Стэфани Мустанг.

— Рой, мы ведь только что обрели дочь, а ты уже уезжаешь! — Лиза обиженно глядела на мужа. — Милая, я тоже не хочу вас оставлять, но этот Груман, чтоб он провалился, посылает меня на Запад, разобраться с делом. Стэфани больше не могла прятаться на кухне. Выбежав оттуда, она повисла у Роя на шее.  — Папочка, я еду с тобой! — сказала она тоном, не терпящим возражений.  — Нет! — запротестовала Элизабет. — Стэфани, тебе нельзя ехать с папой, это очень опасно!  — Да, — подхватил Мустанг, — лучше останься с мамой, а я постараюсь скорее вернуться, — мужчина улыбнулся, погладив дочь по голове.  — Папочка! — фиалковые глаза глядели умоляюще. Мустанг понял, что не сможет отказать. Эх, он ли это? Сильный, твёрдый, непобедимый, ветеран Ишварской войны, ломается перед маленькой девочкой с фиалковыми глазами.  — Хорошо, — сдаётся генерал-лейтенант.  — Ура!  — Рой, — Элизабет готова треснуть мужа как следует, но сдерживается. — Я еду с вами!  — Конечно, давайте соберём все вещи, а то скоро поезд уходит.  — Да чем же ты думал! — всплеснула руками жена.  — Не волнуйся, мамочка, я помогу, мы обязательно успеем! — Стэфани бросилась собирать вещи.

***

На поезд Мустанги успели. Сейчас они сидели в купе и обсуждали, где они будут жить в Западном Аместрисе и будет ли у них хорошая охрана. Стэфани в разговоре не участвовала, она разглядывала проносящиеся за окном деревья. Была осень, и поэтому они выглядели особо красиво, словно были охвачены рыжим пламенем. Девчонка обожала такие пейзажи. Немудрено, что осень была её любимым временем года. А теперь она любила её ещё больше. Ведь именно осенью её удочерили! Рой и Лиза, наконец, закончили обсуждать, как обезопасить дочь от странных людей, промышляющих в Западном Аместрисе. Мужчина пересел на полку к дочери.  — Ну, что, Стэфани, тебе нравится твоя первая поездка на поезде? — спросил он, видя, как девочка смотрит в окно.  — Очень! Мне нравится смотреть на мелькающие за окном деревья! Они как будто охвачены огнем, посмотри, папа, красиво, правда?! Мустанг выглянул в окно.  — И правда… очень красиво, — Рой был впечатлен. — Стэфани, ты бы хотела научиться играть в шахматы? — Да! — девочка сразу воодушевилась. Ей было интересно, в какие игры любит играть папа, и тоже хотелось научиться.

***

Поезд остановился на вокзале. Стэфани, Рой и Элизабет направились к выходу. Едва девочка открыла дверь, на неё сразу же наскочил какой-то мужчина в чёрном трико.  — Убери свои руки от нее!!! — хлопок, щелчок, и мужчина в ужасе отскочил, пытаясь сбить огонь с головы.  — Папа, кто эти люди? — испуганно спросила дочка.  — Это те, из-за кого я не хотел брать тебя с собой. Спрячься за маму, а я прочищу путь.  — Посмотрим, сможешь ли ты почистить дорогу? — раздался незнакомый ехидный голосок прямо с крыши поезда. Мустанг поднял голову и увидел наверху двадцатилетнего парня в таком же трико, как у того, что схватил Стэфани. Парень спрыгнул вниз, сшибя Роя.  — Папа! — дочка хотела броситься к отцу, но Лиза её удержала.  — Папа справится сам! — она схватила Стэфани за руку и быстро побежала в дом, который им был заказан заранее. Девочка вырывалась и звала папу, но Элизабет не отпускала её, веря, что муж справится, а вот импульсивная дочка может пострадать. Мустанг понял, что дело плохо. Он пытался защищаться от странных людей в трико с помощью огня, но у тех была мгновенная регенерация. Вывод напрашивался сам собой: они — гомункулы. Откуда они только взялись, интересно. Отец вот уже год как побеждён, кроме Прайда, то есть Селима, никто не остался в живых. Так откуда же взялись эти? Кто тот умник, попытавшийся создать человека искусственным путём? Между тем «люди» в трико напали всей кучей и скрутили Роя.  — О, попался, Огненный Алхимик, — издевательски прокомментировал двадцатилетний (хотя, не факт, что ему двадцать, он же гомункул). — Ходят слухи, что год назад ты одолел гомункулов… Но сейчас что-то сплоховал, — тип прищурился, — или те гомункулы были глупцами? Огненный не счёл нужным отвечать.  — Молчит, — немного недовольно, — ну, ладно, приведите его в наш штаб, а там разберёмся! Гомункулы потащили алхимика в неизвестном направлении. «Вот чёрт! А я говорил Лизе, что всё обойдется. А что будет думать Стэфани? — стоило вспомнить о дочери, как Мустанг сразу преисполнился решимости. — Я сбегу во что бы то ни стало! И как можно скорее!»