Дерпи Хувз против Дитзи Ду

      Мы стояли перед Ее Величеством, виновато склонив головы. Сбоку от меня грустно красовался мой потрепанный отряд. В строю не было одного Кселуса. Его отнесли в больничку все также без сознания. Кроме того вокруг Протоса все время вертелся дежурный врач, осматривая его и периодически поправляя спадавшую повязку на спине. Он надоедливо мозолил восприятие, постоянно хмыкая и то и дело тихо бормоча себе под нос что-то о побитом оборотне и о нелегкой работе.       Королева заканчивала свою гневную речь. Кроме нас с врачом в тронном зале Ее Величества также находились Дримакс и Гесталлус — оборотни, которые были как бы на подхвате у Королевы. Честно говоря, их предназначение здесь и сейчас было неизвестным. Они могли, как являться запасным планом в случае провала первой группы, так и вообще не иметь никакого отношения к нашему рейду, а могли и просто смиренно ожидать своего часа аудиенции у Ее Величества после выполнения своих собственных заданий, что, во всяком случае, они наглядно и демонстрировали.       Также неподалеку от Королевы восседал за неприметным столом Патеус — личный писарь Ее Величества. Он являлся этаким секретарем Королевы, и в его непосредственные обязанности входило постоянное протоколирование всех официальных аудиенций у Ее Величества. Также он вел полную статистику Улья, в том числе всего роя. Во всяком случае, так считалось официально. На самом деле многие считают, что записи имеются только для самых выдающихся оборотней, но подтверждений этого не было и всегда, когда вдруг начинали требоваться такие-то подробности про такого-то оборотня, у него откуда не возьмись, появлялось подробное досье про искомого персонажа. Кроме того он вел учет всех планов Королевы, их расчеты, вероятности побед и поражений, под его копыта была вверена вся экономика Улья, баланс и расход имеющегося и необходимого питания и многое другое. Словом, он был самым настоящим правым копытом Ее Величества, и этим было все сказано.       Ну и, конечно же, на входе гордо стояли два статных красавца — личная охрана Ее Величества, двое рослых самцов-оборотней — одни из лучших воинов Улья.       До последних у меня не было совершенно никакого интереса… впрочем как и до всех остальных тоже, кроме Ее…       Королева закончила свою краткую, но весьма неприятную речь, после чего гневно зыркнув на нас, скомандовала:       — А теперь вон отсюда! — и мой отряд безропотно и спешно удалился из зала.       Я же вопреки приказу осталась стоять на своем месте. Док также отошел в сторонку, но остался здесь, по всей видимости, закончив с больным и ожидая личного приказа. Королева, уже не глядя на уходящих оборотней, быстро подошла к Патеусу и что-то тихо ему сказала. Я знала наперед, что по обыкновению после выговора, либо похвалы отрядов, с командиром лично общается Королева и меня отдельно ожидала вычитка. Королева вдруг не глядя произнесла:       — Дерпи, останься!       Я же не дернулась, стоя на одном месте. Ее Величество некоторое время переговорила со своим писарем, после чего повернулась ко мне и медленно стала подходить:       — Я слушаю, — вкрадчиво произнесла она, внимательно меня сверив взглядом.       — Ваше Величество, — начала я, извинительно, подняв высоко голову. — Это моя вина. Я не справилась с заданием!       — Дерпи… — удрученно протянула Королева. — Я на тебя надеялась…       — Я знаю, — посмела я вставить уверенное подтверждение. — Я готова понести полное наказание!       — Вместо аквабивина, — продолжала Королева. — Я получила двух травмированных оборотней, один из которых так плох, что и вовсе нуждается в серьезном лечении, — она посмотрела на врача, который сразу же серьезно утвердительно помотал головой.       Я молчала. Мне больше нечего было сказать. Провал — есть провал, а оправдания — это для слабаков. Настоящие войны Ее Величество не ищут себе никаких оправданий, а лишь только выполняют беспрекословно приказы.       — И теперь, — все продолжала Королева. — Мне придется заново отправить отряд за моим аквабивином, который мне в срок не доставили, — она еще раз кинула укоризненный взгляд на меня, от которого мне стало не по себе. — Я не смогу в срок провести аквабивацию и это очень плохо.       — Ваше Величество, — я снова посмела обратиться к Королеве. — Если вам будет от этого легче… если хотите, вы можете… убить меня!       Я сказала не громко, но от моих слов все притихли и с очевидным удивлением обернулись ко мне. Некоторое время все молчали, даже Королева озадаченно меня осматривала, после чего невозмутимо произнесла:       — Дерпи, перестань говорить ерунду.       — Извините, Ваше Величество, но вы, правда, можете… меня убить, если прикажите. Я этого заслуживаю.       — Уймись! — решительно приказал она.       — Простите! — я смиренно опустила голову.       — Патеус, напомни-ка нам ее краткое досье, — спустя некоторое время вдруг приказала Королева.       Писарь тут же стал рыться в своих папках и спустя уже десять секунд он зачитывал:       — Дерпи. Всего совершено сорок два рейда, из них тридцать восемь успешные…       — Ну, вот видишь, — оживленно заговорила Королева. — У тебя одни из самых лучших показателей во всем Улье! А этот инцидент я просто спишу на… случайность.       Я, не двигаясь, повела глазом на писаря. Другой мой глаз остался неподвижным. И Королева, и писарь заметили это и, как мне показалось, подумали, что мой провал мог быть связан с моим недугом. Я снова посмотрела на Королеву, и я была абсолютно уверена, что ее взгляд переменился. Она как будто уловила то, что я думаю и мне захотелось убежать, спрятаться, лишь бы не быть уверенной, что Королева действительно так обо мне думает.       — Я отправлю другую группу, — строго сказала Королева. — Дримакс и Гесталлус — ваш отряд пойдет завтра утром, — оборотни сразу подхватились. — За главного будет Дримакс.       — Мы вас не подведем! — гордо заявил Дримакс.       — Что же касается тебя, наказание я придумаю позже. Пока мне нечего тебе поручить. Сейчас можешь отдыхать, ты свободна. Ступай.       — Слушаюсь, Ваше Величество! — после чего я спокойно повернулась и ни на кого не глядя, покинула помещение.       

***

      Улей. Утро. Я решила развеяться, прогуляться, тем более что мне на время официально дали, как я поняла, легкий отпуск. Не успела я выйти из Улья, как ко мне на выходе подбежал взволнованный Гордакс:       — Ну, как вчера прошло? Королева не сильно ругала?       Я лишь неприятно глянула на него, ничего не ответив. Он все итак понял, но, несмотря на это, продолжал:       — Ты сказала про воду?       — Нет.       — Почему?! Надо было сказать про воду! Мы же так и не узнали, откуда она там появилась.       — Это неважно, — холодно бросила я в ответ.       — Как это неважно?! Там никак не должно было быть воды!       В это время навстречу прошло несколько оборотней, которые явно косо на нас посмотрели, и особенно на меня.       — Слушай, — заговорил вдруг полушепотом Гордакс. — А, может быть, нас всех, это… подставили?       — Не говори ерунды! Никто бы не стал в здравом уме учинять мне преграды, — уверенно сказала я.       — Вот-вот, здравого ума нам всем сейчас как раз и не хватает, — после этих слов я наградила его непонятливым взглядом. — Я имею в виду, всему Улью. Видишь, как на нас смотрят, — мы вышли на улицу, где вразнобой столпилось довольно много оборотней, шляющихся без дела в свое свободное время. — Они все уже знают о нашем провале. Слухи разнеслись по всему Улью в мгновение ока.       И, правда, не успели мы выйти, как тот час на нас было уставлено с десяток неприветливых морд, враждебно нас осматривающих с копыт до головы.       — Че это они? — в полу-шутку иронично вдруг спросила я. — Каждый третий или четвертый рейд терпит неудачу. Что их так возмущает?       — В том-то и дело, что рейды частенько не удаются. Ты же исключение. У тебя почти все рейды были удачными. Они не возмущены, они злорадствуют.       — Ах, конечно. Чем выше поднимешься, тем больнее падать, — рассудительно заключила я, чем дала повод Гордаксу задуматься и на миг замолчать.       А тем временем, до нас донеслось издалека несколько оскорбительных словечек, явно пущенных в мой адрес. Мы прошли молча несколько шагов, после чего Гордакс продолжил:       — Знаешь, Кселус совсем плох. Я мельком услышал, что еще чуть-чуть, и он бы мог не выжить. Он до сих пор не пришел в себя.       — Будет хорошим уроком на будущее не нарушать приказы командира, а исполнять их! — наставительно и слегка эмоционально выпалила я, повернувшись в упор к оборотню.       — Да, с этим я согласен, — пояснил он деловито. — Но, скорее всего, на этом от тебя не отстанут. И тебе еще, ну, в общем… попадет.       — А я и не сказала, что все закончено…       Тут недалеко из толпы кто-то громко выкрикнул: «Неудачница!» И следом сразу последовало потише, но не менее надменно: «Дерпи провалила задание». Я же безучастно побрела дальше, как будто ничего не слыша. Крики повторились. Была заметна тенденция, чем дальше был источник криков, тем громче он звучал. Почти все близкие оборотни хоть и недовольно осматривали меня, но молчали и виду не подавали.       — Дерпи скатилась! — вдруг громко раздалось откуда-то рядом.       — Дерпи, фу! Дерпи отстой! — послышалось с другого конца.       Я шла дальше. Но вдруг откуда-то издалека из глубины толпы послышалось:       — Дерпи пони!!! — и тут же по всей окрестности раздался дикий заливистый ржач.       Ну, это уже перебор. Я на миг остановилась и кинула ледяной взгляд в толпу, откуда это последовало. Вдруг некто совсем рядом также издевательски подхватил:       — Скати-ила-ась!       Я быстро повернулась к нему. Оборотень стоял совсем рядом и, заметив мой резкий серьезный взгляд, сразу осекся и насторожился. Он продолжал стоять на месте, но уже ничего не выкрикивал. Я уверенно окинула взором всю толпу и уже хотела тронуться с места, как снова с другого бока, справа, громко выкрикнули:       — Дерпи скатилась конкретно! Теперь ей влетит! Говорят, она чуть не убила одного из нас…       Я замерла на месте. Проглотив и никак не отреагировав, я все-таки двинулась вперед. Но возгласы повторились:       — Слабачка! Теперь она ничем не лучше нас…       — Да она слаба! Она не может даже ответить за свои действия! — подстегнул другой голос оттуда же.       — Она просто кобыла! Слабая кобы-ыла! — повторилось с издевательским смешком справа.       Под звучный ржач я остановилась и не спеша повернулась к ним с легкой ухмылкой. Это была небольшая группка оборотней, стоявшая от меня метров в семи-восьми.       — Ну, что смотришь? — продолжил подстегивать один из них. — Теперь ты уже не такая крутая!       В это время где-то позади послышалось «Кривая!», «Косая!»… Я впервые обратилась к ним:       — Вам повезло, что я не в настроении, — и, видя их легкую озадаченность, продолжила: — Мне лень до вас идти… так бы я вас проучила.       — Ой-ей-ей… — закривлялись сразу несколько из них. — Ты просто трусишь! Теперь ты слабая и не сможешь никем командовать! Даже сразиться с нами ты не способна…       — Может, проверим? — я вздохнула.       Тут же трое из них вспылили, и стали активно зазывать меня к себе, выкрикивая разные дразнилки и обзывательства. Один из ближних вдруг подошел к самому активному среди них, что громче всех кричал и что-то сказал на ушко. Тот резко отпрянул и негромко, но достаточно для того, что бы я услышала, обрубил:       — Да не парься ты! Что она нам сделает? Нас пятеро, а она одна!       — Ну, ладно. Уговорили, — снисходительно ответила я и степенно пошла к задирам.       В то же мгновение их группа обрела четкие формы, а близстоящие спешно разошлись подальше. Их действительно оказалось пятеро. Как только они увидели, что я к ним приближаюсь, их пыл резко поубавился, но двое-трое ближних все еще продолжали меня поддразнивать:       — Ну, давай! Ну, что ты можешь сделать?       — Или, может, в кого превратишься? А нам и превращаться ни в кого не придется, — самоуверенно заявил другой.       Но они и не успели ни в кого превратиться… подходя к ним, я вдруг резко кинулась вперед, чем спугнула двух дальних. Они просто отбежали от нас и больше не приближались, видимо, даже не подозревая, что я это все серьезно. Вокруг тут же загудела толпа, которая впрочем, вскоре постепенно и затихла, потому что наша стычка почти сразу стала походить даже не на «Веселые игры», а просто-напросто на избиение. Еще в начале драки к нам посмели сунуться двое других самцов-оборотней, типа на замену двум сбежавшим, не особо умных, но, видимо, горячих и сильно солидарных с троицей, которые вскоре все равно об этом пожалели.       Ближе к концу вокруг стояла просто-таки мертвецкая тишина. Никто не решался нас разнять, а вернее, попросту меня остановить. Но это и не потребовалось. Минуты через две уже все закончилось. Я стояла, глубоко дыша и победно осматривая лежавших. Двое из них зачем-то пытались куда-то ползти, периодически постанывая, троя же и вовсе, откинув копыта, обездвижено лежали.       — Сойдет, — негромко сказала я и напоказ отряхнулась.       Толпа вокруг стала редеть, многие стали неловко расходиться кто куда, как будто у всех нашлись какие-то срочные дела. Ко мне тут же подбежал Гордакс, наблюдавший за всем издалека:       — Слушай, ну ты… — начал он похвально. — Да тебе и оборотнем быть не обязательно. М-м, я имею в виду, что ты итак все можешь.       Больше из толпы никто ничего не выкрикивал…