Враги

‹Страж› Кровь. Она была всюду, когда мы с Харрисоном вошли на портовый склад. Липкая, мерзкая, она лужами растекалась по полу, и капала со ступеней металлической лестницы, ведущей на верхнюю галерею. От тошнотворного запаха мертвечины и свежей крови меня чуть не вырвало. Только нежелание снимать повязку, закрывающую рот и нос, позволило мне подавить рвотный позыв. В стражах я уже месяц, но всё ещё не привык к такому. Это раньше я не думал, что от вони может так мутить. Видя как мне плохо, Харрисон ободряюще похлопал по плечу. Его поддержка не раз помогала мне не сорваться, не бросить это правое дело. И сейчас я был благодарен ему как всегда. Ужасная тварь пировала у противоположной двери склада. Её когти раздирали тело несчастного, погибшего не самой лучшей смертью. От вида этого кровавого зрелища у меня внутри всё похолодело. Ужас сковал тело и я не сразу отреагировал, когда чудовище повернулось к нам своей окровавленной мордой. – Ну, иди сюда! – злобно выкрикнул Харрисон, и достал пистолет. Я тоже выхватил свой. Пальцы еле слушались от страха. Я раньше не встречал такую разновидность вампиров, как-то всё скали попадались. Тварь зарычала низким и утробным рыком. Я содрогнулся, когда она медленно двинулась в нашу сторону. Кровавый след протянулся за ней от жертвы. Это было так мерзко. – Келли, стреляй! Стреляй, мать твою! – Харрисон уже вовсю палил из своего револьвера, но тварь не останавливалась, наоборот, она перешла на бег. В ужасе я стал палить по ней, но, казалось, пули не брали её. Харрисон ткнул факелом в морду чудовища, и оно с визгом отпрянуло. Трясущимися руками я стал перезаряжать револьвер, и отвлёкся. Крик, перешедший в бульканье, заставил меня вскинуть голову, чтобы увидеть, как тварь вцепилась в горло напарника. Я выстрелил в неё в надежде, что Харрисон ещё жив, и тварь, привлечённая мною, оставит его, и у него будет время перезарядить свой револьвер. Но тварь бросила его тело как сломанную куклу, отчего я почувствовал невосполнимую горечь утраты, и обратила свою морду в мою сторону. Я выстрелил ещё и ещё, но чудовище не останавливалось. Когда остался последний патрон, а до твари всего один её прыжок я понял, это конец... Я малодушно зажмурился от страха и отвернулся, выставив факел перед собой. Умирать не хотелось. Боже, мне всего девятнадцать. Неужели это и будет моим концом? Я не хочу умирать, не хочу! Рык раздался почти над самым ухом, мои ноги подкосились и я сел на пол, бросив факел и закрыв голову руками. Слёзы текли из глаз, и я тихо всхлипывал. Как же было стыдно, но остановить их я не мог, не мог унять дрожь, и не мог подняться, чтоб встретить свою смерть лицом к лицу, как и подобает настоящему мужчине. Но смерть не приходила. К рыку твари прибавился ещё шум – шум битвы. И я, взяв себя в руки, осмелился открыть глаза и посмотреть. Где-то глубоко шевельнулась надежда, что это остальные стражи услышали нас и пришли на помощь. Но нет. Тот, кто сражался с тварью, был не стражем, и даже не человеком. Вампир впился в шею оглушённого чудовища и пил его кровь. Я смотрел и боялся пошевелиться. Их сражение длилось недолго, и когда тварь рухнула на пол склада, вампир медленно повернулся и глянул на меня. Я схватил факел и револьвер, которые лежали на полу, и вскочил. Вампир даже не пошевелился, глядя на меня. Я тоже замер, не зная, что делать дальше: защищаться или нападать. – Ты напуган, – усмехнулся он, от звука его голоса я вздрогнул, – беги... Но я не побежал. Такой трусости я бы себе простить уже не смог. Вместо этого я выстрелил в кровососа, и бросился в бой, стремясь поджечь его. Надежды на победу не было. И удар, который принёс забытье, я принял с благодарностью. ‹Джонатан› Это так странно, что происходит со мной. Это просто не поддаётся логике. Эти чувства... эти мысли... Кто бы мог подумать, что знаменитый хирург Джонатан Рид станет живым противоречием научным данным, ожившей легендой из тёмных времён средневековья. Живой?.. Я пустил себе пулю в сердце! Я не могу быть живым. Во что же я превратился? Не раз задавался этим вопросом. Ответы... их нет. От этого становится страшно. И больно. Что теперь моя жизнь? Вечная ночь? Голод, сводящий с ума? Или страх снова украсть невинную жизнь? Я очень любил свою сестру. И никогда не прощу того, кто превратил меня в это нечто... Я не могу простить себя – убийцу – что убил её дважды... Мэри. Портовая зона казалась безлюдной. Я привык бродить по ночным улицам и пить кровь крыс, скалей и глупых людей из Стражей Привена. Я бы не трогал людей, но договориться с этими оказалось сложнее, чем с некоторыми скалями. Несмотря на то, что мы преследовали общую цель, и истребляли тварей, угрожающих Лондону, признавать мою лояльность и жажду сотрудничества они не желали. Я для них – враг, упырь. Что ж, они сами так решили, и я поступаю взаимно. Я прислушивался к звукам, наполняющим ночную тишину: пискам крыс и подвываниям скалей. Здесь недалеко было моё логово. Одно из многих. Одно из первых. Здесь я пустил в себя пулю. Здесь я осознал, что перестал быть человеком. Крысы мельтешили под ногами. Поймав одну, я иссушил её одним махом, чувствуя, как насыщаюсь кровью. Это чувство пугало меня. Запах крови. Сладкий, манящий. Я чувствовал его. Моё «чутьё» показывало, что кровавый след вёл в складской ангар. Тихо я пошёл по нему, решив поохотиться на охотника. Но я оказался не единственным. Стражи Привена, ну как же без них. Два человека вошли в ангар, не заметив меня. Я же тенью последовал за ними, затаившись у входа и слушая, что будет. Видеть что там, я не видел, но прекрасно слышал чавканье и рык. Эти двое решили потягаться силами с вулкодом. Ну, ну... Даже стало интересно. Из-за распахнутых створок послышались крики. Один из стражей кричал второму, чтоб тот стрелял. Но видать дела у них шли из рук вон плохо. Последний крик одного и выстрелы другого подтолкнули меня войти. Я кинулся туда, чтоб увидеть кровавую бойню. Последний оставшийся в живых страж отвернулся и зажмурился, выставляя перед собой факел, и явно прощаясь с жизнью. Не знаю, что заставило меня вмешаться. Убить вулкода было не проблемой. Я уже научился отправлять в небытие подобных тварей. Проблема была только в страже. Как он воспримет меня? Поэтому я старался не спешить. Медленно повернулся к парню, и следил за его действиями. Он был растерян и не уверен в себе. Это я видел по его глазам, единственное, что не скрывал платок. Револьвер, направленный на меня, держала трясущаяся рука, но он сам, видимо, это не замечал. – Ты напуган, – усмехнулся я, не в силах удержаться, а он вздрогнул, – беги... Парень будто бы скинул с себя оцепенение. В глазах появилась решимость. И он выстрелил, кинувшись на меня. Я увернулся, выбив факел из его руки, а затем, приложив ребром ладони, поймал оседающее на пол тело, потерявшего сознание юнца. Держа его на руках и слыша, как бьётся его сердце, мне стало жаль парня. Убить его у меня просто не поднялась рука. Одно дело в бою, когда тебе угрожают. Другое – когда вот он, лежит без сознания, весь твой, делай что хочешь. И что бы мне сделать? Я вздохнул, понимая всю тяжесть выбора. Сначала в логово, а там будь что будет. ‹Страж› Странные звуки стали врываться в моё небытие. Писк. Отчётливый и настойчивый писк. Это невероятно, но где-то совсем рядом пищали и топотали крысы. Неужели и тут, по ту сторону жизни, есть эти твари?! Дышать было трудно, будто что-то давило на грудь, и я осознал, вспомнил этот тяжёлый запах пыльного и сырого помещения. Подвал или чердак. Такой запах только там. Я жив?.. Мои чувства говорили, что да, как это невероятно, но я жив. Перед глазами замелькали светлые пятна, когда я попытался открыть их, и тьма начала отступать. Тусклый свет одинокой лампы озарял это странное помещение. Заброшенное, здесь царили разруха и запустение. Окна забиты снаружи досками, внутри завешаны какой-то тканью, возможно бывшей когда-то простынёю. Старая, облезлая мебель составляла интерьер комнаты. И всюду пыль. Мрачновато. За стеной явно кто-то был. И я вспомнил, по какому поводу я здесь очутился. И первое, что пришло мне на ум: какого хрена я ещё жив? Я осторожно приподнялся, намереваясь встать с кровати, но послышался предательский скрип, и я замер, прислушиваясь и не сводя глаз с двери. Сердце бешено забилось, руки затряслись, и пальцы непроизвольно сжали... одеяло? Оказывается, я был им укрыт. И даже не обратил внимания на это. Я заглянул под него. И выяснил, что меня ещё и частично раздели... И как это понимать?! Может я укушен? Посетила меня внезапная мысль. И именно поэтому, вампир меня не убил? От этого стало не по себе. Я вскочил с кровати босыми ногами прямо на прохладные доски пола, было неприятно, но мысль об укусе была настолько страшной, что я не мог думать ни о чём другом. Лихорадочно я стал ощупывать шею и осматривать руки. Понятия не имею, куда он мог бы меня укусить, чтоб обратить. Но укусов не было. Это вызвало страх. Зачем тогда ему я? Свинка про запас? Я не согласен! Дрожь от волнения била меня, я, обхватив себя руками, вновь прислушался к движениям за дверью. Тишина. Надо бежать отсюда как можно быстрее. Возможно тот вампир ещё там, за дверью, но тогда чего он ждёт? Озираясь, я стал искать свою одежду. Её не было, или этот гад её припрятал. Тихо, как мышка, я стал красться по комнате, обшаривая ящики и сундуки в поисках, чего бы надеть. Как раз сундук около двери оказался заперт. Я подёргал крышку за ручку – не поддаётся. Возможно ключ у вампира, ничего подобного в ящиках я не находил. И тут входная дверь открылась. Настежь. Внезапно. От неожиданности я отпрянул, споткнулся и растянулся на полу, в ужасе уставившись на вампира, того самого, которому проиграл схватку. Рука на автомате потянулась к поясу, где всегда висела кобура пистолета. Её, естественно, там не было. Я сглотнул. Вампир несколько мгновений смотрел на меня, а затем вошёл и, закрыв дверь, запер её на ключ. Понятно. Сбежать просто так не удастся. Надеюсь, он хотя бы сыт и я поживу чуть подольше. Он же, тем временем, прошёл, и уже не глядя на меня, устроился за столом, вынимая из кармана какие-то травки. Я медленно поднялся и залез на кровать под одеяло. Было прохладно и хотелось согреться. Дрожь всё ещё не отступала, и мне хотелось провалиться на месте от стыда за свой испуг. Я боялся подать голос, ведь он мог рассердиться. Так что я провёл в безмолвии, наблюдая исподлобья за вампиром, наверное, пару часов, не меньше. Пока он не нарушил тишину. – Есть хочешь? – я вскинул голову, услышав его голос, и удивлённо приоткрыл рот. Мне показалось, он настроен снисходительно или добродушно. Может он ответит честно на мой вопрос? – Ты меня убьёшь? Молчание. Мне оно показалось долгим и тягостным. – Это зависит от тебя. – И что это значит? – Будешь смирным и послушным, я не трону тебя. Этот ответ меня просто убил. Что он под этим имеет в виду? Его взгляд на меня, в упор, начал пугать не на шутку. – Отпусти меня, пож... – Нет, – резкий ответ оборвал меня, дрожь прокатилась по всему телу, и я зябко поправил одеяло на своих плечах. – Не сейчас, – мягко закончил он, вселяя в меня надежду, выбраться отсюда живым. – Что ты хочешь? Я... я сделаю всё, что прикажешь... только не убивай и не обращай меня... – голос предательски дрожал, в голове было пусто. – Всё? – в его голосе послышались мурлыкающие нотки. Дождавшись моего кивка, он произнёс с усмешкой: – Тогда раздевайся! – и поднялся со стула, направляясь ко мне и стаскивая галстук. ‹Джонатан› Ближайшее логово было буквально в паре шагов от ангара. Я быстро бросился туда, надеясь по дороге не встретить других Стражей Привена. Хотя отдать им это бесчувственное тело было бы разумным, но я не желал их видеть. Когда он придет в себя, тогда и решу, что с ним сделать. А пока – я залетел в своё логово, кажись быстрее пули – я за ним понаблюдаю. Во мне проснулся интерес исследователя: как он отреагирует на данное обстоятельство? Какой же он молодой. Эта мысль пришла в мою голову, когда я снял с парня шейный платок и, наконец-то, увидел его лицо. Без сознания. Спокойный. Тихий. Я даже залюбовался им. Нет, честно, я не думал, что из-за своей тайны я буду чувствовать себя столь... хм... одиноко, что начну испытывать влечение к людям знакомым с ней. С другой стороны интерес исследователя разгорался всё сильнее. Реакция парня обещала быть непредсказуемой, поэтому сначала я обшарил и частично раздел его, спрятав верхнюю одежду, а главное оружие в сундук, который запер. Уложив своего неожиданного гостя в постель и укрыв одеялом, я тихонечко выскользнул за дверь. Пусть пока придёт в себя в одиночестве. На улице накрапывал мелкий, противный дождик. Утро обещало быть пасмурным и если что, я мог задержаться на улице, пока солнечный свет не проникал через плотные облака. Надеюсь, ему хватит времени. Крысы пищали и копошились внизу. Рассматривая их, я решил слегка ими закусить. Непроходящий голод не покидал меня, я мог его только притупить, загнать в дальний угол, и сейчас стоило этим заняться. Я чувствовал приподнятость в настроении, не хотелось бы чтоб он помешал мне в общении с моим подопытным. Отходить далеко от логова я не мог, вдруг он очнётся и начнёт звать на помощь, его вполне могут услышать, и не обязательно это будут стражи. Сытные жертвы пока поживут. Вверху, в логове, послышалась возня. Я прыгнул к двери и замер, прислушиваясь к шуршанию за дверью. С помощью «чутья» я видел как мой «гость» обшаривает помещение. Ищет оружие? Я усмехнулся. Он, видать, не знал, на что способны вампиры эконы, иначе бы даже не пытался красться. – Я вижу тебя, глупыш, – прошептал я одними губами и сосредоточился на «госте». Да, в «чутье» я видел лишь бьющиеся сердца и кровь, текущую по сосудам, силуэты лишь тени, но и этого вполне хватало, чтоб сейчас наслаждаться беспомощностью молодого стража в логове «злого» вампира. Я становлюсь циничней... Между тем он, наконец, добрался до сундука со своими вещами. Догадался. Ну что ж, пора знакомиться. Я распахнул дверь. Он отпрянул и, споткнувшись, растянулся на полу. Какой пугливый. Я буквально ощущал его страх. Мне даже стало приятно. Но ему нужно успокоиться. Поэтому, понаблюдав за ним немного, я просто вошёл и запер дверь. В тишине, не глядя на него, я прошёл к столу, и занялся делом. Пусть привыкнет ко мне. Прошло не меньше часа. Всё это время страж молчал. Я чувствовал, что он на меня смотрит, но сознательно его игнорировал. На улице уже утро, и возможно, он проголодался. – Есть хочешь? – спросил я, не оборачиваясь. Но вместо ответа он задал вопрос: – Ты меня убьёшь? Я обернулся. Знал бы ты, мальчик, что я даже не знаю, что с тобой делать. Я не трогаю беспомощных людей. – Это зависит от тебя. – И что это значит? – Будешь смирным и послушным, я не трону тебя, – ответил я без задней мысли. В его взгляде появилось сомнение, вытеснившее страх. Он слегка прищурил один глаз, как то странно всматриваясь в моё лицо. Какой же любопытный экземпляр. – Отпусти меня, пож... – Нет, – резко бросил я, не дав договорить. Я ещё не готов расстаться с тобой. Но я дам тебе надежду, и спокойно произнёс: – Не сейчас. – Что ты хочешь? Я... я сделаю всё, что прикажешь... только не убивай и не обращай меня... Его слова вызвали во мне странный прилив возбуждения и охотничьего азарта. Его беспомощность и отчаянье так сладко манили. Мне стоило усилий, чтоб удержаться от соблазна броситься на него. Вместо этого я спросил, не сумев скрыть своего интереса, и тембр голоса поменялся: – Всё? – он кивнул. Я не смог подавить усмешки, когда приказал ему: – Тогда раздевайся! – и, поднявшись со стула, направился к нему, стаскивая галстук. ‹Страж› Я отпрянул от него и свалился с кровати, потеряв одеяло. Что он задумал?! Зачем мне раздеваться? Я смотрел на него не в силах отвести взгляд. Он деловито скинул плащ на стул, куда до этого кинул и галстук, и принялся расстёгивать рубашку. Я зябко переступил с ноги на ногу и потёр плечи руками. Я был сбит с толку от такого поведения и даже не мог понять, как его трактовать. Я думал, он потребует рассказать, где собираются Стражи. Или какую диверсию против упырей они задумали следующей. Но нет! – Ты плохо слышишь? – вырвал меня упырь из моих хаотичных мыслей. – Я сказал, раздевайся. В его голосе не было угроз, но от этого мне не становилось легче. Трясущимися руками я стал стаскивать с себя нижнее бельё, в котором всё это время щеголял. Оставшись обнажённым, я не сдвинулся с места, прикрывая пах руками и переступая с ноги на ногу. Мою кожу вмиг покрыли мурашки. Я даже не скажу, от холода или страха. Вампир встал коленом на кровать. Обнаженный. Его вид ещё сильнее путал мои мысли. Он улыбнулся, и протянул мне руку в приглашающем жесте: – Иди ко мне. И я пошёл. Я просто не мог не выполнить этот приказ. Гипноз? Скорее всего так. Что ж, если это конец, то пусть он, хотя бы, не мучает меня. Мои пальцы коснулись его пальцев. Я уставился ему в глаза, и потерял волю. Холод отступил на задний план. Я просто хотел его. Я жаждал его власти. Его прикосновений. Подчинятся его воле. Полностью. Без остатка. Я даже не понял, когда он сжал меня в объятьях и стал жадно целовать. Я безвольно позволял ему это. Он уложил меня на кровать, лаская руками грудь, бока, бёдра... Я таял, поглядывая на мужчину, через опущенные ресницы, слегка склонив голову на бок. Руки лежали около головы, и мой живот был беззащитно открыт перед ним. Чем он и воспользовался, начав вылизывать его, поднимаясь всё выше к горлу. Но моё чувство страха ушло, на его место пришло любопытство. Его нежность меня покоряла, заставляя дышать чаще, сбиваясь на слабый стон удовольствия от лёгких прикосновений к паху. Это было восхитительно. Внезапная боль пронзила меня от шеи до кончиков пальцев. Я дёрнулся, распахнув глаза от удивления. Вампир сжимал меня в крепких объятьях, прижав к постели всем телом, не позволяя вырваться. Крик застыл в горле, и мой рот беззвучно открылся. Он меня укусил! Но боль прошла. На её место хлынули слабость и эйфория. Я обмяк, не в силах даже поднять руки. Но я был пока жив. Он не добил меня. Вампир отстранился, заглядывая мне в глаза. Его пальцы сомкнулись на моём подбородке, он властно повернул мою голову прямо, большим пальцем слегка гладя нижнюю губу. Зачем он это сделал? Я же был покорным, как он и просил! Чёртово бессилье. – От этого ты не умрёшь, – просветил он меня, словно почуял мой немой вопрос. А дальше была боль иного рода. Он взял меня, предварительно чем-то смазав. Заставил выгнуться под ним, и вновь издать беззвучный крик. Я задыхался от его поцелуя. Я чувствовал его прикосновения, его прохладную кожу, и стальные мышцы под ней. Его движения во мне были резкими и сильными. Я сжал пальцы на его плечах, и непроизвольно ахал от каждого толчка, чувствуя, как боль и эйфория от укуса даруют мне странное ощущение, сродни безумию. Я схожу с ума? Я перестал понимать, что происходит, утопая в своих чувствах. Подчиняясь ему без остатка. Откинув все вопросы и сомнения. И мне казалось, если он остановится – я умру. Наслаждение. Сладкая нега накрыла меня с головой. Приятная слабость разлилась по всему телу, а перед закрытыми глазами расплывались радужные круги. А потом пришли темнота и покой. ‹Джонатан› Шуганный. Я стал раздеваться, мельком поглядывая на него. Но он лишь жался, смотря на меня во все глаза. В его голове, поди, не укладывается, что я от него вдруг захотел. Если честно, в моей тоже. – Ты плохо слышишь? – решил я его слегка подстегнуть. – Я сказал, раздевайся. Я старался говорить спокойно, чтобы парня опять не переклинило. И это возымело эффект. Он стал раздеваться. У него красивое тело. Но раздевшись, к кровати он не подошёл. Боится. Это видно в его жестах, в его затравленном взгляде. Ничего, тебе понравится. Я постараюсь. Встав коленом на кровать, я с улыбкой протянул ему руку и приказал: – Иди ко мне, – в эти слова я вложил не только свой властный тон, но и приправил гипнозом. Его рука скользнула в мою ладонь. Мой гипноз лишил его воли. Он смотрел на меня с такой страстью, позабыв о страхе, что я не выдержал. Я сгреб его в охапку и прижался губами к его губам. Они покорно разомкнулись, пуская меня глубже. Мой язык проник в его рот, ловя сбившееся дыхание. Сладкий. Я понял, чего хочу. И давно хотел. Уложив его на кровать, я начал ласкать, нежно и аккуратно, будто боясь напугать. Его покорный вид и соблазнительный взгляд возбуждали ещё сильнее, я чувствовал, как мой член оживает, наливаясь кровью. Но добиться полной эрекции у меня не получалось. Я стал вылизывать ему живот, лаская его тело, и медленно поднимаясь к горлу. Моей наградой стали его стоны. Я чувствовал, как сильно бьётся его сердце, словно маленькая птаха о клеть. Как быстро несётся по жилам его кровь, подгоняемая возбуждением. Сладкий яд. Мне нужен был сладкий яд, его кровь, чтоб, наконец, полностью быть готовым к соитию. И я его укусил. Он вздрогнул и попытался вырваться. Какой наивный! Вампиры сильнее, пора уж привыкнуть. Мой гипноз рассеялся, но он и не нужен. Я пил его, ощущая, как эрекция достигла своего пика. Я взял немного крови, но достаточно, чтоб ослабить. И поэтому, когда слабость пришла к нему, и он обмяк, я выпустил его тело из рук и отстранился. Мой член гордо торчал вверх, вызывая желание скорее присунуть. В глазах стража было удивление, которое сменилось злостью обманутого. Я держал его за подбородок, а внутри рождалось чувство превосходства, наслаждение властью над проигравшим врагом. Как это было упоительно. – От этого ты не умрёшь, – прокомментировал я своё действие, но стража это, видать, не успокоило. Отлично понимая, что для проникновения понадобится смазка, я воспользовался настойкой опия, смешанной с мазью. Опий подействует не сразу, но потом окажет мне неоценимую услугу. Я-то знаю. Но всё же, полностью избавить от боли своего случайного любовника я не смог. И когда он выгнулся в моих объятьях и открыл рот, я замер, наслаждаясь его невольным сопротивлением. Повинуясь желанию, я накрыл его рот жадным поцелуем, впился в его губы. И задвигался. Мои пальцы заскользили по его телу, и, оставив в покое губы, я начал покрывать поцелуями уже его скулы и шею, оставляя на ней отметины. Его пальцы впились в мои плечи, и послышались стоны. Ему нравится. Видать опий начал действовать. Когда оргазм сотряс его тело, я испытал жгучее желание впиться в его горло, но удержался, слегка закусив кожу у ключицы. Выступили капельки крови, которые я и слизал. Парень даже не заметил. Моё удовольствие пришло, когда он медленно погружался в наркотический сон. Присев на край кровати, я задумался, поглядывая на беспокойный сон своего «гостя». Пока действует наркотик, он будет спать. Но что делать дальше? Убивать его я не хотел. Да и не смог бы. Его надо вернуть своим... но как? За дверью день. Придётся ждать ночи. А пока, я не дам ему проснуться раньше времени. Он не должен знать, где логово. И как только придёт ночь, я отнесу его в больницу. Да! Так и сделаю. А там будь что будет. ‹Страж› Я чувствовал себя паршиво, пробуждаясь ото сна. Гадко болела голова. Но вместо логова вампира (последнее, что я помнил), я увидел белые стены и ширмы больничного блока. Я лежал на узкой койке, в больничной одежде, и отовсюду пахло лекарствами и медицинским спиртом. И как?! Я поморгал и протёр глаза. Ничего не изменилось. – С вами всё в порядке, сэр? – подошла миловидная сестричка. – Голова болит, – выдавил я. Ну, в самом деле, не мог же я ей рассказать, что со мной было! Ну или не было... А может всё приснилось? – Сэр? – по её прищуру я понял, выражение лица у меня ещё-то. – Всё в порядке, всё в порядке, – замахал я руками, – голова болит. Просто ужас. Она развернулась и ушла, сказав, что скажет моему лечащему врачу. А я уставился в потолок, силясь понять, что было правдой, а что привиделось. Но от этого только головная боль стала сильнее. – Вот вам таблетки, сэр, – вырвал меня из раздумий голос. И я с радостью обратил внимание на руку, которая протягивала мне избавление от страданий. Я проглотил их и... чуть не подавился, увидев того, кто протянул их мне. Врачом был тот самый вампир, в обществе которого я провёл предыдущий день! Он улыбнулся. – Рад, что вам лучше. – Он заложил руки за спину, и спокойным шагом удалился прочь. А я так и сидел несколько минут с открытым ртом, и во все глаза пялился на двери, где скрылся он. Головная боль прошла. Я не хотел оставаться в больнице, но главврач настоял, чтоб я побыл под присмотром до утра. Спать не хотелось. Я и так много времени провёл во сне. Отправившись на прогулку, я заметил в холле своего врача-вампира. Вампир ли он? Или это странный сон? Любопытство охватило меня и я, осторожно, стал следовать за ним. На втором этаже, куда он отправился, были кабинеты врачей. Я тихонечко подошёл к двери, за которой скрылся он. Табличка гласила: «Джонатан Э. Рид». Я что-то о нём слышал. Приложив ухо к двери, я попытался подслушать, но там было тихо, или дверь была слишком толстой. Обидно. Но она распахнулась. Дежавю. Я уставился в спокойное лицо врача. Неожиданно меня схватили за грудки и втащили в помещение, захлопнув дверь за спиной. С неимоверной силой меня прижали к ней. Это точно он. Я зажмурился и пролепетал: – Извините меня. – Хочешь меня покормить или отсосать мне? – насмешливый тон. От услышанного я распахнул глаза и уставился на длинные клыки, которые он обнажил в своей улыбке. Так это правда! Он вампир! Мне ничего не приснилось. Я вздрогнул. – Ты здесь живёшь? – удивлённо спросил я, не надеясь на ответ. – Работаю, – лаконично и без пояснений. – Ты убиваешь беззащитных людей прямо в больнице?! – Я не трогаю людей, – он вперил в меня свой взгляд, – если они не трогают меня. – Я знаю, кто ты. И как ты поступишь? – Всё зависит от того, как поступишь ты. Я замер, пытаясь переварить сказанное мне. А он! Он отпустил меня и отступил, давая возможность покинуть его кабинет. Но сейчас я останусь. До утра много времени. И я уверен, он знает, как меня занять. Покидая больницу утром в компании своих друзей из стражи я думал, что уже никогда не стану прежним. Эта ночь перевернула всю мою жизнь. Этот врач-вампир оставил на мне свои проклятые метки не только на теле, но и в душе. Он отнял у меня больше, чем сама жизнь, он отнял мою веру...

_____________________________________________ 12 августа 2018 год © Асмодей Д’Асмуд