Шесть дней, пять ночей

Акихито, красивый мужчина примерно пятидесяти лет и по совместительству король Кинмоку, подписывал бумаги, сидя за своим любимым дубовым столом в кабинете, как вдруг в дверь постучали. - Я просил не отвлекать меня, когда я работаю! – строго выкрикнул он, не поднимая головы. Стук повторился, дверь едва-едва приотворилась, и раздался голос стражника: - Прошу прощения, ваше величество, но ситуация критическая… Ваш сын вернулся и, кажется, сходит с ума… - Что вы имеете в виду? – непонимающе уточнил Акихито, нахмурившись. - Он собрался войной на Луну, но мы же… В ту же секунду король встал и твердым шагом направился в покои сына, оставив стражников прижатыми к стене и боящимися дохнуть.

***

Сейя надеялся, что ему никогда не пришлось бы разворачивать театр военных действий в своей жизни – он всегда был за мир и покой; однако ситуация, в которой он оказался, жгла ему душу и разум, не давала ни секунды покоя, накрывала волной негативных эмоций и почти не давала дышать, и он не видел для себя иного выхода. Он извлек свой меч, жалея, что явился на Луну безоружным – так он, возможно, смог бы дать отпор тем стражникам в Лунном дворце… Его затрясло от злости, когда он вспомнил, как внезапно они схватили его за руки, не давая возможности что-то объяснить или вырваться, а когда вспомнил выражение лица королевы, то чуть не задохнулся от нахлынувшей жгучей ненависти. Его окунули в грязь, унизили, воспользовались и изгнали, причем как будто нарочно именно в тот момент, когда он был беспредельно счастлив и уже обдумывал, как именно он будет просить руки своей возлюбленной у ее матери. Это счастье вырвали из него голыми руками, не только не озаботившись наличием анестезии, но напротив, словно стараясь причинить как можно больше боли, и оставили медленно умирать, и не думая о его дальнейшей судьбе. От осознания этого он сжал кулаки, вонзившись ногтями в ладони, и твердо поклялся биться до последнего, но отвоевать принцессу Серенити и отомстить ее матери. Сейя с трудом представлял, как именно он заставит страдать королеву Селену, но охваченный злостью мозг подсказывал, что этот вопрос обязательно решится – стоит только добраться до Луны с отрядом лучших воинов Кинмоку. Вдруг в его покои без стука вошел Акихито. - Скажи мне, Сейя, - сразу начал он. – Ты серьезно собираешься идти войной на Луну, или у вас, молодых, сейчас в ходу такие дурацкие шутки? - Я совершенно серьезно собираюсь атаковать, - твердо ответил Сейя. - Тогда ответь на еще один вопрос, сын: ты точно нормален? - Абсолютно. – Сейя хмыкнул. - Луна – одно из важнейших королевств в галактике! – не выдержал Акихито. – Луна – это просто концентрация магических артефактов! – при их упоминании Сейю передернуло. – Я всегда знал, что музыкант из тебя куда более перспективный, чем политик, вот как я должен буду тебе бразды правления передавать, скажи на милость?! - Если бы ты знал, как… Как со мной поступили на этой чертовой Луне, ты бы наверняка заговорил по-другому!! – выпалил Сейя, не в силах сдерживать эмоции. - Сначала расскажи, - потребовал король. – Кстати, военные сборы отменяются – если ты забыл, то пока на этой планете главнокомандующим являюсь я, а не ты. И Сейя, весь трясясь от праведного гнева, вкратце поведал отцу о письме королевы Селены, о том, как принцесса выбрала его в качестве своего партнера, напомнив, что полюбил ее с самого первого бала, и о том, как его выгнали из дворца без видимых причин. - Я, я достал из Серенити тот самый магический артефакт, понимаешь, отец?! – бушевал принц; к концу рассказа эмоции охватили его грудь, словно обруч из раскаленного железа. – Я сделал ей предложение! Я хотел официально просить ее руки сегодня и вернуться на Кинмоку вместе с ней, чтобы ты познакомился с ней! А королева… Луны… Она просто непроходимо тупая идиотка! – он не выдержал и изо всех сил ударил кулаком по стене. Воспитание не позволяло ему показать при отце свою слабость и заплакать, хотя теперь, когда он лично проговорил все события, которые принесли ему столько боли, слезы буквально душили его, перекрывая горло. - М-да, - наконец произнес Акихито, скрестив руки на груди. – А я-то думал, ты у друзей снова, а тут вон что получилось… Хм… - он окинул сына взглядом. – И что, ты на самом деле держал в руках Серебряный кристалл? Заметив, как Сейя закусил губу и вновь сжал кулаки, он немного осекся и пожалел о своих словах, представив себя на его месте. Принц бессильно прислонился к стене и выдохнул – у него не было больше никаких сил. Резкая вспышка гнева прошла, уступив место пустоте и боли, которые как будто резали сердце тупым ножом. - Сейя, - позвал его отец. – Ты прекрасно знаешь, что мужчины королевской семьи Кинмоку всегда были гордыми, независимыми и честными, - Сейя медленно кивнул, - и что честь и репутация для нас всегда были чрезвычайно важны, - парень кивнул снова, - поэтому лично я вижу один выход: просто ждать. - В смысле – ждать? Чего ждать?! – выкрикнул Сейя. – Пока она прилетит сюда и еще мне в лицо дополнительно плюнет? - Если она прилетит сюда, то только для того, чтобы просить тебя вернуться обратно. – На лице Акихито появилась усмешка. – Не знаю, каким местом она думала, выгоняя тебя, но мне сдается, что точно не головой. Заметив мелькнувшую на губах сына едва заметную грустную улыбку, он продолжил: - Никто и никогда не унижал воинов Кинмоку без плачевных для себя последствий, запомни это раз и навсегда. Ты будешь ждать визита королевы Селены в наш дворец в течение месяца, а если она не изволит явиться и принести свои извинения, то я лично отправлюсь на Луну, чтобы высказать ей в лицо свое беспристрастное мнение. - Я сойду с ума. – Произнес Сейя едва слышно. – Без Серенити. Я. Сойду. С ума. - Придется потерпеть, если хочешь, чтобы тебя оценили по достоинству. А если не оценят, то я им искренне посочувствую, а мы найдем тебе принцессу получше, поверь мне. Ты не представляешь, сколько вокруг благородных девиц с очень и очень шикарной внешностью, Сейя. - Издеваешься надо мной, да? – прошипел Сейя, снова готовый убивать. - Объясняю тебе, что за тебя половина галактики замуж готова выйти. - В голосе Акихито не было и намека на шутки. – Отдохни и приди в себя, а завтра ты нужен мне для помощи в государственных делах. Уж если ты планируешь когда-нибудь занять этот трон, то должен уметь мыслить трезво в любой ситуации. И он развернулся и вышел.

***

Проснувшись, Серенити немного расстроилась, что не обнаружила любимого рядом; однако она знала, что непременно встретит его во дворце, поэтому улыбнулась. Она потянулась в постели, выгибаясь, словно кошка, а потом присела и вновь извлекла Серебряный кристалл. Прекрасный бриллиант в форме лотоса светился в ее ладонях, и на девушку снова нахлынуло желание. Она жаждала отблагодарить любимого, зацеловать его и занежить, отдаться ему и продолжать быть бесконечно счастливой. Ей хотелось гулять с ним, хотелось отпроситься у матери, чтобы полететь с ним на Кинмоку, хотелось узнавать о нем еще много-много; а когда она вспомнила про его обещание официально просить ее руки, то счастье заполнило ее до краев, и она с широкой улыбкой прикрыла глаза, снова представляя себе их с Сейей свадьбу. Помечтав, она вскочила с постели и пошла наводить красоту, умываясь и причесываясь; после сделала оданго и вплела в них цветы; надела легкое розовое платье, подчеркивающее фигуру, вспомнив советы Венеры. Закончив все приготовления, она послала воздушный поцелуй своему отражению в зеркале и направилась завтракать, надеюсь встретить Сейю в трапезной. Не увидев его и там, она вздохнула, но решила позавтракать одна – она чувствовала сильный голод. Она торопливо поела, желая как можно скорее увидеть любимого, и сразу после завтрака направилась в его покои. Постучав, она позвала: - Сейя? Какое-то время она ждала, а потом приоткрыла дверь и вошла. - Сейечка… Ты здесь? Покои пустовали. Серенити посмотрела в ванной и на балконе и заметно занервничала. Развернувшись, она направилась к матери. Королева Селена занималась какими-то делами в своих покоях. Серенити заглянула к ней. - Мама… Я тебя не отвлеку? - Проходи, - ответила Селена. - Мама, я знаю, что ты относишься к Сейе как-то предвзято, но… Ты его случайно не видела? Я нигде не могу его найти… - Принц Сейя вернулся на свою планету, дорогая. На секунду у девушки все потемнело перед глазами, но она взяла себя в руки и уточнила: - Надеюсь, на Кинмоку все хорошо?.. - Вполне, - кивнула королева. – Все очень просто. Он же помог тебе достать кристалл? Его задача заключалась только в этом. Поэтому я отправила его домой. Серенити стояла как оглушенная, пока до нее доходил смысл сказанного, а потом закричала: - Постой, ты что… Выгнала его?! - Не выгнала, а попросила покинуть наш гостеприимный дворец. - Мам, ты совсем сошла с ума?! – руки принцессы сжались в кулаки. – Немедленно сообщи ему, чтобы он возвращался! Селена повернулась к ней, строго глядя. - Послушай, дорогая дочка, - произнесла она максимально холодным голосом. – Мне важно твое будущее. Ты не знаешь, какой он человек на самом деле, и ставишь саму себя под угрозу! - Это я-то не знаю, какой он человек?! – Серенити повысила тон. – Он прекрасный, заботливый мужчина, он нежный, страстный, он… Он умеет все, что мне нужно! Он делает меня счастливой, потому что как будто знает, чего я хочу! У него есть чувство юмора, он знает, когда быть серьезным, он открыт со мной, он принимает меня такой, какая я есть… Он просто невероятный!! Мама, я была с ним все это время, и это было лучшее время в моей жизни, а ты… Откуда ты можешь его знать?! По какому принципу и на каких основаниях ты вообще делаешь выводы о нем?! - Милая, - Селена говорила таким тоном, словно объясняла что-то маленькому ребенку. – Сейя, несомненно, довольно красив и быстро очаровывает девушек, - вот и ты поддалась его чарам. Я ни в чем тебя не виню, но и не могу одобрить твой выбор. Перед тем как позвать кандидатов, я, разумеется, навела о них справки. Основной документ, который можно получить и которому нет оснований не доверять – это характеристика, которую дает серьезнейшее заведение, межгалактический университет. Если бы ты знала, что написано в характеристике твоего принца, то поняла бы, почему я так к нему отношусь! - Я хочу ее прочитать, - потребовала Серенити. - К сожалению, сейчас я не могу тебе ее предоставить. В глазах принцессы заблестели слезы. - Значит, все это ложь!! А даже если про него понаписали всяких гадостей, то со мной он все равно был предельно восхитителен, и этого ничего не изменит, даже если все эти писаки характеристик всей толпой придут доказывать мне, что Сейя мне не подходит! - Я все сказала. – Селена отвернулась, ясно давая понять, что разговор окончен. Серенити сжала руки в кулаки, пытаясь сдержать гнев, боль и отчаяние; злые слезы обжигали ее побледневшее лицо, все тело била дрожь. Она искренне и нежно любила свою мать, а та всегда заботилась о ней; девушка думала, что именно мама была тем человеком в ее жизни, которому всегда можно доверять, с кем можно делиться мечтами, надеждами, который дарит счастье… И вот теперь буквально на ее глазах заботливый ангел превратился в злого демона, отобравшего у нее счастье, разбившего хрусталь ее сладких грез, погасившего ее свет надежды и как будто заточившего ее во мгле страшного одиночества. - Я тебя ненавижу… - проговорила она сквозь зубы изменившимся голосом, вся трясясь. – Ты мне больше не мать… Селена повернулась к дочери; выражение ее лица оставалось бесстрастным, но во взгляде светло-голубых глаз проглядывали непонимание и недоумение. - Что? - Ненавижу, - повторила девушка. – Единственное, чего бы я сейчас хотела – зашвырнуть в тебя этот клятый Серебряный кристалл, чтобы он разлетелся на осколки, разбившись о твое каменное сердце! Подавись им, мама, понимаешь?! - Ты еще поблагодаришь меня за заботу о твоем будущем, - ответила Селена, изо всех сил стараясь сохранять спокойствие. - К черту такую заботу! – взорвалась Серенити. – К черту твои характеристики! К черту это королевство, кристаллы и тебя саму! Если ты мне завидуешь, что меня полюбил настолько горячий и прекрасный мужчина, то пусть тебя сожрет эта зависть! И она рванулась прочь, хлопнув дверью так, что на стене над ней побежали мелкие трещины. Стуча каблуками по полу дворца, Серенити бежала к покоям Венеры и Ятена. Постучав в дверь, она долго ждала ответа и уже собралась было уходить, как вдруг за дверью раздался шорох. Открылась дверь, и Венера выглянула в коридор. Она была растрепана и счастлива; Серенити отчетливо видела горевшие в ее глазах огни. - Серенити! – начала она. – Боже, что вчера было! И вы с Сейей, ну эта ваша любовь, просто… ах! Она осеклась, увидев, как потемнело лицо принцессы и как слезы покатились по ее щекам. - Сейи нет во дворце… Королева выгнала его. – Голос девушки звучал глухо. Венера побледнела, быстро осознав, что это значило для ее подруги. - Серенити, я… - она почему-то почувствовала себя ужасно виноватой перед ней, хотя и понимала, что это глупо. – Пожалуйста, дай мне немного времени одеться и умыться, и я сразу приду к тебе… Принцесса кивнула; ее губы дрожали. Когда Венера скрылась в покоях, Серенити направилась в комнату Сейи. Очутившись в ней снова, она присела на кровать, поглаживая покрывало, которым та была накрыта, и думая о теплом теле любимого мужчины. Посидев немного, она встала и снова прошлась туда-обратно, словно пытаясь вдохнуть воздух, которым совсем недавно дышал он, прошлась взглядом по мебели и, повинуясь желанию, распахнула шкаф – и ее сердце екнуло. Там висел забытый Сейей плащ – тот самый плащ, деталь великолепного костюма, в который он был облачен на балу. Дрожащими руками девушка достала его и прижала к груди, не выдержала и разрыдалась. Если бы она только могла знать о коварстве своей матери, она бы встала на защиту своего принца, а так… Он был оставлен наедине с ее матерью и наверняка умолял остаться, а в итоге был изгнан прочь... - Он, наверное, думает, что я знала о том, что может произойти… А что, если он думает, что его изначально пригласили для того, чтобы просто попользоваться и вот так выгнать… Господи, как я теперь буду извиняться перед ним за дурость своей собственной матери?.. Она долго лежала и бессильно плакала, пытаясь представить себе боль Сейи в тот момент, когда его вот так вырвали из неги их совместного счастья, и эти мысли пронзали ее, словно тысячи ядовитых игл. Вдруг в дверь постучали, и девушка вздрогнула. - Серенити… - Венера осторожно прошла внутрь. - В-венера… - та подняла на нее взгляд, в котором билась такая безысходность, что она кинулась обнимать принцессу. - Расскажи мне все… Поделись… - шептала она, гладя ее по спине. И Серенити, захлебываясь слезами, поведала подруге обо всей той боли, которая терзала ее сердце; однако ей не только не полегчало, а напротив, тоска лишь сильнее сжала на ней свои страшные, беспощадные тиски. Венера слушала ее молча, подрагивая, когда Серенити начинала рыдать особенно громко, буквально выплакивая глаза. - Милая, - как можно нежнее и спокойнее произнесла она, - тебе надо отдохнуть, побыть одной… Пойдем, я помогу тебе. Девушка кивнула и привстала, и тут Венера заметила плащ, но промолчала, не желая делать еще больнее. Она потянулась было взять его, но Серенити оказалась проворнее и схватила вещь первой, накрепко прижав к себе. - Я хотела накинуть его на тебя, - мягко сказала она, и принцесса не сразу, но все же позволила ей взять плащ и слегка вздрогнула, когда плотная, но мягкая ткань легла на ее плечи. Когда его надевал Сейя, плащ доставал почти до пола; Серенити же, которая была намного ниже его, можно было укутать в него, как в одеяло, что Венера и сделала, закрепив всю свою работу золотой брошью со своего платья. Серенити горько вздохнула, представив себе, что ее обнимает ее возлюбленный. Венера проводила девушку в ее покои и побежала к мужу, быстро описав ему всю ситуацию. - Это безумие, - констатировал Ятен, размешивая снадобье в хрустальном стакане. - Абсолютное. – Венера покачала головой, словно пытаясь осмыслить происходящее. – Я не ожидала такого от королевы… Придя в комнату принцессы, Ятен чуть не выронил из рук бокал. - Такой вид… За один день?.. – шепотом обратился он к супруге, и та кивнула. – Принцесса Серенити… Девушка подняла на него взгляд. - Ятен… - Вот, выпейте. – Ятен помог ей присесть и протянул стакан, едва заметно поглаживая по голове, пока она медленно цедила бесцветную жидкость. Примерно через полчаса Серенити уснула, когда снотворное и мягкая магия Целителя погрузили ее в состояние, в котором она могла хоть немного отвлечься от своих проблем, и тогда Ятен с Венерой осторожно сняли с нее плащ и прикрыли им сверху, а потом вышли в коридор. - Нам нужно поговорить с Селеной, - сказал Ятен. – Она так долго не протянет. - Т-ты намекаешь, что Серенити… может умереть?! – взвилась Венера, но Ятен быстро закрыл ей рот. - Очень надеюсь, что нет, но депрессия поглотит ее, беспросветно, и это будет страшно. - Меня вот уже… накрывает. Ее боль словно передается мне. У нее забрали любовь, и все как будто умерло, Ятен. – Она поводила рукой в воздухе. – Нет больше этих вибраций, свет померк. Наша Луна гаснет. - Посмотрим, что будет завтра, - Ятен выдохнул, взглянув на подавленную жену. Венера кивнула, и они отправились восвояси.

***

Когда Серенити проснулась на следующий день, она тихо ахнула от ужасной головной боли, которая как будто раскалывала ее череп на части. Она закашлялась и потянулась за водой. Сделав несколько жадных глотков, она прошептала: - Сейя… И тут же осознание нахлынуло на нее, словно прорвавшаяся плотина, затапливая ее в отчаянии, мучениях и безвыходной тоске… Не причесываясь, не переодеваясь, лишь слегка ополоснув лицо и почистив зубы, она посильнее закуталась в уже ставший таким родным спасительный плащ и побежала в тронный зал, зная, что ее мать скорее всего там. Подойдя к едва заметно приоткрытой двери, она поняла, что кто-то был внутри. Прислушавшись, она ясно различила голоса Венеры и Ятена, доказывающих королеве Селене ее неправоту. - Это не ваше дело, Ятен, - услышала принцесса голос матери. – Я сама решаю, как лучше будет моей дочери. - Она впадет в депрессию и, возможно, не сможет больше достать Серебряный кристалл, а это будет означать, что все было зря, - ответил Ятен. - Ваше величество! – раздался голос Венеры. – Вы правда не видели, как они смотрели друг на друга, как великолепна их любовь… Поверьте мне! А еще ведь принц Сейя сделал Серенити предложение! Девушка закрыла рот ладонями, и слезы снова хлынули из ее глаз. Мысли об их с Сейей несостоявшейся свадьбе сводили ее с ума еще больше. - Что-о-о?! – вновь услышала она голос матери. – Венера, хоть вы мне и почти как дочь, но я не желаю вас видеть – прочь с моих глаз! А вы, Ятен, слишком уж дерзки – боюсь, мне придется выгнать и вас из своего дворца! - Мне не страшно, ваше величество, - ответил Целитель. – Я буду много где востребован, а моя супруга, без сомнения, последует за мной. Правда, Венера? - Конечно, - голос девушки огласил почти весь зал. Серенити тяжело вздохнула, понимая, что мать непреклонна, а теперь еще и собирается выгнать ее лучших друзей; она хотела было ворваться в зал и выкрикнуть ей в лицо всю свою боль, но вдруг резко развернулась и бросилась прочь из дворца. Сама не осознавая того, что оказалась примерно на том же месте, с которого Сейя покинул Луну, она извлекла Серебряный кристалл и с ненавистью сжала его в ладони, словно желая испепелить. - Дай мне сил на путь до Кинмоку, Серебряный кристалл, - произнесла она и исчезла в небе.