Телом и душой

Телом и душой by Downing Street DISCLAIMER: The following is a work of fiction and any resemblance between characters in this work and actual persons living or dead is entirely coincidental. This work contains scenes of explicit sex between adults and is intended for the entertainment of adults only. If you are offended by depictions of adult intercourse or if you are less than the age of majority in your jurisdiction please do not read or download this file. Because this is a fantasy, characters in this work engage in unprotected sex in a universe where AIDS and other sexually transmitted diseases do not exist. In reality sex without protection is unwise and nothing in this work should be taken as condoning such activity, or any of the other activities depicted herein. Часть I - Да, Десмонд, милый! Вот так, еще! Соблазнительная молодая учительница извивалась в объятиях своего любовника. Он был моложе нее, но высок и хорошо сложен. Он покрывал поцелуями ее щеки и шею. Он лизал ее уши и поглаживал ее обнаженную грудь. Тем временем, внизу его бедра совершали размеренные мощные движения, заставляя напряженный член входить в нее медленно и плавно, раз за разом, без остановки. Даже будучи охвачен слепой страстью, он всегда был заботливым любовником. Он мастерски выдерживал темп, позволяя ей растянуть удовольствие, медленно и неуклонно вознося ее все выше и выше, быстрее и быстрее, жарче и жарче, к долгожданному экстазу, уже готовому окончательно поглотить… Вероника Алюра раскрыла глаза. С ее уст сорвался вздох. Замечталась… в очередной раз. Она сидела за столом в своем преподавательском кабинете, что располагался позади класса. Солнце уже начинало клониться вниз - подходил к концу очередной ничем не примечательный понедельник. По идее, сейчас она должна была проверять контрольные работы своего выпускного класса. Но отвлеклась на середине контрольной Десмонда. Воображение унесло ее в страну фантазий, как случалось довольно часто. Она подняла голову, покоившуюся на согнутой руке. Ух, вот это сейчас жарко было. Ее фантазии становились с каждым разом все смелее и горячее. У нее давно не было мужчины – наверное, все из-за этого. Не то чтобы молодая блондинка не была привлекательной. Скорее наоборот. Вероника была исключительно ладной девушкой, с миловидным лицом и почти идеальными пропорциями тела. Мужчин влекло к ней как котов к валерьянке. Но напряженный график работы учительницы истории в старшей школе препятствовал поддержанию каких-либо серьезных отношений. А свидания на одну ночь были не в ее правилах. Тем не менее, в последнее время она все чаще и чаще утешалась фантазиями о своих учениках из одиннадцатого класса. Десмонд был особенно популярным объектом ее мечтаний. Почему бы и нет? Он определенно был симпатичным. Высокий и накачанный, форвард школьной команды по баскетболу. В учебе он не проявлял особых талантов, но был достаточно дисциплинирован и уверен в себе. С девушками он тоже проблем не испытывал, и многие одноклассницы явно по нему сохли. Вероника была готова признать, что всегда испытывала определенную слабость к привлекательным юношам несколько моложе себя. Все это было довольно безобидно, как она решила, пока оставалось в рамках эротических фантазий, где подобным мыслям и место. Иногда она задумывалась, могло ли так быть, что именно эта наклонность на уровне подсознания подтолкнула ее к избранию учительской профессии. Большинство одиннадцатиклассников уже прошло стадию подростковой нескладной стеснительности. Они были уже не мальчиками, а молодыми мужчинами. И в самом расцвете физической формы… Она вновь вздохнула. Распрямилась, потянулась и расправила свои светлые волосы. Она чувствовала, как ее набухшие соски впиваются в чашечки бюстгальтера. На мгновение она заволновалась, не образовалось ли на ее серой юбке пятен влаги от намокшего нижнего белья. Блин, это же надо было так раскочегариться средь бела дня! «Давай начистоту, милая,» - сказала она себе, - «Тебе надо срочно найти мужика.» Все-таки как жаль, что она не могла взаправду завести себе любовника из числа учеников. Конечно, осуществить давнюю мечту и устроить шпили-вили с каким-нибудь симпатичным старшеклассником было бы чудесно, но для ее карьеры это стало бы однозначным самоубийством. Стоило хоть малейшей информации о чем-то таком просочиться, и уже на следующий день можно будет посылать резюме на должность кассира в ближайший супермаркет – больше ее никуда не возьмут до конца дней. Она вновь обратилась к лежащей на столе контрольной, пытаясь сосредоточиться. - Вот если бы можно было трахаться с учениками, и мне за это ничего не было… Душу бы отдала за такое! - пробормотала она себе под нос. - Это можно устроить, - раздался мягкий баритон. Вероника испуганно оглянулась. В дверях ее кабинета стоял незнакомый мужчина. Довольно импозантный, только несколько мрачный: черные волосы, смуглая кожа, глубоко-посаженные черные глаза. Он был одет в угольно-черный костюм и старомодную шляпу-котелок. - Что вам надо? – потребовала Вероника, ощущая всплеск недовольства от столь наглого вторжения, - Вы кто вообще такой? - Моя фамилия Ферус, - ответил незнакомец, - Ужасно сожалею, что был вынужден войти без стука. Но полагаю, что я могу помочь вам с вашей дилеммой. - Дилеммой? Какой еще дилеммой? Кто… - Я понимаю ваше положение, видите ли. Как вас не понять: красивая, умная, добрая и нежная молодая женщина, в расцвете жизненных сил, со всеми естественными желаниями и потребностями, присущими вашему полу. И вот, вы оказываетесь в такой обстановке, будучи окружены десятками здоровых молодых парней, каждый из которых, несомненно, без ума от своей шикарной учительницы истории. Почему бы вам не лечь в постель с кем-то из них? А почему только с одним? Почему бы не позволить природе делать свое благое дело? Вы могли бы испытать столько удовольствия, столько страсти, целый океан романтических эмоций. Но нет. Вам не дозволено вкусить ни единого плода с запретного дерева. Почему? Тому нет ни одной причины, кроме лицемерных, пуританских общественных норм. Это жестоко. Это жестоко и несправедливо, вот что я вам скажу. - О чем вы говорите? Я педагог! Я… меня совершенно не интересует секс с учениками! Это отвратительно, и… Он мягко улыбнулся. - Еще как интересует, моя дорогая. Вы фантазировали именно об этом весь последний час, не так ли? Да и как можно вас осуждать за это? Почему вы должны лишать себя радости плотских удовольствий, которые предлагает вам мир? - Но я… - Вы, если я правильно понял, предложили свою душу, в обмен на возможность более свободного отношения к своей профессии? - Что? Душу? Нет, погодите, я…. Ох. Это. Вы слышали, - ее настигло озарение, - Значит, вы… - ее голос утих в изумлении. - Не совсем. Вы же не будете ждать, что ОН сам будет являться к каждому? Нет, я всего лишь один из его скромных представителей в этом мире, и мой ранг невысок, невзирая на имя, - он учтиво склонил голову, сняв шляпу, - Люциус Ферус, к вашим услугам. Она вперилась взглядом в макушку гостя. Ферус ухмыльнулся. - А что вы ожидали там увидеть? Рога? - Ну… хм, да, если честно. - Распространенное заблуждение. Имея дело со смертными, мы должны выглядеть как смертные. Требование руководства. Позвольте вас заверить, моя дорогая, в этом облике я такой же человек, как и вы. Мне нравится мятно-шоколадное мороженое, темное пиво и брюнетки со спортивной фигурой. Но давайте к сути вашего предложения. - Моего предложения?! Но… но, я не хотела… в смысле, я не взаправду… я же не серьезно! - Неужели? Почему-то мне показалось, что вы были вполне искренни. Видите ли, мы отвечаем только на серьезные запросы о помощи – у нас есть способы их различать. Подумайте. Прямо сейчас вас могут уволить даже за такую мелочь, как случайное прикосновение рукой к попе кого-то из учащихся. Такое положение дел может быть… скорректировано. С некоторой помощью, вы могли бы получить все, о чем мечтали. – его голос был бархатным и гипнотизирующим. Он развел руки в стороны. - Только представьте. Полная свобода соблазнять кого вам угодно, где угодно, когда угодно. Никакого риска, никаких последствий, никакой ответственности. Ничего, кроме восхитительных, запретных удовольствий. Не нужно больше волноваться об угрозе потерять работу. Не нужно беспокоиться, что подумают окружающие. С нашей помощью вы могли бы насладиться половиной футбольной команды на директорском столе, хоть по очереди, хоть одновременно, и никто и бровью бы не повел, словно это совершенно естественно. Разве вы не согласны, что такой дар стоит… определенной цены? Вероника посмотрела на него, тупо не зная, что сказать. Краткая речь адского посланника так ее распалила, будто каждое движение его языка отражалось в ее лоне. Она поерзала на месте. Как мог кто-то (даже если он действительно тот, кем представился) так глубоко заглядывать в самые темные уголки ее мыслей? Она слабо попыталась возразить. - Да, но, но… моя душа… - Ох, не волнуйтесь об этом. Это ведь по сути лишь пустая формальность. Просто для легитимизации контракта. Можете считать это символической стоимостью в договоре. Просто не думайте об этом. Лучше подумайте о наслаждениях, которые вас ожидают! Все ваши самые смелые фантазии воплотятся в реальность. Все будет идти ровно так, как вам захочется. Любовь, и романтика, и секс – без риска, без опасностей, без забот – только бесконечная череда любых мужчин, которых вы возжелаете, как зрелых, так и юных… - он сделал особое ударение на последнем слове. - Я, я не уверена… все-таки душа… - она покусывала губу, представляя открывшиеся возможности. Он доброжелательно улыбнулся. - Нет нужды решать прямо сейчас. Возможно, вам есть смысл сначала попробовать несколько дней, каково это. Мы дадим вам своего рода ознакомительный период. Поразвлекайтесь немного. Узнайте на собственном опыте это ощущение свободы. Потом мы сможем окончательно оформить детали контракта. - Как это будет? В смысле, я получу… три желания, или что? - Разумеется, нет. Ваши желания мне и так прекрасно известны. Вам не нужно даже ничего озвучивать вслух. Мы сделаем вас совершенно неотразимой. - Вы измените меня… физически? - В стандартном случае мы могли бы. Но вы и так совершенно роскошная, головокружительная нимфа, моя дорогая. Все, что остается – это выпустить наружу вашу сексуальную власть над окружающими. Лицо Вероники заливал румянец. Мысли об открывавшихся перспективах хаотично мелькали в ее голове. В школе было три выпускных класса. В каждом - примерно половина мальчиков. Она была возбуждена почти до боли. Ее трусики можно было выжимать. - Я… я не знаю… я… как долго будет длиться ваш пробный период? - Недели должно быть достаточно, как думаете? Начиная с сегодняшнего, давайте договоримся до вечера субботы. - Но это всего шесть дней. - Извините, по воскресеньям я не работаю. - Ох. Да, конечно. А когда оно начнется? Он снова ухмыльнулся, сверкнув ровными рядами идеально-белых зубов. - Уже началось, моя дорогая. - Что?! Что вы хотите сказать? Как вы могли… - Ой, вы посмотрите! – он указал рукой куда-то ей за спину, в сторону большого окна, из которого виднелись нижние ветви деревьев во дворе. Вероника обернулась. На одной ветке сидел ворон, глядя прямо на нее – огромная птица, с черным и блестящим как уголь оперением. Таких громадных воронов Вероника никогда в жизни не видела. Спустя секунду она повернула голову обратно. - Все-таки погодите, я еще не давала… Комната была пуста. Вероника ахнула. Она покрутила головой, осматриваясь. Как он мог так быстро скрыться? Она не слышала никаких звуков. Дверь была закрыта. Она озадаченно потрясла головой. Куда этот тип мог пропасть? Может, тут никого и не было? Может быть, это все ей просто привиделось. Ее фантазии в последнее время становились все более яркими – а теперь, похоже, воображение совсем разыгралось от неудовлетворенной похоти. Учительница медленно выдохнула. «Блин, определенно надо заняться личной жизнью…» - сказала она себе. В дверь постучали. Вероника снова вздрогнула. Во второй половине дня в школе обычно никого уже не было, кроме нескольких преподавателей, да спортивных команд на тренировках. Может, опять этот Ферус явился? Она поднялась со своего кресла и подошла открыть дверь. На пороге стоял школьник. Вероника нервно зачесала за ухо прядь волос. - Десмонд? – удивилась она, - Что тебя сюда принесло? - Вы хотели меня видеть, мисс Алюра, - ответил тот. - Я хотела? Его лицо приобрело озадаченное выражение. - Ну, вы так сказали. В этой записке, вот, она на двери спортзала была, - он показал листок бумаги, передав его Веронике. На бумаге было написано: «Десмонд, зайди, пожалуйста, ко мне в кабинет, когда сможешь. Это важно. — В.Алюра.» Свой почерк она узнала. Вот это номер! Вероника в упор не помнила, чтобы писала такую записку, а также зачем она могла позвать Десмонда. Может, само всплывет в памяти. Правда, учитывая, в каком состоянии она находилась, сейчас было явно не лучшее время для встреч с учениками мужского пола, особенно с главным объектом ее фантазий. Она махнула рукой, впуская его в кабинет. - Пожалуйста, заходи. Присаживайся, - не вполне понимая, зачем, она закрыла за ним дверь. Парень расположился на старом деревянном стуле возле рабочего стола. Она села рядом, повернувшись к нему. «Только взгляните на это лицо,» - мечтательно подумала она, - «Кожа гладкая, как персик…» - Ну что, Десмонд, как у тебя дела в этом семестре? С другими предметами все нормально? Он нервно пожал плечами. - Ну да, ничего, я бы сказал. С математикой только неважно, а так… нормально. - У вашей баскетбольной команды тоже дела хорошо идут, да? - Эмм, ну да, у нас все в порядке, наверное. Последние два матча выиграли. - Я видела, как ты выступил на последней игре. Ты очень сильный спортсмен, - у нее были весьма яркие воспоминания об этом матче. Десмонд был великолепен. Она с увлечением следила за тем, как он бегал по площадке, сильный и по-кошачьи гибкий, как сверкали в воздухе его ноги, как блестели мускулистые руки, как его тело ловко изгибалось то туда, то сюда… о боже, она начинала распаляться только от мыслей об этом зрелище. Вероника внезапно осознала, что сидела в кабинете наедине с учащимся противоположного пола, да еще и заперев дверь. Не очень-то профессиональное поведение. У кого-нибудь могут возникнуть нехорошие ассоциации. Впрочем, учебный день уже почти закончился, здание было практически пустым. Кто узнает? - Мисс Алюра, так насчет чего вы хотели со мной поговорить? – задал вопрос юноша. Она встряхнулась, приходя в себя. - Ну, дело в том, что… я хотела… эмм… Она запнулась, не находя ответа. Поерзала немного в кресле. Взгляд Десмонда на мгновение стрельнул вниз, чтобы полюбоваться ее ногами, обтянутыми прозрачным нейлоном колготок. Веронику немного удивила такая реакция. Учительница вполне осознавала, что у нее шикарные ноги, но она никогда не решалась ими особенно сверкать в школе. Ее сегодняшний костюм был строгого серого цвета, с юбкой ровно до середины колена. Что-нибудь хоть на пару сантиметров короче – и строгий выговор от директора был гарантирован. Начальник школы был настоящим фанатиком в надзоре за соблюдением дресс-кода. Тем не менее, Десмонд продолжал украдкой поглядывать на ее икры. Она смущенно скрестила ноги, поджав их под стул. Но ей хотелось, чтобы он смотрел! Он был таким милым! И они были совсем одни в кабинете, и школа была пуста, и он был высоким и по-мальчишески обаятельным, и она была внезапно так возбуждена, что чуть не всхлипнула вслух. Непристойные фантазии, которые адский гость заложил ей в мозг, непрерывно крутились перед ее мысленным взором, словно эротический фильм на широком экране, поставленный на бесконечное повторение. Вероника склонилась вперед, сократив дистанцию между ними до почти интимной. - Я просто хотела… хотела сказать тебе, насколько… ммм… насколько меня… меня впечатлили твои, эмм, таланты… в спорте. Я в некотором роде… твоя поклонница. Обалдевший ученик ответил ей изумленным взглядом. Он отчаянно старался не смотреть на ее грудь, которая туго натянула белую блузку, когда женщина подалась вперед. Не смотреть не получалось. Он нервно сглотнул слюну. - Ну, мы, типа… в смысле, тренер нас, эээ, заставляет много тренироваться. - Да! Тренироваться! Тренироваться очень важно. Ты можешь научиться чему угодно благодаря тренировкам. Ее голос был охрипшим от желания. Дистанция между ними продолжала сокращаться. Она сохраняла ту же позу, немного склонившись вперед, и глядя ему прямо в глаза. «Возьми себя в руки!» - закричала ее совесть, - «Он твой ученик! Ты что, с ума сошла?!» Одна ее ладонь легла ему на руку. Парень был одет повседневно, в свободные джинсы и футболку. Вероника ощущала частое биение его пульса под своими пальцами. - Тебе нужны частые тренировки. Ты же в такой… хорошей форме. Он посмотрел на ее руку. - Кхмм, мисс Алюра… - Вероника. - Ээ, ладно... Вероника. Я думаю, мне, наверное, пора идти, и вообще… - Ой, нет, не уходи пока! Мы только начали узнавать друг друга получше. Послушай, Десмонд, я этого никому никогда не говорила, но ты – один из моих любимых учеников. Он расплылся в улыбке, будучи, очевидно, весьма польщен. - Правда? - Глупыш. Конечно, правда. А ты думал, почему я посещаю все ваши баскетбольные матчи? Чтобы посмотреть, как ты играешь. Ты такой… сильный, когда выходишь на площадку, - она начала поглаживать мышцы его предплечья кончиками пальцев. Десмонд тяжело проглотил комок в горле. Похоже, она начала по-настоящему производить на него эффект. - Ммм, спас… спасибо. Я, типа, эээ, старался там, ну и это… тренировался?… Она улыбнулась его смущению. Ее теплая ладонь начала быстрее поглаживать его руку. Все это было так ненормально, так неэтично… Все годы педагогического образования восставали против, всё ее воспитание яростно протестовало. Но она хотела его! Он был ее воплощенной фантазией, сидя совсем рядом, беспомощный перед чарами опытной женщины. Она наполовину привстала со стула. - Я вот думаю, - мягко произнесла она, - Может, ты захочешь… потренироваться немного, прямо сейчас. Со мной, – не отпуская его руку, она преодолела остававшееся между ними пространство и непринужденно опустилась к нему на колени. Юноша испуганно дернулся. - Ыыых… Мисс Алюра! Вероника! Что вы… ммммфф! – она заткнула ему рот поцелуем. Поцелуй был долгим, медленным и мокрым. Она держала его лицо обеими руками. Когда она, наконец, его отпустила, школьник лишился дара речи. Она чувствовала, как его член прижимается к ее ноге, уже заметно отвердевший. - Тебе понравилось, милый? – прошептала она. Он смог лишь тупо кивнуть в ответ. - Хорошо. Тогда давай еще немного потренируемся, – она снова поцеловала его, на сей раз подольше. Теперь парень проявил больше активности, как она и надеялась. Спустя пару мгновений он уже сам начал увлеченно засасывать ее губы, язык, а потом переключился и на шею. С некоторой опаской, он слегка приобнял женщину. Чтобы у него не возникало сомнений, учительница взяла одну его ладонь и положила на свою левую грудь. От неуверенности юноши не осталось и следа. Он принялся жадно обрабатывать ее губами, полностью потеряв голову от своих подростковых гормонов. Руки ученика скользили по изгибам и выпуклостям стройного тела учительницы, поглаживая ее и нетерпеливо дергая за края одежды. Жакет Вероники упал на пол. Блузка была уже вытащена из юбки. Веронику охватило нетерпение. Она твердо знала, чего хотела. Оторвавшись от его губ, она поднялась на ноги, чуть пошатнувшись. Школьник напрягся, испугавшись, что зашел слишком далеко и все испортил. - Встань! – воскликнула она, - Пожалуйста. Он встал со стула. Стоя в полный рост, он был примерно на полголовы выше учительницы. Она смело схватила его за пряжку ремня. Стремительным движением расстегнула ее, затем одним рывком дернула вниз молнию. Парень сумел лишь охнуть. Спустя мгновение, его штаны уже были спущены до колен. Вероника видела, как выпирает сквозь трусы его орудие. Она хрипло простонала. - Милый, ты такой большой!.. Я… я должна тебя увидеть! – прежде, чем он успел ответить, женская рука уже нырнула в его боксеры. Секунду спустя его член оказался на свободе. Он заманчиво дернулся, покачнувшись перед взором Вероники. Он был очень твердым. Она схватила ствол обеими ладонями и начала ласково поглаживать, - Ох, Десмонд! – выпалила она. Беспомощный школьник подергивался в ее руках. - Пожалуйста, мисс Алюра, не… не так быстро, я не могу… Пожалуйста, а то я сейчас… о боже, нет… ОООХХХ! – довольно внезапно, он начал кончать. Его член дернулся, словно обретя собственную волю. Фонтаны горячей белой влаги начали выстреливать вперед, заливая ладонь и руку учительницы. Он кончал долго и мощно в нежных руках Вероники, которая продолжала свои движения, выдаивая его досуха. Едва его оргазм утих, как юноша принялся извиняться. - Простите, мисс Алюра… Вероника, я не… я правда не хотел этого делать, понимаете, оно просто само так получилось. Я очень извиняюсь… Она заставила его замолчать, приложив два пальца к его губам. - Милый, все в порядке. Я хотела, чтобы тебе было хорошо. Ты так быстро кончил, потому что я тебе настолько нравлюсь. Мне это даже лестно, - она взяла со стола пару салфеток и принялась отчищать свою руку. Хотя ей очень хотелось слизать все языком. Спустя несколько минут, когда они оделись и привели себя в порядок, Вероника проводила своего любимого ученика до выхода из школы. Она подарила ему на прощание долгий поцелуй взасос, после того, как он клятвенно пообещал никому не рассказывать об их маленьком прегрешении. У юноши ноги заплетались, когда он от нее отошел. Вероника рассмеялась. Потом она заметила свет, исходивший из щели под дверью директорского кабинета. Похоже, не все еще ушли домой. Она вернулась в свой кабинет. Закрыла за собой дверь. Только после этого ее мозг получил шанс осмыслить произошедшее. «Ну что, подруга,» - сказала она себе, - «Это было безумие. Помешательство. Иначе и не назовешь. Если мальчик проболтается, тебе конец. Ты пожертвовала перспективной преподавательской карьерой, чтобы двадцать минут пососаться со школьником и позволить ему кончить тебе на руку.» Тем не менее, вся значимость того, что она сделала, отказывалась регистрироваться в сознании. Она опустилась в кресло. Жар возбуждения, не дававший ей покоя, ничуть не уменьшился. Учительница откинулась назад, закатала юбку до пояса, и широко развела ноги в стороны. Засунув обе руки под свои колготки, она принялась мечтательно вспоминать о совершенном сегодня безумстве, пока ее не захлестнул чудесный оргазм. *** На следующее утро Вероника неохотно поднялась из постели с тяжелым вздохом. Всю ночь ей снилось, как она соблазняет молоденьких парней. Не было ничего удивительного, что чувство вины за столь непростительный поступок с учеником просочилось и в ее сновидения. Она подспудно ожидала этого, ложась спать. Чего она никак не ожидала, так это что сны окажутся настолько горячими. В одном из сновидений она оказалась стоящей перед своим классом, якобы что-то им объясняя, будучи одета в какое-то смутно-обозначенное мини-платье и узкие, обтягивающие сапоги-ботфорты. Прохаживаясь туда-сюда на своих шпильках, она приковывала к себе взгляды каждого мальчика, да и каждой девочки. Их глаза были затуманены похотью. Они постепенно начинали открыто заниматься самоублажением. Один за другим, мальчики извлекали свои достоинства и начинали наяривать, кто одной, а кто и обеими руками, ни на секунду не отрывая восхищенных взглядов от учительницы. Девочки засовывали ладошки под свои миниюбки и принимались теребить свои щёлочки. Класс наполняла растущая волна стонов и томных вздохов, перемежаемых рефреном: «Вероника! Верониикааа! Веррроннникаааа!» Внезапно, весь класс начал кончать, почти одновременно. Сама Вероника тоже кончала, сидя на столе, широко раздвинув ноги в ботфортах и обнажив свою вздымавшуюся грудь. Крики обезумевших от похоти, оргазмирующих школьников становились все громче и громче, пронзительней и пронзительней, пока не превратились в один бесконечный ДЗЗЗЫЫЫННЬ... Вероника подскочила на кровати, охнув. Все ее тело было покрыто слоем пота. Одна ладонь угнездилась между ног. Она протянула свободную руку к будильнику, чтобы заставить его умолкнуть. Теперь она была уже в реальности, но по-прежнему дичайше возбуждена. Эротическая атмосфера из сна ничуть не угасла после ее пробуждения. Обув пару голубых шлепанцев, она поторопилась в ванную, чтобы завершить начатое под душем. Вернувшись через некоторое время, одетая лишь в шлепанцы и вытирая волосы полотенцем, Вероника задумалась о сложившейся ситуации уже более трезво. Можно ли ей довериться обещанию Десмонда никому не рассказывать? Мальчики в его возрасте любят хвастаться своими сексуальными победами. Возможность похвалиться перед друзьями, что «замутил с училкой» - может оказаться для него слишком большим искушением. В любом случае, теперь ее судьба была в руках этого школьника – только его благоразумие могло спасти ее от превращения в звезду скандальной хроники. Она осмотрела содержимое своего гардероба. Невзирая на опасность, что над ней нависла, учительница чувствовала в себе внезапный прилив смелости. Хватит уже быть такой занудой. Имеет она право хотя бы раз привлекательно одеться, в конце концов? Если уж ее сегодня уволят, то пусть она хоть выглядит на все сто при этом! Вероника достала красивую оранжевую кофточку и черную юбку. Юбка была чуть короче обычного, немного выше колена. Она даже решила обуться в свои лучшие парадно-выходные шпильки по такому случаю. В целом, после того, как она накрасилась и добавила к своему образу изящные сережки, выглядела молодая преподавательница определенно весьма привлекательно и сексуально. Не сказать, чтобы слишком провокационно - вполне в рамках делового стиля. Тем не менее, достаточно, чтобы схлопотать выговор от директора. И действительно, когда Вероника шла после второго урока в учительскую выпить кофе, мистер Огилви позвал ее к себе в кабинет. - Я бы хотел с вами кое о чем переговорить, мисс Алюра, - сказал он официальным тоном. Она зашла в строгий, идеально прибранный кабинет, присев в кресло для посетителей перед директорским столом. Машинально одернула край своей юбки, когда садилась. Директор внимательно посмотрел на нее. Он был высоким, лысоватым мужчиной лет пятидесяти, все время носившим твидовые пиджаки и очки в тонкой оправе. Со школой он управлялся как опытный механик с хорошо-знакомым двигателем – точно, интуитивно и без лишних усилий. Вероника заметила, как его взгляд на мгновение опустился к ее ногам. Она приготовилась выслушать нотацию. - Мисс Алюра, - осторожно подбирая слова, начал он, - Я вчера был в школе после уроков. И видел, как Десмонд Филдинг выходил из вашего кабинета. У Вероники внутри все похолодело. Она уставилась на своего начальника, не в силах произнести ни слова от страха. Ну вот и все. Не прошло и двадцати четырех часов с ее прегрешения, как настал час расплаты. Впереди блестящая карьера в Макдональдсе… - Я сегодня поговорил с мальчиком, - продолжил директор, - И он сообщил мне, что у вас с ним было продолжительное общение, довольно-таки… интимного характера. - Мистер Огилви, я… я все могу объяснить, - перебила Вероника, будучи уверена, что ничего объяснить не сможет. Директор строго посмотрел на нее. - Мисс Алюра, вы представить не можете, насколько я счастлив, что вы смогли до него достучаться. Что? Он продолжил: - Меня очень тревожил это учащийся, уже не первый месяц. У него серьезно упала успеваемость. Все свое время он тратил на этот проклятый баскетбол, ничем другим не интересовался. Никакие мои увещевания не работали. Но сейчас он просто сиял, рассказывая мне, как вы вдохновили его вновь взяться за учебу. Очевидно, он очень высокого мнения о вас. Вероника тщетно пыталась придумать, что сказать. - Ну, я… мне… - запнулась она. - Ваши с ним доверительные отношения открывают массу возможностей. Я хочу, чтобы вы продолжили плотно работать с этим мальчиком. Возьмите его под свою опеку. Дайте ему понять, что кому-то небезразличны и его успехи за пределами спортивной площадки. Справитесь с таким заданием? Вероника чувствовала себя словно приговоренная к смертной казни, которой удалось улизнуть, пока палач спал. - Еще как справлюсь! – воскликнула она, - Я научу его всему, что сама знаю! Директор даже улыбнулся, что с ним случалось нечасто. - Вот такой настрой мне нравится! Давайте поможем многообещающему юноше не загубить свою жизнь. Ведь для этого мы и работаем. Я, честно признаться, рад видеть ваш энтузиазм, мисс Алюра, - еще он был «рад видеть» ее ноги, судя по тому, как часто на них поглядывал. Вероника шла обратно к своему кабинету как в тумане. Желание выпить кофе было напрочь забыто. Она села за стол. Директор даже и словом не обмолвился про ее юбку. Он совершенно неверно истолковал суть ее отношений с Десмондом. Он невольно дал ей карт бланш на дальнейшее соблазнение этого ученика. Все это было настолько невероятно, что не могло быть совпадением. Какое-то движение за окном привлекло ее внимание. Вернулся вчерашний ворон, усевшийся на нижней ветке дерева. Он поглядывал на нее, блестя черными глазами. Птица издала резкое карканье, после чего улетела. Вероника посмотрела вслед ворону. Ее губы изогнулись в ухмылке. Десмонд подошел к ней после последнего урока. Вероника была в хорошем настроении. Если директор совсем не заметил перемен в ее облике, то ученики определенно заметили. Это заставляло ее чувствовать себя женственной как никогда прежде. Она весь день вела себя немного игриво. Десмонд дождался, пока последние школьники уйдут из класса, прежде чем подойти к ней. - Мисс Алюра, можно с вами поговорить? – осторожно спросил он. Учительница улыбнулась. - Можно, конечно. И вроде мы договорились общаться без формальностей. Я для тебя просто Вероника. Он был таким очаровательным, когда смущался. - Ой, ммм… Ладно, ээ… Вероника. Я тут, хмм… хотел, ну, извиниться за… в общем, за вчерашнее. - Вот как? За что именно? - Эмм, я хотел сказать, за это… ну, за это самое… когда я, типа, испачкал там, вашу руку. Я правда не хотел… - Тшшш, не волнуйся. Послушай, Десмонд, все в порядке. Ты сильно возбудился, и ты кончил. Это абсолютно нормально. Особенно в твоем возрасте. - Ну, наверное… Вероника ощутила в себе всплеск сочувствия к нему. - Знаешь что, а ты помнишь, что мы вчера говорили про баскетбол? Что ты хорошо играешь благодаря тренировкам. Если хочешь так же хорошо научиться другим вещам, надо тоже тренироваться. Чем больше практики, тем лучше получается. Кстати говоря… - она украдкой огляделась по сторонам, - Мы с тобой могли бы немного попрактиковаться прямо сейчас, если ты пожелаешь. Его глаза загорелись. - В смысле, как… - Пойдем туда. Обсудим это в моем кабинете. Они зашли в учительский кабинет рядом с классом. Вероника повернулась к ученику и сразу же обвила руками его шею. - Думаю, нам нужно начать, - нежно прошептала она, - С небольшой разминки, - подчеркивая свои слова, она наградила его долгим, сочным поцелуем. Пара провела изрядное время, просто стоя там и практикуясь в мастерстве поцелуев. Десмонд быстро учился. Немного погодя, они уже тяжело дышали. Вскоре после этого, Вероника оказалась сидящей в кресле, а Десмонд стоял, прислонившись к столу. Его штаны были спущены до колен. Тонкие пальцы учительницы сжимали его бедра. Его напряженный член скользил между ее приоткрытых губ, туда и обратно, а язык женщины время от времени вступал в дело, пробегая по краю головки. У парня закатились глаза от удовольствия. И вновь совесть Вероники отчаянно подавала сигналы тревоги. Это было абсолютным безумием! Хуже чем соблазнение школьника, могло быть только совершение этого повторно. Она не должна была этого делать. Не должна была делать своему счастливому, перевозбужденному ученику качественный минет прямо в преподавательской комнате. Она определенно не должна была медленно подрачивать его пальцами, и не должна была делать этот небольшой фокус языком, и сосать все быстрее и быстрее, и сильнее, и жарче, потому что скоро Десмонд напряжется и начнет стонать и потеряет всякий контроль над собой, и тогда… Ох! И тогда она была уже слишком занята глотанием горячей спермы, что заставило ее совесть заткнуться. Впрочем, разве она не обещала директору, что будет заботиться о Десмонде? Несколько минут спустя, Вероника обнаружила положительную сторону подростковой «скорострельности» в сексе. Когда они немного пришли в себя, и учительница впилась в губы Десмонда прощальным поцелуем, она к своему счастливому изумлению обнаружила, что в штанах у парня вновь все зашевелилось. Эта реакция лишь усилилась, когда Вероника высвободилась из своей обтягивающей кофточки и позволила Десмонду вдоволь попрактиковаться в обрабатывании ее груди. Он принялся за дело с таким самозабвением, что тренировку было решено продлить. На сей раз, Вероника сидела не за столом, а поверх него. Она взгромоздилась на краешек столешницы, держась для равновесия за тело Десмонда, который трахал ее с неуклюжим юношеским энтузиазмом. Вероника покрывала поцелуями его лицо и шею, шепча слова одобрения и похвалы. Инструмент Десмонда был пропорционален его росту. Но в сексе он был совсем неопытен. Нуждался в практике. Частой и регулярной практике. - Да, детка, вот так, теперь ты понял, как надо, - подбодряла Вероника, - Медленно и… мммммм, уверенно, никуда не надо спешить. Ох, как же с тобой хорошо! - Блин, я… у меня никогда не было такой училки, как ты, Вероника! – выдохнул Десмонд, не прекращая движений, - Ты лучшая! - Теперь поглубже, милый, еще глубже. Ммммм, даа! – она задрала свои обнаженные ноги и обняла ими спину партнера. Ее туфли вместе с колготками валялись на полу. Ее черная юбка была закатана до талии. Она совершала небольшие движения тазом навстречу его резким, мощным фрикциям. Слишком долго он не мог продержаться. Самоконтроль никогда не был сильной чертой Десмонда. Веронику это не слишком волновало – она наверняка смогла бы раскрутить его на еще один заход после баскетбольной тренировки. Что-то привлекло ее внимание за пределами поля зрения. За окном опять появился ворон, усевшись на свою облюбованную ветку. Его немигающий глаз уставился на увлеченную любовными утехами парочку. Вероника надула губы и послала воздушный поцелуй птице. Затем ее внимание вернулось к великолепным ощущениям, которые ей дарил член любимого ученика. Спустя мгновение Десмонд громко застонал и судорожно извергся внутри нее. Через несколько минут, они уже были одеты. Вероника чмокнула его на прощание на пороге и пожелала успехов на спортивной тренировке. - Ты лучшая! – снова сказал он ей, прежде чем удалиться на заплетающихся ногах. «Бедный мальчик,» - самодовольно подумала Вероника, - «Похоже, он в меня по-настоящему втюрился. А это значит, что он будет и дальше меня качественно окучивать своим большим, чудесным агрегатом…» Эта идея ей определенно нравилась. Веронике весьма импонировала перспектива регулярного хорошего секса. По правде сказать, она даже сама слегка удивилась тому, насколько этого хотела. Начало безумного романа с Десмондом словно пробудило какой-то фонтан похоти в ее неведомых прежде темных глубинах. Может быть, она действительно слишком долго была одна – как заключенные сходят с ума в одиночной камере. Самоубийственный идиотизм связи с учащимся волновал ее куда меньше, чем должен был. Пока что, ей все более-менее сходило с рук. Счастливое совпадение? Или ее исчезающий гость в шляпе-котелке действительно что-то сделал? У нее было еще четыре дня, чтобы выяснить.