Лиловое облако

- Дорогая Нюша! – в который раз репетировал Бараш свою речь, - Или уважаемая? Нет, не так… Дорогая – сли-и-ишком фамильярно, уважаемая – это скорей к Совунье следует так обращаться – больно официа-ально… Бараш тяжело вздохнул и покосился на заваленный исписанными листами стол. «Может, стихи ей почитать? – подумал влюбленный поэт, но тут же отмел сию идею: - Но ведь как она там говорила: «Ах, Бараш! Как же ты мне надоел! Не хочу я слушать твои дурацкие стихи!» - Вспомнив фразу возлюбленной, Бараш поморщился, как от зубной боли, и вслух сказал: - Тоже мне, знаток поэ-эзии! – и, тяжело вздохнув, добавил: - И откуда только берутся такие – красивые и… бесчу-увственные?! *** Нюша вертелась перед зеркалом. - Так, - задумчиво протянула свинка, примеряя новенькие джинсы, - Какую же кофточку надеть? Если сиреневую – так ее я уже одевала. А зеленая с травой – хрю – сливается! Впрочем, - добавила она, чуть подумав, - Этому Барашу положительно плевать, во что я одета. Вот что, - решительно заявила Нюша, натягивая белую футболку, - Не буду вовсе наряжаться! Что он, этот Бараш, принц какой? Хрю! *** Нюша материализовалась возле Бараша в самый неподходящий момент – когда он вновь начал повторять в пустоту свое признание. - Приветик, Бараш! – небрежно поздоровалась Нюша, - А с кем ты тут того, разговариваешь? - Да… Ни с кем… - пробормотал Бараш, - Я… Стихи сочинял… - Ах, Бараш… - мечтательно протянула Нюша, забираясь на качели, - Ты только тем и занят, только одно у тебя на уме: стихи, поэзия… - не замечая обиженного вида поэта, продолжала свинья, - А как же все остальное? Ведь эти твои стихи никому, кроме тебя, не нужны! - Что за остальное? – обиженно спросил Бараш, занимая место рядом со свинкой - И почему не нужны? Вон Ежик на прошлой неделе читал… И сказал, что они… - Бараш приподнял бровь, вспоминая, - Что они отдают дека-адансом! - Нашел, чем гордиться! – фыркнула Нюша, - Такие заумные слова (хрю!) ничего хорошего значить не могут! Бараш хотел было продолжить дискуссию, но вспомнил о заготовленной речи. «Сейчас, или никогда!» - решил поэт, и с чувством начал: - Ню-юша! – сказал он, оказавшись от эпитетов, - Я… Монолог был прерван появлением Кроша. - Так, Нюша, Бараш, - выпалил кролик, - Слезайте со своих качелей, и пулей к Карычу – он всех у себя собирает, там новенькая должна приехать! – сказав это, Крош помчался в указанном им направлении. - Круто, правда, Бараш? – произнесла Нюша, гордо покидая качели, - Хоть что-то интересное в нашей (хрю!) скучной жизни! Свинка поспешила вслед за кроликом. «Никогда…» - подумал Бараш, плетясь следом…