парня, пачкая заодно и всё ещё склонившегося на одно колено Чана.       В воздухе повисла гробовая тишина, изредка перебиваемая лишь тяжелым дыханием. Это было близко.        Однако, не успели они отойти, как случилось то, чего уж точно никто не ожидал. Воспользовавшись секундной заминкой, сидящий до этого Чонин среагировал быстрее, чем незваные гости, быстро перехватывая инициативу.       Резко подорвавшись с места, Ян точным движением выбивает пистолет у держащего его до этого на прицеле парня. Повалив того на асфальт, он выхватывает из-за пояса спрятанный нож, прижимая холодный метал к оголённой шее чужака. — Один-один. — Произносит довольный собой младший, с прищуром переводя взгляд в сторону Чана. — Неплохо, — быстро отошедший от шока шатен небрежно стирает рукавом свободной руки капли крови с лица, в пол-оборота поглядывая на придавленного к полу напарника, возмущённо выдавая: — Как ты вообще мог дать себя повалить так легко, серьёзно? Может просто сказать Хону, что я тебя потерял… — В следующий раз дам ходячему сожрать остатки твоих мозгов. — Недовольно цедит тот сквозь зубы, чуть поддаваясь вперёд, от чего на его шее проступает тонкая полоска из-за лезвия ножа, вынуждая вновь опустить голову на асфальт. — Ладно, мелкий, у меня к тебе предложение. Хочешь обмен? Меняю вашего вон на того ворчащего зануду, который валяется под тобой. Бензин пополам, идёт? Нам особо проблемы не нужны.       Чонин переводит взгляд на всё так же стоящего между ними Джисона, который одним лишь взглядом подаёт сигнал соглашаться. Лучше отдать этот чёртов бензин, чем оставить тут, на Богом забытой парковке, свои жизни. — Как поступим? На раз, два, три вряд ли кто-то из нас согласиться убрать оружие. — Чонин внимательно следит за парнем, который следом добавляет: — Пусть ваша детка наконец-то донесет до меня часть бензина, и я первым отпущу вашего дружка. — Ну ты и мразь… — рычит лежащий на асфальте брюнет, к горлу которого всё ещё был приставлен нож. — Не бубни, Сонхва. — Не смотря на напускную маску безразличия, Чонин видел, как тот продолжал внимательно поглядывать на холодное оружие, которое всё опасно сверкало у шеи напарника.       Выдохнув, Джисон не спеша подходит к бесячему типу, аккуратно протягивая бензин и делает пару шагов назад, в примирительном жесте держа руки вверх. — Давайте так, одна пушка у меня, вторая у принцессы. Пусть она её наконец-то уже достанет, я не против, только давайте-ка без глупостей. Малец, раз уж переговоры тут ведем мы с тобой, предлагаю следующее: я держу твоего приятеля на прицеле ровно до тех пор, пока мы не отойдём на безопасное расстояние. Ты наконец выпускаешь из-под себя моего приятеля. Понимаю, не хочется. Он иногда кажется горячим парнем, но давайте не в этот раз, а то меня за него потом ещё прибьют. К тому же, мне кажется он для тебя староват. Так вот, к чему я веду. Я держу на прицеле вас — вы нас. Мы скрываемся подальше за машинками, а там уже как пойдет. Хотите можем устроить второй раунд, а хотите — мирно расходимся и забываем об этой стычке. Вы идете куда шли, а мы отчаливаем своей дорогой. — Идёт. — Соглашается Чонин. — Джисон-хён? — тот лишь утвердительно кивает, доставая пистолет и берёт в прицел шатена. — Так у куколки есть имя. Красивое, а меня зовут Минхо, будем знакомы. — Чуть улыбаясь уголками губ говорит тот, делая первый неторопливый шаг назад, отступая от Чана. — Да мне всё равно как тебя зовут. Надеюсь больше никогда не увидимся. — Мрачно отвечает Хан, стараясь не поддаваться провокациям. К сожалению, выходит это у него весьма плохо. Потому что наглая, похожая на бродячего кошака, морда, продолжает будто намеренно издеваться именно над ним. Какого чёрта он так до него прицепился? — Не будь так категоричен, Сони. — Я тебе сейчас колено прострелю. — Всё же не выдерживает Хан. Руки так и чешутся нажать курок, чтобы стереть ухмылку с лица этого идиота. К счастью, тот наконец замолкает. Хотя бы на время. И на этом спасибо.       Чонин, как и обещал, убирает нож обратно за пояс, отступая от Сонхва, чтобы тот смог подняться. Неспешно, под прицелом Хана, тот двинулся в сторону напарника, который аккуратно, словно настоящий кот, двигался спиной вперёд, в глубь парковки, не отпуская направленную в уже выпрямившегося Чана пушку. Пусть они и договорились, но чем чёрт не шутить. Доверять безоговорочно каждому встречному тут никто не спешит.       Благо, эти странные типы сдержали слово, скрываясь в темноте так же, как и появились. Ян в прямом смысле выдохнул, приближаясь к Чану с Джисоном. — Ты молодец, спасибо. — Похвалил младшего Крис, одобрительно похлопав по плечу. — Надо передать ребятам сверху, что наш малец весьма опасный тип, что думаешь, Хан? — Думаю, что ты теряешь хватку. — Жить надоело? — Чан вмиг стал притворно-серьёзным, а Чонин не смог сдержать улыбки, наблюдая за этими двумя. Хорошо, что всё обошлось.

***

— Вы за смертью ходили? — первым делом спросил Чанбин, приближаясь к ребятам. Забрав баклашки с топливом, тот направился в сторону заждавшегося Феликса.       Пока те были внизу, парни нашли какой-то тент и более-менее обмотали им кузов грузовика, чтобы прохладный ветер не задувал так сильно во время движения авто. Да и к тому же, дождь тоже никто не отменял. Пусть он вроде как и стих на время, судя по тому, что они больше не слышали столь явный шум снаружи. — Почти. Небольшая стычка с какой-то странной парочкой. — Первым заговорил Джисон, подходя к грузовику ближе, наблюдая как Феликс аккуратно принялся переливать бензин в бак. — Не знаю, как они умудрились так тихо к нам подобраться. Видать с другого входа пролезли, тоже бензин искали. В итоге часть у них, часть утащили мы по мирному согласию. Надо быть аккуратнее, они говорили про других. Так что скорее всего тут есть ещё какие-то группы или может даже общины. Из разговора толком не понятно было, но они явно не одни. — В любом случае, мы скоро свалим отсюда. — Проговорил Феликс, ловко запрыгивая на переднее сиденье авто и уже через пару минут раздался гул мотора. Довольный проделанной работой, блондин гордо заявил: — Карета подана. Чур я за рулём.       Парни шустро принялись подниматься с насиженных мест, первым делом закидывая в машину сумки. Чанбин же залез на переднее сидение рядом с водителем, пока остальные усаживались в крытый кузов.       И снова впереди дорога…       С разбитым мокрым асфальтом, пустынными улицами и дребезжавшим на особо сильных кочках грузовиком. Сидевший у самого края Чан мельком поглядывал по сторонам настолько, насколько позволял это сделать угол обзора, который был весьма ограничен из-за ткани, которую они накинули на металлические прутья кузова в попытке спастись от холодного ветра по дороге.       Периодически между стенами давно заброшенных многоэтажек мелькали тени ходячих, которые затерялись между переулочками запутанных улиц некогда большого города, бездумно блуждая по улицам. В основном это были недавно обращенные, еще не успевшие сгнить до конца, в отличии от тех, кто уже успел практически иссохнуть от голода. В первое время здесь был настоящий ад из трупов и живых, но чем больше проходило времени, тем меньше в крупных городах оставалось ходячих. Нет людей — нет пищи. Иронично, но еда нужна не только живым в этом мире.       Их припасов, что им удалось собрать с последней вылазки с каждым днём становилось меньше, сумки потихоньку пустели несмотря на то, что они старались экономить по максимуму. Чан тяжело вздохнул, прикрывая глаза. Каждый грёбанный день. Ты пытаешься выжить каждый грёбанный день. Когда начинаешь задумываться об этом, голова начинает идти кругом, а на душе паршиво. Будто копившаяся до этого тоска обрушивается на тебя водопадом сверху вниз. — Не вешай нос, — сидевший напротив него Джисон устало улыбнулся, пытаясь подбодрить друга. — Мы что-нибудь придумаем. И не с такого выбирались, помнишь? — О нет, не напоминай. — Чан истерически хохотнул, пока в голове мельком начали проносится былые деньки до разрушения убежища. — Отстроим себе какой-нибудь мега крутой бункер, а? — Я за то, чтобы строил ты. — Устало зевая присоединился к разговору Хёнджин. Близился вечер, а выматывающая дорога и их блуждания по городу и правда отнимали много сил с энергией. Потихоньку начинало клонить ко сну. — Дурень, я же не имею ввиду в прямом смысле, — в ответ парень притворно закатил глаза. — Как насчёт того, чтобы приглядеть для себя новое местечко. — У нас и выбора то нет, мы же не будем вечно блуждать из одного места в другое. Так ведь и свихнуться можно. Только прошу, давайте в этот раз не под землёй? Там вечная темень, аж дурно порой становилось. Если опять полезем куда-нибудь в подвал, то я уйду, клянусь. — Хёнджин и правда постоянно ходил угрюмым, сколько Чан помнил.       Когда он только присоединился к их группе, в нём была жизнь, как бы глупо и странно это не звучало в их реалиях. Не смотря на всё происходящее, его глаза были живыми, в отличии от Хёнджина, который появился после того, как они спустились вниз. Джисон даже начал называть того ходячей поганкой. Кожа парня очень быстро посерела из-за отсутствия света, глаза потускнели, а вечные круги усталости не сходили даже в спокойные месяца.       Он постоянно рвался наружу, вызываясь добровольцем во время очередных вылазок за едой и другими припасами. Чан же недовольно качал головой, но удерживать того силой был не в праве. — Хорошо, в этот раз что-нибудь снаружи. Даю слово. — Всё же снисходительно улыбнулся Чан, переводя взгляд с грустной серой дороги на кучку парней, которых уже гордо считал своими братьями. Семьёй, которые помогают ему держаться, продолжать бороться. Даже сейчас, казалось бы просто разговор ни о чём, мечтания о каком-никаком, но будущем. Именно такие моменты напоминают ему о том, что он всё ещё жив, и ему есть за что бороться.       А сегодняшнее происшествие помогло осознать, что в его маленькой семье всё же настало пополнение в виде черноволосого мальчишки, благодаря которому он сейчас сидит здесь. Да, Чан был против того, чтобы Чонин спускался с ними. Как бы грубо не звучали причины не брать того с собой, скидывая всё на травму младшего и нежелание «нянчиться» с тем, на самом деле Чан прекрасно осознавал, что всё ещё не выключил свой синдром «мамочки». От чего страдает не только он сам, но и младший. Их нынешние взаимоотношения сплошные американские горки.       Словно услышав мысли Криса, тот перевёл на него свой вопросительный взгляд, отвлекаясь от разглядывания металлического пола под ногами. Чан лишь чуть помахал головой в отрицательном жесте, будто говоря «ничего». — Ладно, разбудите, если чего случится. — Зевая проговорил Хёнджин, удобнее устраиваясь головой на сумке с вещами. — Остальным тоже лучше отдохнуть, уже темнеет. — Чан вновь поворачивает голову в сторону улицы, всем своим видом показывая, что первым дежурить будет он. — Только сильно не геройствуй, ты нам соображающим нужен, а не сонным зомбаком. Разбуди через пару часов меня. — Сказал Джисон, устраиваясь на боку полу-лежавшего, полу-сидевшего Хвана, на что тот недовольно промычал, зашевелились, но уже через пару минут тихо посапывал.       Остальные так же последовали примеру этих двоих. Условия для сна, конечно, не самые завидные, но лучше уже так, чем ничего совсем.

***

      Благо, дорога была спокойная. Они ехали уже пятый час, лишь пару раз останавливались, чтобы парни за рулём чуть размялись, а после Чанбин и вовсе подменил уже иззевавшегося Феликса, давая тому возможность чуть подремать.       Чанбин никогда не учился водить раньше, как и уже сопящий рядом блондин, который уснул почти сразу же, стоило им пересесть. Даже не смотря на то, что сейчас улицы уже давно опустели от бешенного потока машин, на дороге появилась новая опасность, да и ехать сосредоточенно в ночное время долгое время само по себе непросто.       Но эти двое вечно рвались за руль. Точнее, рвался Феликс, а Чанбин постоянно оказывался на переднем водительском, приглядывая за тем. Видя, как дорога утомляет, уже после пары таких поездок, он сам попросился за руль. Сначала у него получалось не очень хорошо, но Феликс оказался весьма терпеливым и хорошим учителем. Чуть позже их вождение стало традицией — они частенько ездили на вылазки парой. А после Чанбин и сам не заметил, как плавно их взаимоотношения переросли в нечто другое.       Химия, возникшая между этими двумя была заметна всем, кроме самого Чанбина. Парни буквально тянулись друг к другу с первых дней их знакомства. Сначала ребята подшучивали над ними, называя парочкой, на что Со недовольно бубнел, говоря, что Феликс просто сообразительный и понимает его лучше остальных.       Сейчас же он готов ударить себя по лбу, вспоминая каким тормозом тогда был. Хорошо, что, эти времена прошли и брюнет лишь с еле заметной улыбкой поглядывает на сопящее австралийское чудо, которое удобно устроилось на соседнем сидении. Ребята из близкого круга уже давно знают о них, и Чанбин благодарен за то, что те отнеслись с пониманием к их отношениям. Конечно, первое время не обошлось без подколов по типу «а я говорил что так будет», но не более.       И кто бы мог подумать, что он, парень, который до катастрофы одним своим хмурым видом отпугивал от себя всех девчонок в группе, найдет смысл жизни в разрушенном мире, где каждый день может стать последним. Все новички всегда сторонились Чанбина, боясь заговорить с тем напрямую, но не Феликс.       Тот тянулся к нему буквально с первой их встречи, как и сам Со. Тогда они были по разные стороны баррикад. И одному Богу лишь известно, что ждало их двоих, если бы сама судьба не свела их в тот день. Попавший в плен к мародёрам Чанбин, преданный парой людей из их общины, и Феликс, светловолосый парнишка с печальными глазами, который толком на корейском то не говорил.       Здорово покоцанный и раненный брюнет тогда уже был готов принять свою участь, ожидая чего угодно от главы враждебной банды, но появился этот непонятный на тот момент пацан. Кое как Чанбин тогда смог разобрать на ломанном корейском слова «уйти отсюда. Я тоже помогу уйти».       Каждый тогда не имел никакого основания доверять друг другу, но их общая цель привела их туда, где они сейчас. Вместе. Преодолев тонны недоверия, недопонимания из-за языкового барьера, разности менталитета и прочего, они всё же здесь.       Эти двое прошли через многое, а их чувства не остыли. Наоборот, это переросло в нечто более крепкое, родное и по своему уютное. Надёжное, полное безграничного доверия друг к другу. И сейчас эти двое в кругу тех, кто не осудит их, принимая такими, какие они есть. Конечно, катастрофа заметно начинает стирать границы между правильно-неправильно, устои некогда консервативного общества превращаются в пережитки прошлого, а ситуация и ритм жизни меняется. Не смотря на это всё ещё находились те, кто бросал на них косые взгляды в общине.       Феликс переживал, что из-за этого прежде всего пострадает репутация Чанбина, как лидера, предпочитая не проявлять свои чувства на людях. Брюнет сначала злился на это, пытаясь переубедить австралийца в том, что ему абсолютно плевать на то, что подумают другие, но позже всё же смягчился, понимая, что в словах Феликса есть доля правды. В их общине были разные люди, и не всё с охоткой принимали тот факт, что жизнями большинства распоряжается молодой мальчишка. Поэтому иногда всё же приходилось переступать через себя, выбирая умом, а не идти на поводу у сердца, чтобы сохранить их хрупкий мир.       Они продолжают жить, защищая свою маленькую семью не только от мертвецов, но и от живых, которые бывают порой намного опаснее первых.       Внезапно Чанбин резко нахмурился, выключая фары авто. — Феликс, просыпайся. — Нарушил царящую в машине тишину тот, заметив впереди что-то неладно.