Полукровка

      Мы прошли по ровному коридору до самой кладовки. Там я вдохнула поглубже и открыла дверь. Помещение было большим и напоминало больше старый архив чем простую кладовку в привычном понимании. Здесь я так же храню всякие вещи, которые мне не нужны, но выбросить рука не поднимается. В основном здесь вещи Хаакона. Первое что бросается в глаза при входе - это манекен с надетыми на него черные доспехами из кожи, метала и шерсти. На безликой голове был надет помятый шлем с загибающимися назад рогами с эллиптическим поперечным сечением и сердцевиной трехсторонней формы.       Моего мужа называли «Jarls drage», то есть «Дракон Ярла». Железные латы брони напоминали пластины драконьей чешуи. Они покрывали плечи, широкую спину, бедра расходясь на манер юбки, локти и колени. Обувью служили сапоги, отделанные такими же латами. Красновато-черный мех служил накидкой на спину и плечи. Нагрудник и наплечники были выделаны из дорогой кожи. В этих доспехах Хаакон выглядел устрашающе и, если честно больше напоминал рыцаря драконаборца из легенд, чем Форинга.       Я прошла к доспехам и коснулась нагрудника пальцами. Плотно натянутая кожа слегка прогнулась под моими пальцами. Моё изображение отразилось в многочисленных чешуйках. Как сейчас помню, как впервые увидела Хаакона в этих доспехах. В первый раз я приняла его за самого дьявола и завопила так громко, что меня, наверное, услышало всё войско, что стояло снаружи захваченной крепости. Хаакон сам испугался, ибо не ожидал что в подземелье куда он спустился кто-то есть. Сняв со стены факел, он поднял его чуть выше головы. Только тогда, я поняла, что передо мной человек.       Он вытащил меня из подземелья. Забрал в свою деревню, которую ему за верную службу даровал Ярл и приютил в качестве помощницы по дому. Для него было очевидно, что мне некуда идти. Только в стенах его огромного дома, я увидела его без доспехов и оружия. Хаакон оказался очень красив, высок и крепок. Крепко служенный мужчина лет двадцати пяти. Развитая мускулатура плеч и груди, узкая талия и сильные ноги, которые давали понять, что этот человек проводит в дороге много времени, а тяжёлые доспехи усложняли эту и без того трудную задачу. Длинные и прямые черные волосы, ниспадающие на широкую спину, смуглая кожа и алло-карие глаза. Обаятельная, улыбка и очень миролюбивый в спокойной жизни нрав.       - Чьи это доспехи? – мои воспоминания прервал голос Аида. Моя рука продолжала лежать точно на той части груди где должно биться сердце. Раньше, я чувствовала заглушённый ровный ритм, но сейчас ничего. Тишина.       - Моего покойного мужа… - говорю и убираю руку от доспехов. Бессмысленно ждать, что под этими доспехами снова забьётся сердце.       - Оу…мне жаль. – поворачиваюсь и вижу сожаление на лице мужчины. Улыбаюсь и полностью повернувшись к нему ласково кладу руку ему на плечо. Я не хотела расстраивать Аида, но случайно заставила его чувствовать себя виноватым.       - Всё в порядке. Он умер уже очень давно. Это просто память. Рука не поднялась избавится. – хлопаю грека несколько раз и продвигаюсь между рядов полок к той части кладовой, где положила домашние вещи в большие сундуки. Аид остался у входа. Он какое-то время смотрел мне в спину, а потом видимо поддался искушению и тоже пошёл между многочисленных полок разглядывая различные вещи, собранные мной со всех девяти миров.       Вещи я нашла быстро. Льняная черная рубашка и плотные штаны, да пара кожаных немного потёртых сапог. Взяв вещи в левую руку, а сапоги в правую, я прошла к двери и положила всё возле входа. Сама же последовала за любопытным владыкой мёртвых. Он стоял в дальней части и разглядывал своё изображение в больших разноцветных кристаллах. Красивый лик искажался, смотря в какой части огранки отражался. Меня это позабавило, и я тихонько рассмеялась. Аид услышал меня и повернулся.       - Здесь столько разных вещей…Я никогда не видел ничего подобного. – как завороженный бледный бог прошёл к стене на которой весело всё оружие Хаакона. Его верный меч «Варгхир», копьё и колчан со стрелами. Лук же весел у камина в гостиной. Муж учил меня стрелять из него и эта вещь особо дорога мне. Так же на стене висело оружие, которое Хаакону даровал Ярл, опять же за заслуги. Особенно сильно выделялся красиво инкрустированный драгоценными камнями топор. Его лезвие выполнено из чистого серебра, на щеках полотна сверкают несколько небольших камней спессаринов, а топорище вырезано из ясеня. Всю рукоять украшали резные узоры. Этот топор не предназначен для войны. Он скорее украшение дома.       - Не видел? – удивляюсь я, касаясь хвоста топорища, чтобы немного его поправить. Топор немного весел криво. - Ты что вообще не покидаешь Мир Мёртвых? – спрашиваю, садясь на какой-то ящик. Послышалась трель стекла. На ящике наклеена бумажка со словом «Разбитые банки». Зачем я их вообще храню? Ох, как всё это закончиться обязательно тут всё разберу.       - Крайне редко. Смерть происходит каждую секунду. Поток душ нескончаем. Мне не хватает времени даже на сон и приём пищи, что уж говорить о том, чтобы выходить наружу. – мрачно ответил грек и тоже опустился на старый и пыльный стул. Пыль не волновала Аида. Он не из тех высокомерных царских снобов, что из-за малейшей пылинки устроят скандал.       - Ты, наверное, счастлив хоть на год оказаться в лучах солнца? – улыбаясь кладу руку на бледную кисть Аида - Ты такой бледный хоть и грек. Кожа Диониса и Аполлона загорелая с легком оттенком, оливы, как и у всех греков. Когда же я увидела тебя, я не могла понять кто же ты. Ты не был похож ни на грека, ни на скандинава, ни на японца и уж точно ни на египтянина… - пальцами осторожно разгибаю его ладонь. Даже моя кожа казалась более тёмной на фоне его. Кожа Аида была мягкой, гладкой и холодной. Аид же молча наблюдал за тем, как я рассматриваю его руку вертя в её в своих. Ладонь бога была больше моей, а пальцы длиннее, хотя я не особо уступаю ему в габаритах.       - В Мире Мёртвых нет солнца. Там всегда холодно, темно и туманно. – Аид подметил на моих руках, узоры, которые стали немного поблёскивать в тусклой комнате. - И да, ты права, я правда рад был оказаться на поверхности, увидеть солнце, почувствовать ветер, пусть меня это и пугало первое время. – перестав проводить манипуляции с рукой бога, я подняла на него глаза. Руки же его я не отпустила, продолжая нежно ей сжимать. Этим я хотела показать ему что он уже не одинок.       - Пугало? Почему? – Аид опустил глаза вниз.       - Я всегда был один и во тьме, а оказавшись здесь - я растерялся. – Аид вдохнул поглубже - Я не знаю, как мне жить, не навлекая на вас проклятие, не знаю, как мне просто с вами общаться. Кроме Диониса и Аполлона я ни с кем никогда особо не контактировал. Мои племянники приходили ко мне против моей воли. Врывались в царство как два Троянца, чем порой тревожили Цербера и нервировали меня. – хмуря тёмные брови Аид провёл свободной рукой по лицу заправляя чёлку за острое ухо. Теперь я видела лицо бога полностью. Бог был очень красив. На фоне бледности и мрачности его красота особенно сильно поражала. Все привыкли представлять богов румяными красавцами и редко кто мог представить их по-иному. Аид не подходил под стандарты. Но от этого он не стал страшнее. Наоборот в нём была какая-то иная красота. Особенная.       - Почему нервировали? – я его не совсем поняла.       - Потому что моё царство плохо сказывается на живых. На обоих моих племянников упало несчастье. Дионисий после пребывания у меня столкнулся с одной из трёх сестёр-горгон, а не посредственно со средней из них. Её звали Эвриала. – спокойные черты лица Бога стали резче. Желваки заходили, глаза сверкнули гранатом. У меня же немного появился дискомфорт на душе из-за столь внезапной смены настроения. Аид к тому времени продолжил.       - Она выползла из своего логово, чтобы нагнать и убить Персея, убившего её младшую сестру Медузу, но он смог уйти от неё с моей помощью. – слушая грека я внезапно понимаю, что читала этот миф. Точнее, как уже выяснилось – это был не миф, а реальность.       - Я знаю этот миф. Персей укрылся от разъярённых медуз с помощью «Покрова Аида». Те, кто носит его, становятся невидимыми для других сверхъестественных сущностей, подобно облаку тумана. – Аид удивлённо поднял брови - Персей был твоим племянником. И величайшим греческим героем, и истребителем чудовищ до времен Геракла. – хоть я и не знаю глубоко всей кухни греческой мифологии, но их самые известные мифы мне известны. Я люблю изучать мифы и легенды, а также решать долгосрочные загадки.       - Верно. Персей смог убежать, но ещё более взбесившейся Эвриале на глаза попался Дионис. Он её не видел. Не помню по какой причине он тогда сошёл с Олимпа. Он частенько это делал. Любил людей, а особенно праздники. – вдруг Аид глубоко вздохнул и провёл рукой по лицу сжимая переносицу. Его рука, которая была в моей задрожала.       - Эвриала накинулась на него с расчётом убить. У Персея и Диониса разные матери, но отец один и они приходились друг другу братьями. Горгона надеялась на то, что если она убьёт Диониса, то причинит такую же боль Персию, какую он причинил ей и Стефо когда убил Медузу. – моё сердце пропустило удар в горле пересохло. Мне было жутко подумать, что пережил Дионис. Теперь я понимаю откуда те едва заметные бледные шрамы на спине, боках, груди и животе полубога.       - Эвриала серьёзно ранила Диониса. Отравила ядом, ибо была Охьей. На нём живого места не было так она его избивала, мстя Персею. Если бы не вмешался мой брат Посейдон Дионис наверняка бы погиб в лапах этого чудовища. – бледные пальцы сильно сжали мои. Ощущение были не приятные, но терпимые. - Когда я узнал, что случилось я, не взирая на все серьёзные последствия покинул свой пост. Пришёл на Олимп и то что я увидел повергло меня в ужас. – Аид словно вернулся в тот день. В его глазах что-то изменилось. Они покрылись пеленой.       - Дионис был при смерти. Я чувствовал это как никто другой. Яд выжигал его изнутри. Раны на теле нерестовали кровоточить, заливая белые простыни и мраморный пол. Девять муз что растили Диониса едва не сошли с ума, пытаясь ему хоть как-то помочь. Эвтерпа не слагала поэзии, Талия не смеялась, Мельпомена обливалась слезами. Остальные же пытались зажать раны, чтобы хоть немного задержать кровь в теле моего племянника. В тот день даже те, кто его никогда не принимал как себе равного не отпускали колкости и не злорадствовали. Аполлон с безумными глазами помчался за Асклепием на своей огненной колеснице сшибая главные ворота Олимпа с петель. – мне было жутко слушать, что произошло с Дионисом. Этот милый, добрый полубог проник в мою душу. То, что с ним случилось вызвало у меня неприятные уколы в груди. Даже боюсь представить, как ему было больно и страшно. Боюсь подумать, что испытали Аполлон и Аид.       - Я же рванул обратно в мир мёртвых дабы задержать Мойр. - Аид намеревался пояснить о тех, кого он упомянул под словом «Мойр», но я уже знала кто такие Мойры.       - Мойры – богини судьбы. – начала я, вспоминая имена и их обязанности в круговороте жизни - Старшая сестра Клото или «Пряха» - прядущая нить жизни. Средняя сестра Лахесис, также Лахеса - определяющая судьбу. И младшая Атропос, также Атропа или Айса — неумолимая, неотвратимая участь - смерть. Перерезающая нить. – серо-белые губы бога мёртвых слегка преобразились в полуулыбку. Ему нравилось, что я знакома с его мифологией и не туплю через каждые пять минут тем самым усложняя ему рассказ.       - Правильно. Из них троих самая понимающая – это как ни странно Айса. Мне повезло, что я смог её уговорить подождать. Она имела сострадание ко мне, ибо мы с ней часть одного и того же. Айса хоть и отвечает за сам момент смерти, она юна и в силу возраста очень добра. Она ещё не очерствела как её сёстры. Лахеса довольно вредная и своенравная, но с ней тоже можно договориться. За весомую плату разумеется – Аид с имитировал жест «Денег» потирая указательный палец о большой. - а вот с Клото бессмысленно даже начинать разговор. – грек размял плечи. По комнате прошёлся похрустывающий звук. - Будь на её месте Клото, она бы меня и слушать не стала, просто перерезала бы нить его жизни прямо у меня на глазах. – божество помрачнело. На алые глаза упала тень. В тусклом освещении - это выглядело максимально подавляюще.       - Но Дионис же поправился. – попыталась я сгладить атмосферу и вроде бы это подействовало.       - Да. Поправился. Асклепий горбатился над ним почти три дня. Выводил яд из организма. Яду набралось целая амфора. – под «Амфорой» Аид подразумевал греческий керамический сосуд от сорока сантиментов до полутора метров. В ней обычно хранили вино, масло или воду. Это же какой должна была быть порция яда чтобы амфору наполнить?! И ещё меня смутил вид змеи, к которой относилась Горгона.       - Охья…что это за змея такая? Впервые слышу. – я знаю множество змей как-никак живу в лесу и лазаю по девяти мирам. Повидала я этих ползучих красавиц не счесть. Разных начиная от маленьких и заканчивая охиреть какими огромными. Ёрмунганд не даст соврать. Всех их я нашла в справочнике, который приобрела в книжном магазине. Там все змеи от А до Я. И я не помню среди них никакой Охьи.       - Черная гадюка. - от слов Аида у меня по спине пробежался холодок. Я-то надеялась на какую-нибудь менее ядовитую змеюку. От укуса этой заразы целый букет симптомов.       - Гадюка…от её яда появляются одышка, головная боль, тошнота, рвота, слабость, потливость, снижается артериальное давление и учащается пульс. Может развиться анафилактический шок, острая сердечно-сосудистая недостаточность и кровотечения различной локализации. Боли в животе, судороги, повышение температуры... – я перечисляла симптомы и буквально с каждым словом всё ярче и ярче представляла картину состояния Диониса. Он переживал настоящие пытки, которые чуть не закончились его смертью. - Великие леса, бедный Дионис… - сердце заныло словно в него вонзили тысячи игл.       - Спустя всего месяц после происшествия с Диониса, трагедия случилась с Аполлоном. – продолжил Аид, но уже главным героем несчастья выступал жизнерадостный Аполлон - Он потерял свою любимую. Она совершила самоубийство утопившись в реке после какого-то жуткого пророчества. – теперь перед глазами появилась другая картина. Бездыханное тело в реке и безутешный бог солнца.       - Какой кошмар… - смотря на этого чудесного парня даже не подумаешь, что ему пришло пережить нечто подобное. – Стоп…погоди. – одна деталь меня зацепила - Ты сказал: «Пророчество»? - Аид молча кивнул.       - Да. Аполлон даровал ей дар пророчества, и она что-то увидела. Что-то что заставило её прыгнуть в воду и покончить со всем. Он очень сильно переживал её утрату. Даже солнце что согревало Грецию потускнело. Мой племянник винит себя в её смерти. Говорит, что это он её убил. Я думал он сойдёт с ума от горя. – пока Аид рассказывал я складывала полученную информация как пазл.       - Её звали Кассандра, да? Троянская царевна. – под эту хронологию событий идеально подходит именно Кассандра. Аид снова кивнул, подтверждая мои догадки. - Я вычитала в трагедии Эсхила «Агамемнон» следующие: «Кассандра рассказывает хору, что пообещала Аполлону ответить на его любовь, и получила от бога способность вещать о будущем, но обманула его, отвергнув, и тем навлекла на себя его гнев: Аполлон сделал так, чтобы никто не верил её пророчествам.» - на этих моих словах у Аида отразилась злость на лице. Гранатовые глаза засветились в полумраке. Стоило догадаться, что Аиду не понравится то, каким гавнюком Эсхил выставил его племянника.       - Аполлон никогда бы не проклял ни одного человека, животное или растение. А уж тем более женщину, которую любил! – до этого спокойный бог взъерошился как дикая собака, я даже вздрогнула от той волны холода, что потянулась от него по комнате. Увидев мои круглые глаза Аид резко дёрнулся от осознания, что только что едва не вышел из себя.       - Прости…я не хотел… - он хотел встать и уйти, но я не дала ему этого сделать. Держа бога за руку, я улыбнулась. Встала и потянула его за собой из кладовки по путно забирая вещи, что лежали у выхода. Мы и так засиделись, Юи уже наверняка вот-вот выйдет из ванны, а нас нет.       - Это ясно как белый день.! – поворачиваюсь к греку после того как закрыла дверь кладовой - Аполлон само очарование и просто прелесть. В трагедии описывается всё чисто с воображения Эсхила – простого человека. Не принимай всё так близко к сердцу. Это просто выдумки. – не без доли истины хочу заметить. Может Эсхил и намудрил про Аполлона, но трагедия, которая развернулась из-за пророческого дара Кассандры – реальна.       В книге описывалась падение Трои, которую предрекла девушка. Имя её стало нарицательным, в переносном смысле Кассандра - вестница несчастья, Троя действительно пала через несколько веков спустя, где-то около 1184 г. до н. э. По истории изложенной в книге Кассандра после развала Трои прожила не особо долго. Её забрал себе в качестве наложницы Агамемнон, но его ревнивая жена сошла с ума и зарубила топором сначала неверного мужа, а потом и саму Кассандру. Но в действительности же девушка погибла, прыгнув в реку.       - Аполлон долго горевал? – Аполлон наверняка был сам на себя не похож. Реакция Аида говорила сама за себя. Алые глаза снова устремились в сторону. Владыка мёртвых посмотрел в окно, по которому водопадом стекала вода от ливня.       - Его поддерживал к тому времени немного восстановившийся Дионис. Только его Аполлон подпускал к себе. От остальных же отгородился стеной огня. Даже от своей сестры Артемиды. – мы пошли по коридору к лестнице, но я не особо быстро шла, ибо очень хотела дослушать рассказ Аида.       - Дионис сбегал из больничного крыла каждый день ради того, чтобы побыть с братом, который напоминал ходячего мертвеца. Его смех стих, музыка не звучала. Смерть Кассандры его подкосила. После её смерти он не влюблялся. – закончив Аид внимательно посмотрел на меня. Мир Мёртвых действительно ужасно отразился на двух братьях. Это ужасно. А ещё ужаснее, что Аид однозначно винит в случившимся себя. Он не говорит об этом напрямую, но его подрагивающий голос и пустые глаза, говорят сами за себя. Мне было нереально жаль этих троих греков. Я просто обязана найти способ, как снять это чёртово проклятье. Даже если мне придётся перерыть все книги заново и залезть в запретные книги, я обязательно сниму эту дрянь с Аида, чтобы он мог жить спокойно.       - А как же Юи? – задаю вопрос, ибо тишина нависшая между нами вдруг стала какой-то уж больно громкой. Аид встретил мои слова с нескрываемым скепсисом.       - Я думаю, что им не стоит сближаться. Не зависимо от результата вашего задания они расстанутся навсегда. – мы остановились у спуска вниз. Я опёрлась на перила и глянула вниз. Юи не было видно. Сидящий на кресле Хэнки молча указал большим пальцев в сторону ванны, намекая мне этим что девушка ещё не выходила.       - Почему ты так считаешь? – слова Аида вызвали у меня непонимание.       - Даже если они и сблизятся, и останутся вместе рано или поздно их отношения закончатся. – мрачно заговорил бог - Юи смертная, она состариться и умрёт, а Аполлон бессмертный и ему придётся наблюдать, как его любимая медленно увядает. – подытожил Аид на, такой же как он, мрачной ноте.       - А разве это важно? - моё мнение по этому поводу с его сильно разнилось. Бог нахмурился.       - Не совсем понимаю… - Аид давно перестал видеть мир с хорошей стороны. Он привык, что вокруг всё сером цвете и плюсов как таковых, он особо никогда не видел. Это очень печально. Хотя, чего можно ждать от человека, который всю жизнь провёл в полном одиночестве. Аполлон и Дионис его конечно навещали, но, по его словам, они делали это не часто, а после тех ужасных событий, я уверена Аид закрыл им путь в свой мир окончательно. Отгородился. Закрылся. Только бы чтобы они больше никогда не пострадали.       - Ты прав, Юи смертная и однажды её не станет. Но если Аполлон и Юи будут счастливы вместе, будут любить друг друга искренни и создадут семью. Разве это не стоит того, чтобы рискнуть? - ради счастья, даже короткого, как по мне наоборот стоит любить. Даже если один бессмертен, а второй нет. Ни это главное.       - Я считаю, что не стоит бояться любить даже если однажды один из них уйдёт. Ни это главное. Главное просто быть счастливыми. – улыбаюсь и смотрю на удивлённого бога. Ему нечего было противопоставить мне.       - Я любила своего мужа всем сердцем. Он был воином, и я понимала, что каждый день могла его лишиться, мне было страшно отпускать его, я боялась до ужаса, что он не вернётся. – призналась я, вспоминая как меня колотило каждый раз в пороге, когда Хаакон целовал меня в лоб и уходил. У меня первое время даже случалась истерика. Я плакала в комнате уткнувшись лицом в подушку. Тоска и страх были невыносимыми.       - Но я продолжала ждать его, продолжала любить, и я была нереально счастлива, когда он возвращался. – стоило Хаакону зайти в дом я вылетала к нему и крепко обнимала, целовала и просто плакала от радости, что он вернулся домой. - Я потеряла своего любимого, но я каждый день вспоминаю о нём с любовь и теплом. И я благодарна что встретила его, полюбила и прожила в счастье многие годы. – пусть я и осталась одна я знаю, что он по-прежнему со мной. В моём сердце. Пока я помню о нём, он жив. Но честно признаюсь, я бы отдала своё бессмертие взамен на то, чтобы ещё хоть раз обнять его. Просто обнять и сказать, что я его люблю…       - Возможно в твоих словах есть смысл…- этот угрюмый бог сведёт меня в могилу…       - Ты разве никогда не любил? – наш разговор утёк куда-то в мрак, нужно выруливать. Аид вдруг горько усмехнулся.       - Умоляю, кому нужен бог, которого даже мёртвые ненавидят? – вырулила так вырулила. Хотела, как лучше, а вышло, как всегда. Вместо более позитивного разговора я неосознанно кольнула Аида в ещё более больное место. Молодец, Лихнис сто очков тебе в табель! С этим богом общаться всё равно, что по минному полю ходить. Какую тему не тронь всё агония.       - Кто захочет жить в царстве сплошного мрака, вечной темноты и холода? В компании бескрайней реки мертвецов. В месте где нет солнца. Нет ни растений, ни животных. Одни голые скалы и сырость. – его опечалил мой вопрос, и я почувствовала угрызение совести. Зря я спросила. Стоило догадаться что он отреагирует подобным образом. Отхожу от перил и подхожу к богу чьи глаза снова наполнились полным отчаяньем. Он хочет, как и любой живой человек любить и быть любимым - это естественная потребность как дышать или есть. С одной стороны, он прав мало кто променяет поверхность на подземный мир, но опять же это зависит от силы любви. Женщины ради возлюбленных творили невероятное, как и мужчины. Любовь способна перекрыть даже полчища мертвецов и мрак.       Протягиваю руки и нежно обнимаю грека, обвивая его руками. Аид дёргается и сначала хотел отстраниться, но поняв, что я держу крепко затих. Мне было тяжело смотреть на него. Почему судьба так жестока с ним поступила? Почему мёртвые прокляли его? Почему эта хрень вредит всем, кто его окружает и тем самым ещё больше делает его изгоем. За что он должен провести вечность в одиночестве с трупами? Это не справедливо! Так нельзя!       - Та что тебя полюбит. – мягко и нежно глажу его по спине - А такая обязательно появится. Пусть ты и бог мертвых, владыка, царства вечной темноты, но у тебя невероятно большое сердце, ты добрый и заботливый человек Аид. Это намного важнее чем твоя природа. Я знаю, что у тебя всё обязательно будет хорошо. - этот бог заслуживает счастья как никто другой. Плечи царя снова дрогнули. Я думала он сейчас меня оттолкнёт от себя, но он напротив обнял меня в ответ, спрятав лицо в моих волосах. Бледное острое ухо пылало красным от смущения. Аид невероятно милое создание.       - Я пошла за своим мужем на войну, просто чтобы быть рядом. И меня не волновала даже моя возможная смерть. – любовь двигает людей на безумные поступки, уж я-то знаю. - Ты бы слышал, как он орал на меня, когда я в шубе до колен и с сумкой больше меня за плечом притопала к нему в лагерь. Он, увидев меня вскрикнул «А ты что ты тут забыла, ненормальная!?», а я просто ответила, при этом счастливая как в день свадьбы: «Я соскучилась!» - после этих слов я звонко расхохоталась, вспоминая как Хаакон гонялся за мной по территории лагеря, намереваясь надавать мне люлей за самоволку из дома. Мы носились по кругу под громкий хохот его солдат и под вскрики поддержки в мою сторону, дабы ноги меня не подвели. Муж был в доспехах и меня спасло лишь то, что он первое – устал, хоть и через час после непрерывной беготни по сугробам и второе – я запрыгнула на дерево.       - Ему с тобой повезло. – с теплом в голосе сказал Аид. Повезло как сказать, я ему много нервов помотала, со мной он явно не скучал. В тот день после погони по лагерю он махнул мне рукой мол: «Спускайся, я успокоился.» и я спустившись оказалась в его объятьях. Мы не виделись, полгода и конечно же он тоже сильно за мной скучал, а бранился лишь из-за страха, что со мной могло что-нибудь случится по дороге. Всю эту ситуацию мы потом долго вспоминали со смехом.       - Он первое время называл меня «Моё наказание», я далеко не тихоней была, постоянно что-то чудила, а он за меня краснел, ах-ах-ах! – отстраняюсь от грека и снова громко смеюсь. Ох, сколько Хаакон со мной вытерпел. Краснел парой по несколько раз на дню. Я ничего не умела в быту, и я выглядела как дурочка, не знающая как даже к корове подойти, что уж говорить о других домашних делах. Посуду мыла так, что к концу помывки большая часть была разбита, а мои пальцы изрезаны. Стирка для меня вообще была сущим адом. Что проще набрать воды в таз и постирать вещи? Правильно ничего! Но я умудрялась устроить пенную вечернику, что дома не было видно из-за пены. Старая смотрительница дома называла меня «Неумеха».       Меня маленькой забрали те люди, что убили моего отца и заперли в темнице. До самого совершеннолетия я половину времени сидела в клетке, а другую выступала скорее грушей для битья. Правда, те ублюдки называли – это изуверство «тренировками». Плоды эти «тренировки» дали, бесспорно. Мою детскую психику свернули буквально в бараний рог и сделали из меня палача.       Мне стоило огромных трудов жить в спокойной обстановке и не срываться каждые пять минут. С той же старой смотрительницей, что носила имя Льёрд, я ругалась как последняя собака. А один раз едва не кинулась на неё драться. На пожилую женщину. Это сейчас я понимаю, что вела себя отвратительно. Тогда же мне было плевать. Мой характер был ужасен. Я сама была похоже на волчицу, которую решили одомашнить. Хаакон наверняка первое время жалел, что привёл меня, но потом просто сам взялся за меня. И медленно, но верно я стала смягчаться. Правду говорят, что рядом с нужным мужчиной женщина преображается… Вдруг прозвучал хлопок двери.       - Лихнис, Аид вы где? – снизу послышался голос Юи. Бросаю взгляд вниз и вижу выходящую из предбанника Юи. Она вытирала волосы полотенцем и озиралась по сторонам ища нас.       - Мы здесь, наверху! – подаю голос и махаю ей рукой - Как тебе ванна? - Спускаюсь вниз вместе с Аидом. Мужчина сел на кресло у камина, а я подошла к Юи и слегка поправила кофту, которая была ей прилично велика, именно в плечах. Юбка же держалась хорошо благодаря шнуровке. Длинной юбка была мне чуть ниже колен, а Юи же она доходила до щиколоток.       - Чудесно! Я словно заново родилась! – улыбаясь сказала Юи, убирая влажную чёлку со лба.       - Вот и отлично. – хлопаю её легонько по плечу. - Теперь твоя очередь. Вот одежда. – поворачиваюсь к Аиду и беру в руки комплект одежды, что отложила на комод, чтобы поправить кофту Юи. Грек благодарно кивает и взяв из моих рук одежду и сапоги скрылся за углом. Я же махнула Юи рукой, и мы направились к столу где Хэнки как раз приготовил две чашки горячего чаю.

…

      На следующий день, я встала пораньше и первым делом отправилась на кухню готовить завтрак. Стоя на кухне я почитывала книгу и жарила оладушки. Хэнки широко зевая сидел на моём плече и уминал горячий оладушек. Старичок блаженно простонал, когда отправил в рот ложечку кленового сиропа. Покачивая ногами, он наблюдал за тем как я плавно подкидываю на сковородке оладьи и так же плавно перекидываю их на тарелку. На ней уже скопились приличные три стопки.       Аромат разошёлся на весь дом. У меня уже непроизвольно потекли слюнки. Мне хотелось уже съесть свои оладьи, но я мужественно терпела чтобы разделить этот момент с Юи и Аидом. Они кстати, уже встали со своих кроватей. Я слышала, как над моей головой кто-то ходит. Прямо над кухней расположилась комната, в которой я поселила Юи, а комната Аида расположена над ванной.       - Оладьи как всегда чудесны! – похвалил мои кулинарные способности Ниссе и попросил ещё один. Откладываю книгу и подаю оладушек старичку. Тот свернул его в трубочку и надкусил с таким блаженством на лице что у меня громко заурчало в животе. Хэнки это услышал и начал смеяться прямо с оладьей во рту.       - Не смейся! Особенно с едой во рту! – возмутилась я. Хэнки унял приступ смеха и проглотив кусок рассмеялся с новой силой. Я слегка смутилась, но потом тоже засмеялась. Звук что издал мой желудок действительно получился смешным.       - Доброе утро, Юи! – слышу, как в кухню не сильно приоткрылась дверь. Как раз на достаточное расстояние, в которое бы протиснулась хрупкая девушка. Если бы первым вошёл Аид, то дверь бы издала легкий скрип.       - Доброе утро! – отозвалась Юи и принюхалась – Ах! Как вкусно пахнет! – протянула она и в голосе её слышалось восхищение. Улыбаюсь и поворачиваюсь через то плечо где не сидел Хэнки.       - Ты как раз вовремя, присаживайся за стол. – оладьи я дожарила и потушила огонь залив его черпаком воды из ведра. Я готовлю на плите, которую мне подогнал знакомый гном, чтобы я не извращалась готовкой на костре в камине. Выглядит она скорее, как печь, но с большой квадратной поверхностью из меди и топочным отверстием под ней. Там, я зажигаю огонь и тот нагревает медную поверхность. Эта штука мне кстати, очень сильно упростила жизнь. В камине я бы долго готовила.       - Аид! Спускайся к нам! Завтрак готов! – кричу вверх, выходя из кухни и направляясь к столу. Поставив тарелку по центру, я, щелкнув пальцами направляю оладьи в равном к оличестве на ранее подготовленные три тарелки. Пока только пять штук на каждую. Хэнки же похлопал в ладоши и на столе по правую сторону от тарелок появились чашки с блюдцами и ложками. Чайник уже посвистывал в камине.       - Доброе утро. – Аид спустился к нам в одежде, которую я ему вчера дала. Она ему была велика, но всё равно сидела хорошо. Грек смутился немного, когда я окинула его взглядом и улыбнулась. В этой одежде он сильно напоминал мне моего мужа. Не думала, что снова увижу эту выцветшую рубашку.       - Доброе! Хорошо спал? – интересуюсь следом, беря прихватку и снимая чайник с крючка. Налив кипятка по кружкам, я отставила чайник на ту часть стола где никто его не заденет и не обвариться.       - Да. И это странно… - Аид выглядел удивлённым и кстати, посвежевшим. Белая кожа даже немного порозовела, а круги вокруг глаз пропали.       - Почему? – опередила меня с вопросом Юи. Аид опустился на стул и опёрся локтями на столешницу.       - Меня всегда мучают жуткие кошмары, из-за чего я очень часто не хотел смыкать глаз. А здесь, я спал крепко и действительно хорошо выспался. Мне снился очень приятный сон. Это удивительно… - последние слова он выдохнул с облегчением и слегка улыбнулся.       - И мне тоже! – вдруг воскликнула Юи - Я прямо наслаждалась каждой секундой сна! – её эта параллель с Аидом очень удивила. Аид тоже слегка приподнял брови. Похоже он впервые за долгое время не подрывался посреди ночи от кошмаров.       - В моём доме гостям не снятся кошмары. Только хорошие и мирные сны. - говорю и помешиваю ложкой сахар в кружке. Хэнки продолжал сидеть на моём плече, обнимая толстую прядь волос, чтобы не упасть. – У меня в основном ищут покой, и я даю гостям именно то, что они хотят. Вы наверняка заметили в своих комнатах вазы сушенной лаванды. Она способствует крепкому сну и мирным сновиденьям. – перевожу взгляд на грека - А тебе Аид, я ещё добавила немного боярышника. Он хорошо успокаивает нервы. Я подумала тебе это не помешает. – он сильно нервничал эти дни, его нервы помотало и прошлой ночью, поэтому я пришла к решению поджечь сушёный боярышник, чтобы его аромат разошёлся по комнате. Вообще аромат у боярышника крайне неприятный. Он пахнет тухлой рыбой во время цветения. Такое специфическое амбре придаёт его цветам демитиламин.       Я нейтрализую этот запах при сушке с помощью смешивания с другими травами. В пучке, что я подожгла в комнате Аида, содержалась так же Мелисса, Душица и Липа. Благодаря этому аромат выходит вполне приятным и даже пряным. Так же Лаванда своим сильным ароматом окончательно делает рыбий запах незаметным.       - Это очень…мило с твоей стороны. Спасибо тебе за твою доброту и заботу. - Аид благодарно кивнул головой.       - Всегда пожалуйста! – отзываюсь и подношу кружку к губам. Сладкий чай приятно растёкся у меня во рту и устремился дальше. Появился привкус шиповника и мелиссы.       - К Лихнис всегда можно обратится за помощью. Она никогда не откажет. Это вам так, на будущие. – вставил свои пять копеек Хэнки пока я была занята чаем. Прочистив горло, я взяла оладушек из своей тарелки, скрутила в трубочку и проворно засунула её в запевший соловьём рот Ниссе. Не люблю, когда меня расхваливают.       - Хэнки, займи ротик оладушком. – под неразборчивое мычание я вытерла руку об салфетку. После же сделала ещё один глоток чая и поставив кружку на блюдце с характерным звуком, упираюсь обеими руками в столешницу. – Слушай, Аид, я хотела с тобой поговорить об Афродите. - парочка о чём-то переговаривались, а когда прозвучало имя греческой богини оба замолкли. Плечи мужчины слегка напряглись, показывая дискомфорт от назревшей темы. После минуты молчания Аид слегка прикусив нижнею губу.       - Что ты хочешь знать? – честно, я не особо рассчитывала, что он согласится что-то рассказать, но Аид на удивление пошёл мне на встречу. Я руководствовалась тем что он её дядя и по идее должен знать о ней всё. Пусть они и не близки, но это не отменяет того, что он может быть в курсе дел от тех же Аполлона и Зевса. Дионис может быть что-то и знает, но не уверена - это особо много. Его отношения с Афродитой вообще желают оставлять лучшего.       - Всё. Она не самый приятный кадр здесь, и я уверена она ещё создаст нам с Юи массу проблем и поэтому я хочу, чтобы ты нам поведал по какой причине Афродита такая злобная… - мне очень хотелось назвать её очень неприличным словом, но я останавливала себя лишь из-за того, что она, хоть какой бы она не была, является племянницей Аида и грубить или отзываться о ней как-то некрасноречиво, я не хотела.       - Сука? – бранное слово резануло слух мне, Хэнки что чуть не подавился оладьей, и Юи из чьей руки выскользнула вилка.       - Аид!? – воскликнула девушка, повернувшись на грека с идеально круглыми глазами. У меня же брови скаканули вверх, а потом я сделала легкий кивок головой едва сдержав улыбку. От него я ожидала подобного меньше всего.       - Сурово… - держа сжатый кулак у губ произнесла я. Аид скосил глаза в сторону и сложил руки на груди. Полностью закрывшись.       - Прошу прошение за резкое высказывание, но я привык называть вещи и людей своими именами. Пусть она и моя племянница, но её характер с каждым годом всё хуже и хуже. Более избалованной и наглой девчонки я в своей жизни не встречал. Она полностью лишена каких-либо границ приличия. – он вернул взгляд ко мне. - И ты права, она ещё доставит вам проблем. - алые глаза плавно переплыли на Юи. Девушке нечего было сказать. Выводы назревали сами собой. Раз уж Аид говорит, что она «Сука», значит так и есть.       - Она же богиня любви, почему же она такая злая? – вопрос, заданный Юи тоже интересовал меня в первые часы знакомства с мелкой эгоисткой, но потом я просто вспомнила, что такое вообще «Любовь» и какой она может быть. А она не только розовая, милая и пушистая, как описывается в книжках.       - Тут, кстати, она полностью оправдывает своё призвание. Любовь крайне непостоянное чувство. Её можно сравнить с погодой. Любовь бывает духовной, душевной, плотской, жестокой, безумной, сильной, ненормальной, одержимой и корыстной. Список просто бесконечен. – перечислила я известные мне типы любви и то, я назвала лишь малую их часть - Характер Афродиты в разные периоды времени меняется в зависимости от того, кто перед ней и в какой она обстановке. Например, к Аполлону она испытывает - сильную любовь. Это видно по её отношению к нему. Она становится кроткой, мирной и воспринимающей. С Дионисом она проявляет отторжение. Для неё он никто. Полное безразличие и антипатия. К Аиду же – я взглянула на мужчину - скорее нейтральную. – Юи задумалась над моими словами, а Аид громко шикнув усмехнулся.       - Кс! Хоть в чём-то мы едины. - Аид относился к племяннице в той же степени нейтрально, хотя сейчас промелькнула неприязнь.       - Она всегда была такой? – Юи смотрела на мужчину с надеждой, услышать, что Афродита была когда-то давно хорошей. Нахмуренные брови Аида уже были довольно доходчивым ответом. Он откинулся на спинку стула и прикрыв глаза раздражённо заговорил:       - Да. Зевс её баловал всю её жизнь. На Олимпе она чуть ли не царица, все её боготворят и восхищаются ею. Прекрасней её нет. – все эти слова Аид сопровождал закатанными в потолок глазами при этом ещё делая гримасу наигранного восхищения. Я наблюдала за этим с откровенным удивлением, ибо не ожидала такого спектра эмоций от этого мужчины. Он вёл себя так, словно никогда не был затворником. Сейчас Аид был самим собой. Я слегка улыбнулась, чувствуя радость от того, что грек хотя бы немного смог забыть о своём проклятье, о вчерашней ночи и так далее.       - А почему она выглядит как ребёнок? – внешний вид богини действительно вызывал замешательство. В мифах Афродиту описывают как высокую девушку с формами, что называется «Кровь с молоком». Вечно юная и прекрасная. А в реальности же богиня выглядит, как четырнадцатилетняя девчонка. Формами там даже не пахнет. Просто мелкая, злобная, абсолютно плоская со всех сторон мерзавка.       - Понимаю твоё недоумение. – Аид слегка смутился - Раньше в Древние времена в Греции, именно такие девушки считались воплощением идеальной красоты. Взрослые мужчины вступали в браки, с девушками, которым едва-едва исполнялось четырнадцать лет. Этот возраст считался идеальным для замужества, ведь супруг мог заняться её воспитанием и воспитать в ней идеальную для себя жену. - закончил Аид и сделал глоток чая. Ему было неловко рассказывать о такой части истории его родины. Но такое в те времена, было ни только в Греции.       - Такая же картина была в Скандинавии. У нас замуж выходили даже раньше. Если мне не изменяет память, идеальный возраст для замужества был - двенадцать лет. Такое ранее замужество было принято из-за короткой продолжительности жизни. Мало кто доживал до старости. Основной возраст варьировался от тридцати пяти - до сорока пяти. Так же была большая смертность при родах среди женщин, многочисленные войны и отсутствие нормальной медицины, так же не стелили людям процветания и долголетия. – Юи смотрела на нас как на каких-то варваров. Её понять можно. Сейчас столь юный возраст непозволителен для брака, а уж тем более для родов. Я даже тогда знала, что двенадцать лет – это очень рано. Девочка ещё сформироваться полностью не успела, а её уже и замуж выдали и пузом наградили, а в идеале она ещё и умирала в родах вместе с ребёнком из-за того, что просто не смогла разродиться. Кошмарные были времена. Варварские.       У меня заныла поясница и я со стоном выпрямилась сев прямо. Хэнки обеспокоенно взглянул на меня. Я лишь отмахнулась и сделала вид что всё уже хорошо. На самом же деле неприятные ноющие ощущения поползли вверх к лопаткам.       - У нас есть шанс научить её любви к людям? – Юи выглядела обречённой. Она хотела услышать ответ, но и сильно нервничала.       - Врать не стану. Он ничтожно мал. – выдохнул мужчина, понимая, что надежды на хорошие нам не дал. Я изначально поняла, что будет трудно. У Афродиты на ро...то есть, на лице написано, что она та ещё заноза.       - Спасибо за честность. – подпираю голову рукой. Нужно думать, как нам толкнуть пиявку Афродиту в сторону благодетели. Задача сложная. Что меня, что Юи Афродита на дух не переносит и явно не захочет с нами контактировать. Похоже придётся воздействовать на неё через Аполлона. Он здесь единственный кого она любит и воспринимает.       - Дружбы у нас не выйдет. Афродита не считает нас достойными даже её взгляда, поэтому будем действовать хитростью. - закинув ногу на ногу, я взглянула в потолок. Задумка сомнительная и может как сработать, так и провалится. Единственное о чём я переживаю - это чтобы в этой ситуации ни каким боком не пострадал Аполлон.       - Хитростью? – Юи заинтересовалась.       - Да. Самый лучший рычаг воздействия на неё это… - я повела рукой в воздухе и улыбнулась – Давай, ты точно знаешь о чём я говорю? – я хотела, чтобы Юи сама додумалась, что я хочу от неё услышать. Всё-таки моя персона тут лишь как советчик и помощник, основная же задача лежит именно на её плечах. Юи девушка сообразительная и она точно поймёт, на что я намекаю. Аид уже понял и одобрительно кивнул головой. Юи же призадумалась, перебирая варианты возможных рычагов.       - Аполлон? – с первого раза и в яблочко.       - Бинго, милая! – хлопаю в ладоши и улыбаюсь - Мы привлечём к этому Аполлона. Он тебе ни за что не откажет. – подмигиваю ей и вижу, как она багровеет в области лица.       - Нужно просто его попросить доносить до его сестры наши слова. Уверена через него мы точно сможем к ней подобраться. - Юи легко улыбнулась и кивнула головой соглашаясь со мной. Моя идея ей понравилась. Бегать за высокомерной богиней и уговаривать её пустая трата времени, а его у нас не особо много. «Год» - это чисто формально было сказано. Смотря на то как тут меняется время года, то у нас всего пара месяцев, а может и того меньше.       - Может сработать. Афродита нереально любит Аполлона. – Аид взял в руку кружку и сделал пару глотков. Хэнки подвинул ему клубничное варенье и бог благодарно кивнул головой мягко улыбаясь. Аид невероятно милый, когда улыбается. Просто душка.       - С этим решили. Дело за малым. – уговорить Аполлона не проблема. Этот солнечный бог будет только рад помочь. Главное нужно ему сказать, чтобы он не проболтался о нас. Когда он сильно возбуждается он строчит как пулемёт, поэтому стоит его заранее ограничить в том, что можно говорить, а что лучше забыть. Потягиваюсь и откидываюсь на спинку стула чуть прогибаясь через неё.       - Ух ты! – вдруг слышу крик Хэнки. Мы втроём повернулась в одну и ту же сторону. Хэнки стоял на резном комоде и смотрел на календарь. Я приобрела его в одной из лавок в Ванохейме. Там расписаны все праздники, события и звездопады.       - Что такое Хэнки? – спрашиваю и поднимаюсь на ноги. Ниссе развернулся и улыбаясь тыкнул пальцем в цифру девять.       - Взгляни на календарь! Сегодня же ночь Эпсилон-Персеиды! – вскрикнуло домашнее существо прыгая на месте широко разводя ноги. У меня от услышанного чуть сердце не ударило в горло.       - Серьёзно!? – возрадовавшись я подбежала к календарю и посмотрела на аккуратную запись, что нанёс Ван-астроном. Слова «Метеоритный поток - Эпсилон-Персеиды» - Точно, девятое сентября! Потрясающе! – сжав кулаки я немного попрыгала на месте от радости. Меня прервали подошедшие ребята. На их лицах застыло любопытство.       - Эпсилон-Персеиды? Что это? – Юи была заинтригована. Наше с Хэнки поведение навело её на мысль что это что-то невероятное. А оно так и есть.       - Название точно Греческое. Означает «Сыновья Персея» - грек перевёл название с греческого и призадумался. Если Аид любит звёзды, удивительно что он не знает о таком событии. Я подскочила к нему, схватила за руки и нежно их сжала. Мужчина дёрнулся, но рук не вырвал.       - О-о-о! Аид, тебе это точно понравится! Ты просто обязан это увидеть! Персеиды представляют собой обильный метеорный поток, связанный с кометой Свифта–Таттла, которые обычно видны с середины июля до конца августа. Метеоры называются Персеидами, потому что они появляются с общего направления созвездия Персея, а в более современное время имеют радиант, граничащий с Кассиопеей и Камелопардалисом! - мой восторг передался Юи. Она заискрилась как алмаз. Аид же таращился на меня круглыми глазами. - Это нереально красиво! - он просто не имеет права пропустить такое. В сентябре это случается крайне редко.       Это знак, что он должен увидеть Персеиды. Я не позволю ему их пропустить!       - Звучит невероятно! Я тоже хочу увидеть это! – вклинилась девушка уже представляя, что будет сегодня ночью. Я лишь улыбнулась, так как ни одно воображение не способно такое вообразить. Это неповторимо. Аид внезапно, к нашему шоку, помрачнел как туча.       - Вчера ночью наше общее наблюдение за звёздами едва не закончилось катастрофой. – сухо сказал он - Вы обе действительно хотите пойти со мной туда и посмотреть на Персеиды, после того, что произошло вчера? – этим вопросом он хотел вызвать у нас голос разума, но мы лишь переглянулись и синхронно кивнув головой сказали:       - Ага! – из груди мужчины вырвался тяжелый выдох со стоном обречённости.       - Вы сумасшедшие… - сдавшись, вынес нам вердикт владыка мёртвых. Мы засмеялись с выражения его лица. - Обе. - добавил Аид сложив руки на груди. Хэнки материализовался на плече грека и закинув ногу на ногу, похлопал того по плечу.       - Привыкай! Они тебя в покое не оставят! – эти слова Аид воспринял как приговор и в итоге окинув нас взглядом, тепло улыбнулся. Эта улыбка была прекрасна. Кроткой и сдержанной. Но даже так его лицо сильно преобразилось. Юи заворожённо замерла, а Аид смутившись отвёл взгляд и накрыл лицо рукой до самого носа.