Обреченные любить

Мея лежала в наполненной до краев ванне с закрытыми глазами, она слушала, как редкие капли срывались с крана и падали в уже давно не теплую воду, нарушая тишину, но мысли девушки были заняты другим. Она вспоминала другую ванную комнату, где она была не одна, где впервые коснулась чужого мужчины, Мея любовалась его телом, рассматривала его татуировки, пока смывала с него кровь. Затем её мысли перенеслись в другую часть убежища, в спальню, и дыхание девушки участилось, её руки несмело коснулись нежной груди, срывая тихий стон с пухлых, слегка приоткрытых губ. Она сосредоточенно повторяла его движения, словно он оставил на её теле невидимый след, и ни что уже не могло стереть его с её тела. Мея была крайне возбуждена, представляя его руки на месте своих, каждое движение всё больше распаляло её, она будто горела огнём, а источник пожара находился в ней, вернее, между её ног, и стоило девушке коснутся себя там, как её настиг оргазм. Она выгнулась дугой, расплескивая воду через бортики, широко открыла глаза, жадно глотая воздух, сердце неистово колотилось в грудной клетке, словно вот-вот выпрыгнет, такое с ней происходило впервые, она и представить не могла, что способна достичь оргазма вот так просто, только лишь представляя его. Прошло уже три дня после её возвращения домой, и она была несказанно рада, что Макс все эти три дня пропадал на работе, — обстановка в городе оставляла желать лучшего, отношения между фракциями были натянуты донельзя. Её муж и Эрик были уверены, что в верхушке Бесстрашия есть крот, и теперь они делали всё, чтобы поймать его. Конечно, это было нелегко, учитывая, что им мог быть кто угодно, — высокопоставленные Бесстрашные поголовно обучены всему, в том числе и шпионажу. Но девушку только радовал сам факт отсутствия мужа, он бы точно заметил явные изменения в её поведении. Она ходила по дому словно зомби: задумчивая, тихая, погруженная в свои мысли, и лишние вопросы не привели бы ни к чему хорошему. В тот же день, сидя на пассажирском сидении и прижимая к груди раненную птицу, Мее пришлось рассказать мужу, что Эрик знает их секрет, ну, по крайней мере, допустимую его часть, а Макс в свою очередь не смог не признать, что молодой лидер был прав, — Мея должна обучиться всему, что знают Бесстрашные. Так как сам он был занят, то решил, что в ближайшее время назначит ей тренера. А пока девушка продолжала работу в Дружелюбии. Вот и сейчас она направлялась на парковку, когда её у выхода окликнул знакомый голос: — Мея, подожди! — Она остановилась, и, когда Кристина буквально налетела на неё, ей пришлось постараться не упасть вместе с девушкой в объятиях. — Боже, ты в порядке. Мы так волновались. — Всё хорошо, — сквозь смех ответила она. — Вот Трис обрадуется, ей нужно тебе столько рассказать, — Кристина сделала небольшую паузу, а затем её красивое личико приняло вопросительное выражение. — Он не обидел тебя? — Кто, Макс? — Нет, Лидер — тиран. При упоминание персоны Эрика у неё участилось дыхание и бабочки запорхали в животе. Она отрицательно качнула головой. Но блеск в глазах скрыть не смогла. — Чёрт, чёрт. Я так и знала, ты обязана всё рассказать. — Нечего рассказывать, Крис. Возможно, она бы могла убедить собеседницу, что действительно нечего рассказывать, но в этот момент на парковку заехал огромный внедорожник, и, естественно, за рулём был Он. Мужчина выглядел как всегда устрашающе, а многодневная щетина придавала ему ещё более грозный вид. Эрик прошёл мимо девушек, даже не взглянув в их сторону. За ним последовали его ребята с таким надменным видом, как будто они короли Чикаго. Кристина на этот счёт съязвила что-то себе под нос, но, увидев совершенно разбитую подругу, сразу замолчала. — Мне правда пора. — Мея улыбнулась подруге, правда, улыбка получилась слишком натянутой. — Хорошо. Мея, мы будем в баре, присоединяйся к нам после смены. — Хорошо, я постараюсь. Вот уже который день Эрик не находил себе места. После того, как он вернулся из убежища, мужчина то и дело ловил себя на мысли о ней. Что бы он не делал, её образ преследовал его везде, и он начинал злится не на шутку. Надо было всё же трахнуть её и забыть. Но сейчас уже поздно, он решил для себя, что должен выкинуть девушку из головы, — у него слишком много проблем и без неё. Теперь, когда они с Максом выяснили, что его ребята ни при чём, им предстояло проделать весьма трудную работу и найти виновника в перестрелке, а также уладить отношения между фракциями, не доводя дело до войны. Вот на этом он и сосредоточивал своё внимание все последние двадцать четыре часа, и избегал любых мест, где бы мог наткнутся на жену первого Лидера и своего начальника. Эрик даже убедил себя, что перестаёт понемногу думать о ней, но какого же было его удивление на свою реакцию, когда он наткнулся на Мею на парковке. Мужчина до боли сжал кулаки, ему понадобилась вся его боевая выдержка, чтобы не схватить её и поцеловать, крепко прижимая к себе. Она выглядела такой свежей и жизнерадостной, она весело болтала с подружкой, и это его злило: девушка радовалась жизни, пока он, дурак, сходил с ума по ней. Эрик чертыхнулся себе под нос за то, что не задержал дыхание, проходя мимо них, теперь её запах, аромат полевых цветов вперемешку с нежным запахом самой девушки, будет преследовать его весь день. И его не перебьет никакой другой. Коммуникатор в руке мужчины пищит, отвлекая его от мысли о ней. Это Макс, он ждёт его в своём кабинете. — Есть какие-нибудь новости? — спрашивает первый Лидер. — Всё тихо, Искренние молчат, как воды в рот набрали, — отвечает Эрик, зажигает сигарету и усаживается поудобней. — Как насчёт Дружелюбия? — Что насчёт их? Я сомневаюсь, если их вообще волнует, что мы на грани войны. — А, может, им выгодно, чтобы мы так думали? — Макс делает небольшую паузу, затем добавляет: — Проследи за ними. — Чёрт, Макс, у меня дел по горло, может поручишь это дело кому-то ещё? — Нет, я хочу, чтобы ты лично проверил их, ты же знаешь, мы не можем доверять никому. Не хочу, чтобы хиппи узнали, что мы их подозреваем. — Хорошо, я займусь этим. — Он встаёт, чтобы уйти. — Эрик, у меня есть ещё одно дело для тебя. — Лидер довольно улыбается, давая понять Эрику, что ему точно не понравится это «ещё одно дело». — Говори. — Я решил, что ты будешь отличным инструктором для Меи. Если бы Эрик в данный момент выпивал, то он бы поперхнулся. Он ожидал чего угодно, но не этого. — Макс, это уже совсем не смешно. Для этого у тебя есть Надин и Фор. Напряги их. Тем более, Фору я доверяю на все сто. — А я тебе доверяю. И вообще, это не обсуждается, подвинешь в своём графике девушек для секса и научишь её хотя бы стрелять для начала. — Сделаю, что смогу. На этом он покидает кабинет Лидера, думая: «Что это было, мать твою?! Какая, блядь, ирония. Если бы ты знал, что я хочу сделать с твоей женой, то точно бы не предложил заменить ею девушек для секса, даже если речь об обучении». Он точно решил для себя, что всё же поручит Фору столь важное задание по имени Мея. Эрик прекрасно знал, что не сможет долго сопротивляться желанию трахнуть её. Он, если честно, вообще никогда не сопротивлялся такому, он всегда брал кого хотел, когда и где хотел, и то, что Мея под запретом, делало её ещё привлекательней в его глазах. Молодой Лидер дошёл до операторской и вошёл как всегда по-хозяйски, тем самым спугнув молодого Лихача. — Выметайся, — коротко, доходчиво. Парень сразу выбежал вон без лишних вопросов. Эрик сел в кресло и начал искать записи с видеокамер Дружелюбия, он аккуратно раскладывал флешки по датам в небольшую коробку и между делом смотрел на монитор одного из компьютеров в реальном режиме. Собрав все необходимые данные, он уже собирался уходить, когда его внимание привлекло нечто из ряда вон выходящее. За что она любила дружелюбие, так это за то, что здесь люди были на максимальном позитиве, невозможно было не влиться в их весёлую компанию и не подпевать заманчивые куплеты, или повторять затейливые движения танцев. Стоило Мее вступить на пост, как боль в её груди от его безразличия начала утихать. Она переоделась в оранжевое платье, оставляя при этом кобуру с пистолетом, и направилась в одну из теплиц, откуда доносилась музыка. — Мея, иди к нам, — Демиен радостно поприветствовал девушку, он даже передал свою партнершу по танцу другому парню, чтобы обнять жену первого Лидера. Она была несказанно рада объятиям друга, — он был одним из немногочисленных её друзей, а ещё он знал её тайну. — Полегче, парень, ты же не хочешь проблем. Он ещё громче засмеялся её замечанию и потащил её на танцпол, вернее, в небольшой островок зелени, посреди вспаханного чернозёма. — Думаю, это ты рискуешь, то и дело наряжаясь в одежду дружелюбия. Да уж, можно вытащить человека из Искренности, но Искренность из человека никогда. Мея всего лишь улыбается замечанию друга, она хочет поскорее забыться в этой разноцветной и весёлой толпе. Сегодня Дружелюбие отмечает праздник урожая, естественно, эта фракция единственная, кто отмечает почти все большие праздники, остальному городу не до этого, и грядущая война тут не причём. Просто в один момент люди отказались от духовных ценностей, и Мея была счастлива узнать, что есть всё же хоть одно местечко в суровой реальности, где умеют радоваться жизни. Если бы она могла выбирать фракцию, то она непременно выбрала бы Дружелюбие. Девушка до сих пор помнит свой первый рабочий день в этом раю, как восторженно она смотрела по сторонам, как улыбалась в ответ на улыбки детей, тем самым шокируя парня, что наблюдал эту картину. Им был Демиен, и он спросил, долго ли она под солнцем стояла. Сейчас это их любимая шутка, тогда она даже не поняла намека на солнечный удар, ибо все лихачи ужасно суровые, строгие и гордые. Счастливая и полная энергии девушка сдала свой пост, она решила для себя, что Эрик должен остаться в прошлом, где-то там, в убежище. В конце концов, она не могла рисковать всем ради мужчины, который хотел всего лишь воспользоваться её телом. Это было недопустимо. Вернувшись домой, она как обычно не застала мужа дома, и потому, приняв холодный душ, решила присоединиться к девочкам, которые ждали её в баре. Мея надела чёрное платье с глубоким вырезом чуть выше колена спереди и в пол сзади, туфли на высоком каблуке и кожаную курточку. Волосы распустила и слегка подкрасила глаза. В баре как всегда творился хаос, кто танцевал, кто подпевал, по углам зажимались, целовались. Не бар, а прямо Содом и Гоморра. — Мея, ты видела Демиена? — Это было первым, что спросила Крис при виде подруги. Она к нему неровно дышала. — Видела, он передал тебе привет. — Правда? — она засияла, как маленькая девочка. — Ага. — Крис, хватит её доставать. — Беатрис обняла Мею, затем они втроём уселись за барную стойку. Трис рассказала девушкам, что они с Тоби решили жить вместе. Они отпраздновали это событие по всем правилам девичника: танцы и всё такое, даже невинный флирт присутствовал, Мея ограничилась одним бокалом мартини и потому была той, кто помогал добраться домой своим изрядно подвыпившим подругам. Домой она шагала неспеша, раздумывая о новости, надо же, Тоби решился на такой шаг, значит, он любит Трис, и это прекрасно. Потом Мее снова стало грустно, она прекрасно знала причину своей грусти, но не хотела признать. Девушка открыла дверь, на ходу снимая с себя обувь и куртку. Будучи в раздумьях, она не обратила внимания на включённый свет в гостиной и потому аж вскрикнула, увидев мужчин, что сидели за журнальным столиком, на котором были разложены кипы бумаг. Её взгляд встретился с Его, она замерла, как добыча перед удавом, не в силах даже сделать вдох, — столько ненависти была во взгляде, что, казалось, Эрик просто уничтожает её. На помощь пришёл Макс, вернее, его голос: — Малышка, ты быстро однако. Она поспешила отвести взгляд, пока кто-нибудь не заметил её замешательства. — Да, простите, я не хотела вам мешать. — Ты не мешаешь, заваришь нам кофе? — Конечно, — она направилась в кухню, которая, к сожалению, была смежной с залом. Пока она готовила кофе, то старалась держатся непринужденно, убеждала себя, что ей всего лишь показалось и Эрик не смотрел на неё так, словно хотел прикончить. Незаметно для себя самой, она вслушалась в разговор, вернее, в некоторые моменты. Макс говорил о какой-то миссии, называя её чрезвычайно опасной. Это звучало примерно так: «Ты чёртов самоубийца, мы не будем рисковать тобой». Конечно, девушка уже знала, о ком речь и кем они не хотели рисковать, и потом её догадки оправдались: «Сказал, я пойду, у нас не особо много выбора», — стоял на своём Эрик. Дальше слушать она не стала, — ей хотелось поскорее уединиться, — разлила напиток по чашкам и понесла мужчинам, но поднос оставила все же на диване, заметив, что столик был завален папками. Мея уже уходила, когда в коридоре её окликнул Макс: — Детка, дай Эрику старые карты. Они в моём кабинете. Она остановилась в коридоре по пути к кабинету в ожидании, пока лидер не соизволит поднять свой зад с дивана и не спеша присоединится к ней. Мужчина держал дистанцию строго в два шага, хотя она прекрасно понимала, если бы возникла такая необходимость, ему понадобилось бы намного меньше секунды, чтобы оказаться рядом. Мея хорошо помнила его навыки в бою, его скорость и невероятную грацию, вместе с тем она хорошо помнила и его близость, наверное поэтому девушке казалось, что пространства категорически не хватает, и она спиной чувствовала его прожигающий насквозь взгляд. Но это все было не так важно по сравнению с заданием, на которое он собирался. Ведь Макс был далеко не из тех людей, кто любил преувеличивать, даже наоборот — он мог значительно преуменьшать, а, значит, Эрик сознательно собирался идти на самоубийство. Конечно, это не должно было её волновать: Бесстрашные то и дело рискуют жизнями, но судьба Эрика её отчего-то волновала. И с этим уже ничего не поделать. Мея открыла дверь, включила свет и направилась к столу мужа. Поискав и найдя нужные бумаги, девушка протянула их Лидеру, правда, отпускать не спешила. — Не иди на это дело, — наконец произнесла она, ужасаясь, насколько жалко прозвучала её просьба. — Опять подслушивала? — Эрик ухмыльнулся и выдернул из её руки бумаги. — Это не твоё дело, — холодно заметил он. — Ты прав, делай, что хочешь! — Мея скрестила дрожащие руки на груди, он знал, что это её защитная реакция. — Не нуждаюсь в твоём одобрении. Эрику хотелось сделать ей больно, более того, после того, как он увидел на камере её сумасшедшие танцы в обнимку с каким-то сопляком-хиппи, ему вообще снесло крышу, — он собирался найти его по окончании задания и переломать парню ноги, а, может, и руки. — Потому что ты всемогущий Лидер всея Лихости? — не сдавалась девушка, хоть и понимала, что он зол на неё, но не понимала причин. Он промолчал, но зато схватил её за талию и прижал к себе. Мея явно не ожидала такого поворота, она растерянно подняла на него взгляд, упираясь руками в его каменную грудь. Даже сквозь одежду он был обжигающе горяч. — Чего ты хочешь, Мея? — Эрик наклонился к девушке, он шептал ей в ухо: — Я понимаю, твой старик не справляется с такой горячей штучкой, но у тебя же ещё есть и твой сопляк-хиппи. — Отпусти немедленно! — До неё наконец дошло, кого он имел в виду под «хиппи», — Демиена, неужели Лидер следил за ней? Она стала вырываться из его сильных объятий, но чем больше она вырывалась, тем сильнее он сжимал её. — Ответь, Мея, по какому принципу ты выбираешь мужчин? Учитывая, что ты течешь от одной моей близости, это точно не их качества в постели, хотя, если подумать, мужу ты досталась как трофей. О, Эрик знал, что этими словами он ранит Мею куда больше, чем мог бы сделать это оружием, но его ревность требовала расплаты. — Ты омерзителен, — выдавила она из себя. Мея вся дрожала от ярости. — Правда? То есть ты любящая жена, а от мысли быть оттраханой мной ты не таешь? — Девушка влепила ему пощечину. Но казалось, мужчина даже не почувствовал её. — Хочешь поиграть? — Теперь его тон стал совсем отчужденным, ледяным. — Хватит, Эрик, отпусти! — Девушка пыталась сдержать эмоции, но ничего не выходило, наконец он решил, что с неё хватит и отпустил её. — Ты ни чем не лучше твоего дяди! — неожиданно для них обоих произнесла Мея. Она знала, что нельзя было этого говорить, но было поздно. На секунду в его взгляде отразилась боль, как будто она вонзила ему нож в самое сердце, но уже в следующее мгновение он снова стал ледяным и покинул комнату, оставляя её одну. Девушка скатилась на пол, облокотилась на деревянную столешницу, пытаясь не заплакать. Что, чёрт возьми, произошло? Как можно было за пару минут так грандиозно поссориться? Она не понимала, откуда в нём было столько ненависти, но ещё больше она не понимала своё поведение. Сперва она хотела тоже сделать ему больно, уничтожить его, а теперь она уже простила его за грубые обвинения и готова была сделать что угодно, лишь бы забрать боль, которую причинили её слова. Впрочем уже поздно было что-либо менять, — уже через пару часов он уйдёт на задание, и, возможно, не вернётся. Вот что было важным. Девушку охватила паника, она хотела обнять его и не отпускать. Наконец всё стало на свои места. Понимание накатилось на неё. Мея влюбилась в него, в самого несносного человека Бесстрашия. — Макс, Кристине нездоровится, я к ней, — она говорила уверенно. Макс знал, что она привыкла помогать людям, а если речь шла о её подруге Крис, то было ясно — домой она не вернётся до утра. То и дело Кристина расставалась с очередным парнем и устраивала пьяные тусовки, а Мея собирала её по частям, пока та не влюблялась снова. — Хорошо, звони если что, — обреченно вздохнул её муж, она улыбнулась Максу и закрыла за собой дверь. Мея глубоко вздохнула и ускорила шаг, она знала, что если помедлит, то передумает осуществить задуманное, а предмет, что она сжимала в руке, подбадривал её лучше алкоголя, это была ключ-карта. В тот день, когда лидер уехал, оставляя Мею с мужем, она обнаружила в кармане его куртки ключ. Тогда, несколько дней назад девушка не предала этому значения, но сейчас всё было иначе. Она подошла к нужной двери, времени на раздумья не было, кто-то мог заметить её здесь, а это было бы равносильно смерти, открыла дверь и вошла во внутрь. Если честно, она не знала, что ожидала увидеть, но точно не огромный и отделанный со вкусом лофт. Первое, что попалось на глаза — огромные окна на всю правую стену, штор не было, но жалюзи были опущены, большая кровать с деревянной тумбой стояли под ними, рядом возвышался огромный шкаф. Слева полстены занимали книжные полки, никогда в жизни она не видела столько книг. Чуть дальше стоял диван с журнальным столиком, конечно же с разобранным автоматом на нём. Она улыбнулась возникшей внезапно мысли о том, что, видимо, у Лидера фетиш на тему оружия. И как он запоминает эти многочисленные детали? Напротив входной двери была кухня, вернее, пара шкафов, которые, она была уверенна, были пусты, небольшой стол с двумя скамейками. Никакой техники, кроме аппарата для кофе, и пары чашек девушка не увидела. Рядом с «кухней» была металлическая дверь, как она поняла, та вела в ванную. Здесь было тепло, она сняла куртку и принялась рассматривать детали его обители, самым удивительным ей казалось освещение, стоило ей войти, свет сам включился, но совсем не яркий: такое лёгкое освещение, полумрак, что следовал за ней. Девушка настолько увлеклась своей экскурсией, что щелчок дверного замка выбил весь воздух из лёгких, — Он вернулся. Конечно, он заслужил её ненависть, думал Лидер, пока шёл домой. Он не имел никакого права устраивать девушке сцену ревности. Так что всё было по-честному, а вот другое дело — его реакция на её обвинение в схожести с человеком, которого он презирал даже после его смерти. И, казалось бы, он должен был ненавидеть девушку за это, но его чувства имели совсем иной характер. Он от всей души, если таковая у него имелась, надеялся, что это всего лишь влечение, и стоит ему с ней переспать, всё встанет на свои места. Но одно было ясно, — она заставляла его чувствовать, хотя он был уверен, что не способен на это. Эрик давно решил для себя, что он обойдётся без привязанностей, секс ради секса, никаких друзей, никакой семьи. Он одиночка. Так легче идти по жизни. Ему нужна была свобода. Свобода, которую он не собирался ни с кем делить. Только вот мысли постоянно возвращались к ней. Мужчина чертыхнулся, встряхивая головой, словно это помогло бы избавится от проблем, открыл дверь и, шагнув в квартиру, замер. Он был не один. Никто в здравом уме не рискнул бы войти в его обитель, ни один бесстрашный, даже если кто-то и хотел свести счеты с жизнью, он бы не захотел смерти от рук Лидера. И тем не менее одна сумасшедшая всё же нашлась, она стояла в паре метрах от него, взволнованная, с еле заметной улыбкой, девушка не знала, какой будет его реакция, и потому в её немом взгляде читался вопрос. Он сделал глубокий вдох и шагнул к ней.