Чуждый

      Коварнее демона может быть лишь его дитя, рожденное от смертного. Никогда не стоит доверять этим тварям и их потомкам. Особенно, если твоей специализацией является демонология. Зачастую, среди твоих коллег может скрываться много подобных полукровок и некоторые из них даже могут оказаться твоими учителями. — Эрри, неужели ты действительно мне не веришь? — Не особо, — я криво улыбнулся, продолжив пятиться назад, пока не уперся лопатками в стену.       Мой дар был слишком силен, и мой учитель нашел меня сам. Он назвался Морриганом и пообещал научить меня сдерживать свои силы, чтобы больше никому не навредить. Я был сбежавшим из дома подростком и после трагедии со Стефаном был готов принять помощь от кого угодно. Морриган этим воспользовался. Нет, он обучил меня всему, что знал сам, чтя наш договор, но когда срок действия контракта закончился, я очнулся в подвале около пентаграммы в сдерживающих цепях, сидя в клетке. Я мог двигаться, но использовать свою магию было не в моих силах.       Именно в тот момент, когда в подвал спустился Морриган и тепло улыбнулся мне, сменив свое обличье, я зарекся иметь дело с демоническими полукровками. Демонов можно было связать контрактом, в рамках которого они действовали, а вот на полукровок сила договоров влияла слабее. Полукровки алчнее и злобней, нежели их демонические папочки-мамочки. Там, где демон будет действовать с изяществом мастера, его дитя от смертного снесет всё на пути к цели с грацией бронированного слона. Порадовавшись моему пробуждению, бывший учитель быстро покинул подвал, оставив меня один на один с нерадостными мыслями.       Наверное каждый счастливый обладатель магического дара иногда забывает про трюки простых смертных. Мой бывший учитель тоже забыл о них, положившись на свой дар и могущество цепей из антимагического металла. А вот я не забыл. Против простой стальной отмычки замок, скрепляющий цепи, оказался бессилен. К тому же открыть телекинезом клетку было весьма легко. Обратив внимание на пентаграмму я не мог не отметить, что Морриган, судя по всему, очень опасался того, кто должен был оказаться внутри. Такое количество сдерживающих защитных рун я видел впервые. Также дополнительная защита от случайного проникновения извне. Подивившись зрелищу, я попытался найти выход из подвала, когда мой бывший учитель решил вернуться. — Эрри, малыш, ты же понимаешь, что я сильнее? — Морриган показал в доброй, как ему наверное показалось, улыбке ряды острых клыков. — Признаю, но всё же отказываюсь от предложения.       Я прижимался спиной к стене и пытался придумать план. Морриган был сыном Баала, что автоматически повышало его статус в демонической иерархии до демона среднего уровня. Увы, когда я заключал договор на обучение, имя отца моего учителя меня волновало меньше всего. Теперь я расплачивался за свою детскую глупость. — Да ладно, Эрри, — бывший учитель всё ещё пребывал в хорошем настроении. — Ты ведь знаешь о влиянии практики демонологии на душу! Каждый маг-демонолог после своей смерти перерождается на просторах одного из демонических планов. Ты ничего не потеряешь, если это произойдет сейчас. Ну, почти ничего. Соглашайся! — Хочу отложить этот миг на пару столетий.       Я дружелюбно улыбнулся в ответ и создал между ладонями молнию, поразив ей Морригана. Природная магия давалась мне с трудом, но на несколько трюков я был способен. И завывший от боли Морриган был со мной согласен. Надо же! Зная его отца, я и не думал, что наврежу этим и надеялся просто отвлечь, но раз так… воспользовавшись случаем, я попытался пробежать мимо демона-полукровки и начерченной им пентаграммы, когда бывший учитель парой слов на одном из запретных в мире смертных демонических языков заставил моё тело оцепенеть. Вздохнув, Морриган потер ожог на груди, оставшийся от моей молнии, и негромко произнес: — Значит придется действовать по плохому. Поверь, Эрри, я сам не в восторге, но только так я могу откупиться от своего папочки. Вельзевул хочет заполучить меня уже не одно столетие, а я каждый раз даю ему повод забыть о себе на тридцать лет. Тебе просто не повезло, малыш. Жаль терять такой талант, но что уж тут поделать, я не успел найти добровольца.       Морриган обхватил меня одним из своих щупалец-конечностей, растущих из спины, словно мутировавшие крылья, и перенес обратно в клетку, после чего приступил к ритуалу. Я впервые видел призыв демона такого высокого уровня. Когда открылся портал, мне показалось, что весь подвал провалился в Ад, но это было лишь началом. Вельзевул, князь бесов. Он же воплощение одного из смертных грехов. Некогда один из почитаемых языческих богов. Я не был готов увидеть подобную тварь настолько близко. Видимо Баал ждал встречи со своим сыном, раз откликнулся так быстро. Ступивший на пентаграмму демон радостно оскалился при виде Морригана и буквально пропел: — Какая чудесная ночь в мире смертных дала тебе порыв позвать меня, мое дитя? Неужели ты решил вернуться в свой настоящий дом? — Я позвал тебя, чтобы отдать свою плату. — О, это, — Баал поморщился и махнул рукой: — Хорошо, я заберу предложенную душу, но это будет в последний раз. Мое терпение не безгранично, мой сын.       Демон протянул руку, готовясь сформировать договор, и я увидел, как просиял Морриган, довольный предложенной сделкой. Но закрепить её, сняв защитный контур от проникновения извне, полукровка не успел. Чары, наложенные им на меня, начали ослабевать и я, воспользовавшись случаем, прокричал: — Заключаю с тобой сделку, демон!       Баал отдернул руку, не дав своему сыну завершить заключение договора, и с интересом посмотрел на меня. Видимо удовлетворившись увиденным, Вельзевул потянул носом воздух и буквально оскалился: — И что же ты можешь предложить мне, юный демонолог? — Твоего сына, — я кивнул на замершего от удивления Морригана. — Мне терять нечего. Кто победит, тот и заключит с тобой договор, отдав другого.       Я боялся, что демон откажется, но тот лишь рассмеялся, словно ребенок. Его веселье было настолько искренним, что мы с бывшим учителем замерли, не горя желанием прерывать этот жуткий хохот. Когда же Вельзевул отсмеялся, Морриган воскликнул: — Ты же откажешь этому малолетке? — Почему? — Баал оскалился: — У этого мага есть качества, присущие настоящему демону, и он умеет рисковать. Предложить Высшему и зрелище, и душу. Давно я не получал такие дары. Я согласен заключить договор, демонолог.       Вельзевул проколол ногтем свой палец и в тот миг, когда на пентаграмму упала капля крови, я почувствовал, что сделка заключена. Демоны редко заключали сделки подобным образом без формирования договора. Лишь самые старые и могущественные могли использовать свою кровь в качестве заключения соглашения. Взмахом руки, Баал освободил меня и с улыбкой провозгласил: — Да начнется битва!       Это сражение было самым сложным в моей жизни. Я уворачивался от атак разъяренного сложившейся ситуацией Морригана и старался не смотреть в сторону довольного Баала, который создал себе из воздуха кресло и теперь неприкрыто наслаждался зрелищем. О чем я только думал, решив заключить сделку с Вельзевулом? Тут стоит начать с того о чем я думал вообще, соглашаясь на предложение Морригана. Купился на знания и могущество учителя. Сам виноват, Гарри, нужно было думать своей головой и найти источник знаний получше. И без подвоха. Зато теперь знаний множество, опыта тоже, а на кону преждевременное посмертие во владениях одного из сильнейших демонов планов Ада.       Когда мой бывший учитель натравил на меня одну из своих гончих, я прокусил палец, вызвав стайку подконтрольных мне бесов, которые мгновенно отвлекли внимание адской твари, а сам решил действовать по проверенной схеме. Молнии. Единственная стихия, которая хоть как-то мне благоволила, наравне с огнем. Вот только огонь против демона использовать бесполезно, а иммунитет папочки к электричеству, как оказалось, Морриган не унаследовал.       Что означает победа? Какой ценой она дается? Каковы её границы? Не всегда победу дарует полноценная победа над противником. Я смухлевал. Заставил Морригана поверить в то, что мои силы на исходе, промахнулся удачно для себя парочкой молний, и, когда бывший учитель склонился надо мной, желая добить, телекинезом толкнул его прямиком в центр пентаграммы. Довольно приятно было видеть удивление на демоническом лице Морригана, когда активация слоя защиты, препятствующего проникновению в пентаграмму вещей извне, не сработала. Сын оказался в любящих объятиях отца.       Вельзевул среагировал мгновенно. Кресло исчезло, а сам он прижимал к себе своего сына, смотря прямо мне в глаза. Секунда и Морриган падает у ног Баала без сознания, а сам высший демон с улыбкой произносит: — Это было подло. — Я победил.       В своем ответе я позволил себе немного гордости и наглости. За пределы Баал не выйдет и вряд ли захочет, а Морриган пока обезврежен. Появилась вероятность того, что я выберусь из возникшей передряги. Встав с пола, я постарался не слишком морщиться — бывший учитель успел задеть меня, проткнув мою ногу своими щупальцами. — Да, — согласился Вельзевул. — Может всё же ты пойдешь вместо моего сына? Уже сейчас из тебя выйдет отличный демон среднего уровня, а при должной тренировке встанешь в ряды моих помощников. — На ближайшие столетия вынужден отказать. — Как грустно это слышать, — притворно вздохнул Баал. — Но ты подумай.       Мне стоило больших усилий, чтобы не поморщиться. Что отец, что сын — никакой разницы. Чувствуются гены. Вместо ответа я начал формировать договор. Со своей стороны этим занимался Вельзевул. Любой контракт составлялся магией обеих сторон. В моем случае это была моя магия и магия Баала. Когда результат проявился в реальности в образе свернутого пергамента в двух экземплярах, я пробежал взглядом по тексту и поставил свою подпись возникшим рядом пером. Рядом с моей подписью возникла подпись демона.       Усмехнувшись, Вельзевул пинком отправил тело сына в открывшийся портал и, повернулся ко мне. Обнюхав договор, он зажмурился, наслаждаясь отпечатком моей магии на контракте, после чего произнес: — Жаль, ты не согласился, демонолог, но я не сильно расстроен. Ты вернул мне сына, и я хочу дать тебе совет. Магия отражает не только суть, и дар демонологии у двух магов "пахнет" по-разному. Запомни, что подобные тебе после смерти находят свое место в змеиных объятиях под звездой.       В тот холодный осенний день я был рад солнцу, как никогда раньше. Выбравшись из подвала в доме Морригана, я поспешил покинуть здание и выйти на улицу, чтобы насладиться солнечным днем. Я просто был рад тому, что выжил. О словах Вельзевула, сказанных им перед уходом, я старался не думать. Змеиные объятия под звездой. Госпожа Дарк бы побрала этих демонов с их иносказаниями!