Кривое зеркало

      

Глава 5. Помощь, которая причиняет боль…

      

      — … А еще потом позвонил Пчит и стал допытываться, где мы находимся и что мы наговорили его девушке, — со смехом рассказывала девушка, откидывая длинные волосы назад и звеня десятком браслетов на руке.       Нин исподлобья разглядывала ее — яркую, живую, которая с легкостью рассказывала о своих развлечениях и веселых вечеринках. Ее родители смеялись вместе с ней и смотрели на нее не сводя взгляда. А смотреть на нее, на Нин, свою дочь они будто боялись. Будто она прокаженная. Ходили вокруг нее на цыпочках. Будто одно неверное движение и она схватится за нож.       Да, они как родители присутсвовали на некоторых из ее сеансов с психотерапевтом. Они узнали, что их дочь не тот невинный цветок, что они потеряли несколько лет назад. Они знали, что она умеет вырезать сердце из еще не остывшей плоти. Что ее руки были разъедены химикатами с помощью которых она убирала следы пребывания тех, кто сломался. Они знали, что она может убить, если это понадобиться, чтобы выжить. Они знали, что их «милая, невинная дочь» знала, что боль может доставлять удовольствие, так же как и удовольствие может причинять боль.       Нин ненавидела того доктора, который предложил, что беседы в присутствии родители будут более полезными, чем без них. Нин ненавидела полные фальшивого сочувствия взгляды друзей, теперь уже бывших. Она ненавидела те навязчивые воспоминания прошлого, что крутились у неев голове день ото дня. День ото дня. Она ненавидела звонки от Него. Того, кто спасал ее Там не раз, а теперь каждый день вольно или невольно напоминает о прошлом.       А сейчас она ненавидела этот дурацкий семейный ужин, который должен был их сблизить, но только увиличивал расстояние между ними, показывая насколько, же Нин теперь далека от нормальной жизни.Насколько она далека от семьи, от своей прежней жизни. Насколько она далека от принятых норм нормальности.       

      

** *** **

      

      Настойчивый звон заполнял комнату, но парень даже не обращал внимания на вибрирующий телефон, что скакал по краю стола. Еще чуть-чуть и он грохнется на пол. Что и случилось через мгновенье. Но даже это не заставило обитателя комнатыхотя бы вздрогнуть, он просто сидел и смотрел на качающуюся ветку дерева, что росло рядом с домом.       Телефон смолк. Чтобы через секунду снова зудеть навязчивой мелодией.       Потом он замолчал, но продолжения не было.       Что заставило парня обернуться и посмотреть на него с удивление.       Но мелодия тут же начала играть где-то внизу, приглушенная дверью и стенами.       Через полсекунды по лустнице раздались тихие шаги, а после стук в дверь:       — Сингто, — начал было отец.       — Нет. — заявил Сингто даже не дослушав. — Я не могу.       — Ладно, — поспешил успокоить мужчина. — Обед будет через полчаса. И.       Сингто кивнул и устало посмотрел на отца:       — Спасибо, пап.       — Я беспокоюсь, сын, — через минуту молчания начал мужчина. — Знаю я не мастер говорить по душам и… Нужно ли тебе это сейчас или нужно будет позже, но всегда готов выслушать тебя. Просто быть рядом, когда тебе плохо. Просто… Если что, я всегда рядом.       Сингто лишь молча бросился в объятья отца, беззвучно роняя слезы. Парень был благодарен всем богам мира за такого отца. Который был рядом всегда, даже эти гребанные годы, что он пробыл у Сакды. Лишь мысль о семье заставляла жить его дальше. И Крист.       Но на данный момент у Сингто не было моральных и физических сил, чтобы начать хотябы разговаривать с Пераватом.       Этот подарок. Его взгляд при вручении. Улыбка. Движение. Все это напомнило Его. И хоть Сингто раньше мог сдерживать себя в моменты, когда в Кристе он начинал видеть Сакду, но в тот раз он не выдержал и все страхи, сомнения, что копились внутри, вырвались наружу. У Прачаи не было сил сдержать их.       Хоть Сингто и сказал Кристу, что он не похож на брата, это было не совсем правдой. В них было паразительно много общего кроме лица. Общие жесты, движения, в некоторых моментах они даже смотрели одинакаово. В них обоих была здоровая толика эгоизма, инфальтивности и жажда манипулирования. Они оба обожали курицу из KFC, оба спали в одинаковой позе. И желали контролировать тех, кто был им интересен.       Сначала Сингто успешно это игнорировал, но в глубине души он понимал, что когда-нибудь это его настигнет. Но не думал, что так скоро. Ему не хватало Перавата. Он стал его первым настоящим другом после обретения свободы, и он же невольно стал его новым «надзирателем». Сингто чувствовал в словах Пи’Юи правду.       Возможно, он просто пытался заменить Кристом Сакду? Как это называется? Стокгольмский синдом?       Но Крист не заслужил быть лишь заменой, потомучто в отличии от брата он был замечательным человеком. Потрясающим. Не каждому человеку дано встретить такого друга. И он не заслуживал, чтобы его использовал.       Поэтому Сингто решил сократить их общение. До тех пор пока не поймет, что же он желает получить от общения с Кристом. Пока не научится видеть в Кристе только Криста. Когда поборет своих внутренних демонов.       Жаль только Крист не был с этим согласен. Хотя Сингто не был в силах ему это объяснить и просто оборвал их общение. Но настойчивости Перавата можно было позавидовать, так как уже полмесяца он упорно названивал Сингто (откуда только достал его номер? в больнице у Сингто еще не было телефона)чуть ли не сотню раз на дню.       Прачае было стыдно за свой поступок, но пересилить себя и объясниться он не мог.       Как и добавить в черный список номер Перавата.       

      

** *** **

             — Нин! — раздался знакомый голос позади, заставляя девушку замереть на месте.       Нин сжала руки в кулак и закусила губу, стараясь унять нахлынувшие неприятные воспоминания и злость. Она была не готова к этой встрече, но подавила в себе желание сбежать куда-нибудь.       — Нью, — она натянула улыбку, что причиняла ей физическую боль. — Давно не виделись. Что ты тут делаешь?       — Жду тебя, — сразу ответил парень. — Ты не отвечаешь на мои звонки.       Нин захотелось закричать. Затопать ногами как ребенок, чтобы выплеснуть весь гнев и раздражение, что скопились в ней. У нее и так столько проблем, столько трудностей при адаптации. А тут еще он, котрый лишь одним своим присутсвием заставляяет вспоминать самое ужасное, что было в ее жизни.       — Возможно, я просто не хочу брать трубку? — тихо начала Нин, понимая, что еще секунда и она не сдержится, потому что просто уже не осталось сил.       Нью смотрел на нее с непониманием, будто она несет полную бессмыслицу.       — Почему? — спросил он несколько секунд спустя.       — Потому что я не хочу не только видеть тебя, но и слышать, понимаешь? Мне казалось, что Сингто ясно выразился тогда на собрании? — Нью с удивление смотрел на нее, видя как в ее глазах загарается злость. — Я. Не. Хочу. Тебя. Видеть. И. Слышать. Нью. Я благодарна тебе за все, что ты делал для меня там. Я никогда не забуду сколько раз ты защищал меня. Но я хочу начать новую жизнь. Жизнь, где нет ничего из моего прошлого. Я хочу, чтобы все, что было там осталось позади. Даже люди.       — А если бы он захотел пообщаться, его бы тоже послала? — с раздражением спросил Нью.       Нин сразу поняла, о ком говорит парень.       — Я… — начала, было, она.       — Не отвечай, Нин. Мне врать не нужно. Твой ответ я знаю лучше тебя. Если бы он сказал, что мы должны держаться вместе, ты бы была первой среди первых, кто тащил бы нас в кружок и заставлял общаться друг с другом.       — Ты ничего не понимаешь, — начала девушка, но Нью так печально и горько усмехнулся, что Нин замолкла, а он продолжил говорить, будто не слыша ее:        — Я люблю тебя. И это выше того, что было между нами. И… Там я думал, что есть то, что связывает крепче, чем остальных. Что мы будем рядом, даже когда все закончится. Мне казалось, что ты чувствуешь, то же что и я.       — Прости, -Нин смотрела на парня и испытывала непонятные чувства.       Нью был дорог ее. Он был ее другом. Защитником. Потому что они оба находились в одинаковом положении. Они были связаны. Но эта связь тянула ее по крайне мере назад. Только одно его присутствие рядом уже погружало Нин в кошмары прошлого. А она хотела нормальной жизни.       Нин просто развернулась и направилась к зданию клиники, где через несколько минут должен был начаться сеанс с ее лечащим врачом. Она была готова решимости бороться.       

      

** *** **

             — Мы можем встретиться? Это важно, — раздался в трубке, который ему передал отец, нервный голос.       Сингто удивленно приподнял брови и с сомнение произнес:       — Если тебе нужно, то почему нет.       — Тогда давай в Центральном парке? Через пару часов.       — Пап, я съезжу в парк ненадолго, — Сингто схватил бумажник, что лежал на столе, а после нерешительно замер. Телефон блестел своим хромированным боком, привлекая внимание. Прачая замер в сомнениях. С одной стороны телефон нужен был с собой, чтобы уменьшить волнение отца, который, скорее всего, поедет сним, просто не будет мешать его встрече, ожидая его в ближайшем кафе. С другой сил сопротивляться настойчивости одного конкретного человека у него оставалось все меньше. Взвесив все за и против, телефон все же нашел свое место в кармане брюк.       Через несколько часов Сингто ожидал друга на скамейке, скрытой от посторонних глаз у пруда, но при этом хорошо просматривающийся через окно кафетерия, где сейчас сидел его отец в ожидании его.       — Поговори с Нин, прошу, — начал сразу Нью, стоило ему увидеть Сингто.       — О чем? — не понял Прачая, смотря на нервного парня, что теребил рукав свой длинной рубашки и блуждал взглядом то туда, то сюда.       Сингто знал, что с ним. Потому что сам ощущал такое периодически.       — Нью, ты принимаешь лекарства? — осторожно справил Сингто, подходя к парню и пытаясь взять его за руку.       — К черту их! — закричал Нью, отдергивая руки и не давая к ним прикоснуться. — Они ни черта не помогают. Лекарства нужны психам, а мы не психи. Мы жертвы обстоятельств и чертовой системы.       Голос Нью то повышался, то понижался. Он то бормотал, то начинал кричать. Его фразы были рубленными и навсегда связанными. Иногда он замолкал, замирая на месте, то начинал нарезать круги, шаря пустыми глазами вокруг:       — Они не понимают, что … Они ничего не понимают. Пичкают нас лекарствами, заставляя чувствовать себя глупыми амебами. Они делят нас! Мы должны быть вместе… Это судьба… Но Нин… Она не понимает, что мы должны быть вместе. Это судьба…       — Может, мне позвонить твоим родным? — Сингто осторожно приблизился к замершему парню.       Нью, будто очнувшись, посмотрел на Сингто:       — Ты должен поговорить с ней. С Нин. Сказать ей, что мы должны быть вместе. Что это судьба. Она не должна избегать меня — это неправильно. Так не должно быть. Тебя она послушает. Поговори с ней. Помоги ей понять, что мы должны быть вместе.       — Нью, — Сингто, схватил парня за плечи, заставляя смотреть на него. — Я не могу. Это ее выбор. Ее решение. Ты просто должен принять его, если ты любишь ее и уважаешь. Возможно, ей просто нужно время. Но если, же она все решила, ты просто должен смириться.       — Нет! — чужие руки до боли сжали запястья Сингто, сдергивая ладони с чужих плеч. — Ты не понимаешь! Ты должен ей, что она ошибается!       — Нет, — твердо произнес Сингто.       — Ты, — зашипел Нью. — Это ты виноват! Если бы не твои слова, мы были бы вместе. Если бы ты дал Сакде то, что он так жаждал, но боялся взять, то она и я — мы были бы в безопасности. А теперь ты даришь это его брату….       — Успокойся! — Сингто вырвал руки и отошел от парня, чей взгляд пылал первобытным гневом. — О чем ты говоришь?!       — Не прикидывайся идиотом, Синг. Тебе не идет, — усмехнулся Нью, чувствуя себя королем положения. — Все знали, что Ему нужно от тебя, хоть он и орал, что ненавидит педиков. С тобой, он готов был про это забыть. Он жаждал, чтобы ты отдал ему себя добровольно. Плюс ревность его сумасшедшей «подружки» держала его в узде. Если бы он сделал это с тобой, она бы точно тебя прикончила. Жаль, что у него кишка оказалась тонка. Тогда бы все было по-другому.       Нью оттолкнул Прачаю с пути, и устало зашагал по дорожке.       Весь мир перед Сингто исчез, и парень почувствовал надвигающуюся паническую атаку. Сердце бешено колотилось и, казалось, будто весь кислород мира исчез. Не дал забыться лишь настойчивый трезвон из кармана. Сингто слепо нашарил телефон и проведя пальцем по экрану:       — Пи’Синг!       — Помоги…       И мир исчез.              

** *** **

      

      Его комната была погружена в вечерний полумрак. В доме стояла тишина.       К счастью, его отец подоспел во время и сейчас он находился дома, пытаясь прийти в себя. Сингто был укутан в теплый плед и упирался затылков в холодную стену.       Тихо скрипнула дверь, раздались едва слышные шаги, кровать прогнулась под чужим весом. Сингто обвили крепкие руки:       — Мы совсем справимся, Пи.              

** *** **

      

      Пожухлая трава стелилась по ровной земле. Вокруг стояла звенящая тишина. Даже птиц не было слышно, будто они избегали эту местность, понимая, что это территория более опасного хищника.       И лишь молодой юноша сжимал в руках пакетик с парой таблеток, сидя на голой земле. Его взгляд блуждал по пустырю, окруженному деревьями и недостроенными зданиями, а затем возвращался к злосчастному пакетику.       — Помочь сделать выбор? — из-за полуразвалившейся стены появился парень, сверкая улыбкой и симпатичными ямочками…