А цена — время

День ото дня профессор Снейп становился раздражительнее. Когда он не избегал Гермионы, то гневно отчитывал ее за каждую мелочь – вплоть до слишком громкого размешивания чая. Она понимала, что причина всех его выпадов крылась в стрессе и неминуемо надвигавшемся задании. Девушка старалась хоть немного отвлечь профессора, болтая на разные темы, но заканчивалось это далеко не всегда хорошо. Примерно в конце июня он вернулся в апартаменты в отвратительном настроении. — Обязательно делать это в моей гостиной? — рявкнул Снейп. — Что? Я же просто причесываюсь, — спросила Гермиона. — Нет. Вы разбрасываете повсюду свои волосы! — продолжал злиться он. Девушка перестала причесываться и прошла за ним на кухню, где он принялся готовить себе чай. — Я понимаю, вы находитесь в постоянном стрессе, но не нужно все это вымещать на мне, — тихо сказала Гермиона. — Да что вы понимаете. Я не смогу убить его. Я просто не смогу, — Снейп говорил это скорее себе, чем ей. Он склонился над столешницей, опершись на ее край. Гермиона подошла вплотную и, взяв его за руки, прошептала: — Сможете. Знаю, что сможете. Ведь вы уже сделали это. Сделали это в одиночку и блестяще справились со своей задачей. Он закрыл глаза и шумно вздохнул. — Просто произошло это не так. В этот раз вам будет немного проще, ведь вы не один, — уверяла Гермиона. — Я здесь. Я знаю, кто вы. И не отвернусь. Просто позвольте мне быть рядом. Снейп развернулся к ней, сложив руки на груди. — И каким образом мне это поможет? Вы действительно считаете, что человек из будущего, к тому же скрывающийся от всех, сделает все это проще? — Да! Ведь теперь есть возможность поговорить со мной обо всем, что происходит. Доверьтесь мне. Я могу помочь, поддержать. Вам не придется проходить через все это одному, — уговаривала Гермиона. Она слегка потянула его за руки, но он продолжал стоять, глядя в пол. Она сильнее потянула его, а он все стоял, не поднимая на нее глаз. Тогда она сама встала вплотную к нему и прошептала, — Пожалуйста, Северус. И когда он наконец посмотрел на нее, она встала на цыпочки и несмело поцеловала его в уголок губ. — Все образуется, — сказала Гермиона и снова потеребила его за руки. Профессор Снейп позволил вывести себя из кухни, но Гермиона не остановилась в гостиной, а потянула его дальше, к двери в спальню. Так они дошли до кровати, и девушка начала медленно расстегивать пуговицы на сюртуке профессора. Он стоял без единого движения и внимательно разглядывал ее лицо в тусклом свете едва освещенной комнаты. Расправившись с мантией, Гермиона развернула его спиной к кровати и слегка подтолкнула, чтобы он сел. Потом опустилась на колени и принялась поочередно снимать с него ботинки и носки. Она быстрым движением скинула свои кеды и вновь оказалась со Снейпом лицом к лицу. И пока храбрость не изменила ей, Гермиона осторожно потянула его рубашку вверх, заставляя ее выскользнуть из брюк. Наконец взгляд Северуса будто прояснился, и он потянул девушку на себя, жадно впиваясь в ее губы. Наслаждаясь его чувственными поцелуями, Гермиона расстегнула ремень и верхнюю пуговицу его брюк, взялась за молнию и, лишь на мгновение прервав поцелуй, сняла с себя футболку. Северус крепко сжимал ее тонкую талию, но девушка выпуталась из его объятий и опустилась на колени, прежде чем он снова успел притянуть ее к себе. Снейп приподнял бедра, и Гермиона нетерпеливо сняла с него брюки, а вот его черное нижнее белье пока оставалось на месте, и девушке становилось все сложнее контролировать себя. Но во что бы то ни стало она хотела сделать еще один ход, пока он снова не сбежал. И она смело запустила руку под резинку его трусов, обхватила напряженный пульсирующий член и аккуратно освободила его из-под ткани. Северус шумно выдохнул, когда она начала поглаживать член по всей длине, потом Гермиона подалась вперед и обхватила губами горячую темно-розовую головку. Северус потянулся и запустил правую руку в ее пышные вьющиеся волосы, в то время как она настойчиво кружила языком по чувствительной плоти. Он был деликатен и не толкался ей глубоко в рот, а только сжимал ее локоны и издавал продолжительные стоны блаженства. Слизнув соленую каплю смазки, Гермиона сильнее обхватила головку губами и, дразня, проложила влажную дорожку языком до самого основания члена. Северус резко подался вперед, потянул девушку на себя и без лишних церемоний стянул с нее штаны вместе с трусами. Гермиона отпихнула их ногой, опустилась на кровать рядом с ним и подождала, пока он избавится от остатков одежды. Снейп откинулся на спину, и, когда Гермиона ловко оседлала его, вошел в нее до упора и сдавленно охнул. Она наклонилась вперед, нашла его губы и настойчиво поцеловала. Северус расстегнул ее лифчик и медленно потянул его за лямки вниз, не разрывая поцелуя, отбросил в сторону и нетерпеливо обхватил губами сосок Гермионы. – А-ах, — застонала она, когда Северус мягко толкнулся в нее еще глубже. Затем ненадолго соскользнула, и вздох его легкого разочарования тут же сменился стоном блаженства, когда она снова позволила ему войти. Гермиона быстро двигалась вверх и вниз, а его руки блуждали по всему ее телу, нежно поглаживая спину, живот и, наконец, небольшую упругую грудь. Она ахнула от неожиданности, когда Северус внезапно сменил положение, подмяв ее под себя, не разрывая контакта, и устроился сверху. Теперь он был ведущим. Сжимая ее ягодицы и стараясь проникать глубже, он нашел самую чувствительную точку и в награду услышал сладкий стон удовольствия и поощрения. Голова кружилась от невероятных ощущений, и Гермиона, постанывая, прихватывала мочку его уха зубами, чередуя покусывания с поцелуями в шею. Их дыхание учащалось с каждым новым движением, и Гермиона вот-вот была готова взорваться оргазмом, но вместо этого изменила угол проникновения и еще немного оттянула столь долгожданную кульминацию. Наконец и Снейп приблизился к наивысшей точке наслаждения и, войдя в нее почти до боли глубоко, кончил следом. Спустя минуту Гермиона вылезла из-под обмякшего и потяжелевшего мужчины и почувствовала, как по внутренней стороне бедра потекла теплая струйка спермы. Она поудобнее устроилась на подушках, а Северус, только сейчас заметив, как холодно было в комнате, накинул на них плед. И как только девушка оказалась у него под боком, они оба мгновенно уснули крепким глубоким сном. Когда Гермиона проснулась, она встретилась взглядом с парой черных, внимательно изучающих ее глаз. Ей хотелось бы чувствовать себя на седьмом небе от счастья, вот так лежа рядом с ним и согреваясь теплом их обнаженных тел после этой незабываемой ночи, но вместо всего этого Гермиону охватило мрачное беспокойство, холодными щупальцами тянувшее ее в свои объятия. Было невероятно тяжело осознавать, что она влюбилась в человека, которому суждено так скоро умереть. Несмотря на все старания, Гермиона не сдержалась и начала плакать. — О чем ты думаешь? — спросил Северус хриплым от сна голосом. Гермиона не могла солгать, не после всего, что случилось. — Мне жизненно необходимо это зелье. Пожалуйста, — еле слышно прошептала она. Снейп раздраженно скинул с себя одеяло. — Ты опять? — он выругался себе под нос и, вскочив с кровати, принялся натягивать брюки, позабыв о нижнем белье. – Он того не стоит, — рявкнул он. — Что? — недоуменно переспросила Гермиона. — Уизли. Он не стоит того, чтобы ты так рисковала. Мы на войне. Думаю, не стоит упоминать, что ты слишком хороша для него. Он ведь даже недостаточно умен, чтобы понять, как ты относишься к нему, твои чувства. В голове не укладывается. Да что ты вообще в нем нашла? — возмущался Снейп, надевая майку через голову. Схватив мантию, он направился на кухню, оставив девушку наедине с ее мыслями. Гермиона чувствовала себя крайне разбитой. По-видимому, он заметил влюбленность ее более молодой версии в Рона и решил, что все это было ради него. Ох, как же он ошибался! Но что она могла ему сказать в свое оправдание? Абсолютно ничего. Совсем-совсем ничего.